"Шаман". Глава 8: Счастливый билет на поезд

Я стоял на перроне в богами забытой каменной пустыне. Помимо платформы тут стояла разве что касса самообслуживания для покупки билета, автомат со снеками и газировкой (кто его вообще тут обслуживал?) и еще один автомат, где за пятьдесят реалов можно было купить одноразовый поастиковый пистолет на 10 патронов. Для самозащиты. Кроме меня на перроне не было ни души. В руках сжимая ламинированный билетик, я смотрел на железную дорогу и ждал, когда же приедет чертов поезд, ведь от расписания он отставал уже больше чем на пол часа. Именно в тот момент я больше всего пожалел, что оставил свой наушник и плеер в кубрике. Конечно я вышел из незавидного положения побитым динамиком в телефоне, но не прошло много времени, как я пожалел об этой идее. Хуже моего телефона работало только… Нет, ничего. Хуже него ничего не работало. Музыка лагала, прерывалась и постоянно становилась то тише, то громче, а про мобильную связь я и заикнуться боялся. Потому остаток времени пришлось ожидать в тишине. Только ветер и шум от ближайшего горнодобывающего комплекса составляли мне кампанию. Постепенно к перрону начали стягиваться люди и чувство одиночества немного отошло. Я непринужденно поговорил с одним из ребят в рабочей жилетке — мы пересеклись в курилке. Я пришел как раз к концу смены на комплексе, и одни рабочие должны были заменить других. Работа у них тяжелая, но честная — в отличие от того, чем занимался я. Наконец поезд приехал и выгрузил свою кучку народа, загрузив другую со мной в одном потоке. Зайдя в вагон и пробив билет я протиснулся глубже сквозь толпу. В своей темно-зеленой куртке я был как попугай среди оранжевых светоотражающих жилетов. Или как островок земли в океане лавы. Стоянка закончилась, и поезд тронулся. Я занял место у окна и едва появилась связь написал в наш общий чат. [|==================================|] Ш: Наконец-то появилась связь. Я возврашаюсь Г: ⋌༼ •̀ ⌂ •́ ༽⋋ Т: Сколько вышло? Ш: 15к Т: ЗА ДТК 15К?! ОНИ ЕБНУЛИСЬ ТАМ?! ПОРОХА ПЕРЕНЮХАЛИ??? Ш: Не. Мне новую пушку собрали. Прям вообще пиздатую. А счет выставили уже в конце. И я не смог отказаться… Г: Как же ты легко поддаешься на манипуляции. Церковь ничем не лучше корпоратов, какую не возьми. Ратлинг, Новая Лурра, остальные. Чем ты думал? Ш: (прикрепленное фото) Т: Ладно. Ладно. Аргумент. Пиздец… Г: Оно танк пробьет? Электромагниты такое могут. Ш: Если Медведя подселю, то думаю да. Т: Костику пизда, я уверен. Ш: Кстати, об этом. Ты нашел Ирис? Г: А это еще кто? Т: А чë еë искать? Она тоже в Котелке живет, просто работала где-то. Ш: Намана. Может она поможет нам. Г: Самоубиться о парня с Фокусом в башке? Да, она точно составит нам кампанию. Ш: По крайней мере попробую. Ищите его пока, я скоро приеду. [|==================================|] Я выключил телефон и уставился в окно. Одни горные массивы из темно-синего камня сменяли другие, отличаясь только формой и размером. Горы побольше, горы поменьше… О! Равнина! Тоже из камня. Изредка встречались базальтовые столбы возле вулканов — лава застывала в колонны, похожие на многоугольники и это было гораздо красивее вечно одинаковых пустошей. Прозвучало бы странно, но мне казалось, будь эти колонны живые и могли разговаривать, им бы было не одиноко. Спустя время на одной из станций ко мне подсела женщина. Немолодая, может лет пятидесяти, и судя по виду — человек. Даркуолк все-таки больше человеческая колония, так что всяких иномирцев было меньше. Женщина чуть пихнула меня в бок. — Мужчина, уберите ноги, мне мало места! Настроения спорить у меня было — я просто подвинулся, прижимаясь своим новым пистолетом в набедренной кобуре к стенке. Женщина окинула меня взглядом, как будто я сломал ей жизнь лет двадцать назад, и уставилась куда-то вперед. Странно, но уже в тот момент я почувствовал себя не в своей тарелке. В вагоне остались всего несколько человек — несколько пассажиров впереди, я и та