Глава 5

      Слёзы текут маленькими ручейками с глаз, Рони не успевает их вытереть, как появляются новые. Снилось ей не что-то страшное. Точнее, уже не такое страшное для взрослой Вероники, как для маленькой её версии. Вероника сглатывает вязкую слюну, и встаёт с кровати, на ватных ногах направляясь в сторону ванной. Холодная вода не успокаивает, и хочется окатить себя ею полностью, что Рони и делает. Зубами стучит и дрожит от холода, зато больше о кошмаре не думает и спать не хочет.       Неторопливо убирает в комнате беспорядок, убивая время, потом спрашивает у искусственного интеллекта время. — Шесть часов, сорок пять минут, мисс Андерсон. Вероника зевает, но упорно продолжает заниматься уборкой.       Сидя за столом, Рони пыталась делать вид, что завтракает. На деле лишь просто водила ложкой по дну глубокой тарелки, наполненной молоком и хлопьями, и изредка поглядывала на часы на своей руке. — Рони, с тобой всё в порядке? — Взволнованный голос раздался напротив, и Вероника устремила взгляд на Пеппер. — Да, а что не так? Всё, вроде как, как обычно. Как можно более уверенный и веселый тон и улыбка уголками губ. — Не пойми неправильно, но ты выглядишь уставшей. Но если всё в порядке, то ладно. Когда ты идёшь к Лиаму?       Рони уже более искренне улыбнулась, и была очень благодарна Пеппер за то, что та не стала спрашивать и дальше о её самочувствии. Было видно конечно, что Поттс явно знала, что что-то не так, но не давила. — Да насчёт этого, я хотела сказать, что поеду к нему сегодня сразу после уроков, если вы не против, конечно.       Женщина кивнула, улыбнувшись краем губ, и этого хватило.       Сзади послышались шаги, и Вероника немедленно повернулась, в желании узнать, кто идёт.       — Доброе утро, Пеппер, Вероника.       Приход мужчины был не столь неожиданным, конечно, ведь они живут в одном доме. Вероника немного напряглась, как только заметила его, и уже хотела поспешить удалиться, но этого ей не удалось.       — Вероника, мне надо с тобой поговорить, останься.       Девушка поджала губы, наблюдая за тем, как Пеппер кидает на неё взгляд, а потом смотрит на Старка нечитаемым выражением лица и еле заметно качает головой из стороны в сторону. И Рони уже действительно казалось, что двое взрослых способны на телепатическое общение. Либо это всё было обговорено. Вероника ожидала, что при разговоре будет Пеппер, и так тяжело не будет, но женщина ушла из кухни, сопровождаемая двумя парами глаз. Рони почти не дышит, когда Старк садится на место, где сидела Поттс.       Она чувствует себя рядом с мужчиной маленьким, слабым насекомым, которого можно раздавить в любой момент, но, собирая все силы, старается не выдавать себя. Упрямо поднимает голову, смотрит на него пронзительно своими голубыми глазами. — Вероника. — Да, мистер Старк?       Он прочищает горло, прежде чем продолжить говорить, без улыбки, абсолютно серьёзно. — Я думаю, ты поняла, что Гранту я особо не доверяю. И не надо закатывать глаза, слушай дальше.       Вероника нахмурилась и, не сдержавшись, все-таки закатила глаза. Будто бы оскорблённо, она откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, отрывая недовольный взгляд от гения. Прикусив изнутри щеки, подросток, пересилив себя, возвращает взор на мужчину.       — Но я тут не для этого. Просто, Вероника, ты должна запомнить то, что я сейчас скажу. — Он замолчал, наблюдая за её реакцией.       А Веронике стало интересно. Чего же такого важного он сейчас наговорит, что ей надо будет запомнить? Главное, чтобы речь не шла о том, что надо присматриваться к друзьям, иначе бы Рони сорвалась. Взгляд мужчины, внимательный и острый, как у хищника. Хищника, который вот-вот нападёт, готовый повалить, надавить, показать, кто сильнее и главнее в этом доме. — Не натвори глупостей, ясно? Ты ведь понимаешь, всякое может случиться. Пеппер переживает.       Очень уклончиво. Отводя буквально на мгновение взгляд и снова возвращая внимание на Рони, он пристально смотрит несколько секунд, а потом в своей какой-то манере поднимает уголки губ и поднимается со стула сам. — Ну, это всё, что я хотел сказать. Поторопись, в школу опоздаешь.       Вероника ничего не понимает, а Старк, видимо, пользуясь моментом, скрывается. Будто его тут и не было.       