Часть 27. Фобос

***

Теперь Фобос рассудил иначе: раз Уравнители не оставляют ему ни малейшего шанса дойти первым, то не лучше ли будет самому навязать им бой? Подготовленным и отдохнувшим — на своих условиях. Вот только големы… Один раз он уже попался каменному исполину без наездника, тот чётко отработал программу «нетравматичный захват и удержание». Фобос тогда подхватил жуткий насморк, будучи прижатым под дождём к холодному животу конструкта всеми четырьмя бесчувственными лапищами. Надо вывести из игры хотя бы одного из них… Калеб, например, любит гулять пешком. Вот его «лошадкой» и займёмся, благо что Шантам напрямую не запрещал атаковать големов. Интересно, сколько Силы придётся потратить, чтобы вырубить наверняка хотя бы одного? Свой кристалл Фобос перекинул на перекрытие развалюхи примерно на уровне третьего этажа — мало ли, с Уравнителей станется приделать тому ноги. Теперь забрать его мог лишь тот, кто знал точное расположение артефакта, да и к тому же умел летать. Левитацию тот перебивал недалеко — ярда на три. Должно хватить, если подлететь с другого края. Конечно, можно попробовать подыскать «удочку» на те же три ярда и левитировать до финиша, но Силы ему хватит на треть пути. Он уже пробовал. Шантам, хитрая паскуда, всё просчитал. А кроме того, его сразу станет видно через линзы, и все радостно сбегутся его ловить. Теперь маг взбирался на прямую, как стрела, вышку, всё ещё покрытую сажей и копотью, — «заводская труба», сказала бы про такую Хай Лин. По всей высоте конструкции шла ржавая металлическая лестница, и её крепления не выдержали бы веса человека, вздумавшего по ней забраться. Хорошо, что он не человек. Возможно, получилось бы просто долететь до верха, но Фобос старался экономить Силу, ведь восполнять её было негде. Так что он облегчил свой вес только наполовину, а когда крепления скрипели особенно жалобно, то и на две трети, и, быстро перебирая руками, лез на самый верх. Верхушка постройки обломилась, часть кирпичей ссыпалась вовнутрь да так и лежала там, очевидно, встретив на своём пути вниз какую-то перегородку. Ветер здесь гулял нешуточный, так что курсант спрятался за стенкой трубы и осторожно осмотрелся. Вид был потрясающий — для ценителей, конечно. Фобос таковым не являлся, да и летать он не особенно любил. Вот его жёнушке, пожалуй, понравилось бы. Напитанная магией Кондракара, та частенько витала в облаках как в прямом, так и в переносном смысле. Отсюда просматривался весь город, вернее, то, что от него осталось. Из сознания Хай Лин он почерпнул интересные сведения об авиации, бомбёжке, ракетах… Очень похоже, что с городом случилось что-то из этого списка. Магические разрушения выглядели бы иначе. Что тут такое произошло? И почему Кондракар не вмешался, ведь они с этим Измерением близкие соседи? Есть движение. В паре кварталов от себя Фобос заметил на крыше высотки человека. Дом выглядел практически целым, так что внутри, вероятно, сохранились лестницы. «Не человека, нэко», — поправился он, узнавая Шантама. Тот подошёл к самому краю крыши и тоже обозревал окрестности. Наставник колдовал так себе — любопытно, а хотя бы левитировать он умеет? Если нет, то он конченый псих. Время форы подходило к концу, Фобос отследил взглядом группу големов — те вошли в развалины в одной точке, но почти сразу же разделились. И Калеб — а маг был почти уверен, что это он, — спрыгнул со своего и тоже деловито утопал четвёртой дорожкой. Вот теперь можно и поиздержаться. Он быстро спикировал вниз, чтобы вспышку магии не успели засечь, и побежал за неосёдланным големом. Тот шнырял зигзагами по полуразваленным улочкам, как ищейка, в верхней паре рук тащил кристалл. По идее, сейчас его настроили максимально мирно — всё же у них тренировка и нет намерения