Зона комфорта

Утро уже по обычаю врывается шумным рингтоном смартфона. Лучи солнца падают на разнеженное ото сна тело, не доходя до лица, когда Ко лениво тянется к устройству на прикроватной тумбочке, елозя голыми ногами по мягкой сатиновой ткани постельного белья. Когда взгляд падает на экран вибрирующего телефона, девушке приходится приподняться на локтях и прочистить сухое от сна горло. Палец лениво протягивает по экрану, принимая вызов, пока Ко мысленно отвешивает себе подзатыльник. — Джун, доброе утро. — получается хрипло, но Ко все же отвечает на звонок. — Шин Хе, что это такое?! — возмущаясь, грохочет голос парня на обратной стороне, — Я всю ночь переживал о твоем состоянии, почему не предупредила? У тебя все в порядке? Чувство вины сегодня вместо завтрака наполняет желудок, а Ко, чувствуя себя неудобно, отводит подальше телефон, чтобы пройтись по бесконечному списку пропущенных в бесшумном режиме уведомлений пункта управления, и все от Во Джуна. — Джун-ааа, — хныча, протянула девушка, — Прости, я совсем вымоталась вчера. Как смогла, так сразу улеглась спать, забывая о телефоне. Все хорошо, мне неожиданно помог знакомый, я даже жилье нашла. — пытаясь успокоить беспокойство собеседника, жалобно оправдывалась. Похоже, это смогло убедить парня, потому он умерил свой пыл и продолжил спокойнее: — Ты сегодня на смене не появишься? — Ммм, не думаю. Есть пара дел на сегодня, нужно еще господину Пану позвонить — он вчера выходной мне выделил. — Эх, кто бы мне выходной дал… — шутливо сетуя на несправедливое отношение директора, вздохнул Джун, — Тогда увидимся потом, Ко. И постарайся больше не пропадать — для молодого отца сединой обзавестись в мои-то годы будет позором. Ко попрощалась, извиняясь в очередной раз, и уставилась в телефон, замечая, что до смены оставалось еще около двух часов, за которые ей предстояло оповестить директора об отгуле. Вчерашние сборы и тягания чемодана отдавались крепатурой во всем теле, в особенно — с правой стороны по плечевым мышцам и спинным. Лучшим решением было принятие душа, так еще и Ко не желала появляться перед хозяином квартиры в сонном виде, не зная точно, дома ли тот или уже оставил ее. Перед душем она позвонила господину Пану, предупреждая о выходном, и, когда тот с пожеланиями хорошего дня отправил отдыхать, не забыв уточнить, где Ко сейчас находится и как устроилась, девушка, взяв сменную одежду и уходовую косметику, отправилась в душ, где под теплыми, почти горячими струями воды, от которых клубился пар, разминала мышцы, не забывая хорошо растереть и промассировать. За закрытой дверью, создавалось впечатление, словно никого помимо в квартире нет, потому, тихими шагами заходя на кухню, она обрадовалась возможности пообщаться с Яном, замечая его, сидящего за столом с кружкой горячего напитка и свежей выпечкой, которую, по всей видимости, успел заказать на завтрак. — Доброе утро, давно встали? — девушка в нежном хлопковом платьице, немного мятом из-за лежания в вакуумном пакете чемодана, что облегало верхнюю часть, оголяя своим квадратным вырезом небольшую грудь, а к ногам спускалось свободно, доходя до колена, стояла, опираясь плечом о косяк двери, боясь потревожить спокойствие и незримо проглядывающее одиночество в столовой. Чонин кивнул на приветствие и провел взглядом по обратившейся к нему девушке, останавливаясь взглядом на выглядывающих из-под платья розоватых коленках, задумываясь о чем-то своем. — Недавно, но успел заказать завтрак. — повернул голову в сторону стола, махнув пару раз головой в надежде рассеять сонное наваждение, — Я не знал, что ты будешь, потому в холодильнике есть несколько пудингов и, вот, — указывая рукой на стоящую перед ним тарелку, — круассаны. Тут с несколькими начинками и пара без. — Спасибо. — повторила в очередной перед ним раз, а затем поклонилась головой, наконец, вспоминая о проявлениях вежливости. — Да перестань, я ничего не сделал, чтобы ты кланялась передо мной. — смутился парень, когда девушка села за стол напротив него, не замечая, как резко он перешел на неформальное общение. В попытке скрыть смущение, парень встал и направился к столешнице: — Я чай заварил, жасминовый — он единственный дома есть. Будешь? Девушка, чувствуя себя обязанной, не хотела еще больше обременять молодого человека, потому встала вслед за ним, осматривая кухонный гарнитур и следя за движениями парня, который потянулся к висящему над раковиной шкафчику, доставая идентичную той, из которой сам пил чай, кружку, но она вмешалась в порядок его действий, останавливая касанием к мужской руке, что уже обхватывала дугу ручки, чтобы более не напрягать его — чай она могла и сама сделать. — Я правда очень благодарна, но мне неудобно, когда за мной ухаживают. — стоя около парня, она перешла на тон тише и ниже, создавая особую атмосферу, — Вы уверены, что цена за проживания здесь, — делая акцент на последнем слове, уточняла девушка, — может быть такой маленькой? — Да, определенно. — утвердительно шепнул в том же тоне, застывая взглядом на соприкасающихся руках и надеясь, что пробегающие по спине мурашки не покажутся на конечностях, — Мне нужно, чтобы за квартирой проследили, так что мог бы и вовсе впустить бесплатно, но ты ведь не согласилась бы, не так ли? Задумавшись, девушка и забыла о покоящейся собственной кисти на чужой, совсем не ощущая гладкость кожи и угловатость суставов с проступившими от положения руки сухожилиями. — И перестань обращаться ко мне уважительно, — замечая, что со вчерашнего вечера обращается к ней на ты, он почувствовал неловкость, потому решил сгладить мягкой улыбкой, добавляя, — думаю, я ненамного старше тебя. Парень обернулся лицом к девушке, наблюдая за сомнением, но понимал, что больше ничего добавить не может, а потому потянул на себя кружку, разъединяя прикосновение и ставя ту на мраморную столешницу. — Тебе с сахаром или без? — спросил, стараясь перевести девичье внимание на стороннюю тему. — Без. — кивнула, сосредотачиваясь на движениях напротив. Далее завтрак они проводили в молчании, хотя Ко так и норовила лишний раз поблагодарить за него и упомянуть о том, как ей понравились свежие круассаны, хотя много она не осилила. Перед тем, как оставить Ко наедине с собой, Ян задумался о пустом холодильнике, единственную полочку которого занимали пудинги: ванильный, шоколадный, ягодный и, кажется, карамельный — он хотел угодить Ко, желая развеять все ее сомнения и расположить к более дружескому общению. Не зря ведь он весь вечер провел с ней, пытаясь как-то поддержать, и получая от этого внутреннее удовольствие. Было приятно ощущать себя в состоянии помочь, оказаться опорой, когда до этого он всегда сталкивался с тем, что помогали только ему, ведь он младший. Хоть давно и перерос ту грань совершеннолетия, но старшие хёны никогда не отказывали себе в возможности поухаживать за младшим, забирая часть работы на себя, давая ему больше времени для отдыха, ставя его первым, чтобы тот освобождался раньше. Понадобилась ночь, чтобы осознать это. — В холодильнике ничего, кроме сладкого, нет, пойдешь со мной в магазин? — вспомнил, останавливаясь на выходе из кухни. — Только, если тебе тоже что-то нужно, а так, я могу и сама сходить. — улыбнулась Ко, оголяя ряд белоснежных ровных зубов с чуть большими — кроличьими — передними. — Тогда, если у тебя нет дел, я сейчас соберусь и буду готов. — Подожди, — вышло резко, но внезапно Ко поняла, что в квартире она знает пока лишь несколько комнат, и ей определенно точно нужен был утюг с доской, ведь большая часть вещей пролежали целую ночь в вакуумных пакетах внутри чемодана, из-за чего выглядели не самым лучшим образом, если быть честным, до лучшего состояния им было настолько же далеко, что до луны от земли. — Где я могу найти утюг или отпариватель? Остановившийся вновь парень оглядел девушку через плечо, наконец подмечая некрасиво застывшие на платье заломы и складки, потому поманил следом за собой, решая уделить немного времени знакомству с квартирой, которым на ночь глядя пренебрег. Первой комнатой после кухни Ко увидела большую банную, разделенную на предбанник и уборную: с белоснежной ванной в виде глубокой чаши, довольно высокую, но с соблюдением ортопедических стандартов — в такой возможно разместиться только полусидя, но спина и шея не должны напрягаться, а ноги можно расслабить по длине; из стены по середине ванной выглядывал смеситель в виде водопада, ближняя стена приспособлена под хранение, а с обратной стороны ванны стоял небольшой деревянный столик с длинными черными металлическими ножками. Посередине ванной лежал мягкий черный коврик в виде кляксы, в то время как стены ванной были отделаны графитовым камнем, с зеркалом почти в половину стены, напольное покрытие отличалось цветом — тут вновь использовались древесные вставки — точнее имитация покрытия. Выходя в предбанник она отметила наличие раковины и каменной столешницы, а также круглое большое настенное зеркало с подсветкой. Учитывая единую соблюдаемую стилистику и незаполненность пространства, Ко отметила, что ремонт, скорее всего, закончился совсем недавно. Из этой же комнаты была еще третья, ведущая в туалет, но Ко решила, что подробнее осмотрится позже, потому развернулась к Яну, подталкивая того на выход, а после он повел ее к очередной однотипной двери, что вела в гостиную с большим модульным диваном посередине комнаты, близко стоящим к нему низким кофейным столиком с вазочкой и сухоцветами, напоминающими кустики сирени. В углу комнаты, около занавешенного окна или балкона — она не успела рассмотреть за тяжелым полотном штор, стояло кресло-качалка, а над ним возвышался треногий торшер, напоминающий тот, в ее комнате. На стене расположился действительно огромный плазменный телевизор, с небольшой полочкой под ним, на которой она приметила последнюю модель игровой приставки. Несколько дверей по ходу они все же пропустили — Чонин объяснил, что одна из них вела в хозяйственную кладовую, еще одну, но чуть поменьше, гостевую, его кабинет и собственную спальню. И практически у входа, наравне