Глава 9. Непритязательная реальность

— Жека, блин. Моментально вспомнился друг и его недавний прилив заботы. Но я тут же быстро успокоился, решив не спускать всех собак на него. Ведь вчера я даже не успел толком запустить игрушку, так что переживать о некорректно сохраненных данных не стоило. Хотя кричащее предупреждение говорило об обратном. Медленно выдохнув, в предвкушении утёр лоб дрожащей рукой. Наверное, лучше было бы полежать, поскольку головная боль так никуда и не делась, но адский механизм праздного интереса был уже запущен. Выставив заново настройки подключения VR-системы, я осторожно нацепил шлем и наощупь забрал со стола контроллеры управления. Манипуляторы отлично легли во влажные ладони. Перед глазами появилась объёмная заставка «Фобоса». На небольшом видео-превью перед входом в главное меню, промелькнули все значимые места карты Фобосовской вселенной. Особенно ярко и притягательно выглядели: Регриерский тёмный лес и башня центрального управления в виде копии здания Питерского НИИ. Моему восторгу не было предела — графика чертовски хороша, без лишней ряби и потряхивания картинки. Не пришлось даже снижать стандартные настройки изображения. Нужно отдать должное нашему художнику, он со своей работой справился на отлично. Перед тем как открылся вход в главное меню, я успел повертеть головой, заворожённо осматривая детализированную «местность». Вокруг всё медленно потемнело, а после отобразился виртуальный прямоугольный экран. Дарлок стоял напротив пунктов меню: по началу молчаливо и практически неподвижно. Но спустя несколько секунд, знакомый голос учтиво произнёс: — Добро пожаловать, создатель. Голос глухо донёсся до меня. Только сейчас я подумал, что неплохо было бы подключить наушники. Севший и трещащий звук из колонок явно не способствовал полному погружению. Но оставив эту мысль на «потом», принялся внимательно рассматривать то, что до этого видел по меньшей мере раз двести. — Чума, — единственное, что я смог сказать, обличая своё восхищение в такую примитивную форму. Картинка двигалась. Дарлок был как будто живой: поглядывал в разные углы и временами улыбался. В его алгоритме была заложена функция «помощи» при первом заходе, подразумевая краткую инструкцию и объяснения сути игры. Но он почему-то молчал. Это несколько насторожило, породив в голове поток неприятных мыслей о поломке или конфликтах в игре. Но не только это показалось странным. В разделе «Игра» значился пункт «продолжить», а ниже предложение начать новую. — Что за бред? — Не задумываясь озвучил вопрос, только подтвердив свою догадку о наличии багов. — Если вы обозначили предыгровые настройки, то можете продолжить начатую сессию с сохранённой точки, — произнёс Дарлок, скрестив перед собой руки. — Какие настройки, блин. В попытке открыть меню конфигураций, я слишком активно размахивал руками. Управление было непривычным. И в конечном итоге поплатился за свою неуклюжесть несколькими ударами правой руки о край стола. Пришлось отойти на шаг назад — больше маленькая комната и не позволяла. Выругавшись вслух, наконец увидел, что в раскрывшемся списке конфигов уже действительно выставлены все параметры. А ниже в обведённой подсвеченной рамке заботливо отображено оповещение: «Изменение параметров в действующей игре невозможно». Я активировал игру, задал уровень сложности и успел сохраниться. Вопрос: когда? Мысли о возможных багах, как осы зажужжали в голове. Я не мог ехать завтра на встречу с неисправным продуктом. Вероятность очередного фиаско уже не так призрачно маячила на горизонте. Кое-как свернув окно конфигураций, снова оказался в главном меню. Чтобы понять, где произошла ошибка, нужно было разобраться в логах*. Порыв сесть за работу быстро прошёл, когда после недолгих споров с самим собой, я всё же нажал «продолжить». Экран