сильно калечить живых участников забега. Что ж… Придётся рискнуть, а милашке Тарани ещё раз поработать сверхурочно. Фобос подыскал местечко повыше, занял его тремя длинными прыжками, снова облегчив свой вес магией, выбрал камешек и как следует прицелился. Когда голем, следуя программе, пробегал обратно, в его руку прилетел булыжник с полтонны весом. Антимаг-кристалл ничего не мог с этим поделать: снаряд уже набрал приличную скорость. Есть! Одна из ладоней гиганта раскрошилась, он начал ронять поклажу, но тут же подхватил её другой парой рук, как это сделал бы живой человек, — будь у него четыре, конечно. Тут артефакторы молодцы, что и говорить: скорость реакции их творений впечатляет. Интересно, будет ли тот кидаться в ответ? Фобос на всякий случай перебежал, пригнувшись, к другому краю развалюхи и осторожно выглянул на разведку. Голем как ни в чём не бывало продолжал свой неспешный променад. Вот тупая скотина. Пришлось сделать ещё шесть попыток: три промаха, три в яблочко, — и вот уже конструкт беспомощно шевелил культяпками в тщетной потуге обхватить свою ношу и двигаться с ней дальше. После очередного захвата кристалл жалобно хрустнул и развалился напополам. Похоже, ему тоже досталось. Фобос прислонился к стене, переводя дыхание и улыбаясь. Теперь его хотя бы не замкнут в Треугольник. Вспышки магии наверняка привлекли внимание Уравнителей, поэтому уже через минутку маг бежал дальше вдоль улицы, выискивая новое укрытие — повыше, чтобы посмотреть, кто прибежит «спасать» голема. Следующей жертвой он наметил Калеба, тем более что тот сам бежал навстречу: с големами Уравнители имели примитивную ментальную связь. Фобос отследил своего земляка сверху и мягко спланировал ему в тыл. Да он же просто напрашивается на удушающий! Калеб ничего не услышал, но насчёт нападений со спины — на тренировках, конечно же, — Шантам был непреклонен. Пришлось окликнуть Уравнителя: — Эй, Калеб! Как насчёт реванша? А может, сразу сдашься? Тот повернулся с видом кошки, которой на хвост наступила особенно наглая мышь. Доспех на тренировку он надевал не полностью — вот наголенники точно нет. И перчатки нет — от других Уравнителей оказывалось намного больнее получать даже смазанные, частично заблокированные удары. Но вряд ли Калеб заботился о его комфорте — скорее, о собственной скорости, тем более что он ходил пешком. — Я бы на твоём месте уже доставал наручники, — глубокомысленно заявил Фобос. — Иначе мне придётся долго возить тебя по этой пылище, прежде чем я найду их на тебе сам. Калеб сердито засопел, но наручники достал и бросил их чуть в сторону. — Твой голем сейчас очень занят, — маг заметил, как его соперник периодически сосредотачивается, подзывая своего каменного слугу. — Когда я его видел в последний раз, он пытался починить кристалл. Сам и разбил, к слову, — пусть так и занесут в протокол. А вот руки ему уже я переломал, тут каюсь, виноват. — Что ты сделал со Шлёп Шлёпычем? — не выдержал Уравнитель. — Вот изверг, у него же атакующие программы скручены на минимум! Фобос рассмеялся. Да! Они действительно дают своим питомцам имена. — Полагаю, он там надолго застрял. Латает, старается… Шансов ноль, ручек тоже. Ну да энтузиазма ему не занимать… Калеб с коротким рыком ринулся мстить за своего боевого «скакуна». Очень хорошо, теперь он не соображает, главное — пережить первую атаку. Связку повторить: уворот, блок, пинок в коленку — теперь уже прямой, защиты нет, и ладонью в… Эх-х, а хорошо попал, кажется, прямо по нерву — Уравнитель с шипением сложился к ноге. Ну вот, теперь можно через бедро и плечо взять на болевой. И наручники прямо под рукой лежали — что за чудесный день! — Чтоб ты сдох, тварь, — пожелал Калеб, отплевавшись от пыли. — Ненавижу!.. — Зато я тебя — обожаю, — совершенно искренне отозвался Фобос. Впервые за два года он уложил Уравнителя на лопатки — до этого получалось только на арене, да и то хорошо, если один раз из трёх. — Где там твой фейерверк? Надо же Шантаму показать, откуда вызволять своих «котяток». Второй Уравнитель — амбал с Геи — повёлся на его простенькую ловушку с «раненой пташкой». Фобос сделал вид, что плетётся из последних сил, а потом резко взбежал по насыпи из обломков, увеличивая расстояние. Голем забуксовал, Уравнитель немного помялся и решил продолжить погоню пешком: благо, что добыча снова еле переставляла ноги. Маг скатился с насыпи по другую сторону, прикидывая шансы. Кажется, это Мэдок — плохо, совсем не его категория. Двести пятьдесят фунтов чистого протеина, пара извилин и никакой фантазии. Он действительно хорош — это если всё делать по правилам. В чём недостаток здоровяков — они совершенно лишены изящества. Когда надо спуститься, особенно если доспех так и тянет вниз, их мышцы становятся скорее в минус, чем в плюс. Вот и Мэдок летел с горки с грацией подстреленной коровы, изо всех сил перебирая ногами, только чтобы поспеть за своей массивной тушей. Ай-яй-яй, ну как тут не помочь старушке гравитации? Фобос принял и его на бедро, причём подловил момент идеально — его даже не мотнуло от удара, получилось что-то вроде подножки корпусом. Уравнитель перелетел через его спину и мощно приложился всем телом об щебёнку. Курсант даже проверил, дышит тот или нет, — разумеется, после того, как сковал ему запястья за спиной. Порядок, ещё один «котёночек» упакован. Осиротевший голем вынырнул из-за насыпи, но маг уже скрылся в ближайшей подворотне. Интересно, кто третий? Будет шикарно, если это Шемлеш — ещё один нэко. В отличие от серого с полосками Шантама, этот был песочно-рыжим и пятнистым. Как и следовало ожидать, оба «котика» на дух друг друга не переносили. Шантам никогда не вставал с ним в спарринг. Боялся, что нервы подведут и благородный поединок превратится в примитивное шерстяное месилово? Фобос даже исподволь ощущал к молодому нэко уважение, ведь у того Шантам преподавал все четыре года. С Шемлешем Фобос, пожалуй, дружил, если это можно так назвать. Они чаще всего работали в паре, будучи одного роста и веса, и разбирали вместе теорию. Из всех Уравнителей только «котик» не спотыкался о слова вроде «парадигма» и «аналогия». С ним возможно даже договориться, ну или рискнуть попытаться это сделать, потому что Шантаму он его всё равно не выдаст. Фобос снова забрался повыше и осмотрелся — а вот и третий голем. Только всадника на нём не видно. Решил последовать примеру Калеба? Нет, в принципе логично… Остался один загонщик, и он об этом знает — тоже видел фейерверки, на случай поражения Уравнителя они были другого цвета. Вот и решил немного уменьшить шансы противника на победу. Значит, это не Шемлеш: тот не стал бы так стараться. Где же ты? Эсканор спиной чувствовал пристальный взгляд. Он заложил петлю вокруг квартала, вернулся на прежнее место, и его пробрал холодок: в пыли рядом со своими следами он чётко видел отпечатки чужих ног. Вот так, значит, да? Фобос не спеша свернул на широкую открытую улочку, шёл вразвалочку минут пять, а потом резко нырнул в переулок и там с разбега взлетел по разбитой стене на этаж выше. Пришлось обойтись без магии: он был уверен, что на сей раз Уравнитель пристально смотрит в его сторону и всплеск Силы не пропустит. Пока не стоило уведомлять его о своих планах. Затем маг вернулся немного назад и засел в арке над тротуаром: на ней сохранились скульптуры милых пухлых человечков, и он отлично дополнил эту композицию непритязательной серой гаргульей в своём лице. Минута… Ещё одна… Да наги бы драли этого… нага! Самир происходил из расы малых змеек и в звериной