самая женщина, что села рядом со мной. В почти пустом вагоне. Осознав это, по моей коже пробежали мурашки, а Крыса обеспокоенно запищала в голове. В поезде включился свет — мы приближались к тоннелю. Там была одна станция, которую всегда пропускали — уже несколько лет она была заброшена. И когда поезд начал замедляться… Я почувствовал, как ствол уперся мне в бок. Женщина не смотрела на меня, но своей сумкой она прикрывала небольшой пистолет-пулемёт, который был готов одной своей очередью отправить меня за Ширму. До станции осталось всего несколько минут и нужно было что-то делать. И очень срочно. Пока я обдумывал план, девушка обратилась ко мне невообразимо холодным голосом. — Согласно корпоративному декрету отдела безопасности «Т- Med», за проникновение на частную территорию и кражу данных о засекреченном исследовании, вы — наёмник по прозвищу Шаман, приговариваетесь к ликви… Я не дал ей договорить. Еще с первых слов было понятно, что они пришли по мою душу и я не собирался ждать, пока меня пристрелят. В этот раз, благодаря корпоративному этикету даже перед лицом преступника, я получил достаточно времени на то, чтобы сделать свой ход. Я положил руку на подоконник и вселил Аспект скорости Зайца в проводку, разгоняя напряжёние в сети до критических значений. Женщина не успела договорить, как лампы полопались, словно воздушные шарики и этого мгновения мне хватило чтобы выпнуть ее с сидения в коридор, достать «Дипломатию» и одним выстрелом добавить в её череп новое отверстие, разбрызгивая кровь по салону. К сожалению, новых патронов «Тевтон» у меня было немного, и потому стрелять из обновки нужно было экономно. Резкая яркая вспышка и оглушительный грохот дезориентировали моих попутчиков. Я нырнул за одно из сидений, укрываясь от встречного беглого огня и коснувшись амулета с кошачьим глазом наделил себя зрением в темноте. Проекция Кота забралась ко мне на плечи Хоть мои татуировки и не выдавали меня из-за плотной одежды, но это не мешало им очередями стрелять по моей позиции. Я сунул револьвер обратно в кобуру, подобрал ПП и перебежав за другое сиденье открыл ответный огонь. Мне хватило боезапаса, чтобы покончить с еще тремя медовскими шавками, но когда поезд остановился, меня охватила паника. Сколько этих уродов тут может быть? Машинист в заложниках, или с ними заодно? На эти вопросы у меня не было ответа. Вскоре выключился свет и на самой станции, а напряжение на путях упало до нуля. Кто-то его отключил, чтобы выманить меня покинуть поезд. — Блять… — Я обшарил тело женщины, сунул в куртку запасной магазин от ее «Риггера» и выдал остальным по паре контрольных в голову — чтобы точно не встали даже трупаками. С их тел я взял рацию, случайный пистолет и патроны к нему — забил ими оба задние кармана штанов. Затем аккуратно продвинулся вперед, к следующему вагону, в ожидании засады. Дверь, тамбур, еще одна дверь — они светили фонарями в проход, и потому мне пришлось лезть на крышу. Не хотелось стать решетом. Выбирая между тишиной и возможностью видеть я выбрал тишину. Мгновение, поворот кольца, и уже Крыса даровала мне свой Аспект скрытности. Мы с еë проекцией двигались тихо и медленно, буквально проползая по крыше, пока не почувствовали люк. Вселив проекцию уже в него, чтобы он открылся тихо, я поднял дверцу и увидел внизу двух наемников, бдящих за входом в вагон. Еще мгновение, проекция забежала в пушку и два бесшумных выстрела проложили мне путь к машинисту. У моих врагов не было никаких контрмер против моей магии. Вполне возможно, что корпорация снова зажала денег и отдала заказ о ликвидации на аутсорс каким-то дегенератам, потому что ЧОП «Бульдог» уже разобрало бы меня на органы. Конечно, их было много, у них был хороший план и даже информация о моем положении, и потому все же называть их именно так было неправильно. Но мне было все равно. Я аккуратно спрыгнул в вагон и укрылся за ближайшим сидением, снова переключился на Кота и