с аркой, ведущей в прихожую, расположилась дверь, ведущая в, как сказал Ян, прачечную — навороченную под стирку и сушку комнату с несколькими встроенными в стену шкафами под хранение белья, рядом с которыми виднелись две машины: стиральная и сушильная. Из дальнего шкафа с легкой подачи сильных мужских рук была выдвинута гладильная доска, а с верхней полочки, докуда Ко пришлось бы усиленно дотягиваться, парень достал отпариватель, который подключил к розетке, спрятанной в шкафу. Ко выглядела восхищенной обустройством квартиры, пока с восторгом рассматривала внутренний интерьер, но также она подмечала пустоту — несмотря на полное обустройство техникой и мебелью, квартира казалась нежилой: где бы то ни было, она ни разу не заметила ни фотографий, ни посторонних вещей, лежащих не на своем месте, даже декор был расставлен словно под линеечку, оставаясь ни разу не тронутым, но тем не менее за ней определенно точно следили, о чем говорили отсутствие пыли, четкий запах свежести выданного ей белья. — Спасибо, что сориентировал и помог. — благодарно улыбнулась Ко, прищуривая глаза словно благодарная кошка, наевшаяся до отвала. — Не торопись, я переоденусь и подожду, если ты не закончишь. — предупредил, покидая комнату и оставляя девушку наедине с собой и паровым утюгом. Пока девушка осматривалась, не забывая заглянуть в некоторые шкафчики — все же ей тут разрешили жить, а значит, стоит немного обустроиться или, хотя бы, подробнее изучить, где и что находится, чтобы после не приходилось тревожить лишний раз Яна, утюг нагрелся, разряжаясь неприятным писком и пыхтением пара. За неимением сменных вещей, Ко предусмотрительно закрыла на замок дверь и сняла с себя платье, раскладывая то по ровной поверхности доски. Механизм работы был предельно понятен, ведь в прежней квартире у старушки был похожий утюг, так что справлялась она достаточно быстро, наученная опытом работы в магазине одежды. Проходясь легкими и монотонными движениями по ткани, не забывая нажимать пальчиком на кнопку подачи пара, она и не заметила, как ушла в размышления. Она была полна недоумения: почему парень не проживал в квартире, наполненной всеми благами, судя по всему, подстроенными конкретно под него с подачи ответственных проектировщиков. Зато, она пришла к заключению, что порядок квартиры, скорее всего, поддерживался заботливыми руками домработницы, из чего выходили новые вопросы. Она не могла набраться смелости, чтобы спросить, кем же он все-таки работает, считая это слишком бестактным. Молодой человек, все же, оказал ей огромную услугу, впуская в собственный дом, притом не задавая лишних вопросов, полностью беря на себя заботу. И что она могла предложить взамен? Всего миллион за проживание, тогда как в квартирах с гораздо худшими условиями и где-то на отшибах города аренда выходила чуть меньше или равной этой сумме. Когда на плечах покоились разглаженные паром ткани, девушка покинула прачечную, не забывая задвинуть тяжелую гладилку, но поставить утюг на место не рискнула — боялась уронить тот, не дотягивая даже на цыпочках, потому поставила его в тот же шкаф на нижнюю полку, надеясь, что от небольшой перестановки она не нарушит привычный порядок Яна. Парень в этот момент не спеша подходил к креслу в холле, поправляя угловатый воротник синего вязанного свитера. Волосы он успел за то время уложить, и теперь разделенные по пробору белесые передние пряди с отросшими корнями топорщились по бокам головы, чем-то напоминая рожки. — Я готов. — заканчивая поправлять одежду, оповестил Ко, заставляя ту опомниться и кинув, что ей нужна сумка, в попыхах побежать до комнаты, спотыкаясь о носы великоватых по размеру тапочек — за десять метров он два раза хотел окликнуть ее быть осторожнее. Чонин тем временем прошел в прихожую, открывая дверцы обувницы и рассматривая бесконечные пары обуви от самого пола до потолка. — Вау, даже на полочках магазинов не всегда можно найти такое разнообразие. — удивленно высказалась девушка, с любопытством подмечая невообразимо большое количество кед и кроссовок, среди которых нашла несколько пар джорданов различных расцветок и стилей, суперстаров и еще большее — конверсов. Они и вовсе стояли в ряд расставленные по цветам и коллекциям, занимая три полки высокого шкафа. Появившаяся в проеме девушка привлекла внимание, заставляя отвернуться от беспорядочных рядов на полочках. Поверх платья на девушке теперь красовался бежевый короткий джемпер, едва доходящий до талии, с ее приходом потянуло легкими нотами ванили, перетекающими в дополняющие цитрусовые, что издали напоминало запах, витающий в кондитерских. На плече повис длинный белый ремешок сумки, выгодно сочетаясь с юбкой платья. Все еще запинаясь в тапочках, в руках она несла низкие белоснежные конверсы, ожидая пешей прогулки до магазина и обратно. — Я просто очень люблю практичную обувь. — доставая белые кеды от адидас с примечательным носком в виде ракушки и тремя парными боковыми полосками, махнул головой Чонин,— Не против проехаться на машине? Думаю, в центре в это время мы набредем на огромные очереди, стоит поискать супермаркеты посвободнее. Несмотря на желание прогуляться под согревающим весенним солнцем, девушка лишь согласно кивнула, пока парень не отводил от нее взгляда, сидя на корточках и завязывая шнурки кед. Перед выходом она внезапно потянулась к шкафу, где висело ее пальто, заставляя парня непонимающие взглянуть и помедлить с прокручиванием дверного замка. Пока он окидывал в очередной раз ее взглядом, девичьи руки залезли в карманы верхней одежды, перебирая пальчиками позвякивающую мелочь , а после с довольной улыбкой, сменившей спокойствие на ее лице, рука, зажавшая кулачок, вытянулась и показала небольшой брелок в виде лягушки с клевером. — Что это? — Брелок. Мне его брат выиграл в тире, и с тех пор я с ним не расставалась. — довольно протянула девушка, потирая большим пальцем живот лягушонка и складывая свой талисман в передний карман миниатюрной сумки. Необходимости в нем сейчас не было, но кто знает, когда парень оставит ее, передав ключи и пропуск, что уже должен был быть готов согласно вчерашним словам консьержа. Брелочек же уже долгое время был с ней, начиная от ключей родительского дома, заканчивая съемной квартирой — он уже был сродни талисману, что Ко постоянно теребила, когда выходила из дома, в моменты беспокойства. — Как давно? — успев разглядеть побрякушку, он оценил ее внешний вид, замечая некоторые потертости на зеленой краске. Видимо, игрушка была уже старовата, из-за чего он приходил к выводу, что времени с тех пор прошло достаточно. Девушка на вопросе задумалась, немного хмуря брови и перешагивая порог квартиры. И когда Чонин захлопнул дверь, она все еще в молчании последовала за ним, вновь идя позади и рассматривая широкие мужские плечи. — Ммм… Точно не припомню, — все еще хмурясь в попытках разобрать воспоминания, ответила девушка, — кажется, это было в первом классе старшей школы, а это было… — прикидывая количество прошедших лет, она вновь замолчала, чтобы уже в лифте сказать: — Около восьми лет назад. В лифте воцарилась тишина, пока парень высчитывал ее возраст, узнав новую о ней информацию, и когда табло лифта переключилось с третьей на вторую цифру, он будто с облегчением протянул, отчего вышло сказать на выдохе: — Так… Значит, ты младше меня. — Ммм, а сколько тебе? — Двадцать четыре было в феврале. — почти сразу ответил, когда лифт остановился на первом этаже. — Давай зайдём за пропуском и спустимся на паркинг за машиной? — предложил так кстати парень, пропуская девушку вперед и становясь около лифтовых кабинок. Девушка в одиночестве прошла к перегородке, за которой скрывалась комната консьержа, где в этот момент сидела полноватая женщина в годах, опираясь головой о ладошки выставленных на столе рук. — Здравствуйте, чем могу помочь? — внимание женщины переключилось с книги, к которой периодически опускались кисти рук, чтобы переворачивать страницы, и она окинула Ко вежливым взглядом поверх очков-полумесяцев с коннекторами, протянутыми за уши, уходя под коротковатую стрижку. — Здравствуйте, я за пропуском пришла. Ко Шин Хе. — уточнила девушка. Женщина кивнула, оговариваясь, что с утра ее об этом предупредили и выдали новый глянцевый пропуск, который сейчас она искала среди других таки же в выдвижном шкафчике стола. Чуть провозившись, она, наконец, достала именной ключ — небольшой и выпуклый, похожий на айди-карту с данными о жильце. Поблагодарив, девушка развернулась и поплелась в сторону лифтов, где оставался стоять Чонин, уткнувшись в свой телефон. Заслышав шаги, парень заблокировал мобильный, убирая его в карман, отошел от стены, поправляя спавший ниже ворот свитера, оголяющий ключицы, и прошел к выходу на лестницу, приглашая девушку пройти вперед, держа для нее дверь, из-за чего вышло так, что девушка, немного склонив голову, прошмыгнула прямо под опирающейся о дверь мужской рукой, еле заметно плечом касаясь туловища парня. Обширная парковка встретила их прохладой и тишиной, раскладываясь на сотню метров приглушенным тусклым светом. Ко почувствовала озноб от такой угнетающей обстановки, держась поблизости от парня и по случайности касаясь костяшками пальцев мужской кисти. Парень непонимающе взглянул, ни на шаг не останавливаясь, и прошелся подбадривающим движением указательного пальца по сжатому и напряженному кулачку, вызывая внезапные мурашки на нежной девичьей коже, которые заметить было невозможно, зато приметить небольшое вздрагивание мышц руки он смог. — Так…Я отгадал? — продолжил прерванную в лифте беседу, стараясь отогнать неизвестные мысли девушки, — Я старше? — Да, мне будет двадцать четыре только в декабре. — ежась от влажности помещения и прохлады, вздохнула девушка. Не надеялась она сегодня прогуливаться по холодным полуподвальным помещениям, желая насладиться солнышком, что с утра встретило ее за окном, поднимаясь к своему зениту, потому одежда оказалась слишком легкой, и каждый сквозняк, проникающий из арок выхода, пробирал неприкрытые части тела, отдаваясь дрожью