загрузки снова потемнел, Дарлок растворился. Перед глазами проявился значок «Фобоса» в виде объёмной выгнутой буквы F. Из колонок всё так же глухо донёсся шум ветра, а темнота медленно начала сменяться картинкой. — Это не та локация, — проговорил вслух, когда перед глазами окончательно проявилось изображение Регриерского леса. Точнее, той его части, которую я увидеть не предполагал. Покрутив головой, я только убедился — место старта изменено. По сценарию, я должен оказаться возле речного скалистого берега, прилегающего к этому же лесу. Оттуда уже двинуться на север, где основная дорога делилась на три части-тропинки, где мой выбор повлиял бы на ход дальнейших событий. Но всего этого не было. Я растерянно взглянул себе под ноги, где земля медленно превращалась в кашу. Успел поймать диссонанс от того, что глаза видели топь, а мои ноги ощущали под ногами твердь пола. Ненароком припомнил сегодняшний сон. Всё это казалось полнейшим бредом, абсурдом, но пересечений виртуального мира с реальным было много. Чересчур. Вылет в другую локацию безоговорочно подвёл черту сюжетной неисправности. Это означало, что встречу с Феликсом придётся отложить и ближайшие несколько дней снова сесть за работу. Представить страшно, что глава Лайвед ответит мне на просьбу пролонгировать дедлайн. Сделав робкий шаг вперёд, снова закрутил головой — непроглядная тьма, ещё и начавшийся дождь снижал и без того плохую видимость. Куда двигаться дальше? По идее стоило ожидать появление Дарлока со стандартным обучением. Но эти ожидания разнились с предоставляемой виртуальностью. — Да как тебя, — попытка вызвать информационную панель не увенчалась успехом. Нажимая наугад кнопки контроллера удавалось открыть то инвентарь с картой, то активировать настройки ухудшения погоды. Тестовый заход в «Фобос» был окончательно провален. Не выключая и не прерывая игры, снял шлем и отложил на край кровати вместе с контроллерами. «То ли я дурак, то ли лыжи не едут» — пожаловался я в рабочий чат в надежде, что ребята смогут помочь. Но советы из разряда «проверь логи сохранения и заходов» не решали проблему и даже не двинули меня с мёртвой точки. Само собой, снова сохранившись и наспех свернув игру, я полез в исходные файлы. Где как и предполагалось отображается время последнего входа в «Фобос». Если до этого момента я мог всё списать на непонятный сбой и баги, то время сессии убедило в обратном — я заходил в игру этой ночью. И судя по счётчику времени, провёл там не менее тридцати пяти минут с копейками. «Я же не псих». В догонку к сообщению подкрепил скрин таблицы кода и не раздумывая отправил в диалог. Надоедливое мерцающее в шапке чата «печатает…» прервалось простой отпиской: «Удали сохранение и запусти заново». Гениально. Если бы не одно но: очередное и странное. При попытке начать новую игру не в Виáре, возникала ошибка-исключение. Варнинг со специфическим звуком вылетал на рабочий стол, предупреждая, что начать новую сессию невозможно — повреждена одна из библиотек. Долгое копание в системных файлах так же не принесло никакого результата — все исходники были на месте и даже перезаписывание файлов и восстановление предыдущей версии ничего не исправило. И по факту сейчас на руках я имел криво работающую игру, начать которую можно было только единожды. Устало и шумно выдохнув, откинулся на спинку кресла. Взглядом гипнотизировал экран, наверное, мысленно рассчитывая, что всё само собой исправится. На мгновение задумался не написать ли Феликсу прямо сейчас, но с ужасом посмотрел на время — на дворе уже половина одиннадцатого. — Твою мать, — закрыл лицо руками, чувствуя на коже неприятную прохладу потных ладоней. Ворох очередных ошибок загрузил голову по полной. Отключив VR полностью, попробовал сориентироваться на местности Регриера с компьютера. Покопался в