Часть 1

—Кар, кар, отправляйся на задание вместе с Шинобу Кочо—Прокаркал ворон Гию и сел ему на плечо. Гию слегка улыбнулся как он делал только пока никто не видел и только при своей верной птицей и дал пернатому кусочек хлеба. Тот весело каркнул и полетел по своим птичьим делам. — Дорогой мой ворон, мне кажется ты забыл сказать мне куда идти—Он был любезен со своей птицей так как чувствовал в нем свое утешение. Да и настроение у него было сегодня хорошее. Ворон послушно развернулся и ответил: — Кар, госпожа Кочо просила чтоб вы зашли за ней в ее усадьбу в поместье бабочки—Ворон снова сел Гию на плечо, но как только получил одобрение лететь сразу бросился в небо. Ох, уж эта Шинобу! С ней столько проблем, никогда не знаешь что ждать от нее в следующий раз. Но почему-то начальство решили что ему с ней нужно ходить почти на каждое задание вместе. Не то чтобы он с ней не ладил. Она хотя бы общается с ним, а не проклинает каждый раз при встрече как Обонай и Шинадзугава. Эта непредсказуемая девушка готова общаться с ним, но при этом постоянно подкалывает, иногда даже обидно. Хотя странно что ему обидно за то что она Кочо его подкалывает. Те же Обонай и Шинадзугава готовы назвать его последней собакой, тряпкой, убожеством да и ещё и облить ведром ругани, которую маленькие, детские губки Кочо никогда не произносили. И все же Кочо однажды сказала что его все ненавидят. Относиться ли это все и к ней самой? А он ведь посчитал что она, хоть одна она, считает его другом. После того случая в паучьем лесу они с Кочо больше не виделись и прошло уже около двух месяцев после их последней встречи. Гию с таким же холодным лицом как и всегда, опять пугая всех прохожих фермеров и детей направился в поместье бабочки. Дорога туда должна была занять около двух ночей. Одну из них Тамиока провел на сеновале в каком-то трактире. Вторую на земле— на траве, под открытым небом. Он знал что госпожа Кочо встает очень рано, как бабочки однодневки, а значит стоит поторопиться к ней, пока та ещё спит, чтобы не слушать как она его ждала и вообще что он не тактичен по отношению к ней. Так что решением Тамиоки было отправиться к Кочо ещё на заре, чтоб приблизительно к ее подъему подойти в поместье. Так он и поступил. Для начала после пробуждения он подошёл к протекающему рядом ручью. Вода там была серая и мутная, но принципы Гию заставляли его пить воду каждое утро, а значит он был обязан смириться с такой водой. Вода на вкус была горькая и имела привкус мула. Даже на не выражающем эмоций лице Гию появилось отвращение. " Черт это самое худшее, что я когда либо пил!"—Подумал он и после этого не самого приятного утра отправился в путь. Поместье бабочки утром ещё совсем спало. Даже мухи и пчелы вокруг казались сонными. В саду при входе лишь одна Канао собирала цветы чтобы скорее всего поставить в вазу в палатах. Она как всегда испуганным взглядом посмотрела на Гию и как всегда достала свою монетку. Подбросив ее видимо выпала удача, так как девушка поздоровалась, со столпом. Тот тоже поприветствовал девушку и уже было направился внутрь, как вдруг заметил что девушка опять бросила монетку, но выпала неудача, так что он так и не узнал что она хотела ещё ему сказать. Учитывая что ещё только утро, скорей всего Шинобу будет в своей комнате выливать новые яды из глицинии. Прошевшись по белым коридорам, он наконец дошел до темно-коричневой, буковой двери со значком фиолетовой бабочки. Он заметил как одна фигура вышла из двери. Это была никто иная как синевласая красавица Аой или как он ее называл синяя бабочка. Она несла в руках какие-то вещи, скорее всего для стирки. Если леди Аой заходила в кабинет Шинобу значит, та уже проснулась и ему все же прийдеться вытерпеть все то чего он так боялся. Ех... Подходя к двери он заметил что та не закрыта и поэтому зашёл внутрь. Перед ним престал пустой кабинет с креслом на котором висело белое с узором хаори Шинобу. На столе лежал ее клинок и полировальный камень. Камень был в несколько раз больше ручки Шинобу и ему было странно представлять как эта маленькая заноза точит свой меч. Также на столе стояло куча разных колбочек и баночек с лекарствами, которыми также был забит и шкаф возле. В общем никакого порядка на столе не было. Но также не было и хозяйки всего этого добра—Шинобу! Видимо, та в своей комнате. Он посмотрел на приоткрытые двери ее спальни. Он несколько раз всего лишь был там и то когда Шинобу что-то из лекарств что не влезли в ее шкафу хранила там. Гию приоткрыл двери и перед ним возникла элегантная бабочка. Волосы ее были распущенные и струйками струились по плечам. Ее плечи были белыми и светлыми. Взгляд Гию опустился ещё ниже когда он вдруг понял что натворил. Нежная, девственная грудь девушки, с розовыми горошинами сосками. Она подрагивалась при каждом вздохе девушки. Щеки Гию начали пылать ярким пламенем, а глаза широко раскрылись. Его дыхание... Сбилось... Он никогда... Не видел такого... Чтобы осознать что произошло обоим потребовалось несколько секунд, но в тот момент когда девушка всё осознала, она бросилась к своей кофте и упала на колени пытаясь прикрыть кофтой грудь. Она была уже в нижней части формы, но верхнюю ещё не успела одеть, так же как и перемотать грудь бинтами. Она дышала разрывисто и напуганно и потом выпалила. —Госпо...дин Томиока! Уберайтесь вон, пожалуйста уйдите, прошу вас!—Она не могла его ударить так как была привязана к этой позе и в этой ситуации когда она беспомощна, ее привычная улыбка сменилась слезами. Но Томиоку два раза просить не надо был, он и сам в шоке от того что видел выбежал из комнаты бросив лишь: —Прости... Он со всех ног бросился бежать, бежать далеко. Он выбежал из поместья бабочки на глазах у шокированных Аой и Канао. И ещё долго бежал так, пока на какой-то горе не упал от бессилия. Его жизнь к такому не готовила. Он впервые потерял контроль над дыханием. И тут виной опять Кочо! Хотя возможно в данной ситуации теперь уже он сам. Теперь его точно ненавидят все.