Дома у Лиама как всегда, ничего не меняется. Как всегда тот же интерьер, тот же персонал, те же уют и безопасность. Рядом с ним — всегда. Рони бесцеремонно прыгает на его кровать, в его футболке и домашних шортах, потому что своих вещей она не взяла, и подминает под себя пару подушек, чтобы голова была поднята выше. Лиам, откинув голову и раскинув конечности, полу-лёжа находится на мягком кресле недалеко. Родители Лиама находились в другом штате, конечно же, по работе. Поэтому Рони выдохнула, понимая, что они не встретятся и вопросов по поводу её жизни не будет.       После школы хотелось расслабиться, только вот не получалось. Мыслительный процесс не давал ни заснуть, ни расслабить мышцы, ни-че-го. Не давал ничего кроме раздражительности и отключенности от реальности. Весь день Вероника впадала из крайности в крайность, то хотелось, чтобы кто-то поговорил с ней и отвлёк от всего, то Рони хотелось запереться где-нибудь в тёмном, далеком месте со своими мыслями.       — Знаешь, что я заметил?       Снова. Снова Рони не замечала происходящее вокруг настолько, что не уловила момент, когда Лиам перебрался на кровать и сидя рядом, нависал над ней. Под его изучающими прищуренными глазами Вероника чуть вжалась в постель. — Ну? — Помедлив, поинтересовалась девушка. — С тобой что-то не так. Типа, другие может и не заметят. Но я вижу.       Губы её изогнулись в кривой усмешке, Вероника скептично подняла одну бровь, согнула в коленях ноги и положила одну на другую, меняя позу. — Ну и что же вы заметили, мистер Холмс? Что в моём поведении вас смутило?       Поправила невидимые очки и смахнула прядь с лица. Но плечи были напряжены, и движения стали скованнее. Долгий и серьёзный взгляд тёмных очей, Вероника сдувается и отмахивается от друга, перекатываясь на другую часть кровати. — Прошу прощения, мистер-детектив, у нас нет времени. Я ведь не пойду на "культурный" вечер в вашей одежде!       Рони улыбается, ёрничает. Спрыгивает с кровати и, махнув левой рукой в сторону, а правую приложив к сердцу, отдаёт шуточный поклон. Юноша на это лишь качает головой.       В салоне тепло, почти жарко. Вероника стягивает шарф, его ей отдал Лиам, явно возмущенный тем, что подруга так и не удосужилась взять свой. Вдыхая приятный запах ароматизатора, Вероника вспоминает, как её учил водить машину друг. Это было за городом, чтобы никого не угробить, и самих себя заодно тоже. Было немного сложно, но уже спустя неделю Вероника уверено колесила как на дорогах за городом, так и в городе. А порыв научить Веронику водить машину Лиам объяснил тем, что всякое может случится, да и весело было. Начало было в девять часов вечера, но никто ведь не приходит на такие события в точно указанное время. Поэтому друзья подъехали только на час позже. Сердце трепетало от предвкушения чего-то весёлого, громкого и очень-очень запоминающегося. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и на небе стали видны только редкие звёзды.       Как и ожидала Рони, музыка была очень громкой. Стояло много машин, на которых приехали подростки, и Вероника, хмыкнув, подумала о том, что явно не все смогут сесть за руль потом. Девушка уже собиралась идти к дому, как тут её оттянули за руку назад. — Вивс, слушай. — Громче чем надо, заявил парень, а дождавшись кивка со стороны Рони, Лиам продолжил — Держи телефон при себе, будь аккуратнее и не пей всякую дрянь, по крайней мере, не пей много дряни, ясно?       Юноша был абсолютно серьезен, и держал её уже за плечи, наклоняясь, чтобы Андерсон слышала его лучше. Вероника впитывала каждое слово, как губка. — Чего такой серьезный? — Слегка насмешливо поинтересовалась Рони.       И вправду. Сколько вечеринок они посетили вместе, раньше он так не делал. Только пару раз хлопал по плечу, а потом они расходились, хоть и старались держать друг друга в своём поле зрения. — Вот именно, без шуток, Виви, я не смогу быть рядом постоянно.       Рони пожала плечами, и кивнула, показав большой палец вверх.       Вечеринка была в самом разгаре. По ушам била музыка, возгласы толпы подростков, и все остальные звуки. Рони то и дело видела знакомых со школы или просто тех, кто когда-то мелькал в коридорах. Все были в доме, потому что на улице было холодно, но Вероника была уверена, будь сейчас лето, подростки творили бы всякое как на заднем дворе дома, так и на обычной улице. Первые тридцать минут было душно и непривычно. Рони привыкала к запаху и шуму. Лиам где-то потерялся, и Вероника даже удивилась, что упустила парня из виду.       