в теле и напряжением мышц. Зато прикосновение Чонина послужило электрическим разрядом, проходясь по зажатым мышцам, и действуя по принципу минус на минус — расслабило, позволив отвлечь мысли от темного пространства и смотреть искоса на красивое лицо рядом. — Я точно могу обращаться неформально к тебе? — выработанная воспитанием вежливость никогда прежде не позволяла Ко пренебрегать нормами этикета. Не узнав человека достаточно, она всегда старалась держать границы, но разве возможно было их придерживаться, когда парень ненамеренно настойчиво сносил их, позволяя и себе, и Ко лишнее? Она так и не успела до конца обдумать вчерашнюю вышедшую из-под контроля ситуацию — либо же она в край рехнулась, либо слишком утомилась взбучкой, подаренной жизнью, но вчерашние эмоции невозможно было удержать, она по неопределенной причине почувствовала безопасность с этим человеком, из-за чего недопустимо расслабилась, оголяя всю накопленную истерию, которую подавляла до этого. Даже спокойно воспринимала до сих пор все случайные или умышленные прикосновения, ведь ничего кроме успокоения и приятных ощущений от них она не получала. Не находила злого умысла, а глаза были прикрыты бьющей благодарностью. — Да, не бери в голову возраст, всего-то около года разницы — сбавив темп, он вновь подтолкнул девичий кулак, довольствуясь тем, что негативное напряжение стало покидать девичье тело, — да и я не отличился ничем перед тобой. — Ага…Как же. — вздохнув, почти шепотом сказала Ко, в отместку сгибая указательный палец на манер того, в каком он положении, когда нужно постучать в дверь, и легонько стукая по мужской кисти, — Ты явно преуменьшаешь. Если бы не ты, я бы осталась ночевать неизвестно где. Могло случиться, что угодно. — А ты нашла и вернула мой телефон, за что я тебе очень благодарен. И, не забывай. Ты вновь мне помогаешь, поселившись в моем доме. — напоминая об этом в очередной раз, Чонин достал ключ из кармана брюк, нажимая на снятие сигнализации, после чего черный кроссовер с полностью затонированными окнами перелился огоньками, приветствуя хозяина. К удивлению Ко, Чонин свернул вовсе не к водительской стороне, обходя капот машины и подходя к двери, он обернулся к остолбеневшей девушке, размышляющей над тем, куда ей стоит подойти, но он отвел все сомнения, открывая дверь, а после взмахом руки к полу, пригласил подойти. Когда девушка присаживалась, он не постеснялся накрыть ладонью ее макушку, почти не дотрагиваясь волос, но подстраховывая от случайного удара, ведь для того, чтобы усесться на сидение со своим типичным, но довольно небольшим ростом, ей пришлось немного подскочить, опираясь одной ногой о порожек автомобиля. Пискнув сдавленное «спасибо», как только уместилась в сиденье, ерзая и скрипя складками кожаной обивки, Чонин поспешил закрыть автомобильную дверцу, обходя машину и садясь в водительское кресло. Было необычно такое поведение со стороны парня. Ко, заведя первые и последние отношения, не прожившие года, на втором курсе университета, отвыкла от внимания и проявлений ухаживания, с каждым разом смущалась так, как не смущалась от его прикосновений. Несмотря на то, что на работе ее окружали мужчины, их внимание не задерживалось надолго, проявляясь иначе — только Джун мог проявить чуть более обыкновенной вежливости, всегда считая долгом позаботиться о младшей, но его отношение было выстроено постоянным общением на протяжении долгих лет совместной работы, он был наравне с ее братом, не забывая лишний раз повозмущаться на тему злоупотребления курением, напоминаниями покушать, либо же прочей мелочью, свойственной друзьям. Он мог свободно прихлопнуть ту по плечу и предплечью, наклониться, чтобы разбиться в нытье об усталости, опираясь головой о ее плечо, да и по макушке часто ту гладил, когда она выказывала редкую несамостоятельность. Мотор автомобиля заурчал, приятными вибрациями обдавая тела в креслах, по бокам от сидящих, со стороны дверей, тихими нотами раздалась неизвестная песня, играющая по радио, и шумный писк приборной панели поспешил предупредить о необходимости пристегнуться, когда машина небыстрым темпом проезжала ряды пристроенных на местах автомобилей, выезжая из темного тоннеля под лучи зенитного солнца, палящего своими лучами окружающих. Ко поспешила пристегнуться, не терпя шум, а после, задумавшись, уткнулась взглядом в боковое стекло, наблюдая за мелькающими зданиями, отделанными от дороги палисадниками и тротуарами, где толпами бродили люди: кто-то спешно бежал по делам, а кто-то в окружении других шествовал расслабленным шагом, останавливаясь на каждом перекрестке, когда светофор светился красным. Отрывая Ко от наблюдения, в сумке раздалась вибрация, из-за чего девушка оказалась вновь в реальности, направляя внимание на лежащий на коленках клатч, на котором до этого момента располагались сложенные в замок руки, теперь разбирающиеся с замком, легко поддавшимся, открывая доступ к телефону. Сообщение от банка сообщало о поступлении суммы на счет Ко. Машина затормозила перед светофором, позволяя Яну, до этого внимательно наблюдающему за дорогой, повернуться на копошащуюся девушку. — Чонин, что насчет оплаты проживания? Я могу отправить тебе деньги, если мы заглянем в банк. Чонин вовсе не задумывался об оплате, пока мысли были сосредоточены на дороге и машине, которую, по виду, вел уверено, но на деле, с момента получения прав, не садился за руль часто, потому он старался быть внимательным к приезжающим поблизости, за дорожными полосами, стараясь пересекать их по правилам, и за знаками, периодически не забывая дотрагиваться до коробки передач, чтобы вовремя сменять те, понемногу сбрасывая небольшую скорость, ведь дневное время делало слишком перегруженными дороги, на которых тянулись длинные автомобильные ряды. — Не торопись с оплатой. —пользуясь возникшей пробкой перед светофором он взглянул на женскую фигуру, задумчиво уставившуюся на экран мобильного телефона, одной рукой она держала замочек сумки, теребя тот ногтями. Кожа ее лица сегодня была посвежевшей в сравнении с тем, что он застал вчера. Упругая кожа лучилась светом, а под глазами не было и намека на серую синеву. Только губы все так же казались шершавыми и сухими, с небольшими кровавыми трещинками. Произнесенные слова отдались удивлением на лице, заставив приподнять голову и через свисающие из-за пробора волосы взглянуть в глаза, которые сейчас были направлены на нее. Парень заметно расслабился, пока до светофора было далеко, а он все так же горел красным. — Я имею в виду, что ты пока не обустроилась достаточно дома, так что в этом нет срочной необходимости. — поспешил дополнить, в попытке стереть сомнение. Но было бы все так просто. Он и сам понимал, что поведение его может быть не совсем понятно, тем более верно трактовать его слова представлялось сложным для девушки, когда веских поводов она не видела, до конца не доверяя ему. Ко же и вовсе не желая оставаться должной, желала расквитаться хотя бы с оплатой, тем более, когда помимо он предоставил ей помощь, свою компанию и поддержку. Не любила совершенно оставаться обязанной, но тут друг за другом ей бескорыстно предоставляли помощь, из-за чего она отчаянно желала дать что-либо взамен, в то время как парень, не буквально, но с каждым разом посмеиваясь говорил, что она и потом сможет расплатиться. Он верил ей. Возможно, стоило отплатить ему хотя бы взаимным доверием. — Ты не можешь оставить меня задаром. — и все же она постаралась отстоять хоть что-то, продолжая настаивать на своем, — А как же коммунальные услуги? — Не думаю, что ты принесешь критические расходы. Квартира и без того постоянно оплачивается, так что воном меньше или больше — разницы никакой. — А что, если я забываю выключать свет за собой? — по-детски наивно продолжала возмущаться девушка. Чонина же эти возмущения только смешили, ведь девушка так забавно, волнуясь, начинала резковато жестикулировать — было ощущение, будто еще чуть-чуть и ножками топать начнет, при каждом новом слове дергая ладошкой то вверх, то вниз, губы напрягались при закрытии, а лоб сходился в складках над скачущими бровями, отчего его руки порывались навстречу к ней в желании разгладить морщинки, чего сдержать он не смог. Внезапное движение со стороны парня оказалось прямо на лбу девушки, когда тот указательным пальцем тыкнул меж прямых уложенных бровей, прерывая яростный монолог. Взгляд напротив из прищуренного стал удивленным, а Ко приоткрыв рот, вздохнула, утыкаясь глазами в неприкрытые платьем колени. — Можешь не переживать насчет напрасного расточительства энергии или ресурсов — дом обустроен умным управлением, которое контролировать можно из любой точки мира, если есть приложение. — Но, все же… — тихо протянула Шин, в надежде настоять на своем. — Поживи для начала неделю, затем и договоримся об оплате. — замечая боковым зрением движение снаружи авто, парень переключился взглядом на лобовое стекло, потихоньку трогаясь с места, ведь пробка начала рассасываться, — У тебя номер все тот же? Не отводя взгляда от мужского профиля и подмечая красивые острые черты лица, Хе только выдохнула сдавленное угукание. — Тогда напишешь мне, если увидеться не сможем, и я отправлю реквизиты для пополнения, когда ты точно будешь уверена. — Я и без того уверена. — буркнула обидчиво Ко, капитулируя перед мужской упертостью. Дальнейший путь пролегал в шуме мурчащего двигателя и мелодиях сменяющихся песен по радио, ненавязчиво разбавлявших тишину, пока Шин Хе искоса оглядывала парня, все больше и больше подмечая его внешность: острый взгляд лисьих глаз становился именно таковым, когда лицо его было расслаблено, ровный нос и высокие скулы, переходящие ниже к черте челюстной кости четко выделялись, следуя далее к крепкой шее с крупной грудино-ключичной мышцей, небольшие пухлые губы изредка подрагивали, но было сложно не отметить их ухоженность — противоположно губам Ко, они были значительно ярче от природы, не было ни одной шелушинки, отчего Шин возмущенно причитала про себя о хорошей генетике, ведь ее губам хоть бы хны — всегда были чуть шероховаты. Кожа была заметно гладкой и ровной, на ощупь, вероятно, невероятно мягкая, а пухлые губы нежные. Сам парень казался расслабленным, легко расположившись в автомобильном кресле, он откинул затылок на подголовник, будто свысока наблюдая из-за лобового окна за дорогой, но на деле его нервозность можно было подметить, если присмотреться к рукам — те настолько крепко обхватывали руль, что виднелись напряженные мышцы предплечий, расходясь пленительными венками под кожей, свободной от широких подтянутых рукавов свитера. Если брать во внимание его внешность, становилось одинаково очевидным и непонятным его желание закрывать лицо масками: вероятно, его притягательность не оставалась без ненужного внимания, но также она могла быть и подавляющим оружием. Увидь Ко при первой встрече его так — не иначе чем в ступор пала бы, стекая в лужицу, не смогши составить и слова, не говоря уже о целостной и понятной речи. Он запросто мог бы стать моделью со своим лицом и крепким телосложением, подумалось Ко. Все же дальнейшие попытки настоять на своем пресекались, пока машина медленно подъезжала к парковке большого гипермаркета на отшибе города, из-за чего Ко сидела совсем насупившись: Чонин едва сдерживался от попыток тыкнуть по ее выпяченной в обиде нижней губе, желая свести с нее обиду, но выискивать парковочное место было делом первой необходимости, из-за чего он так и оставил зудить свои руки, лежащие на руле. Остановившись на месте, Ко была готова выскочить из машины, ведь к моменту остановки она успела отстегнуть ремень безопасности, все еще несогласная с доводами, но молодой человек, замечая ее действия, предусмотрительно обхватил женское предплечье, чтобы привлечь к себе внимание. Когда Ко повернулась, продолжая хмуро оглядывать лицо напротив, он ни с того ни с сего накинул ей на голову бежевую панамку, которая накрывала лицо, делая его неприметным для окружающих. — Это еще зачем? — пробухтела Хе, собираясь потянуть руку к головному убору, чтобы скинуть тот. — На улице слишком солнечно, тепловой удар схлопотать хочешь? — Но мы ведь на подземной парковке, здесь не от чего… — прозвучало недоуменно, пока девушка пыталась снять с головы панамку, чтобы затем провернуть ту в руках, осматривая. — А как же я? — ехидно подметил Чонин, показывая ямочки на щеках, — от моего жара еще никто не смог устоять. — С такими объяснениями, мне кажется, что тепловой удар у тебя. — потянувшись рукой через подлокотник, девушка положила ладошку на лоб, ощупывая подушечками кожу, на что Ян ответил довольно спокойно, позволяя руке оставаться на лице пару секунд. К удивлению, она была даже холоднее руки Ко, потому девушка незамедлительно вернула ее на место, притихнув на мгновение. Все сводилось к тому, что парень хотел оставаться скрытным для окружающих, и, вероятнее всего, учитывая его достаток, скрывался он не зазря. Нетерпение порывало задать интересующие ее вопросы, но, тем не менее, она припомнила, что парню, на данный момент, не требовалось от нее ничего, кроме доверия. Какое же доверие может быть, когда она за почти сутки, что была с ним под одной крышей, не узнала о нем ничего нового, кроме как возраста и неполной квадратуры площади его квартиры? Вопрос был риторическим, но даже иначе Ко не смогла бы ответить. Пока она раздумывала, моментами желая все же вопросить его, губы продолжали открываться и закрываться, потому как мысленные баталии оказались сильнее хладнокровного спокойствия, совершенно не соответствующего ее характеру. Пока мысленная выгрузка девичьих выводов продолжалась, Ян выхватил из ее рук панамку, заставляя дрогнуть руки, оказавшиеся пустыми, и вновь натянул ту почти по самые глаза, оставляя обзор лишь на напольное покрытие. — Не грузись, — легонько хлопнув по козырьку, ответил парень, — это ради твоей безопасности. — Гений, миллиардер, плейбой, филантроп? — попытка разгрузить голову вылилась в цитирование, когда девушка себе под нос пробубнила, не оставаясь неуслышанной. — Гений и миллиардер — вряд ли, но плейбой и филантроп — возможно. — хмыкнул Чонин, вновь закрывая лицо под маской и кепкой, — Пойдем? Прежде чем парень вышел, Ко поспешила раскрыть дверь и выскочить из машины, не желая вновь пользоваться услугами парня. Он же на это не отреагировал, хоть и порывался благодаря воспитанию придержать девушку, когда та выходила, но не успел, потому, когда она стояла у капота автомобиля, он хлопнул дверью и, поставив машину на сигнализацию, поспешил за девушкой, уже направляющейся к лифту. — Если останешься жить у меня, я объясню все интересующие моменты. — Но какая выгода тебе от этого? Очки в карму? — Может, и так. — задумчиво уставившись в панель управления лифта, ответил он. Неведение девушки и её непринадлежность к миру, в котором жил он, делали его свободным. Пускай общение их выходило исключительно вынужденным и, возможно, обременительным как для него, хоть он и не придерживался подобного мнения, так и для нее — ощущалось спокойствие, ведь найти хоть одного человека, которому он был бы неизвестен, было исключением. Слишком многие, так или иначе, живущие в этой стране люди следили за новостями, в которых то и дело мелькали заголовки о звездных скандалах, которые за завтраком, обедом и ужином любило обсуждать и осуждать общество, ведь что может быть лучшим, чем ошибки известных личностей? Они ошибаются, а мы и подавно можем — именно оправданием для своих ошибок и ощущалось пристальное внимание со стороны. Оно осточертело со временем, ведь хватало безумных, что преследовали, подлавливали, шантажировали и выставляли после в неугодном свете. Мысли становились в некотором роде параноидными при каждом знакомстве с кем-то новым, оттого и чувствовалась свобода, когда он встретил Ко, оттого и хотел как можно продолжительнее скрывать свою деятельность. Изрядно нервничая, девушка дергала ремешок сумки, посматривая на экран лифта, указывающий этажи, когда тот раскрылся, она чуть помедлила, прежде чем выйти, а затем ухватилась за край кофты парня, удерживая ту концами пальцев. — Мне надо отлучиться. — не обращая внимания на парня, а рассматривая блестящую поверхность пола, предупредила она. — Надолго? — Нет, на минут десять, — поднимая голову в поисках плана этажа, ответила девушка. — Я могу начать собирать корзину в магазине, а ты присоединишься, — задумчиво предложил парень, поглядывая на девушку, а затем оборачиваясь в том же направлении, куда уходил её взгляд. Девушка ответила кивком и, развернувшись, поспешила отправиться по направлению, ведущему на террасу для курящих. Курить она хотела неимоверно сильно еще со вчерашнего вечера, но было неудобно навязываться Чонину с данной просьбой. Редко кто спокойно относится к курящим, понимая и принимая привычку другого человека. Более того, не хотелось Хе просить компании в таком деле, ведь пассивное курение — тоже вред для человека. На террасе было живописно: посаженные в плетенные корзинки кустики были раскиданы по площади, искусственный водопад лился по выложенным камням с самого верха здания, площадка была оснащена газонами и дорожками, на которых располагались резные скамейки причудливых форм, куда и присела Ко, расположившись под припекающим солнцем, нагревая стик. С первой тяжкой мысли насчет неуместного экстерьера канули в пустоте головы, которая заметно потяжелела, заставляя Ко облокотиться ею на деревянное изголовье, поспешило настигнуть расслабление, отчего движения рук выходили более плавными, а ремешок сумки, наконец, был свободен от тормошащих его пальцев. И стоило ли бросать парня, когда они находились в большом здании торгового центра, в большей мере оснащенного под гипермаркет? Вряд ли, учитывая, что найти его после будет той еще морокой, но новый день подкидывал больше семян в почву размышлений насчет него, и немного отдалиться, чтобы поразмыслить, было необходимо. Ей становилось душно от непонимания происходящего, но ответов на вопросы, которых становилось больше, она не получала. Она уже мысленно привела себя к выводу, что парень, скорее всего, все же относится к известным личностям, но что тогда его в действительности спровоцировало помогать ей? Найти оправдание на его гостеприимство пришлось, но что же вынуждало его носиться с ней, раскошеливаясь на ужин, завтрак, время и поездку до магазина, где он, судя по всему, был намерен потратиться ей еще и на пропитание? Вся ситуация ей напоминала это зеленое пространство, которое, по идее, должно было стать площадкой для отдыха, а оказалось местом для курения — она ощущала себя так же, как эти зеленые деревца, загаженные дымом курящих — неуместно. Горло после выкуренного сушило, а накаленный воздух совершенно не помогал избавиться от этого ощущения, из-за чего она поплелась, чуть шатаясь от выкуренного, ко входу, заходя в уборную комнату, чтобы освежиться. В отражении она приметила пустой взгляд, полностью расслабленный под влиянием никотина, отчего решилась умыться, похлопывая по белому лицу холодными влажными руками, образуя покраснения на коже. Не желая заморачиваться с поиском, Ко зашла в сообщения, где наверняка должна была сохраниться переписка с Чонином. Понимая, что парень может не заметить сообщение, она набрала его номер, но вместо этого её встретил женский голос автоответчика. Недоумевая, она застопорилась на входе в маркет, но, немного погодя, получила ответ в сообщении. «Я уже в магазине, ищи у полочек с посудой, ответить не могу» Получено: 15:24 Супермаркет располагался на двух этажах, и, если Чонин попросил искать его около посуды, то идти стоило на второй этаж, где они и разошлись. Крупная площадь маркета встретила шумным галдежом покупателей и рекламщиков, что стояли у множества стендов с различными товарами, завлекая речами о бесплатной пробе и акциях: «два по цене одной» или «возьми три и получи в подарок четвертый продукт». Высокие стеллажи рядами стояли по помещению, отчего разбегались глаза, и Ко поспешила выглянуть указатель, обозначавший посуду. Народа, к удивлению, было не так и много, у полочек было пусто, но Шин Хе