проверил, сколько патронов осталось в ПП. Оружие было сильно меньше того, что мы использовали при побеге из лаборатории, но тем не менее хорошо лежало в руках и не клинило после маленькой очереди. Патронов было недостаточно, поэтому я перезарядился и продолжил путь в самое сердце поезда. Всего вагона было три. Два из них я миновал. В последнем вагоне закрытые места купе по одну сторону и прямой путь по другую застали меня врасплох. Не было ни укрытий, ни места для маневра. Но тут я дернулся от резкого шума в рации. Кто-то вышел на связь, но его разрывало помехами и белым шумом. «Отм..... Ции. Тварь! Она пр… Мы не… Отход! Отходи… Бля-я…» Снаружи послышался шум. Стрельба. Я пригнулся, но не услышал лязга обшивки поезда — стреляли не в меня. Вдруг легкая рябь прошла по поезду — кто-то сзади открыл двери и зашел внутрь. Звук был таким громким, словно что-то не просто их открыло, а оторвало, как кусок туалетной бумаги от рулона. Я нырнул в первое же купе и убедившись, что оно было пустое, словно по чужому инстинкту спрятался под кроватью. Видимо, Крыса мне с этим помогла. Сердце застучало, как бешеное. Уличив момент и перезарядив один патрон в барабане «Дипломатии», я двинул предохранитель у своего нового маленького пистолета и сжал ПП в руках, направляя ствол к двери. Я услышал тяжелые, очень тяжелые шаги — это объяснило, почему весь поезд качнулся, когда это нечто зашло в вагон. Крыса в голове пищала с невероятной громкостью — что бы это ни было, я не хотел встречаться с ним. Скрежет когтей уронил мое сердце в пятки — я лежал, вжавшись в самого себя и судорожно включал беззвучный режим на телефоне. Сколько раз именно мобильник подводил героев в различных ужастиках?! Достаточно часто, чтобы оказавшись в такой ситуации я не просто срал кирпичами, а был готов уже строить из них новый завод. Шаги раздались прямо за стеной. Тяжелое, почти животное гортанное дыхание ритмично отсчитывало мои последние мгновения. Но дверь в купе не открылось — оно прошло мимо. Затем побежало. Рывок, вопль о помощи, хаотичная стрельба — и вновь тишина. У меня было всему этому лишь два объяснения — либо на станции кто-то жил, либо другой Спикер облажался с призывом и демон решил выпотрошить моих недругов. Но какая разница, если обе они означают, что я в полной заднице? Почти все свое снаряжение я оставил в кубрике, связи в тоннеле нет, а рельсы и поезд нужно было вновь запустить. — Сука, вот и съездил в магазин… — я выкатился из-под кровати и прильнул к окну, вглядываясь кошачьим зрением в темноту. Станция была усеяна разорванными трупами. Их фонари продолжали светить на море крови, выпущенные кишки и изуродованные лица. Даже броня им не помогла — тварь разорвала их, как тряпичные куклы. — Дерьмо… Нужно было валить отсюда как можно скорее. С каждой минутой цель неудачного покушения корпоратов могла стать вполне себе удачной закуской на ужин. Я не мог ждать, пока приедет ремонтная бригада, ведь попросту умру быстрее, и сменив ночное зрение Кота на реакцию Сокола, ступил на залитый кровью кафель подземной станции. Я перекинул ремень от ПП через плечо, оставив оружие висеть с включенным фонарем, а сам вновь достал «Дипломатию» и нажал на курок, заряжая катушки. Если что и могло хотя бы ранить эту неведомую дичь, то только она. Освещая себе путь, я погружался в самые темные глубины, прячась за столбами и выцвевшими рекламными щитами. Впереди лежало еще несколько тел. Их лица застыли в гримасах ужаса и боли. У стены мне на глаза попалась карта станции и было ясно, что щитовая, скорее всего, находилась либо в технических помещениях, либо в комнате охраны — других идей у меня не было. Но что туда, что туда нужно было подниматься сначала по лестнице, а потом по словно застывшему во времени эскалатору. Тварь все еще шастала в поезде, издавая громкое чавканье, и я решил, что лучше момента у меня уже не будет и двинулся наверх, стараясь шуметь как можно меньше. В моей