Спустя ещё некоторое время Вероника немного расслабилась, слушая знакомую музыку и подпевая вместе с остальными, разговаривая со знакомыми и даже знакомясь с неизвестными ей до этого людьми. И конечно, пить алкоголь в планах не было. — Да ладно, Рони, тебе понравится! Он сладкий, клянусь...Да чем угодно клянусь!       Язык у девушки, что упрашивала Веронику выпить какой-то коктейль, заплетался, и не в силах устоять самостоятельно, она держалась за Рони. Сама Андерсон упиралась, как могла. Компания, в которой она находилась сейчас, состояла из четырёх её одноклассников и ещё нескольких неизвестных ей людей.       — Мир не взорвётся, если ты выпьешь один бокал, Рони! — Послышался голос какого-то парня со стороны.       Потом кто-то начал кричать её имя по слогам, а все остальные подхватили. Почему они так старались споить Веронике это...это голубое нечто в стеклянном бокале? Рони не знала. Она уже хотела отказаться и уйти, как её голову посетила крайне навязчивая мысль. Не порть всем настроение своей недовольной рожей, Рони. Один бокал ничего ведь не поменяет?       Под натиском уже собравшейся толпы, Вероника сдаётся и берёт в руки бокал, который в ту же секунду обжигает её ладони холодом. Слышит, как некоторые победно начинают визжать, сдерживается чтобы не кинуть бокал и не закрыть уши руками. Неуверенно и медленно девушка подносит сосуд к губам.       Быстро выпить и свалить к чёртовой матери.       Вероника даже вкуса толком почувствовать не успевает, зато чувствует, как жидкость ужасно обжигает горло, и тут же хочется вырвать. Она морщится, но заставляет себя выпить полностью, не отрывая стекла от губ и делая несколько больших глотков, чтобы от неё отстали наверняка.       Подросток не удерживается на ногах, падает на самое близкое кресло, упуская бокал из рук, пока все остальные дерут горло от радости и продолжают веселится.       Голова кружится, в глазах двоится, а в ушах стоит отвратительный звон. Вероника всё ещё чувствует вкус пойла во рту, и оно точно не было сладким. Кажется, в таких случаях настоятельно рекомендуют не закрывать глаза, а пойти и закрыться в каком-нибудь безопасном месте.       Ничего. Ещё пару минут отлежусь, потом пойду искать Лиама, всего пару минут.       Вероника не знала сколько времени прошло, но обстановка вокруг ей явно не шла на пользу. Собирая все силы, что у неё остались, Вероника поднимается с кресла и пошатываясь, ударяясь обо всех вокруг, идёт к лестнице, ведущей на второй этаж.       Не обращает внимания на людей, стоящих на лестнице и на втором этаже, направляется к третьей двери слева. Дверь легко поддаётся и открывается, и девушка вваливается в чью-то спальню. Комната просторная, вокруг увешаны какие-то плакаты, заваленный чем-то стол. Но Андерсон не до этого. Ей нужно было окно. Прохлада и одиночество — всё, что ей нужно было сейчас.       Холод распространяется по всей комнате почти сразу, как только подросток раскрывает окно полностью. Вероника, удерживаясь за подоконник, на половину высовывается и набирает в лёгкие ледяного воздуха.       Рони распахивает глаза, и вялыми движениями пытается отбиться и вырваться, как только чувствует, как ледяная струя воды бьёт ей в голову, а потом и в лицо. Её удерживают чьи-то сильные руки, не давая и шанса уйти из под холодного потока воды. Тело начинает дрожать, то ли от страха и паники, то ли от холода, и её наконец-то отпускают. Рони слышит грохот, шум воды прекращается, а сама девушка в панике отползает подальше, касаясь голыми участками кожи холодного кафеля. Вода стекает с волос на одежду, пол и лицо, и становится хуже. — Вот уроды, а тебя ведь одну и не оставишь.       Голос звучит очень рассержено, почти злобно, но не громко. Она поднимает взгляд, яркий свет мешает понять, кто над ней нависает, но тут неизвестный опускается перед ней на колени, и Рони замечает знакомые, давно изученные, черты лица. — Кто тебя, идиотка, заставлял пить? Мозгов совсем нет?!       Не успевает девушка обрадоваться, что это Лиам, а не кто-то другой, как парень хватает её за плечи и начинает сильно-сильно трясти так, что кажется еще немного и шея сломается. Он почти кричит, потом говорит ещё что-то, что Вероника не до конца понимает, встаёт на ноги и тянет её за шиворот за собой. Вероника еле волочет ноги по скользкому полу, пока Лиам хватает её уже за руку, так больно и неприятно, и пытается освободить её. — Не дёргайся, скажешь потом спасибо.       