настройках, убедившись, что мой персонаж был на первом уровне с максимальной сложностью. И со списком тех самых фобий, которые недавно я озвучивал во сне. Паранойя и странные теории заговора промелькнули в воспалённом сознании. Но здравый рассудок победил, оставив место для логичных объяснений. Всё это действительно могло присниться после того, как я по пьяни попробовал поиграть и где-то намудрил с настройками. "А что, вполне себе адекватная мысль. Особенно, если учесть, что дома я мог находиться в этот момент один. Жека ушёл в одиннадцать, деда не было. Кто знает, какая моча ударила мне в голову." — Успокаивал я сам себя. — Дед, — оттолкнувшись руками от стола, откатился в кресле прямиком к двери. — Деда. Дедушка уже спал. Сидя в кресле под пледом в обнимку с книгой, он тихо похрапывал, пока с экрана телека кучная тётка толкала в магазине на диване супер навороченную тёрку. Нарочно будить его не хотелось, да и зачем? Идея спросить его о вчерашнем спустя несколько минут показалась дурацкой. Осторожно вытащив из рук книжку, сделал громкость потише и вышел в кухню. Неприятный скрип закрываемой двери резанул слух, заставив ненадолго замереть и прислушаться — дедушка по-прежнему спал. Ближе к ночи вроде проснулся аппетит, но разогретые в микроволновке бутерброды с сыром не лезли в горло. Обманул желудок двумя кружками плохо заваренного чая и вернулся к себе. Ярлык свёрнутой игры мигал оранжевым цветом на панели задач, моментально привлекая моё внимание. — Что ещё? Клянусь, до нервного срыва оставалось совсем немного. Клацнув мышкой, раскрыл «Фобос» на весь экран, чтобы увидеть уведомление. На фоне всё того же тёмного размытого леса красовалась серая табличка: «Вы потеряли одну жизнь». А ниже два пункта на выбор: продолжить или выйти из игры. Хуже поломанных сценариев и системных ошибок могла быть только потеря жизни в игре, которую невозможно было начать заново. В коротком оповещении не обозначалась даже причина смерти, впрочем как и в истории прохождения. Пришлось опять лезть в логи, чтобы вытащить всю информацию. — Змеи? — Удивление не скрывал, молча пялясь на электронную таблицу. — Какие, нафиг, змеи? По игровой логике убить героя могло что-то, что было связано с его выбранной и установленной фобией. Но в здравом уме и даже не трезвой памяти я никогда не выбрал бы в качестве главного страха змей. Как минимум, потому что питал к ним слабость. Началось это с первого похода в «Диво-остров». Как ни странно, но тогда меня — шестилетнего пацана впечатлили не Американские горки и сладкая вата, а чудаки предлагающие фото с жёлтым питоном. Он устало лежал на плечах невысокого зазывалы и изредка показывал раздвоенный язык. Таких я раньше видел только по телевизору и желание погладить, пожалеть пресмыкающееся было непреодолимым. Мама пыталась отговорить от этой затеи, стараясь обойти змею стороной, но в итоге сдалась. Я был доволен, а мама в ужасе постоянно тёрла свои плечи демонстративно выказывая брезгливость. Совсем неожиданно вспомнил маму и улыбнулся. Спокойствие, которого так не хватало, разлилось по венам, успокаивая нарастающую панику. Несмотря на появившиеся проблемы, это показалось неважным, и исправимым. Матери не стало, когда мне было десять. Долгое время проболев, она в один день просто не проснулась. Тогда меня и забрал к себе дед, оформив опекунство. Отца я не знал. Только видел на фотках, которые однажды нашёл на антресолях. Он служил на флоте, где и потонул ещё до моего рождения. Так говорила мама. С течением времени я, конечно понял, что он редкостный мудак и просто бросил нас с матерью, но вслух это никогда не говорил. Мама предпочитала не поливать его грязью, выстраивая для меня образ папы-героя, чтобы у меня не было комплексов. За воспоминаниями многолетней давности не заметил, как уже наступила