ипостаси выглядел гораздо скромнее того же Седрика по размерам. Обольщаться не стоило: даже будучи человеком, он был намного сильнее и по весу недалеко ушёл от того же Мэдока. Передвигался он тихо и плавно, ладно подогнанный доспех практически не бряцал при ходьбе: неудивительно, что Фобос услышал его только совсем рядом с собой. Из плюсов — превращаться ему нельзя. Из минусов — Фобосу тоже много чего нельзя: например, бить его магией. Шантам говорил: «Используй всё, что есть у тебя в арсенале». Всё, что есть сейчас у Фобоса, так это его магия, куча камней и песок. Первые два запрещены, что до последнего… — Самир! — позвал он, спрыгивая с арки в двух шагах за спиной Уравнителя. Тот резко обернулся и словил полную пригоршню пыли в открытое забрало. Есть! Поймал на вдохе. Снова силовой захват, бросок, и… Боль выстрелила так мощно, так внезапно, что он совершенно выпал из реальности на пару секунд. Это едва не стоило Фобосу победы, впрочем, он успел прижать ошалевшего нага и выкрутить ему плечо суставом вниз. Болела спина, и противник оказался ни при чём — разве что косвенно, когда отожрал себе этакую тушу. — Твой голем идёт сюда, — прошептал Эсканор, замыкая наручники, затем сорвал с нага шлем и помог отдышаться — тот кашлял как-то совсем уж нехорошо. — Прикажи ему бросить кристалл, клянусь, никто не пострадает — только победа сегодня, — пришлось усилить нажим, потому что Уравнитель никак не реагировал. — Ну!.. Голем встал на выходе из переулка и действительно положил свой кристалл на землю. — Теперь прикажи своему имбирному прянику, чтобы он доставил меня, куда я ему велю, и слушался меня — только меня! — до заката, — эта часть плана нравилась Фобосу меньше всего, но будет страшно обидно сойти с дистанции на финишной прямой только потому, что у него так неудачно защемило спину. Может, он вообще позвоночник сломал? Ну не может же так болеть простое растяжение, да ещё и зверски простреливать в ногу до пятки и на весь бок! Кашель Уравнителя теперь перемежался с булькающим смехом: — Что, решил доехать с помпой? Мало тебе просто победить, да? — Отдай приказ, — настоял Фобос и добавил кое-что новенькое: отогнул нагу средний палец и силой потянул назад. Атака на кисть воспрещалась, но на кону стояло слишком многое. — Или… Я его тебе сломаю. Тот на секунду призадумался, потом вспомнил то же самое: — Валяй, Шантам тебе тогда всю руку доломает целиком. Фобос неудачно повернулся, и перед его глазами расцвела новая вспышка боли. — Видишь ли, наша с тобой проблема в том, — выдохнул он Самиру в ухо; его волосы выбились из пучка и закрывали их обоих, периодически подёргиваясь от особенно глубоких выдохов, — что мне уже как-то похер. А тебе?.. В ожидании прошло несколько долгих томительных секунд, после чего голем повернулся к ним спиной и присел на одно колено. — Правильный выбор, — одобрил курсант, поднимая себя в вертикальное положение магией. — Надеюсь, обойдётся без фокусов, потому что, если я останусь на ещё одну «охоту», мы с тобой сразу продолжим то, на чём остановились. Вслед ему неслось «да вали уже, ебанат психованный» и «кукуху проверь, как доехала». Помнят, помнят мальчики его лекцию по риторике. Так… Если идти медленно, то вроде бы не больно. Главное, не нагибаться и ничего резко не делать. А-ах! И голему приказать идти ровнее, благо что управление действительно оказалось самым примитивным. Далее Фобос вернулся к тайнику, слетал за своим кристаллом — теперь стоило немного потратиться. Где-то бегает ещё один голем Мэдока, но он уже не так опасен: главное — не стоять у него прямо под носом. На креплениях Фобос стоял на левой ноге и большую часть веса старался переносить на руки. Боль в спине эхом возвращалась при каждом скачке, он снова в кровь искусал