растеряно бродила меж рядов с кастрюлями и сковородками в попытке найти своего спутника. Застала она его за разглядыванием домашних вещей, подходя со спины и легонько потянув за краешек джемпера, заставила встревоженно вздрогнуть и обернуться, а затем с облегчением выдохнуть, понимая, кто стоит перед ним. — Прости, что задержалась. — поспешила извиниться она, чувствуя неудобство. В ответ парень лишь махнул головой, показывая, что его это никак не задело. Он ведь и на деле вполне себе неплохо провел этот десяток минут наедине с собой, возя корзинку между рядами с домашней обувью в раздумьях о тапочках для Ко. Все же, те, что он выдал ей дома, были велики и заставляли спотыкаться. Он за утро успел перепугаться несколько раз точно за сохранность ее носа, что мог бы быть расквашен, если бы девушка все же упала, навернувшись в неудобной обуви. На лице присоединившейся он отметил румянец и влагу, от которой Ко не избавилась полностью салфетками, потому, развернувшись в пол-оборота к ней, протянул руку к застывшей капельке на щеке под девичьим глазом, убирая ее мизинцем, и дабы не акцентировать внимание на этом жесте, скрывая то, как ему понравилось ощущение мягкости кожи под собственными пальцами, перевел его на стенд с тапочками: резиновыми с закрытыми и открытыми носками, пушистыми и мягкими и в виде животных, среди которых прежде успел найти пару в виде зеленой жабьей морды, во рту которой, по идее, выглядывали бы пальцы ног. Мгновенное замешательство девушки перетекло в смущение, но не успело оно раскрыться под напором мужской руки — другой рукой парень протянул ей мягкую пару тех тапочек в виде лягушек, из-за чего девушка усмехнулась, приятно удивленная тем, что парень все же приметил схожесть обуви с ее удачливым брелком. Внимательнее осмотрев протянутую ей обувь, она помотала головой и придвинулась к стенду, забирая пару из рук Чонина, чтобы достать нужный ей размер. И вот корзинка уже не пустая, а пара шла вдоль рядов, чтобы вновь остановиться у стойки с кружками, где парень любовно уставился на пару стеклянных кружек с желтыми выдутыми из стекла утятами внутри ёмкости. — Коллекционируешь? — Нет, но ты посмотри на них! — с детским восторгом Чонин рассматривал пару, протягивая к ним обе руки, чтобы заботливо обхватить стенки и, покрутив по всей оси, полюбоваться маленькими прозрачными фигурками. Девушка хихикнула от подобной детской непосредственности — так она любовалась только картинками манг, манхв и, в целом, комиксами, так что полностью понимала чувства парня напротив, а потому лишь подкатила тележку ближе, позволяя парню опустить коробку с закрытыми экземплярами в нее. Ходили по магазину они еще долго, кружась вокруг всех стендов, тратя добрую часть времени на придирчивое рассматривание составов и беседуя о некачественных. Ян не забыл обратить внимание на пару одеял и покрывал, а Ко на несколько минут задержалась у ортопедических подушек, сетуя по поводу того, что, несмотря на их специализацию, лежать на них удобно было только в одном положении. И что теперь, ей по сотне подушек для каждого покупать? Лежать ведь в одном положении невозможно! Чонин лишь хмыкал и поддакивал на ее возмущения, не торопя и терпеливо слушая собеседницу. До продуктового отдела они добрались через полчаса, когда абсолютно всех вещей, разнообразия которого не перечислить, коснулись педантичные девчачьи глаза. Консультанты впопыхах следовали по пройденным ими полкам, складывая и разравнивая товары, которые беспорядочно переворачивали вверх дном парень с девушкой. Те же, наконец, спустились на этаж ниже, останавливаясь у отдела овощей и фруктов. Ко не знала, как долго Чонин еще собирался оставаться в квартире, но считала долгом отплатить ему домашним ужином, состряпанным умелыми и опытными ручками — Шин Хе уже достаточно прожила вне родительского дома, чтобы смело звать свои навыки отличными. По крайней мере, каждый раз, как готовила она, вместо заказанных доставок или покупных полуфабрикатов, после наедалась до отвала, радуясь, что выходило не просто сносно, а действительно вкусно. И, хоть, никому не удавалось добраться до ее кулинарных подвигов, она очень надеялась порадовать нового знакомого, потому со всей тщательностью подходила к подбору овощей, пока Чонин, взявший на себя роль шофера, катал вслед тележку, уже расслабленнее окидывая взглядом прилавки. — Не бери бобы, я их не переношу. — как будто предвидя мотивы, когда Шин Хе потянулась к баночке с красными бобами, он остановил ее, дернувшись вместе с наполненной корзиной. — Даже пуннопан не ешь? — Ко удивленно обернулась через плечо, тихонько опуская руку вдоль тела. Конечно, булочки она и не хотела готовить, но идея каши пхатчук в качестве благодарности была годящейся. Это могло бы символизировать удачу в их сожительстве, ведь не зря именно в первый день нового года ее готовят. Булочки же, казалось ей, любили все: от детей до стариков, а сама она нередко прогуливаясь останавливалась у тележек, чтобы взять пару горячих свежеиспеченных сладостей. Чонина от упоминания передернуло, показательно тряхнув плечами, а глаза сузились — под маской его губы наверняка искривились, но Ко могла это лишь представить, несмотря на то что подобной эмоции у парня еще не наблюдала. — Ни пуннопан, ни такояки, ни моти, даже кашу не перевариваю. — твердо ответил парень, дернувшись, от чего тележка откатилась на несколько сантиметров, задевая по пути ноги Ко, отчего та пошатнулась и ойкнула. — Прости-прости, — сразу спохватился парень, спешно подходя к девушке, чтобы убедиться в ее сохранности. — не ушиблась? — Нет, но теперь я убедилась в том, что пхатчук ты не ешь, — Ко усмехнулась, поднимая взгляд из-под панамки, что все еще сидела на девичьей голове, — в противном случае ты бы не встретил меня. Непонимающе глядя на близко стоящую к нему особу, он перебирал в голове причины ее ответа. Он не назвал бы ее невезением или ношей, потому не замечал чего-то необычного или неудачного в таком стечении обстоятельств. Нет, ладно. Действительно необычным было то, как он беспрепятственно впустил нового человека в жизнь, открывая для него то, что пока даже другим не показывал. Было интересно ее поведение, наблюдение за ее эмоциями — та ведь невероятно ярко их выказывала, и он чувствовал что-то, очень похожее на себя. Он не мог назвать ее несерьезной или, наоборот, излишне ответственной — хотя, скорее, для этого еще не было подходящего случая. Но ему было любопытно увидеть каждую ее эмоцию, ведь пока ему все нравилось. Чувствуя заминку от собственных слов, Ко поспешила объясниться, опуская голову книзу, смотря теперь на мыски кед: — Знаешь, как например, ты бы не потерял свой телефон из-за меня, не утруждался бы носиться с моими проблемами. — Телефон — всего лишь случайность, которая может произойти с каждым, с тобой я не ношусь, а провожу время. — вздохнув, Ян приподнял краешек головного убора девушки, заставляя растерянно взглянуть на себя. — Буду надеяться, что это удача. — А что ты тогда любишь? — избегая продолжения бессмысленного разговора, она перевела тему, глядя на полную от продуктов корзину. Не сговариваясь, они направились дальше по направлению, шагая нога в ногу рядом друг с другом под тихую фоновую музыку и перестукивание колесиков, проходя отдел бакалеи и сворачивая к напиткам. — Все, кроме бобов. В отделе напитков, пока Ко шла, глядя себе под ноги и искоса на собеседника, думая, что он того не замечает, Чонин взглядом наткнулся на прилавок с газировкой, которую рекламировала их группа. На каждом ряде алюминиевых баночек красовались лица команды, и это могло бы импонировать, но не в этой ситуации. — Этим ты не облегчил задачу. — уже порядком уставшая, она впала в раздумья, смотря себе под ноги. Судорожно обдумывая, как оградить Ко от узнавания его деятельности, ведь крупные акционные вывески так и норовили попасться на глаза, раскрывая его, что ему в голову приходило лишь одно. — Чизкейк, и я очень хочу его сейчас. — внезапно для Ко торопливо развернулся, вновь тяжелой корзинкой задевая подол платья Ко. Перемены в парне были непонятны, но та загорелась идеей приготовить десерт самостоятельно, а потому, решив не обращать внимание, посеменила за ним, доставая телефон из сумки, чтобы выведать рецепт и ингредиенты, так она и пропустила стенд с напитками, отчего парень, тщательно загораживая выпяченным торсом, наполовину повернутым к ней, тихонько выдохнул, расслабляясь, когда баночки остались позади. Собрав полный набор необходимых вещей, продуктов и ингредиентов для чизкейка, они обошли кругом отдел напитков, направляясь к кассе — там их поджидала очередная перепалка по поводу оплаты, ведь Ко, настоятельно решившая хоть в чем-то пригодиться, так и норовила ткнуть своей карточкой в терминал, пока парень раскладывал продукты по коробкам, стараясь упаковать не умещаемое, но прервался от своего занятия, отводя девичью руку, чтобы прислонить экран телефона с открытым сканером. Девушка, сопротивляясь, осталась стоять на месте, громко сопя от злости и дуясь от неудавшегося плана, и пока парень вновь отошел к продуктам, она без разбора набрала у прилавка разных батончиков и попросила блок стиков у консультанта, оплачивая уже самостоятельно и складывая в отдельный пакет, который после не доверила полностью занятой тележке, с которой они последовали на выход. Тележку они протащили за собой до самой парковки, где совместными усилиями утрамбовали коробки в багажник. Уже у багажника она откинула напускную злобу, понимая, что заместо оплаты могла бы пригодиться в сортировке продуктов, за что мысленно запустила себе оплеуху, потому коробки с пакетами они раскладывали вместе, постоянно соприкасаясь руками и плечами, когда наклонялись к багажнику переставая извиняться за столкновения на втором пересечении. Завершением Ко обозначила одеяло, уложенное поверх груды коробок и отошла к передним дверям, позволяя Чонину опустить дверь багажного отделения. Усевшись в салоне, Чонин поспешил полюбопытствовать, замечая в пакете блок табачных изделий. Он еще у кассы