полночь. Все предпринятые попытки отыскать ошибку и повреждённые файлы успехом не увенчались. Сколько бы раз я не пробовал сносить и устанавливать «Фобос» заново, всё заканчивалось одним и тем же — игра была уже начата, а изменение настроек невозможно. В третьем часу ночи я всё-таки лёг. Как только голова коснулась мягкой подушки, я тут же стал проваливаться в сон, хотя не питал иллюзий, что получится уснуть. По ощущениям, я только прилёг, но верещавший будильник сигнализировал о том, что проспал я семь часов. Нехотя поднявшись с кровати, дотянулся рукой до стола и отключил на телефоне звук. К часу мне уже нужно было быть в Лайвед, хотя после пробуждения я всё больше убеждал себя в необходимости перенести встречу. Чем дольше пытался грамотно сформулировать просьбу и причину, тем ближе наступал час икс. Наспех умывшись и почистив зубы, перекусил вчерашними бутербродами — такой себе завтрак, но вполне сойдёт, чтобы по пути желудок не начал жрать сам себя. — На пары совсем уже не торопишься, — нескрываемое осуждение послышалось от деда. Он возник в кухонном проёме, разодетый в свой парадно-выходной твидовый костюм времён СССР. — Мне ко второй, — тут же мысленно укорил себя за ложь, выдаваемую ради мнительного блага. — А ты куда? — Куда с высшим образованием пускают, — прокашлявшись, дедушка подошёл к шкафчику за таблетками. — На день рождения к Сан Санычу, буду поздно. — Дед, — чувство вины и проснувшаяся совесть заставляли сменить уверенный тон на виноватый. — Закрою я все долги, сегодня консультация как раз. — Да мне-то, — дедушка махнул рукой, потянувшись за стаканом. — Делай, как знаешь, только жизнь свою по наклонной не пускай. Недосказанность повисла тяжёлым грузом на плечах и в голове. Мы обнялись с дедом, но ощущение отчуждённости и вины никуда не делось. Зачем-то пообещав, что сегодня же я закрою все учебные долги, проводил дедушку. И дважды напомнил, что бы он держал со мной связь. Оставшись один, спокойно и неторопясь собрал VR-комплект. Старательно упаковывая гарнитуру в коробку, подумал, что надо было воспользоваться ей раньше. Толком не «прощупав» систему, было жаль расставаться с ней. Записав «Фобос» на диск, мысленно проговаривал оправдания для Феликса и вроде бы, успокоил мандраж перед встречей. Но чем ближе я оказывался к офису корпорации, тем сильнее меня потряхивало и точно не от январского мороза. Телефон завибрировал в кармане куртки, когда я уже подошёл к парадному входу здания. Крепко прижимая одной рукой к груди коробку с системой, второй полез в карман куртки. — Давай не сейчас, — огрызнулся подняв трубку. И удивился осенившей мысли — можно ведь было сбросить звонок. — Тебе нужно явиться в деканат, — отчеканила Ленка чуть ли не взвизгивая. — Я в курсе, вчера уже говорили. Дела доделаю и приеду на пересдачу, — уже который раз за день пообещал это. — Можешь сразу на ковёр идти, — на этом староста и распрощалась. Зачем звонила? Плюнув на всё это, прижал коробку плотнее и зашёл внутрь. После первого раза обстановка уже не казалась такой пугающей. Всё казалось знакомым, и я ощущал себя своим. Правда на этот раз за стойкой ждала другая, рыжеволосая девчонка в очках, как в Гарри Поттере. Неказистая и смешная, с улыбкой во весь рот, она поинтересовалась назначено ли мне, а после радостно сообщила, что меня действительно ждут. — А пропуск? — Припоминая этот заковыристый квест в лифте, заранее поинтересовался не забыла ли она выдать мне карточку. — Он не потребуется, — убедила рыженькая. Тревога нарастала. Все заученные и отрепетированные в метро слова и доводы канули в небытие чертогов захламлённого разума. Зайдя в кабину лифта, осмотрелся. Привычного робота не было слышно, даже когда я добрался до нужного этажа. Двери раскрылись без каких-либо проблем и подтверждений личности. Ненароком