себе губы, но притормаживать голема не решился: солнце уже коснулось краешком горизонта. Впрочем, за белую полоску «домика» Фобос успел — влетел на самирском големе и сполз с него как русалка, выброшенная на сушу. Вся команда уже ждала его, Фобос вытащил антимаг-кристалл и в полной тишине поднял его над головой. Солнце сверкнуло в нём последним лучиком и скрылось окончательно. Шантам кивнул дежурному целителю — ярко-рыжая магичка с затейливыми косичками сразу потянулась к его спине. Телепаты из них так себе, но боль чуют как собаки… После Исцеления Фобос сразу почувствовал себя лучше и попытался встать, но она удержала его на земле, подошла к Шантаму и перекинулась с ним парой слов. — Эсканор, как ты умудрился так зверски сорвать поясницу? Там же связки — моё почтение… Я тебе сколько раз говорил, не нагружай одну и ту же сторону! Сделал правой — работай левой! — Учту, — покорно согласился он. Так что решит Наставник? — Калеб! — обратился нэко к другому участнику забега. — С твоей стороны есть претензии? — Есть, — хмуро ответил тот. — Он раздолбал моего Шлёп Шлёпыча. И кристалл ещё. — Отклоняется. Что по бою с тобой? Всё честно? — Честно, — нехотя признал Уравнитель. Шантам неспешно прогулялся вдоль строя. — Мэдок, что у тебя? — Он не объявил о начале поединка, — подумав, доложил здоровяк. — Сразу меня на бросок взял, а дальше я не помню… — Нападал спереди? Ты его видел? Тоже отклоняется, вы не на арене. — Ну ладно, тогда честно, — флегматично согласился тот. — Самир? Фобос замер. Тот факт, что наг зачем-то уступил ему свою «лошадку», выглядит крайне подозрительно со стороны. Расскажет ли он о своём недоломанном пальце? — Полный порядок, Эсканор выиграл, — бесцветным голосом подытожил Самир. Определённо, за такими кровожадными «зайчиками» нагу больше гоняться не хотелось. — И ты дал ему прокатиться на своем големе, несомненно, по доброте душевной? — елейно поинтересовался Шантам. — Конечно. Мне для хорошего человека ничего не жалко, — заходясь в кашле, продолжал врать Уравнитель. — …И к заходу солнца он успел вовремя. Ну что же, выпускник Эсканор, да-да, ты не ослышался, завтра можешь приходить… — нэко поправился: — А лучше, когда отлежишься, за дипломом. Я засчитываю тебе все свои предметы, как и обещал. Всё остальное ты уже сдал, так что желаю удачи в дальнейшей службе Кондракару. Присутствующие торжественно сложили ладони перед собой. — Теперь работа над ошибками, — не преминул добавить ложку дёгтя Шантам. — Калеб, в чём ты просчитался? — Поддался эмоциям, разозлился, потерял контроль над собой, — заученным тоном начал Калеб. — Позволил выбить себя из равновесия. Наказание — тренировка в пруду с Мэдоком. — Отставить. Будешь с Шемлешем: с Мэдоком для тебя больше не наказание, а, скорее, развлечение, — переиграл Шантам. — А ты, Мэдок? — Поторопился, поверил в быструю победу. Недооценил противника. Наказание? Э-э… Надо, наверно, что-то медленное и занудное… — В точку. Носишь воду вёдрами до кабинета Химериша и обратно на склады. Семь кругов туда-обратно, и чтобы мимо не пролил ни капли! Тот подсчитал про себя, медленно шевеля губами: — Это что, на самый верх Храма? Слушаюсь, раз виноват… — Самир, — вкрадчиво начал Шантам, — ты же знаешь, как я отношусь к врунишкам. Чего удивляешься, думаешь, старина Шантам размяк и не видит дальше собственного носа? Твоё наказание такое: я не стану отбирать победу у Эсканора, коли уж ты лично решил ему подыграть. Почему ты так сделал, расскажешь парням сам. Фобос даже совсем позабыл про боль в пояснице, которая вообще-то никуда не исчезла после заклинания, просто стала тупой и ноющей. Это вышло великолепно. Если Шиндлера он с ходу назначил бы главным палачом за его внешний вид, то Шантама — не меньше чем верховным судьёй — за его изощрённый разум. Мэдок и Калеб волками смотрели на своего проштрафившегося и, очень вероятно, бывшего товарища. — Впрочем, будет слишком жестоко сваливать вину за проигрыш на тебя одного, — тоном «казнить и миловать» продолжал нэко. — Вы все хороши. Можешь откупиться от разговора по душам, если дотащишь своего вымогателя до медблока сам, без голема. Тебе же для хорошего человека ничего не жалко? — отзеркалил он. — Конечно, попробуй попросить о помощи своих… — Шантам внимательно посмотрел на других Уравнителей, — …друзей. Если они согласятся, конечно. — Я не… Всё в порядке, дойду сам, — попытался возразить Фобос. — Это и твоё наказание тоже, Эсканор. Просто небольшая дружеская прогулка с товарищами по игре, что скажешь, а? Я видел, как ты дрался, и мне очень бы хотелось сказать «как лев», но на ум приходит совсем другое животное… — У кого учился, — аккуратно вбросил шпильку Фобос. Сильно нарываться тоже не стоило, ведь зачётку он пока не получил. Шантам не закончил. — Строго говоря, я не понимаю, куда ты так торопишься. Что мешало тебе спокойно пройти весь курс, сдать вовремя, со всеми, как положено? Я проставлю тебе твой зачёт, потому что обещал, но ты всё ещё не вполне готов. Только ярость помогла тебе пройти сегодняшнее испытание. Ярость — это не гнев, она действительно может давать силу и тащить вперёд, сохраняя голову ясной. Фобос по-прежнему не понимал, куда Наставник клонит. Ох уж эти пустынные виды, как же они любят вот такие вот философские переливания из пустого в порожнее… — Ярость подобна аш-ишу: ты можешь сколько угодно думать, что нацепил на него ошейник, но, пока он рвёт твоих врагов клешнями, его хвост жалит тебя за ноги, — глубокомысленно закончил он. — Когда почувствуешь, что яд переполнил твою чашу до краёв, приходи ко мне на дополнительную тренировку. — Я запомню, — отозвался Фобос и удивился, насколько слабо прозвучал его голос. Похоже, зря он отказывался от помощи Уравнителей, сам бы он точно сегодня никуда не дошёл. Не съедят же они его? Самир присел перед ним на колено точно так же, как и его голем до этого, но тут Мэдок не выдержал: — Ладно, чего уж там… — и они приглашающе сплели руки. А вот и Калеб подтянулся: — Эй, если что, я подменять буду! Шантам умиротворённо улыбался в пушистые усы. — Мальчишки… Стоило всего-то один раз нормально подраться. Осталось только всем вместе разгромить кабак, отсидеть ночку в казематах, и вот вы уже лучшие… Все четверо посмотрели на него с таким выражением, что он быстренько закруглился: — Да ладно, уж и помечтать нельзя.

***

Давненько Хай Лин не забирала своего подопечного из медблока. Сегодня у доктора-нэко случился богатый урожай: кроме Фобоса на неё свалились аж целых три Уравнителя — грязные, потрёпанные, все прямиком с тренировки. Вид у четвёрки был крайне несчастный. Её Покаянник сидел возле окна, уже обласканный вниманием медицины, затянутый в жёсткий пояс-корсет, а нэко «обрабатывала» крупного парня с татуировками на шее: — Что значит, не надо прививку? Я вытащила вот такенный… — она показала аккуратно подстриженными — но всё же когтистыми — пальчиками, — …ржавый гвоздь из твоей задницы. Патогенная микрофлора в Атриуме аналогичная, ты же у нас Homo? Homo. Будь добр на профилактику tetani! — Нормальной я ориентации, — краснея, оправдывался уроженец Геи. — И титяней у меня нет… — А хочешь, будет? — подловила его нэко. — Топай давай на профилактику в прививочный кабинет! Имей в виду, я проверю! Ну что за народ, как на гвоздь напороться — я уверена, даже не пикнул, а тут ма-а-сенький укольчик, и уже сопли до колен… — Конечно, не пикнул, я же в обмороке был, — рассудительно пояснил Уравнитель, и врач вцепилась в него мёртвой хваткой: — Так это что же, с сотрясением решил от больнички