голове всю дорогу крутилась мысль — что если она тут не одна? Если их тут целый выводок? Каждый шаг давался всë тяжелее. Тьма обжимала меня со всех сторон, но не как шаловливая любовница, а тисками. Луч моего фонаря рассекал еë, но я не знал, что было для меня страшнее — ничего не видеть или ЧТО-ТО УВИДЕТЬ. Ответ не заставил себя долго ждать — победил второй вариант. Когда я увидел, что по стенам и полу тянулись какие-то мясные пульсирующие отростки, тело забыло как дышать. Я остановился, упал прямо на лестницу и почувствовал, что задыхаюсь. Мне не хватало воздуха. Духи все как один встрепенулись в голове, запереживали, и мне пришлось обратиться к Черепахе за еë холодным спокойствием. Аспект размеренного образа жизни хоть и звучал странно, работал не менее странно, но это помогло мне успокоится, отогнать паническую атаку и взять себя в руки. Некогда было раскисать — мне еще 50 кусков платить, а ради таких сумм что Мамочка, что Оружейная меня даже из-за Ширмы достанут. Я сжал пистолет крепче и сунул руку в карман, выискивая коготь. Касаться отростков вполне могло означать тоже самое, что и «Эй, варикозный терминатор, я здесь» и потому полет показался мне хорошей идеей. Когда Аспект полёта Сокола заработал и полупрозрачные крылья подняли меня в воздух, я полетел вверх. Все-таки оказалась верна первая догадка — наемники решили сделать засаду на заброшенной станции, у которой вместо городской власти появилась собственная. А потом стрельба разбудила чудовище и оно снова захотела тишины самым радикальным способом. Комната охраны была уже близко, но вместе с тем и сердце всей этой мясной чухни. Ее было гораздо больше — уже не просто отростки, а целые массивы, наросшие на полу, стенах и потолке. Как будто я оказался в чьем-то желудке. Вдруг, свет фонаря упал на маленькую хитиновую тварюшку с четырьмя лапами и мощными горизонтальными челюстями. Она была размером с собачку, но выучка сработала быстрее, чем я это осознал. От испуга я выстрелил как только заметил движение. Раздался оглушительный грохот, отдавшийся звоном в моих ушах. Монстрика раскидало фаршем, добавив еще мяса на стены и встречный треск челюстей и гортанный вой обозначил обратный отчет до момента моей кончины. — Блять. Я побежал в комнату охраны, сменив полет на Заячью скорость. Резкие повороты то и дело спасали меня от внезапных атак маленьких жуков, пока я не добрался до двери. С силой Медведя я вырвал дверь из мясного плена и забаррикодировался в помещении, задвинув небольшой засов. Спасло бы это меня? Нет. Помогло отогнать панику? Тоже нет. Но это выиграло бы мне время. Я бегло оглядел помещение — стол, пустые шкафчики с оружием, сдохший терминал с камерами наблюдения. Никакого спасительного рубильника. Шаги быстро приближались, мелочь начала ломиться в дверь и она держалась. Пока не пришла мамочка. Или папочка. Я увидел, как когти пробили дверь, как нож пенопласт. У меня остался лишь один выход — дать бой. Я наставил пистолет на дверь — еще пять выстрелов. Во вторую руку я взял ПП — мне нужна была вся огневая мощь и только в этот момент, в свете фонаря я увидел свое спасение. В углу, под брезентовым тентом, стоял механизм. Ржавый, потрепанный, но на вид все еще рабочий. Я сорвал тент, нырнул внутрь и принялся копаться в проводах. Нужно было действовать быстро. Через пробитую когтямы дыру я выставил проекцию Черепахи в проход, чтобы замедлить прорыв в комнату, и принялся молится всем богам, чтобы мой счастливый билет заработал. И Боги, возможно, даже сам Ратлинг, услышали мои мольбы. Когда дичайше замедленные твари все же вломились в комнату охраны, я дернул рычаг. Проекция исчезла, а затем огромный гидравлический кулак с силой Медведя внутри ударил по когтистому жуку-переростку так, что отправил его в полет до противоположной стены, раскидывая мелочь по траектории движения во все стороны. Я вышел из комнаты охраны, облаченный в строительный экзоскелет серийного производства