я даже подумал, что приехал не туда, но сомнения развеял поджидающий меня Феликс. — Вы опоздали, — сурово констатировал мужчина, заведя руки за спину. — Да нет, я… — Хотел уличить Феликса в неоправданном упрёке, но взглянув на настенные часы за его спиной, прикусил язык. — Извините. — Пройдём, — Феликс резко повернулся спиной и проследовал по узкому коридору. Дорога была мне знакомой, поэтому сейчас я не тратил времени на удивление безлюдности этого офиса. Переговариваться пришлось в том же кабинете, где мне показали капсулу и обговорили все свои хотелки относительно «Фобоса». Мужчина молчаливо уселся в кресло у окна и слушал меня. Вилять я не стал. Отставив коробку на край стола, честно признался, что запустить игру получилось, но исправить ошибки — нет. Обрисовав всё в мельчайших подробностях, уже выпалил: «Нужно ещё недельки две», на что в ответ получил знак помолчать. — Диск позволите? Казалось, Феликса даже не смутила такая явная ошибка, как поломка настроек. Растерявшись, похлопал ладонями по карманам куртки и неуклюже вытянул диск в бумажном конверте. Мужчина забрал его, предпочитая запустить на своём компьютере. К слову, достал он его так же, как и капсулу. Только не из стены, а из стола, понажимав какие-то кнопки под столешницей. Казалось бы, ничего особенного, но медленно выезжающий откуда-то снизу моноблок, меня впечатлил. Я остался на месте, нервно заламывая пальцы на руках. — Всё в порядке, — констатировал мужчина. Прошло от силы минуты две после того, как он запустил игрушку. — Что? Наверное, я выглядел глупо. Феликс вопросительно взглянул на меня, не понимая, что мне нужны объяснения. — Ошибок нет, — кратко добавил мужчина, жестом показывая мне, чтобы я оставался на месте. Он пресёк мой порыв взглянуть на то, как чудесным образом исправились все баги. — Не понимаю. — Этого и не требуется, — Феликс встал из-за стола и в два шага поравнялся со мной. — Лайвед благодарит вас за работу. Оплата поступит не позднее грядущей среды — проверите банковский счёт. Шаблон демонстрации игры, сложившийся в моей голове, разрушился в клочья. Сухое, брошенное как собаке кость «Спасибо», не принесло морального удовлетворения. Я чувствовал себя так, будто меня окатили грязной водой и оставили обтекать. — А договор? — Наконец-то я собрался с мыслями, припоминая важные основы ведения товарно-денежных отношений. — Копии подписанных документов высланы вам на почту, — буднично ответил Феликс, мягко подталкивая меня к выходу. — Но я не подписывал ничего. Мои слабые попытки сопротивления не возымели никакого эффекта — я уже оказался за порогом кабинета. Феликс посчитал нужным больше ничего не говорить, захлопнув передо мной дверь. — Эй! Происходящее было похоже на какой-то сюр и «разводняк», о котором предупреждали все, в том числе и ребята из команды. Постучав несколько раз, не дождался ответа и понуро опустив голову двинулся к лифту. Нажав на кнопку вызова, полез за телефоном, когда сзади меня окликнул Феликс: — Кирилл Ильич, вы забыли, — потряс он коробкой с VR и ту же добавил. — Считайте это ещё одним бонусом. С какой стати такие щедрые подарки, он также не объяснил. Всучил мне коробку и снова скрылся за дверью. Уже сидя в метро и обнимаясь с гарнитурой, наконец спокойно мог проверить почту. Действительно, двумя днями ранее в «спам» упало сообщение с прикреплённым документом. В ворохе пятнадцати страниц нашёл абзац, касаемый оплаты и чуть не отматерился вслух. По договору, составленному компанией, я как разработчик, по завершению работы получал десять тысяч долларов с последующей конвертацией по курсу Центробанка. В переводе на русский язык и валюту — около шестисот восьмидесяти тысяч рублей. Всё казалось настолько шикарным, что тень сомнения появилась сразу же. Как минимум, потому что мне никогда так не везло. Как