Он тащит её по длинному коридору, направляясь к лестнице, а как только видит первую ступеньку, закидывает её руку к себе на плечи, держа своей левой, а правой держит её за талию. Вероника ничего не понимает, слышит только тяжёлое дыхание друга, и как приглушённая до этого музыка становится громче. В голове лишь одна мысль, что если её тащит за собой Лиам, значит, всё будет хорошо. Эта мысль не даёт ей совсем уйти в панику.       Снова толпа, жара и бьющая по ушам попса. Бьющая так, что Рони кажется, что её голову сейчас разорвёт на части. Продолжается это не долго, сразу после того, как Лиам натянул на неё что-то теплое, они оба чуть ли не вывалились из дома через главную дверь. Холод, оказывается, мог немного отрезвить. Или это из-за внезапного душа такое? Резкая смена температуры заставила девушку крупно задрожать и съежиться, а мокрые волосы и одежда ни разу не улучшили ситуацию. Рони видит, как изо рта идёт пар, стоит ей выдохнуть, осознать ничего не успевает, девушку снова куда-то ведут. Тепло снова обвалакивает её, как только подростки оказываются в машине. До сих пор дрожит, обнимая себя руками. Дышит через нос, крепко сжав челюсти. Наконец обращает внимание на друга, сидящего слева от неё, видит, как тот сидит, опустив голову и руки на руль. Боль в висках и затылке не унимается, а Рони старательно напрягает извилины, пытаясь понять, что вообще произошло. Парень первый нарушает тишину только тогда, когда где-то вдали слышит нечто очень похожее на полицейскую сирену. Со стороны Лиама слышится тихое ругательство, и Веронику, не ожидавшую резкого старта, вжимает в кресло.       Девушка морщится, не открывая глаз, потому что головная боль так и не прошла. Вокруг тихо и спокойно, никакой музыки, а она лежит на чём-то тёплом и очень мягком. Она скидывает с себя тяжёлое одеяло, и поднимается на одной руке, другую держит на голове. Наконец поднимает веки не без труда, и к своему счастью видит знакомую комнату. Рони падает обратно на подушку, о чём тут же жалеет, резкое движение ощущается как удар по голове сковородкой. — Очнулась наконец-то. Ты ужасно выглядишь.       Голос Лиама звучит спокойно, но ничуть не успокаивающе. Он стоит где-то недалеко, и Рони даже знает, что юноша скорее всего скрестил руки на груди и голову чуть на бок склонил. Открывает глаза, приподнимается, и ничуть не удивляется тому, что полностью угадала позу друга. — Знаешь, — Голос звучит сипло, и девушка, преодолевая боль в горле, продолжает. — это не то, что я хотела услышать сейчас... — "Это не то, что я хотела услышать" — Искаженным голосом передразнивает недовольно, закатывает глаза. — Это не всё, что я хочу сказать, так что радуйся, пока есть возможность. — Башка трещит, отстань, чувак.       Парень всем своим видом показывает недовольство и идёт в тумбе. Там стоял стакан воды и что-то мелкое, скорее всего, таблетка. — Так что вчера произошло-то? Хреново, что я не помню после того, как...Вот же хрень...— В нарастающей панике произнесла девушка.       Друг не выглядел удивлённым из-за того, что Рони ничего не помнит. Зато Вероника внутри уже сходила с ума, понимая, что совсем не может вспомнить даже одного момента. — Короче, дело в том, что какие-то мудозвоны решили, что будет весело в несколько бутылок добавить какую-то хрень, точно не понял что. И эти таблетки явно не были обычным снотворным, ты уверена, что точно не помнишь всего?       Рони качает головой отрицательно, понимая, что после воспоминания, где она выпила стакан алкоголя залпом, девушка приходит в тупик. Вероника в замешательстве закидывает ногу на стул, и опирается щекой на колено, смотря в одну точку. Стакан, на половину наполненный водой, в руке крутит. Внимательно разглядывая, как прозрачная жидкость переливается. — Я слышал, как несколько человек орало твоё имя, потом визжали, как дикие. Подошёл только минут через пятнадцать, а тебя там нет.       Вероника, удивленные глаза поднимает на Лиама. Он сидит напротив, сжав кулаки, и только сейчас Рони замечает, что костяшки одной руки в ранках, видит где-то на скуле еле видный синяк. — Там...