"Шаман". Глава 15: Один день из жизни

Дом. Работа. Работа. Дом. А дом то не наш, и работа фальшивая. Нас поглотила рутина Многогранника. Очередное повышение — перевод в новое помещение. Новые люди, снова слухи и магия в туалете. Все шло слишком медленно. О Пульрике мы узнали целое ничего — его никто не знал, не хотел знать или просто боялся о нём говорить. Тощий сбыл данные Босса на черном рынке, и мы выручили еще под сотню-две талонов. Плюс работа, ставки в Яме — общими усилиями мы собрали три сотни ламинированных бумажек, которые спрятали вместе с гвоздевыми пистолетами в тайнике. Туда же ушла новая одежда для каждого из нас, которая в моем случае не просвечивала татуировки. Босс, кстати, сохранил свое место, но больше к нам не совался — боялся, как кипятка. Это было к лучшему. Конечно кто надо о нас уже узнал, но за целую неделю не произошло ровным счетом ничего. Никто не пришел по наши души — ни администрация, ни теневые дельцы. Мы просто утонули в обыденности, как в болоте. В бесконечном ожидании. Пару раз я встретил того старичка из подворотни, но уже без внука. Как и многие, он погиб в Яме. Старичку было совсем тяжело и тоскливо. Я дал ему пару талонов из жалости, а на следующий вечер его нашли в комнате, зависающем у потолка на собственном одеяле. Я стоял в курилке у общежития и размышлял, что нам делать дальше. По моей просьбе Тощий сделал анонимный запрос на инфу о Далеге, но ответом нам была лишь тишина. Впервые я по-настоящему не знал, что делать. Сигарета в зубах медленно догорала. Лым поднимался все выше и выше, пока не рассеивался в воздухе. Я наблюдал за этим, перестав о чем-либо думать. Мне нужно было немного отдохнуть. Как вдруг, я почувствовал легкое похлопывание по плечу. Это была наш Кастер. Графиня выглядела чуть более роскошно, чем обычно. Серый комбинезон она заменила на простую уофту с оголенными плечами и любимые мешковатые штаны с карманами. — Куда собралась? — спросил я еë, поднося к губам сигарету, а она только попятилась. — Так, а ну не дыми на меня тут. Духи перебьешь. Один парень со смены пригласил меня на свидание. — И ты не отгрызла ему пальцы? — Тощий ехидно улыбнулся. Он шел рядом с ней, но я не сразу заметил его присутствие. — Я тебе что, зверь какой-то? — Судя по тому, что я видел в Яме… Да? — Это была минутная слабость. Так вот, он пригласил меня потанцевать в клуб… — И? Ты, типо нам сообщаешь, чтобы мы не переживали? — Ну, во первых да. Наш лидер должен знать, где его группа. А во вторых… Ну давай, не тупи! Клуб! Где танцуют! Отдыхают! А где отдыхают, там?.. — Там всегда есть что-то, что может помочь расслабиться? — Именно! Если там толкают всякие не очень хорошие штучки, значит и информацию купить можно. — А толку? Сомневаюсь, что барыги нам чего скажут. Если только наш Лоис не любил закинуть чего под губу. — В том то и дело. Судя по его послужному списку, он тот еще гений. И там преуспел, и там лучший. Я как никто другой знаю, что за любым успешным человеком стоят три вещи. Женщина, дурь или деньги. Женщина и деньги отпадают, раз Ву отправила его сюда шпионить… Осталась дурь. — Невероятная дедукция Графиня. Ты точно не коп? — О, нет, тогда я бы либо умерла, либо загребла вас за решетку. — Кажется, ты точно забыла перечислить большие мозги, талант… — я снова затянулся, и Графиня сделала еще один шаг в сторону. — Думаю, с ней кто-то должен пойти и прикрыть. Тощий, пойдешь? — Точно нет. Клубы не моя тема. Шумно там, да и… Ну, сам понимаешь. Легко там кого-то из виду потерять. — Ирис? А ты? Никто не заметил, как Ирис подошла и слушала нас уже какое-то время. Только мне она дала понять, что подошла, потрогав мой зад своим хвостом. -БЛЯТЬ! Ну и напугала… И давно ты тут? — Почти с с-с-самого начала. — Пиздец… Ты точно не хочешь стать тайным убийцей или того? — Не люблю повторяться. — Пиздец, вот подкрадутся к тебе два метра с шишечкой… Стоп. В смысле повторяться? Ирис лишь улыбнулась в ответ. — Нет, Шаман-гха. Не думаю, что от меня там будет толк. Я лучше побуду здесь. Послушаю, может что-то прос-с-скользнет… — Хорошо. Тогда пойду я, раз желающих больше нет. — О, Шаман! Неужели ты составишь мне компанию? И Ириска даже не против? — Не совсем. Прими предложение того парня о свидании, а я останусь на расстоянии. Послежу за вами со стороны. Только переоденусь. — Тогда догонишь. Тощий, тогда к тебе дело — свяжись с Ву, доложи о том, что мы узнали. Хотя мы ничего особо и не узнали… Но может она подскажет, кто такой Пульрик и мы сдвинемся с