максимум — потому что я точно знал и помнил, что никаких бумаг я не подписывал. Следовательно, этот документ не имел никакой юридической силы. Во всяком случае мне так казалось. Мне бы в пору посоветоваться с юристом, но среди знакомых только одногруппники—проггеры и один физик. Вспоминая и прикидывая, кто мог бы помочь, поймал себя на мысли, что нужно всё-таки заехать в универ. По времени я успевал: пересдача должна была длиться до четырёх. Мельком глянув на время, понял что у меня оставалось ещё два часа. Выйдя на "Академической", поднялся наверх. Чувство жестокого нахлебаловала не отпускало, заставляя нервно постукивать пальцами по коробке. Руки уже затекли таскать её, поэтому заглянув в ближайший гипермаркет, купил на оставшиеся деньги бутылку воды и большой пакет. От "Ленты" до универского кампуса было десять минут ходьбы. Я уложился в семь и уже в начале третьего был у Главного здания Политехнического университета. Вроде бы сегодня там проходила конференция, на которой должна была быть моя группа. Или не сегодня? Ненадолго остановившись, так и не решился сунуться туда. Крепко сжав ручки пакета, поплелся дальше. Здание института компьютерных технологий находилось неподалёку — нужно было пройти два кафетерия и закрытый гуманитарный институт. Вроде быстро, но плохо расчищенная от снега главная дорога кампуса увеличила время ходьбы. Тем не менее, нехотя и с мокрыми ногами я все-таки дошёл. Сдав верхнюю одежду в гардероб, подарок от Феликса решил оставить при себе. Если из карманов умудрялись воровать сигареты, то систему уволокли бы и подавно. Не удивился, если бы это сделала сама гардеробщица. — О, Громозека. Как только я поднялся на третий этаж, из толпы собравшихся в крыле отделения специальности "информационных технологий" меня заметил и выцепил Саня — одногруппник-раздолбай. Пожав ему руку, окинул взглядом компашку знакомых лиц. — Все туда, что ли? — Кивнул в сторону дверей закрытого кабинета. — Ага, готовим бошки для отрубания, — ироничный смешок быстро сменился на заметную нервозность. Саня шмыгнул носом и несколько раз вытер его рукавом фирменной политеховской толстовки тёмно-зелёного цвета. — У тебя сколько долгов? — Подскочившую Вику из параллельного потока заметил не сразу. Низкорослую, неприметную, но такую звонкую. — Один инфобез, — кажется, мой ответ Вику не удовлетворил. — Чего все дёрганные такие? — Я посмотрю на тебя, когда скажут об отчислении, — зло парировала девушка и тут же поторопилась отойти от меня, предпочитая поделиться своими переживаниями со стеной. — Успокойся. Максимум на комиссию пересдавать отправят. Как будто в первый раз зачёты сдать вовремя не успеваешь, — но и этот аргумент ей, бывалой должнице, успокоиться не помог. Вика прислонилась спиной к стенке и медленно сползла вниз. — А ты о последних инсайдах не в курсе? — Саня удивлённо потрепал меня по голове, от чего пришлось пригнуться. — ИТМОвский курятник расформировали. Лишили лицензии и теперь всех наседок и петухов переводят к нам. Мест мало, поэтому должников гонят к хренам собачьим, чтобы на их место пустить бюджетников из этой шараги. — Зимовский, у тебя какая-то особая любовь к фермерскому хозяйству? — Как оказалось, ещё одного знакомого с моего потока — Димона Степанова, заботило только это. Он шагнул к нам, на ходу захлопнув учебник по теории вероятностей. — Ты на них посмотришь и поймёшь, что иначе как петухами их не назовешь, — парировал Санёк и тут же усмехнулся. Неуклюже поправив лямку рюкзака, он натянул на голову капюшон толстовки. — Да бред какой-то, — своего скептицизма скрывать не стал, хотя кого обманываю — волнение появилось. — Кто в здравом уме нас выкинет? Мы три курса тут оттарабанили. Логичнее перваков сливать. — Сухоручке скажи об этом. Она два дня подряд ходила стращала тут всех. У кого