успел обратить внимание на просьбу Шин Хе, но не рискнул взрывать маленькую пороховую бочку в виде хорошо сложенного женского силуэта, что продолжал поджимать губы и сжимать ничем не занятые кулачки, но сейчас он заметил, что яростная спесь слетела, и Ко больше не реагирует столь бурно, потому, пока он усаживался в кресло, решился спросить: — И давно ты куришь? — прозвучало бесцветно, но не от того, что его разочаровывало это, а больше из-за нежелания развивать новый конфликт. — С университета компанию неудачную нашла, вот и прицепилось. — пристегиваясь, а после складывая панамку на сумку, что лежала на коленках, она ответила, разворачиваясь к парню, чтобы понять, что он испытывает по этому поводу, — Недавно перешла на легкие версии — они, вроде, не так портят здоровье. По виду Чонина нельзя было точно сказать, насколько неприятна ему эта информация, но казалось, что недовольства по этому поводу он не испытывает, хотя, чаще всего, люди, узнававшие о дурной привычке, крутили носом в отвращении, настаивая на том, что женскому организму это вредит — ну-ну, Ко, не смевшая их переубеждать, лишь молча рассуждала насчет общего вредя для любого организма, ведь для вреда нет различий между полами, потому она ожидала подобного и от него, но он отнесся с пониманием: — В гостиной есть балкон, можешь там курить. — это не было одобрением, но в его компании встречались курящие, так что он не считал это чем-то особенным. — Спасибо. — то ли благодарность на его понимание, то ли на предложение, но Ко не оставила его без ответа, откидывая голову на мягкий подголовник и складывая руки на коленях, пока мотор машины приглушенно загудел, заставляя тронуться с места и выехать из темного пространства в наполненную солнечным светом улицу. Разморенная походом в магазин и тихим бурчанием двигателя, Ко расположилась в кресле, отдаваясь дремоте, и тихонько сопела, а Ян любовался красивым и спокойным во время отдыха лицом всякий раз, когда машины перед ним, образуя пробки, останавливались. Лучики согревающего солнца играючи бегали по бледноватому лицу, норовя попасть в сомкнутые веки, прикрытые пушистыми пучками ресниц, отчего те начинали трепетать в попытке раскрыться, но дремлющая девица оказывала особое сопротивление, пропадая все глубже и дальше в поверхностный сон. Чтобы сон, наконец, окреп, Чонин останавливаясь на светофоре, перегнулся через подлокотник и, едва задевая девушку, опустил солнцезащитный козырёк, ограничивая лучики от прогулки по светлой коже. По приезде домой Ян решил для начала занести все купленное домой, а затем вернуться за Ко, но неосторожным движением при закрытии двери он, сам того не замечая, разбудил девушку излишне сильным хлопком. Сонная Шин Хе слишком медлительно потягивалась в кресле и протирала заспанные глаза, из-за чего застала парня уже у багажника, собирающегося относить по две громоздких коробки за раз. — И как ты собирался со всем этим сам справляться? — уставившись на коробки, что обхватывали руки Чонина, пряча его лицо от нее самой, Ко потирала затекшую шею. Появление девушки для него стало неожиданным, поскольку подкралась та со спины, тихо прикрыв за собой дверь машины, потому он чуть вздрогнул, а затем постарался вытянуть шею, глядя на помятый вид девушки: ото сна глаза немного припухли, волосы были в беспорядке, колтунами торча из-за затылка, вид был хмурым и разминание шеи женской рукой привело его к мысли, что настроение ее возникло из-за ноющих мышц. — За два раза вполне можно было занести все самому. — оправдывался, хотя, положение его было отнюдь неудобным, ведь обе руки были заняты, поддерживая коробки за дно и стенки, отчего закрыть дверь багажника не представлялось возможным. Замечая заминку, она оставила ноющую часть, на ходу растягивая связки наклонами головы к плечам — это совершенно не помогло, лишь растянуло застывшие связки больше, а после выхватила из ладони Чонина ключ, чтобы достать еще коробку, которую была в состоянии донести, и закрыла машину, ставя ту на сигнализацию. Неспешно добравшись до квартиры, Ко осталась раскладывать продукты, пока парень все же спустился за оставшимися покупками. Шея все еще ныла, отдавая болью в затылочную часть черепа, а после стреляя в висок, отчего девушке приходилось, поджимая губы и прикрывая глаза, с болью в несколько заходов перенести коробки к кухне, где она оставила те на минуту необходимого отдыха, пока присаживалась за стол и выпивала стакан набранной из холодильника — в него был внедрен кулер, воды. Возвратившись обратно, Чонин застал девушку на стуле в столовой зоне, неподалеку от нее были расположены не разложенные продукты, а сама она по-прежнему выглядела, по виду, опечаленной. Он заметил еще на парковке то, как она старалась размять шею, но там он был занят, а сейчас он, оставив принесенные вещи, направился в ванную, где сначала вымыл руки, а затем, прихватив из аптечки разогревающую мазь и пластыри, вернулся в кухню. — Давай помогу? Девушка подняла на него взгляд, удивленно подмечая медикаменты в его руках. Сопротивляться было бы глупо, в прихваченных ею средствах не было ничего из того, что могло бы помочь в этой ситуации, кроме обезболивающих, а своим массажем она пока добилась только еще большей неприятной боли, так что кивком головы она пригласила его. Ему часто приходилось массажировать и расправляться с собственными связками, суставами и перенапряжениями в мышцах благодаря активным тренировкам, даже иногда приходилось помогать с этим хёнам, когда те падали от усталости в раздевалке, так что опыт у него имелся, даже в новой аптечке у него был набор первой помощи для обезболивания, но он понемногу начинал сомневаться в своих способностях, пока подходил к девушке, которая переложила пучок своих волос на одно плечо, открывая заднюю поверхность шеи и пробор позвоночника, что выпятился при наклоне головы, приглашая к действию. — Если будет больно, не молчи. — предупредил он, выдавливая из тюбика прозрачный гель, от которого еле-еле пахло чем-то терпким. Мягкими, гладящими движениями он коснулся прохладной кожи плеч, начиная втирать вязкую консистенцию, натирая нежную кожу до покраснения. Его это даже по началу испугало, но молчание со стороны девушки позволяло продолжать дальше. Следя за общим ее самочувствием, он приметил рябь мурашек за воротом оттянутой кофты и только тогда понял, что лучше было бы снять ту, чтобы не испачкать мазью, но было уже поздно — гель липким слоем оказался на коже, а он, в свою очередь, приятно смутился, подмечая, что девушка оказалась довольно чувствительной, хотя, мурашки, пробегавшие по ее телу, можно было списать на сквозняк, но его не было, а температура его рук была выше, чем ее. Заметив, что кожа под его пальцами разгорелась, подушечки стали надавливать и проминать упругие плечевые мышцы и шейные связки, а руки девушки, в свою очередь, сжались в кулачки на нее коленках, зажимая ткань легкого подола. — Не больно? — поинтересовался он, беспокоясь о дискомфорте Ко. — Нет, просто ноет немного. — поспешила успокоить, на самом деле расслабляясь от приятных и избавляющих от боли касаний. Лицо ее заметно покраснело, что ощущалось жаром в области щек и ушей, но было действительно очень приятно от точных и крепких касаний мужских рук. Он будто знал, что точно ее беспокоит, находясь на ее месте, но на самом деле зажим ощущался забитостью в мышце, и он просто старался максимально тот расслабить. Перешедшие касания в затылочную область оставались пощипыванием под кожей, приятно распространяясь по голове и лопаткам, отчего девушка громко вздохнула, немного промычав. Осознав собственное действие, она зарделась, радуясь, что сидит спиной к нему, оттого и незаметно ее смущение. Ему же эти поглаживания, переходящие в щипание, стали сродни медитации, в которой он задумчиво пробовал и щупал нежную и чистую кожу, ощущал напряжение, которое со временем уходило, потому, снова переходя в растирание и нагревание мышц, он, наконец, покончил с массажем, беря принесенный с собой пластырь и наклеивая его вдоль шеи. Как только руки покинули плечи, разгладив вязаную ткань воротника, девушка вскочила на ноги, едва пошатнувшись от резкости действия, что было не заметным, поскольку парень отвернулся и поспешил отойти к раковине, где тщательно мылил ладони, вымазанные в согревающей мази. — Спасибо. — смущенно пряча лицо, девушка поспешила расправиться с продуктами, открывая первую попавшуюся ей коробку и вынимая из нее овощи, чтобы после подойти к гудящему холодильнику. Пока водой ополаскивал кожу, смывая мыльный раствор с нее, он не прекращал ощущать приятную мягкость и нежности кожи, которую до этого так приятно массировал и сминал, на которую так удобно ложились пальцы, скользя от мази и не охлаждаясь от температуры женского тела, а согревая его своей. Даже когда он отошел к полотенцу, протирая им подушечки, все еще оставался невидимый флер соприкосновения с чужими плечами и теперь руки начинало покалывать от окончания этого действа. Голова пребывала в каком-то трансе, навеянном методичными и монотонно повторяющимися движением, из-за чего перед глазами все еще стоял вид кривого, но красивого изгиба пересечения шеи и плеч, открытого от волос, и даже мытье рук никак не помогло выбраться из него, лишь только запоздалая благодарность заставила поднять неосмысленный и растерянный взгляд глаз с острым разрезом, чтобы пронаблюдать, как ожившая девушка стала подходить с овощами к холодильнику, из-за чего он спустя мгновенное, наконец, сморгнул туманящий флер в голове, спеша подойти к девушке. — Все нормально? — забирая у нее из рук упаковку с картошкой, уточнил он, — Картошка, лук, морковь и долго хранящиеся продукты лежат тут. — подходя вместе с пакетом, ему пришлось наклониться к нижнему выдвижному ящику кухонного гарнитура: как оказалось, он был довольно вместительным и глубоким, с системой поддержания температуры и влажности, а еще с разделением для разных продуктов, образуя организованность пространства. — Да, правда. Мне стало гораздо легче. — ответила с заминками Ко — так, будто за заминками вспоминая слова, наблюдала со стороны за тем, что он делал, делая заметки в голове. Запоминать ей придется еще, видимо, очень долго, — Спасибо. У тебя очень умелые руки. — улыбнувшись, приметила она в коробке пачку с пакетированным соком, вопросительно смотря на Чонина. Видимо, ему придется провести более тщательное знакомство с квартирой, поскольку даже в кухне, еще особо не принявшей нового владельца, были свои места, из-за чего и возник вопросительный взгляд. Рядом с холодильником стоял вписанный в гарнитур большой двухдверный шкаф, в котором были подходящие условия под хранение консервированных продуктов, из-за чего он поднес коробку с купленными консервами и пакетами различных напитков, которые набрал в магазине самостоятельно, пока Ко блуждала в поиске ингредиентов для чизкейка. Несколько пачек салфеток, мешок риса и различные добавки в виде соевого соуса, уксуса, кунжутного и растительного масла отправились в тот же шкаф, только рис в целях сохранности от лапок жучков был высыпан в большой контейнер на колесиках, который он поставил на пол шкафа. Пока Чонин по хозяйски раскладывал все по местам, Ко, изредка поглядывая за тем, куда и что он размещал, решила взяться за готовку, ведь день подходил к концу, о чем говорило чуть опустившееся солнце за окном, образуя через вуаль тюля теплый оранжевый свет, которым окрашивались противоположные от них стены, задевая салфетницу и вазу с хлопковыми сухоцветами по середине стола, обращая их в причудливые тени на стене, создавая согревающий уют в комнате. Пока парень перешел к холодильнику, она мелькнула у риса, собирая в чашу, что примерила еще с утра в соседнем навесном шкафчике, необходимое количество, а после последовала к другому однодверному шкафу с микроволновкой и духовым шкафом, где нашла многофункциональный кухонный комбайн, новенькую рисоварку, на панели которой все еще был производственный скотч, защищающий от царапин и пыли, блендер со всеми его частями, упакованный в коробку, и на верхней полке располагались какие-то мелкие приспособления, которые рассмотреть она не смогла. На средней полке был набор кастрюль и идентичный ему комплект сковородок с разными диаметрами и глубиной, стоявшие пирамидой в органайзере. Удивленно осматривая организацию пространства, она представляла как Чонин, все продумывая, раскладывал в первый раз все по местам, наиболее подходящим. Именно из-за этого для всего было свое место, ведь в кухне слишком много зон: теплая и влажная со светлой графитовой раковиной и смесителем, сухая и жаркая находилась через достаточное расстояние от мойки и выделялась светлой варочной панелью, разделяя столешницу на равные половины, чайник стоял в зоне, обратной от раковины с несколькими розетками и включателем внутренней подсветки. Все было продуманно до таких мелочей, что Ко мысленно восхищалась каждый раз. Доставать рисоварку не пришлось — та была подключена изнутри шкафа, так что, отправив промытый рис готовиться, девушка перебралась к овощам: тщательно промыла те и нарезала, оставив просыхать на тарелках. Чонин в тот момент, закончив с покупками, взял одеяла и пошел в прачечную, отправляя те в стирку и оставляя Ко наедине с собой. Пусть они и молчали все это время, все равно было комфортно делать что-то совместно — девушка уже давно не испытывала ничего похожего, ведь не с кем последние лет шесть было делить обязанности и действовать, постоянно взаимодействуя с человеком взглядами, касаниями и разговорами. Как бы она ни кичилась тем, что все это время могла справляться сама, все же в сравнении одиночество, как оказалось, значительно проигрывало совместной деятельности, оттого она еще больше возжелала сожительствовать с этим парнем, что оставлял от границ воспитания лишь руины. Параллельно позднему обеду она все же решила взяться за чизкейк, поочередно замешивая все ингредиенты, в найденную форму — к ее удивлению, даже для выпечки у Яна нашлось оборудование, утрамбовала бисквитное печенье на дно, пока ожидала горький шоколад, что должен был растопиться на водяной бане, пока на соседней конфорке шипели, прожариваясь, овощи, нарезанные стружкой. В запасе было еще около двух десятков минут, пока мясо с овощами обжаривались, благодаря чему она выложила сливочно-шоколадную массу в форму, заполненную до этого основой, и поставила запекаться в духовую камеру. Рисоварка оповестила об окончании писком, потому Ко настроила режим подогрева на ней и продолжила заниматься основным блюдом, добавив в обжаренные овощи с мясом воду, соевый соус и пасту кочуджан, оставляя томиться под крышкой на малом огне на час. На звук писка в кухню возвратился Чонин, окидывая взглядом беспорядок, который суетливо разбирала Ко, бегая из стороны в сторону, чтобы собрать всю посуду в посудомоечную машину, что стояла под столешницей. Остановив за руку девушку, он забрал у нее из хватки глубокую тарелку с остатками сладкой массы, которую, приподняв указательным пальцем, протянул к себе, чтобы попробовать. — Ммм..— от удовольствия промычал парень, узнавая творожный вкус десерта — У нас будет чизкейк? — Да. — остановившись в ступоре, ее лицо, наконец, разгладилось, — но до этого еще далеко. Чувствуя витающий мясной аромат, не полностью поглощенный выключенной вытяжкой, Чонин, ведомый носом, повернулся в сторону включенной плиты, где под крышкой тушился суп, отводя измазанный в креме палец от лица. — Когда ты успела…? — подходя к столешнице, обернулся на стоявшую позади девушку, что была сбита с толку метаниями парня. — Начала, когда ты разбирал продукты. Удивленно взглянув на нее, он прикинул по времени, сколько у нее на это ушло минут, а затем прошелся взглядом по малому беспорядку, творящемуся на кухне, из-за того, что девушка еще не полностью запомнила местонахождения кухонного инвентаря: дверь верхнего шкафчика по левую сторону вытяжки была распахнута, из нее выглядывал органайзер со специями, на столешнице рядом с плитой расположилась перцовая паста, которую девушка добавляла последней, а рядом силиконовая лопатка, вымазанная в жиру, оставляла красный след на каменной поверхности столешницы. По другую сторону от плиты лежала доска с ножом поверх, на котором еще оставались крошки. Все это говорило о спешке, и неудобно себя чувствовал теперь он, позабывший об обеде. — Извини. Я потерял счет времени, пока мы носились по магазинам. — чувствуя вину за то, что почти оставил обоих голодными, он подошел к очередной нижней дверце, за которой притаилась посудомоечная машина, — Давай помогу прибраться? Так они совместными усилиями довольно быстро справились с раскиданными приборами, мусором и тарелками, в молчании: Чонин был заинтересован совместным делом, а Ко смутилась от помощи. И оба совершенно забыли о прежнем трепете тел, когда тот массировал плечи и шею девушки. Пока посудомоечная машина тихим шипением ополаскивала сложенную посуду, Ко уселась за стол, вздыхая от приятного утомления и разливая в чайные пары вновь заваренный чай, Ян же, закончив с протиранием столешницы, отошел к мойке, чтобы вымыть тряпку, после оставленную на отведенном ей крючке. Он не знал, с чего завести разговор, но ему хотелось продолжать узнавать ее, потому, развернувшись к девушке и опираясь на столешницу руками, он буравил ее взглядом, пока та, отвернувшись, разглядывала вид из окна. Хотелось задать кучу вопросов, но тем же временем голова была пуста, пока он тщательно рассматривал женский профиль. — Расскажешь, почему вчера оказалась в кафе с чемоданом? — наконец, приняв решение спросить, полюбопытствовал он, наклоняя голову вбок — словно шее трудно было справляться с грузом мыслей его тяжелой головушки, и та от усталости накренилась. — Арендодатель… — только начав, она была перебита: — Нет-нет, это я уже слышал. Почему именно кафе? — Я работаю в торговом центре напротив, хотела у сотрудника попросить комнату. — повернувшись к нему, она опустила взгляд в кружку, начиная теребить пальцем ручку — чай был слишком горячим, — А как ты оказался в столь поздний час там? — У меня тоже была там работа. — без уточнений увильнул от прямого ответа парень, отталкиваясь от столешницы, он направился за стол, где сел напротив нее. Девушке все еще не хотелось спрашивать его о чем-то личном, так что, раз он не желал вдаваться в детали, она не могла продолжить тему, вновь замолкая. По натуре своей она была веселой и открытой, даже в компании с новыми людьми, но когда приходило время знакомиться, она закрывалась за неведомыми замками, не зная, как и что говорить, оттого казалась молчаливой и задумчивой. Это могло отталкивать, но оказалось хорошей проверкой на прочность людей. Если человек после этого останавливал общение — видимо, не настолько и нужна была ему дружба с Ко, а ей от этого только легче. — В прошлый раз мы тоже там встречались, фрапучинно оказался очень вкусным. — вспомнил он. Девушка взглянула на него, подняв голову, и улыбнулась — то ли из-за похвалы ее выбору, то ли тому, что Чонин, кажется, прошел проверку, ведь продолжал донимать вопросами. — Да, там, на самом деле, очень много всего вкусного. И каждый сезон что-то новое найти можно, хотя в меню всегда есть постоянные пункты. Я люблю это место за их выбор чая, но и кофейные напитки с коктейлями выходят у них очень даже неплохими. — Это твое любимое место? — неоднозначно кивнув головой, он улыбнулся, радуясь, что из их разговора стало выходить что-то сносное. — Можно и так сказать. Но… — раздумывая о любимых местах, девушка вообще ничего не могла выдумать, в голову действительно приходило только одно, но обосновывалось это лишь тем, что со своей затворнической жизнью, она не посещала много мест, заказывая доставки домой, либо готовя самостоятельно, за напитками забегала она лишь в одно место уже несколько лет, начиная с университета. — Я, скорее, больше никуда не ходила. — А у тебя есть любимые места? — решив поддержать тему, спросила она. Хотя, на деле, суть крылась не только в поддержании разговора. Ей тоже было любопытно узнать что-то новое о нем. На вопрос парень ответил не