Произошло, в общем, кое-что. — Лиам тянет время, и это ни разу не нравится Веронике. Что такого могло произойти, что он сейчас выглядит так? Что сделала она? Вероника не знала ответов на эти вопросы, зато точно знала, что ей не понравится то, что сейчас скажет Лиам. — Я искал тебя, поднялся на второй этаж. Тебя на руках ко мне Уолтер притащил. — Он выпаливает это на выдохе, взмахивая руками раздражённо.       Вероника давится водой, закашливается, и чувствует, как ей по спине несколько раз бьют, не прилагая особых усилий. Успокаиваясь, она недоверчиво смотрит в глаза друга, тот остается абсолютно серьёзным. Чувствует в душе, как всё переворачивается, и не понимает, что ощущает. — Чего он-то там забыл?... — Первое, что Вероника может произнести. — Он там живёт, идиотка. — Рявкает друг. — Не знаю, где ты торчала, я уже собирался обходить все комнаты, но вижу: он идёт, ты в отключке у него на руках, и всё. — Закатывая глаза, поясняет юноша. — Я забрал тебя, и разбудил как смог, но, видимо, не полностью. В тачке ты, вроде как, тоже спала.       Сейчас больше всего в сердце Рони отзывается чувство вины, и она стыдливо опускает глаза обратно на столешницу. Пальцы начинает беспокойно заламывать, да с губ кожу сдирать немного. Молчит, не поднимая взгляда.       Вероника не хотела, чтобы всё было так. Ей вовсе не хотелось друга втягивать в проблемы, в её проблемы. Она снова заставила кого-то беспокоиться за неё и помогать ей, хотя, вместо этого всего, Лиам мог бы продолжить отдыхать. Как оказалось, Грант, вместе в Вероникой, которая была не в состоянии понимать происходящее, уезжал от полицейской машины. Снова. Юноше тогда показалось, что это бесполезно и лучше остановиться, и может, если получится, как-нибудь договориться, но в последний момент они скрылись где-то в переулке. Потом ещё минут тридцать Рони слушала, как Лиам всё возмущается и ворчит на неё, но считала, что это вполне заслуженно. Парень заботился о ней, пусть это и выражалось иногда только в ворчании, резких движениях и отдёргиваниях, что становилось больно до жути и даже порой оставались синяки.       Это была морозная забота со его стороны, к которой она привыкла.       Время близилось к двенадцати часам дня, и Рони решила, что пора уже возвращаться в башню. Лиам снова дал ей свою одежду, потому что с того вечера она заснула в своей, так и не переодевшись. А школьная форма была аккуратно сложена в сумке.       До этого девушка сохранила номер Пеппер, поэтому смогла предупредить женщину о своём возвращении.       Всё время по пути домой, Вероника думала над всем произошедшем. Что такого положили в напиток, что она ничего не помнит? Каким боком она оказалась на руках Уолтера? Наверное, это было хуже всего. Только недавно Рони думала над тем, как она его ненавидит, вспоминая все его грехи. И как по голове арматурой — новость о том, что он её на руках носил. Пусть и недолго, и передал её позже другу, Веронику передёргивало от одной мысли, что они были ближе, чем на расстоянии минимум метра друг от друга. Грант подвёз подругу, потом поехал по своим каким-то делам.       А Вероника первым делом решила подняться на общий этаж. В лифте мысленно подросток повторял, что будет отвечать на вопросы о ночёвке, думая о том, как бы не запнуться и не запутаться во всей это лжи. Сердце билось тревожно, ощущая, что что-то пойдёт не так. От кухни шёл запах домашней еды, и Рони незамедлительно направилась туда.       За столом никого не было, и не успела Рони обрадоваться, как на кухню медленным шагом, следом за ней зашёл Старк. Всё же, всё ещё было некомфортно с ним. Будто ты сидел с каким-то знакомым своего родителя, или с тем самым учителем, которого боится вся школа.       Вероника отвела глаза от мужчины, поняв, что её всматривания заметили, и поджала губы. — Здравствуйте, мистер Старк. — Девушка кивнула, стараясь улыбнуться. — Ну, как прошла ночёвка?       Старк выглядел каким-то слишком хмурым, отслеживая каждое движение Рони. Вероника чувствовала, как внутри появляется нечто похожее на беспокойство, но решила не обращать внимание на это и на изучающий взгляд гения. — Всё хорошо, спасибо ещё раз, что разрешили, мы, на самом деле, давно не устраивали ночёвки.       Тут Старк оторвался от спинки стула и сложил руки на столе, не отрывая очей от Рони, и взгляд его стал каким-то морозным.       Он задал всего один вопрос, и из-за этого вопроса Рони застыла, как ледяная статуя, не зная, что ей дальше делать.