нет направлений на пересдачу — можете уходить,— передразнила Вика и наконец замолчала, сложив руки на коленях. — А Ирочка направления выписывать не хочет, — с натянутой улыбкой уточнил Димон, демонстративно ткнув средним пальцем в закрытую дверь. — А она там сейчас? — В моей голове тут же родился план. — Без толку, она пошлёт Сухорукову ждать, — опередил меня Санёк, будто читая мои мысли. Задумавшись, не заметил, как сильно прикусил внутреннюю сторону щеки. Цокнув языком, отошёл от знакомых подальше и только спустя несколько минут кивком подозвал Димона к себе. — Слушай, у тебя вроде сестра юрист? — Мой вкрадчивый тон наверняка напряг одногруппника. Димон с прищуром взглянул на меня и ответил коротким кивком. — А она может один документ глянуть? Нужно понять, он действителен или этой бумажкой подтереться можно. — Ну, — парень замялся, потирая ладонью свою шею. — Она уголовными делами занимается так-то. — Один черт, всё равно же гражданское право и все остальные штуки учила, — мне самому показалось, что я слишком активно напираю, но с другой стороны мне нужно было знать, насколько меня облапошили. — А я помогу направления достать. Ты ж за этим здесь торчишь. На секунду Димон задумался. Выгодное предложение с моей стороны долго размышлять не заставило, впрочем как и задавать глупые вопросы из серии: "Как же ты это сделаешь?". Пожав друг другу руки, я попросил его подержать пакет с гарнитурой. Постучал дважды в дверь кабинета заведующий отделения и не дожидаясь знакомого "Да!" тут же вошёл внутрь. — Ирина Витальна, привет. — Захлопнув за собой дверь привлёк внимание секретаря. Ира, или как все ласково звали Ирочкой, осталась спокойно сидеть за своим столом у окна даже не подняв голову. — Громов, выйди. — Её спокойный тон смешался с шуршанием перекладываемых с места на место бумаг. — Ирина Витальна, я по делу вообще-то. — Медленно подойдя к её рабочему месту, упёрся ладонями о столешницу и чуть склонился. — Нужна твоя помощь. — Громов, — раздражённо выдохнув, Ира качнула головой. Спрятала за светлыми распущенными волосами своё лицо, всячески избегая взглядов. — Ещё раз повторяю: выйди отсюда. — Это вопрос жизни и смерти, — я не унимался переходя к мольбам, когда понял, что Ира, наверное, до сих пор таит на меня обиду. Когда я перевёлся на третий курс, молодая аспирантка перешла на работу секретарём нашего очного отделения на полставки. В тот момент времени наши отношения с Адель в очередной раз дали сбой, и я, не чураясь задеть её тонкую душевную организацию, завязал общение с Ирой. Я не преследовал цель влюбить Ирку в себя, но это получилось само собой. Откровенно об этом мы с ней не говорили, но многие из моей группы подмечали, что она явно питает ко мне далеко не дружеские чувства. Это заметила и Адель, устроив очередную истерику и разложив мне всё по полкам, как слепому ослу. Но клянусь, я не видел того, что замечают остальные. Для меня Ира была близким по духу и по общению человеком, пока в один прекрасный момент на дружеской встрече в кино мы не поцеловались. А на следующий день, она сама же за это и извинилась, сказав, что просто ей пиво ударило в голову. Я продолжал поддерживать с ней общение до тех пор, пока у Адель снова не поехала крыша, а я почему-то решил, что расставаться с ней пока рано. И в общем-то, постепенно общение с Ирой сошло до минимума с простым "Привет-пока". — Кирилл, — она наконец-то взглянула на меня со всей своей напускной и неестественной строгостью. Но я знал, что по-настоящему злиться она не умеет, поэтому состроив милую мордашку, молча пялился на неё. Но за последние полгода, видимо, что-то сильно изменилось. Ира демонстративно закатала рукава тёмного пиджака и сложила руки перед собой. — Тебя три месяца не слышно было, — её спокойствие пугало, отторгало и заставляло ощущать, себя