D-49. Его обычно использовали рабочие, когда нужно было переносить особо тяжелый груз или работать на высоте, но сейчас это было единственное, что могло спасти мне жизнь. Возможно, его конфисковали у кого-то, и потому он лежал укрытый тентом в комнате охраны, но для меня это было неописуемое везение. Вряд ли бы этот костюм составил конкуренцию хуйне, разрывающей двери поезда, но Сила Медведя уровняла нас в мощи. Механическими ногами я давил и откидывал мелочь, пока полностью концентрировался на поединке с жуком-матриархом. Она была больше, но все еще чудовищем, диким зверем. И была предсказуема. Каждый еë выпад тут же заканчивался моей контратакой. Я вдавил тварь в пол, продавливая мясной покров и вжимая ее же зубы в собственные челюсти, но сначала на меня набросилась всякая мелочь, а потом удар хвостом откинул меня на пару метров, уронив с ног. Я резко вытащил «Дипломатию» из кобуры, подхватил ПП и открыл огонь в сторону врага, вдавив гашетку в пол. Секунды, и магазин пистолета-пулемёта опустел, а «Дипломатия» разом вынесла с пятак мелких паразитов, пропив их насквозь и едва зацепив крупную особь. Осталось четыре патрона в барабане. Я выиграл себе немного пространства для маневра, подскочил и перешел к недавно изученным приемам. Подобно волне кроликов там, за Ширмой, я даровал астральной проекции Медведя физическую форму и огромная мясная туша побежала крошить мелочь в мясо. Я вставил новый, последний магазин в ПП и успел заменить две гильзы на два патрона в револьвере. Когда моего мишку разорвали в клочья, я вновь поселил проекцию в экзоскелет и с новыми силами бросился в бой. Мелочи почти не осталось — он сделал свое дело. Первый же удар пришелся матриарху в нижнюю челюсть, окончательно вырвав ее вместе с ошметками мяса. Она бросилась вперед, но цепкие гидравлические схватили ее за жвала, обламывая их и вонзая в шею по самые кисти. Она отбивалась, снова ударила хвостом, но я успел перехватить его и оттолкнуть тварь к стене. Удар. Еще удар. Хитин трещал, как злаковое печенье. Я бил жука до тех пор, пока ее голова окончательно не размазалась по плитке станции. А потом почувствовал боль — маленький жук пробрался через корпус, перегрыз провода и вместе с ними мой бок, увидев как он на мгновение оголился. Ударом пистолета и очередным выстрелом я добил его, но из батареи механизма повалил дым. Костюм был безвозвратно испорчен и я побежал, не теряя ни секунды, в технические помещения. Хоть матриарх и был мертв, тварей все еще могло быть десятки, если не сотни, и я не спешил проверять их число на деле. Злополучный щиток был найден вместе с трупом одного из громил. Я дернул рубильник, врубил обратно ток, а вместе с ним и свет, и поспешил к поезду, попутно отбиваясь до тех пор, пока пули окончательно не закончились. Я сунул пустой револьвер обратно в кобуру, перекинул ПП за спину и наделив себя силой Медведя, с маленьким пистолетом в одной руке и ножом в другой на чистом адреналине прорвался к поезду. Медвежья шкура и чары на одежде больше не позволили мне ощущать на себе укусы, но они все еще могли задавить меня числом. Сражаясь за свою жизнь на залитом кровью полу, шаг за шагом ступая по скользким ступеням и выдыхаясь все больше с каждым новым взмахом ножа, я добрался до кабины машиниста. Как управлять поездом я не знал, но запертые двери и Черепаха вновь выиграли мне время, чтобы я худо-бедно по планшету с инструкцией запустил движок и направился как можно дальше из этого пиздеца. — Блять, нахуй, больше никаких покатушек в одиночку! Аксолотль залечил мою рану и я вышел на первой же станции, залитый слизью и кровью. Спрятавшись в подворотне, я набрал Тощего: — Чувак, бегом за фургоном нашим спрятанным и забери меня. — Ох, нихуя! Шаман, мы тебя потеряли. Ты где пропадал? — БЫСТРО, БЛЯТЬ, МНЕ НАДО В ДУШ! Дварф забрал меня уже спустя два или три часа. Как итог, после моего рассказа, он согласился с моей мыслью. Нахуй такие приключения.