мертвой точки. — Сделаю, шеф! Мы вновь разошлись. Я дошел до тайника в одной неприметной колонне, сменил свой рабочий комбинезон на футболку, черную куртку и джинсы и поспешил вслед за Графиней, держа еë в поле зрения. Клуб, куда мы держали путь, назывался «Децибел» — и название полностью отражало его суть. Музыка лупила там не по-детски. Его переоборудовали из старой насосной станции: бетонные стены ещё хранили выцветшую разметку «Осторожно, высокое давление», а под потолком, опутанные гирляндами, тянулись ржавые трубы, которые когда-то качали охлаждающую жидкость. Теперь по ним пульсировал свет — синий, фиолетовый, кислотно-розовый, в такт басам. Где-то над танцполом висел диджей — тощий парень с имплантированными прямо в череп вертушками, которые крутились так, как он хотел, силой мысли. Он не сводил глаз с голографического экрана, рьяно подкручивая всякие кнопки на своем пульте Толпа под ним дергалась в привычном для клубняка ритме, который я не мог бы ни понять, ни принять. Танцпол был круглым и слегка утопленным, как старая цистерна. По краям громоздились барные стойки из армированного стекла — за ними суетились бармены с механическими манипуляторами вместо рук, смешивая коктейли с такой скоростью, что пальцы сливались в одно пятно. Пили здесь в основном дрянь: дешёвый синт-алкоголь, от которого у нормального человека моментально слепли вкусовые рецепторы, и коктейли с люминесцентными добавками, светящиеся в темноте, как жидкий неон. Мои светящиеся татуировки были бы тут в тему. Воздух был густым от испарений — пот, духи, сладковатый дым кальянов и ещё что-то, едва уловимое, химическое. То, за чем, по мнению Графини, сюда и приходили. Вдоль стен теснились вип-ложи, отделённые друг от друга звукопоглощающими панелями. Даже здесь были те, кто хотел отгородиться от остальных. В них сидели люди явно не из рабочих — в нормальной одежде, с дорогими имплантами, с охраной. Кто-то пил, кто-то заключал сделки, кто-то просто смотрел на толпу сверху вниз, как смотрят на аквариум с рыбками. В дальнем углу, за бархатной шторой, угадывался вход в отдельную зону — туда то и дело ныряли парочками и поодиночке. Лица у выходящих были расслабленные, отстранённые. Секс. Или что похуже. Реминиксы, наркотики. Я занял место у барной стойки, откуда хорошо просматривался весь зал, и заказал что-то безалкогольное. Графиня уже сидела с парнем за столиком у края танцпола — он что-то увлечённо рассказывал, размахивая руками, а она улыбалась. Не той ледяной улыбкой, которой она обычно одаривала нас с Тощим, а почти настоящей. Почти. Я закурил и приготовился ждать. Присмотревшись к парню, я сразу понял — мальчишка был в еë вкусе. Она сразу рассказала о своих предпочтениях, когда мы с Тощим пытались подкатить к ней, едва Зуба принял её в отряд. Светловолосый, молодой — совсем юноша. Без шрамов, морщин, с бледноватой кожей и в хорошей форме. Но что-то в нем не давало мне покоя. Какая-то деталь, которая несколько минут ускользала от моего взгляда. Крыса в голове дернула хвостом — он ей тоже не нравился. Я вытащил и нагрудного кармана листочек с Соколом, сложил его в ладони и присмотрелся к нему… Новым, более острым взглядом. Проекцию пришлось отправить под потолок, как очередной спецэффект. Я разглядывал его со всей тщательностью — каждую пору на носу, каждую складочку на его одежде. И наконец понял, что было не так. Его руки. По словам Графини, они встретились на смене, и раз она не упомянула, что тот превосходил еë в должности, то тоже был уборщиком. А уборщики очень много работают с химикатаии, которые не только разъедают руки, но и часто пропадают со склада — как совсем недавно. Его руки были идеальны — гладкие, опрятные, даже со стриженными ногтями. Даже у меня ща неделю работы руки огрубели так, что приходилось просить Аксолотля вернутт им прежний вид. Я ни на секунду бы не поверил, что он уборщик. Они разговаривали достаточно долго — я успел даже опрокинуть местный неоновый коктейль. Конечно, когда я узнал, что он сделан из дучиного молока чуть не блеванул, но толчок был близко и мне удалось не запачкать пол рвотой. Пока я обнимался с белым другом, Парень увел Графиню наверх — я только и успел заметить, как ее косички юркнули за поворот. Нужно было просоедить за ними, и поан уже был у меня в голове. Я был готов к такому развитию событий и ушёл обратно в туалет. Занял кабинку и лостал рисунок с крысой. Сначала я призвал астральную проекцию, и дал ей физическую форму, а затем закрыл глаза и уже