неловко. — А сейчас я вдруг понадобилась? Опять проблемы с подружкой? — Мы расстались, — начал оправдываться, но мотнув головой, оттолкнулся руками от края стола. — Да и это неважно. — Ну конечно, — Ира издевательски хмыкнула. Ощущая превосходство над ситуацией, девушка откинулась на спинку стула, сменяя строгость надменностью. — Громов, если бы я знала, что ты такой изворотливый жук, в жизни не связалась бы. — Согласен, получилось некрасиво... — А ты про что конкретно? — Девушка встрепенулась, поддавшись чуть вперёд. — Про то, как ты игнорил звонки, когда нужна была твоя помощь? Или про деньги, которые не вернул? Или ты о том, как не пришёл на встречу и даже не написал? Ты уточняй, а то список длинный. Проснувшаяся совесть неприятно кольнула где-то в подреберье. Меня мгновенно бросило в жар. В помещении стало душно и резко закончился кислород. — Прости, пожалуйста, из головы вылетело совсем. Ты б написала, я же не нарочно, — очередное оправдание не поспособствовавшее ничему хорошему. — Из чёрного списка достань, я напишу. Муки совести сменились непониманием. Я вопросительно уставился на Иру, а затем неловко выудил из кармана смартфон. Действительно, во всех мессенджерах ее номер оказался заблокированным. А мне было невдомёк, ведь наш диалог я открывал крайний раз несколько месяцев назад. Последнее время я удивлялся, почему о некоторых универских событиях мне сообщает навязчивая староста, а не Ира как раньше. Теперь многое стало ясно, за исключением единственного вопроса — каким образом контакт оказался заблокированным. Но ответ пришёл быстро. — Блин, прости. Дель, видимо, заблочила, а я... — тут же осёкся, полностью растерявшись. — А ты не заметил. — Закончила за меня Ира, снова успокоившись. Ушёл я ни с чем, несколько раз пообещав вернуть долг. Но ответом было молчание: тяжёлое, грузное и опустошающее. Неловкость вкупе с презрением к самому себе же — классная смесь. В коридоре поджидал Димон, и как только я показался, он тут же подскочил ко мне. Хватило одного короткого взгляда, чтобы он понял — идея не выгорела. Но тем не менее, помочь мне он не отказался. Я скинул ему в телеграм несколько скринов договора с Лайвед с просьбой особо не распространяться и отправился домой. Бездумно мотая пакет туда-сюда, не спеша добрался до метро. Настроение, так же как и баланс на проездном — был на нуле. Несколько раз шлёпнув карточкой по турникету не сразу сообразил, что свои поездки я уже отмотал по полной. — Да твою мать, — толкнув ногой турникет, поспешил покинуть вестибюль станции, пока нерасторопный дежурный что-то кричал мне вслед. Казалось бы, что ещё может испортить этот день? Помимо того, что я выменял "Фобос" на бумажку с обещанием выплатить почти семьсот тысяч рублей, а посему вполне вероятно отдал задаром, и подарочный VR-комплект не окупит и четверти моей тупости, до меня только сейчас дошло — я на грани отчисления. Свое направление на пересдачу я выбросил ещё в первый визит в офис Лайвед. Хоть я и считал глупость отчислять за один несданный предмет, но у меня не было оснований не верить заведующей. Она слов на ветер не бросала в отличии от меня. Уже который раз за день совесть давала о себе знать, на этот раз неприятным жгучим ощущением в области грудной клетки. Несмотря на сильный мороз, я чувствовал, как мне жарко. Как кофта под распахнутой курткой начинает липнуть к спине, а щеки горят так, словно температура повысилась до сорока. Голова закружилась, вынуждая меня опереться голыми руками о стену, прямо рядом с выходом из метро. Пакет с гарнитурой упал на землю, а следом и я медленно сполз вниз. Глядя на то, как всё вокруг меркнет перед глазами. _____________________________________ Лог (log) — это текстовый файл, куда автоматически записывается важная информация о работе системы или программы.