сразу, мысленно перебирая места, где ему больше всего нравилось. Из критериев он выбрал удобство, качество еды и напитков и общее представление. Он был во множестве мест даже вне страны, но в голову приходил только маленький ресторанчик на Тасон-ро, где он любил блюда с говядиной. — Да, почти у побережья реки есть одно место, там вкуснейший кальбитхан. — с каким-то воодушевлением в глазах, задумчиво ответил он, кладя голову на выставленную ладошку, от чего вид его казался мечтательным. Чай к тому времени стал приемлемой температуры, а ободок кружки перестал обжигать чувствительную кожу пальцев, потому Ко стала неторопливо пить, отпивая маленькими глоточками, чтобы прочувствовать освежающий вкус жасмина и горечь зеленого чая, обеими ручками придерживая чашку за дно. — Ммм… Кальбитхан, — задумчиво протянула, убирая от лица чашку, но держа ее все еще навесу, — это единственное, что у меня до сих пор не получается делать так вкусно, как выходило у… — она запнулась, вспомнив о чем-то грустном, о чем говорил ее застывший тоскливый взгляд, опущенный на дно чашки, но она поспешила сморгнуть грусть, переиначивая то, что хотела сказать: — Как выходило в ресторане. Запах еды усилился и Ко, взглянув на часы, встала вместе с чашкой к столешнице, где отправила в раковину емкость, быстро ополаскивая и ставя сушиться, а затем подошла к кастрюле, доставая новую лопатку, потому что прежняя сейчас принимала парную баню в темной и влажной камере посудомойки. Видимо, приятный разговор подошел к концу. Зато от навязчивого запаха, усилившегося благодаря открывшейся крышке, заурчало в животе молодого человека, и только тогда он понял, насколько голоден. Справляться одной он ей не позволил, расставляя по столу тарелки с приборами, пока она доставала закуски из холодильника, выкладывая те в тарелочки. Чонин после взялся за рис, в равных порциях выкладывая тот для себя и нее, еще со вчерашнего дня приметив хороший аппетит у девушки, когда за ужином они поровну съели рагу, омлета, риса и морепродуктов, за исключением мидий — как оказалось, девушка не переносила слишком йодированного вкуса этого слизня, как назвала его она, потому все мидии съел он. Уже садясь за стол, он заметил, что девушка все еще не собирается присоединяться есть, вместо того она достала из холодильника сливки, из шкафа, куда его сложил Ян, сахар и стала растапливать тот на пару с маслом в сотейнике, не отходя от плиты и помешивая. Прошла пара минут и Ко попросила не ждать ее, все еще стоя за плитой и помешивая скрипящую по дну сотейника массу, а после добавляя к нему сливки и понижая огонь. Быстро расправившись с собственной порцией, тарелку он сложил в раковину, оставляя на потом, и решительно направился к стоящей к нему спиной девушке, что облокотилась бедром о нижний шкафчик гарнитура. — Иди кушать, — выглядывая из-за ее плеча на варочную панель, где понемногу начинала бурлить коричневая масса, он напугал девушку, которая дернулась, отчего лопатка, хлопнув, окатила ее руку капельками раскаленного жидкого сахара. — Черт! — вздрогнув, воскликнула девушка, хмурясь от боли. Ругаться ей совсем не хотелось, потому что подобная случайность могла произойти с любым, а парень действовал из благих намерений, заботясь о ней самой, потому, вздохнув, она передала лопатку ему в руки, за плечи подталкивая к плите, наказала в течение еще двух десятков минут помешивать карамель, а сама поспешила в комнату, где в аптечке взяла пантенол и пластырь, которым заклеила вскочивший волдырь. Вернулась она потихоньку, бесшумно усевшись за стол, и хватая палочки больной рукой. Держать их было трудно и неприятно, так что, попытав удачу еще немного, и все же съев несколько ложек риса с мясом, она отложила это дело, уставившись на руку. — Извини, я не хотел. — стучание палочками и ложкой по тарелке отвлекли парня, который почти заканчивал с наказанным ему делом. — Я понимаю. Ничего страшного. — вынужденно улыбнувшись, девушка опустила голову в стол, стараясь дождаться, пока ее рука перестанет отдавать ноющей болью, распространяющееся по всей кисти и выше. — Если закончил, взбей карамель со сливками блендером, пожалуйста. Постаравшись быстрее справиться с поставленной задачей, он влил сливки не постепенно, а разом, из-за чего часть массы расплескалась по кухне, а он почувствовал себя криворуким, став нервничать из-за оставленного беспорядка, ведь капельки карамели разлетелись в разные стороны, задевая столешницу, плиту, чайник и даже вытяжку, застывая каплями на поверхностях. Девушка все еще сидела голодная. Попытка есть противоположной рукой провалилась с треском, когда рис упал с ложки из-за трясущейся руки, а мясо выскальзывало из дрожащих палочек. Обернувшись на парня, который точно так же терпел неудачу, она окликнула его: — Поможешь? — спросила и кивком обернулась к столу, где стояла порция риса, закусок и мяса с овощами. — Да, сейчас. — в миске, на его взгляд, стало выходить что-то годное, потому, достав миксер из массы, вытащив вилочки из прибора и бросив те в раковину к имеющейся в ней посуде, направился к девушке, придвигая стул и садясь напротив, чтобы накормить ее. Ситуация выходила странной, а просьбу она сочла глупой уже после того, как осознала содеянное, так что сейчас она сидела смущенная, пока парень набирал в ложку рис и выкладывал на нее кусочки мяса с овощами, после протягивая ко рту. — Аааа.. — на манер отца, что заталкивает в непоседливое дитя еду, протянул он, когда девушка распахнула глаза от смущения вместо рта, — Открывай рот. — подсказал Чонин. Девушка потянулась ближе к его руке, стараясь не слишком широко открывать рот, но чувствовала она себя слишком неудобно — какой стыд. Первая ложка с горем пополам оказалась во рту, и девушка, пока жевала, поняла, что лучше терпеть неприятную боль, чем позориться как малое дитя перед Чонином. Видя, что он набирает следующую ложку, она остановила его больной рукой: — Я, пожалуй, сама справлюсь. — Нет, из-за меня тебе больно, так что не отказывайся. — не терпя возражений, парень протянул ложку, наблюдая за скомканными эмоциями на покрасневшем лице — надо же, насколько смутилась. Девушка в сопротивлении замахала рукой, и тогда парню пришлось перейти к тяжелой артиллерии: — Ложечку за маму… — вновь протягивая к ней руку, со смешком проговорил он, щурясь глазами в улыбке. Это сработало, потому что ошеломленная девушка остановилась, приоткрыв рот, и тогда рука скользнула ложкой по губам, высыпая еду между приоткрывшимися губами. — Так нефефтно. — прикрывая рот рукой, возмущенно ответила девушка, пережевывая пищу. В ответ на это он вновь протянул ложку с едой со словами «А теперь за папу». С горем пополам непоседливое дитя было накормлено и отправлено отдыхать, пока названый отец отмывал попытки своего шефства. Перед уходом Ко, пряча взгляд в смущении, попросила его перелить получившуюся карамель в стеклянную банку, чтобы остудить, и все порывалась помочь, но он, настроенный на веселье, уж слишком вошел в роль папочки, наказывая убираться из кухни, иначе, как он сказал «рискует получить витамина Р». Вымыв кухню от следов его горе-деятельности, он вытер руки от влаги полотенцем, а после, с приятной усталостью взялся за телефон, на котором стоял беззвучный режим. Множество пропущенных уведомлений высветилось на экране блокировке, отдаваясь беспокойством где-то в районе желудка. Надо же, настолько погрузился в беспечное времяпровождение, навеянное беззаботным общением с девушкой, что ни разу за весь день не взглянул в мобильный, кроме утра, когда написал в общую группу, что будет занят весь день — тогда ему никто ничего не ответил, и он отключил звук, понадеявшись на отсутствие расписания, но оказалось, что ребята уже готовы были тревогу бить от его безмолвия, так что требовалось срочно созвониться с менеджером, чтобы скоординировать расписание. — Да? Чонин? — послышался нетерпеливый ответ на звонок, — Ты куда пропал? — Извините, понадеялся на пустое расписание. — Через час у тебя общая тренировка танец-практики, затем репетиция с учителем вокала — он перенес занятия с завтрашнего дня в последний момент. — не терпя возражений и не давая вставить и слова, диктовал менеджер. — Собираюсь. — И еще, в компании требуют с тебя объяснительную по причине отсутствия в общежитии, так что зайдешь где-то между этими пунктами. Сегодня же. — Да, понял, спасибо. — чувствуя вину за приступ безответственности, он мог лишь соглашаться. Стоило предупредить Ко насчет отсутствия дома и поторопиться в студию, чтобы не прилетело еще больше, потому, быстро собрав с собой некоторые вещи и ключи от машины, он напоследок, постучавшись, приоткрыл дверь гостевой комнаты , в которой на него удивленно уставились два приоткрывшихся глаза девушки, что вышла из гардеробной с джинсами в не поврежденной руке. — Я, наверное, сегодня не вернусь. Буду на работе. — с долей вины за то, что не успел провести больше времени с ней, объяснил он. — Да, конечно. — кивнула девушка, оставаясь стоять в проеме. — Я сохранила твой номер. — Извини, что справляться придется самой. — напомнил о руке, осматривая большой пластырь. А ведь она вся в пластырях, начиная от шеи, заканчивая руками и пальцами. Ходячая беда. И как ее оставлять наедине с собой? — Да, не забывай звонить в случае чего. — напомнил он, выходя за порог. Девушка неожиданно поспешила оставить на спинке стула джинсы и последовала в новых жабьих тапочках вслед за ним. Без слов она наблюдала, как парень накидывал выхваченный из шкафа бомбер, доставал новую маску и прежнюю кепку, которую надел, смотря в зеркало, разравнивая пучки всклокоченных локонов. Немного неловко, будто не зная, что сказать, девушка смотрела на носки новых тапочек, что открывали ухоженный педикюр пальчиков ног, и, когда молодой человек развернулся к двери, полностью готовый к выходу, она, задержав его рукой, ухватившейся за край бомбера, смахнула видимую ей пылинку и пожелала хорошего вечера, прежде чем он, улыбнувшись ей, пообещал вернуться и ушел, закрывая за собой дверь и оставляя Ко наедине с собой.