смотрел на себя со стороны этого маленького зверька. Это был первый раз, когда я делал так и ощущения были совершенно новыми. Словно я почувствовал себя в новом теле. Я не просто наблюдал, как раньше, а напрямую взял управление — мог шевелить лапами, усами, хвостом. Но времени на развлекуху не было. Я юркнул вниз, на пол, и дождавшись, когда какой-нибудь зевака откроет дверь, поспешил наверх. Прыгать по ступенькам долго не пришлось — я старался сделать все ьысиро, прежде чем меня заметят, но Графиня и паренек уже куда-то испарились в бесчисленных дверях. Я принюхался и почувствовал такое множество запахов, что через мгновение у меня закружилась голова. Потребовалось время, прежде чем я смог найти нужную ниточку среди всей этой пряжи. Поймав ее аромат, я побежал вдоль коридора, ближе к стене, уворачиваясь от сапог и каблуков. Я подбежал к одной из дверей и протиснулся в дырку у самого пола — не все здесь было в хорошем состоянии. Это ьыла небольшая приватная комната с двухспальной кроватью, столиком и с приглушенным светом. Я увидел Графиню и этого парня. Они лежали в олной посиели, курили, а потом парень сунул руку в карман и достал «веселушки». Как и ожидалось, он просто хотел толкнуть новенькой простачке инопланетный порошек. Но я не успел посмотреть, чем все кончилось. Вдруг контакт прекратился и я почувствовал резкую боль. Я уже не сидел в кабинке, а был прижат к стене и, судя про крови из носа, очередной удар в лицо заставил меня окончательно придти в себя. — Сука, торчок ебаный, я тебе покажу как туалет у честных людей отнимать! Доставать новый фетиш не было времени. Я вновь обратился к Крысе, умилив себя еë Аспектом незаметности. В прямом бою это все еще было полезно — позволяло делать удары менее заметными и предсказуемыми. Пока напавший худой нарик смотрел на проекцию на моей макушке и думал, что опять словил галюны, я вырвался из захвата и двумя ударами в нос отправил его в нокаут, роняя его бессознательное тело в туалетную кабинку. Я вселил проекцию Крысы в куртку, применив все тот же Аспект на свою одежду, накинул капюшон и пошел за Графиней. Я был как планктон в косяке, прачась на самом виду. Я отвлек охранника упавшим на землю талоном, прошмыгнул за его спиной и добрался до второго этажа. Осталось найти нужную дверь. По дырке я соориентировалсч, какая именно комната мне нужна и ворвался внутрь. Графиня уже скрутила парня и приставила ему два пальца к шее, на конце которых горела струя синего пламени. — Говори, где ты… О. Ты уже тут. Помочь хочешь? — Да нет, развлекайся. Постою снаружи, покараулю, чтобы вас не побеспокоили. Графиня кивнула, продолжила саой допрос, а я вышел обратно в коридор и закрыл за собой дверь. Я в очередной раз вселил проекцию в предмет, на этот раз в эту самую дверь, чтобы Аспект незаметности приглушил крики, если они появятся, а сам встал рядом и достал сигарету. Графиня закончила довольно быстро — я успел докурить, когда она вышла из комнаты. — Ну? — Бинго. Как я и думала, Лоис брал у него «веселушки». — Класс. И что ещё ты узнала? — Помнишь, недавно со склада пропал ящик с химией? Лоис был замешан в таких делах раньше. Помогал красть. И за это он через нашего Дэнниса, того парня на кровати, получал бесплатную дурь. — Раньше? — Да. Его заметили ещё с месяц назад и куда-то забрали. Предположу, что. — В местную тюрьму. Класс. — Значит, нам нужно туда? — Графиня отпустила парня и вытерла руки о штаны. — Для начала узнаем, там ли он вообще, — я потушил сигарету о стену. — Тощий пусть пробьёт по сети. Или, может, у Мамочки есть выходы на местную администрацию. Ладно, надо возвращаться. Графиня остановила меня, схватил за предплечье. — А может затусим? Все вместе? Этот вопрос заставил меня задуматься. Но ненадолго. — А знаешь… Да. Затусим. Нам не помешает немного расслабиться. Но никакой дури. — Обижаешь! Я звякнул Ирис, Тощему и уже спустя час мы вчетвером пустились в отрыв. Пришло время разорвать этот проклятый круг рутины. Музыка долбила по ушам, а мы дрыгались ей в ритм — кто как умел. С каждой стопкой жучиное молоко становилось все вкуснее, а света смешались в одну кучу. Наш юный барыга свинтил подальше, весь перепуганный. А я почувствовал чешуйчатую руку Ирис — она вела меня наверх. Мы заперлись в комнате и снова отдались друг другу, как в первый раз. Но различие было в том, что я чувствовал себя гораздо увереннее. Потом мы вернулись, продолжили тусить. А очнулся я уже в подворотне — в луже из собственной рвоты. Это был хороший вечер.