откосить? После прививочного — обратно ко мне! Только бегом не беги и к стенке держись поближе… Другой Уравнитель с тёмными вьющимися волосами надрывно закашлялся, и нэко поспешила заняться им: — А тут у нас совершенно шикарный случай бронхообструкции! Пыли, говоришь, наглотался? Чтобы такой роскошный кашель заиметь, пришлось бы эту самую пыль горстями собирать и в себя целенаправленно запихивать! Эсканор, тебе вредно смеяться, я же отсюда вижу, как у тебя там всё болит! Хай Лин заинтригованно потянулась к его сознанию, но Фобос поспешно отмахнулся. — Не-ет, милый мой, сдаётся мне, что ты на медкомиссии спрятал куда подальше свою бронхиальную астму… А ну признавайся, сколько заплатил военкому? — Я здоров, — неубедительно просипел «взяточник». — Ветром надуло. Дома отлежусь. Нэко категорически забраковала эту идею: — В стационаре ты у меня отлежишься! Хочу понаблюдать за тобой с недельку, — нарочито игнорируя поднявшееся возмущение, доктор принялась заполнять бланки. — Иди давай на санобработку. Моешься сидя! Второго сотряса нам ещё не хватало! Так, а у тебя что? Калеб оторвался от созерцания жутких плакатов и замороженным голосом ответил: — Ампутация конечностей… Травматическая… — Что?! Где? — Верхних. Всех четырёх. Это звучало уже совершенно фантасмагорично, нэко бросила писать и усадила пациента перед собой на кушетку. — Тоже сотрясение словил? — Нет! — хором отозвались трое Уравнителей, представивших, как «обрадуется» Шантам потерям в личном составе, и «Да!» прилетело от Фобоса, которому, в общем-то, уже нечего было терять. — Это не у меня, у моего голема, — поспешил объясниться Калеб. — Я должен его в артефакторию отвести, но сейчас, наверно, уже поздно… — А чего у меня тогда забыл? — свирепо прошипела нэко. — Так… команда была «А ну всем стоять!», вот я и стою, жду… Доктор на всякий случай проверила ему рефлексы, потрогала нос, но не нашла к чему придраться и отпустила с миром ко всеобщим завистливым вздохам. Уравнители разбрелись кто куда, нэко осталась с Хай Лин и Фобосом. — Вижу, тебя есть кому проводить до дома, — смягчилась она. — Можешь лечиться амбулаторно, через неделю снова мне покажешься. Спину беречь, не греть, не простужать… — Спать на твёрдом и массаж нельзя, — неожиданно дополнила Хай Лин. — У бабули лечила радикулит, — пояснила она. Нэко удовлетворённо кивнула: — Всё верно, лечимся как во время обострений. Справку надо? — и, получив кивок в ответ, снова принялась писать.

***

Хай Лин помогла ему помыться и переупаковала в пижаму и корсет. Тот совершенно не давал наклоняться и поворачиваться, да не больно-то и хотелось. На кровать он попытался залевитировать, но супруга тут же поморщилась, предвкушая новый приступ боли, которая явно делилась на них пополам из-за Слияния. Хай Лин расстелила на полу одеяло и улеглась на него сама — так трогательно с её стороны, но совершенно нерационально. — Ты-то можешь спать на кровати, — завистливо отозвался Фобос, но в ответ получил: «Слышал, что сказала доктор? Не замерзать!». — Я сдала промежуточный зачёт по Праву малых Измерений, — тихонько похвасталась Хай Лин, когда они улеглись. — Жуткая нудятина, еле-еле натянула на проходной балл. Но это ещё нормально, у нас полгруппы пойдёт на пересдачу. — Да? Ну вот и умничка. А я всё. — Что, зачёт у Шантама получил? — Не-а. Совсем всё. Завтра можно забрать диплом. Три… Два… Один… — Ого. Ого! Крутяк! И чего ж ты молчал? Я бы хоть тортик взяла! За два года! Да ты гений! — Два с половиной, — поправил её Фобос. — И мог бы гораздо раньше, если бы Шантам не был таким упёртым с… котом. — Да ещё неделя больничного, мне, кстати, тоже выписали, как по «уходу за ребёнком»! Чем займёмся? — Чем хочешь. Я лично собираюсь как следует отоспаться — впереди Испытание.