Часть 2

Вся компания небожителей находилась в абсолютной тишине, ведь никто понятия не имел, что, чёрт побери, говорить. Они видели смерти человека, который сейчас стоял в паре метров от них и успокаивал других! Не себя, а других! Да они бы на его месте давно сошли с ума или повесились. Хотя с последним Наследный Принц справился самостоятельно. Сцена, к их удивлению, продолжилась. Какая-то сила заставила разбитого Се Ляня подняться. Пошатываясь, принц направился к источнику звука. Он шёл очень долго, пока наконец не увидел, что это звуки празднования. Причиной была смена власти и новый императорский дворец в Юнани. Блядское торжество! И бывшие жители государства Сяньлэ сейчас ликовали за становление государства Юнань. На улицах все прохожие улыбались так ослепительно, так знакомо… Се Лянь вспомнил, как радовались жители императорской столицы Сяньлэ тогда, на Праздник фонарей, в день торжественного шествия. Се Лянь вернулся к дому, точно так же спотыкаясь, где безвольно осел на деревянный пол. Почему он должен слушать радостные возгласы «народа Юнань», когда у его ног лежат трупы государя-отца и государыни-матушки Сяньлэ? Се Лянь зарылся лицом в ладони, заплакал и рассмеялся. Только и слышно было — «ха-ха-ха-ха», «у-у-у-у». Он ещё долго так сидел, а потом, посмеиваясь, произнёс: — Ну уж нет. В его голове всплыли слова: «Поветрие ликов — это ненависть… Чтобы создать поветрие, нужно…» В глазах принца мелькнул зловещий и жестокий блеск, он вдруг понизил голос. — Даже не мечтайте, что заживёте в мире и покое. Теперь лицо принца не то плакало, не то смеялось, не то радовалось, не то скорбело. Он медленно поднялся, держась за стену, и сказал такие слова: — Юнань. Это значит «вечный покой»? Размечтались. Не видать вам покоя во веки веков! Я… проклинаю вас. Я вас проклинаю!!! Я хочу, чтобы вы все сдохли, все до одного!!! Ха-ха, ха-ха, ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Не переставая смеяться, Се Лянь было ураганом вылетел из дома, но вдруг застыл, пролетая мимо зеркала, и резко обернулся! В отражении он увидел совершенно иной собственный облик. На нём было не белое монашеское одеяние, застиранное до дыр, а белоснежный погребальный халат с широкими рукавами. А вместо своего лица принц увидел наполовину плачущую, наполовину смеющуюся маску Скорби и радости! Прежде, увидев подобное в зеркале, Се Лянь завопил бы от испуга. Но теперь он нисколечко не испугался. Будто ничего страшного не произошло, он, безумно хохоча, вылетел прочь из дома скорби. Шок на лицах небожителей говорил лучше всяких слов. Линвэнь начала бессознательно сравнивать этого Се Ляня с Цзюнь У. Сходство ужасало. Безумие, агония. Всё это выглядело так… Неверно. Подобный образ Се Ляня никак не сочетался с его вечной добротой и порой даже дотошной, максимально наивной манерой поведения. Но теперь все поняли, что уж лучше Наследный Принц будет хорошим, чем безумным маньяком. Второго Безликого Бая они бы не пережили. Лань Цянцю, родному государству которого угрожал молодой Се Лянь, вообще стоял белее маски Безликого. Он больше в жизни не позволит низшим небожителям говорить что-то за спиной Се Ляня. После падения Цзюнь У его, конечно, стали уважать. Но презрение и насмешки не искоренились до конца. Иногда такие шутки проскакивали даже в совете (в частности, от Пэй Мина). Хотя, судя по лицу последнего, он замолкнет на ближайшую жизнь. О генералах и Ши Цинсюне все учтиво молчали. Те уже давно не плакали, а просто боялись лишний раз подышать. Реакция Юйши Хуан оказалась самой адекватной. Она лишь погладила Се Ляня по голове и с сочувствием смотрела на это. Ведь Повелительница Дождя не понаслышке знала, что жалость принесет ещё больше боли. Постановка стала более чёткой, и небожители смогли разобрать, где находятся. Только вот состояние, в котором они застали Се Ляня, заставило их ужаснуться. Перед разбитыми и разрушенными воротами бывшей императорской столицы раскинулось поле битвы. Обыкновенно сюда никто не решался приходить, но сейчас какой-то старик бегал по полю, собирая блуждающие души воинов и прятал их в свой особый мешок, чтобы сделать разукрашенные фонарики на продажу. Краем глаза мужчина заметил странное, облаченное в белое существо. Вид его был до дрожи жуткий. Больше всего необъяснимой тревоги вызывала маска. По мертвому бледная, наполовину плачущая, наполовину смеющаяся. От такого вида морщинистое тело покрылось мурашками. Старик сразу почувствовал что-то неладное и стал давать деру, но хруст костей оповестил, что сия затея падет, как и большая часть столицы. Но тут же пал мешком с костями рядом с солдатами. Существо в маске задало единый вопрос: — Вы их ненавидите? Над целым полем битвы поднялась волна загробных голосов, которые были полны ненависти и боли: — Ненавидим! — Как же сильно ненавидим!.. — Всей душой ненавидим… — Убить… Я желаю убить их всех до единого! Незнакомец раскрыл объятия, протягивая руки к ним: — Летите ко мне. — и тут же добавил: — Я клянусь все предатели вовек не познают покоя. Под громкие стоны и крики душ о ненависти, они стали образовать черный пелену тумана. В то же время, таинственное существо в белых одеждах услышала позади себя голос: — Ваше Высочество. Небожители всем скопом дёрнулись. Видеть Се Ляня в таком состоянии было довольно… шокирующе. Яркое безумие ещё ладно, но такое холодное — отдельный вид ужаса. Никто не ожидал, что милый и дружелюбный бог когда-то вёл себя так. Хотя, судя по сценам, это были не самые легкие времена. Даже Му Цин и Фэн Синь перестали переглядываться и окончательно притихли. Они понятия не имели, что в то время Наследный Принц был на такой грани. И осознание того, что их рука к этому тоже частично приложена, не давало им покоя. Белое бедствие обернулось. В этот момент за его спиной возник юноша в чёрной одежде воина, который сейчас стоял перед принцем на одном колене, покорно склонив голову. Будто перед ним настоящий царь, а не страшное чудовище. Молодой человек в красивом одеянии воинов выглядел довольно взрослым. Хотя юношеские черты в нем все ещё проглядывались. Черный волосы были собраны в тугой хвост, а на его поясе висела изогнутая сабля. На юноше тоже присутствовал маска. Но она не была разделена на две части, как у бедствия. На ней была изображена лишь кривая усмешка. — Кого ты только что позвал? Юноша, не поднимаясь с колена, дал ему ответ, которого Принц слышать определенно не желал: — Я звал вас, Ваше Высочество Наследный Принц Сянлэ. — Я не наследный принц. — сказало белое существо холодным, как сталь тоном. — Это вы, — тут же возразил ему молодой воин. — Я никогда не забуду ваш голос и фигуру. Сталь в голосе сменилась на чистый гнев: — Я же сказал, что это не я. — но к превеликому удивлению, это был именно он. Под ужасающей маской скрывалось лицо, бывшего Наследного Принца. Жаль конечно, что лицо он скрыт сумел, а вот душа все ещё проглядывалась. Небожители смотрели на это всё ещё с большей смесью ужаса и жалости. У одной Повелительницы Дождя взгляд так и не переменился, за что Се Лянь периодически поглядывал на неё с огромной благодарностью. Она понимала его как никто. Принц, которого они все знали, предстал перед ними в таком безумии. По-другому это состояние не назвать. Он был безумен, жесток и абсолютно аморален. Се Лянь, который помогал всем и был безотказным, сейчас хотел уничтожить целый город. Город! Не село, а чертов город! Из широкого рукава Се Ляня броском ядовитой змеи вылетела белая лента, что свернулась у него на запястье. Она могла показаться лёгкой и мягкой, но в момент атаки становилась опасной, преисполняясь тёмной Ци. Казалось, юноша в чёрном вот-вот окажется связан, однако он вскинул руку и крепко схватил ленту. Неприятное ощущение пронзило воина, но он не дернулся и продолжил держать ленту. Сомнения тут же пропали, он — душа погибшего воина. К тому же, обладающая невероятной силой! Даже через белую ленту ощутив силу, недооценить которую чревато, Се Лянь спросил: — Как тебя зовут? Юноша секунду безмолвствовал, затем ответил: — У меня нет имени. Принц не стал задавать больше вопросов. — Раз нет имени, значит, буду звать тебя Умин. Некоторые разочарованно выдохнули. Даже в такой ситуации подобное имя звучит пусто. Се Лянь же странно улыбался, но в янтарных глазах была безмерная благодарность. — Вы можете называть меня так, как пожелаете. — Ты — душа воина, погибшего на этом поле брани? — Да. Тогда Се Лянь наконец опустил руку, и белая лента вновь свернулась у него на запястье, издалека угрожающе покачивая концом в сторону юноши, будто ядовитая змея, готовая в любой момент напасть снова. Если это тоже погибшая на поле битвы душа, тогда понятно, почему он отозвался. Воин в чёрном наверняка тоже полон ненависти к «народу Юнань». Другими словами, принц может повелевать им. Поскольку цель у них одна. Так что Се Лянь сказал: — В таком случае, следуй за мной, — он протянул руку воину в чёрном. — И я позволю тебе получить то, чего ты хочешь. Юноша тоже носил маску, и принц не мог угадать его реакцию. Они оба не видели лица друг друга. Однако после недолгого молчания тот всё же без колебаний взялся за протянутую Се Лянем руку, склонился ниже и коснулся ледяным лбом тыльной стороны ладони принца. Затем мрачно и уверенно произнёс: — Клянусь до самой смерти следовать за Вашим Высочеством. Се Лянь отнял руку, спрятал в рукаве, развернулся и равнодушно бросил: — Ты уже мёртв. Идём.