Часть 2. Средство от скуки

Рассветные лучи коснулись не зашторенной спальни, бесстыдно проявляя последствия ночи. Слово “стыд” в принципе неприменимо к отношениям Берта и Селены: как в обыденности, так и в близости смутить чем-то первого было просто невозможно, вторую же мог заставить краснеть только сам Берт. И только он мог так безмятежно дремать на совершенно развороченной постели, будто бы вовсе не был тому виновником.  Селена всегда просыпалась первой, с тревогой ища тепла его тела — отголоски миров Таролога, где она уже не раз теряла своего любимого. Поэтому вид спящего рядом мужчины помимо прочих ощущений вызывал у нее умиротворение.  Девушка мотнула головой. Магия Берта легко помогала избавляться даже от самых тяжелых мыслей. Рука непроизвольно потянулась к его лицу — убрать выбившуюся прядь (какую из?). Спутанные, но все еще шелковистые волосы не до конца просохли за ночь. На самом деле, Селене просто нужен был лишний повод его коснуться, и возможность сделать это вот так просто до сих пор казалась ей драгоценным подарком судьбы, который она никогда не отложит на дальнюю полку. Оставляя невесомый поцелуй на щеке мужчины она завершила главный ритуал своего утра и покинула постель. Квартира Берта стала любимым местом Селены. Она олицетворяла собой одновременно все воплощения своего хозяина, поэтому девушка с особым трепетом относилась к каждому уголку. Высокие потолки, обилие света и пространства, панорамные окна, открывающие вид на благородную зелень Центрального парка — дом Берта был похож скорее на комнату замка Долины наваждения, чем на нью-йоркскую квартиру. На самой большой стене висели картины без какого-то определенного сюжета: вот скалистый пейзаж, вот портреты известных музыкальных исполнителей в стиле поп-арт, а вот стилизованные сказочные иллюстрации. Картины, как и помещение в целом, не следовали какому-то определенному стилю, в отличие от минималистичной квартиры Селены, а будто бы создавали свой собственный, и он говорил о чем-то важном, о том, что могла понять только она. И она понимала. Спустившись со второго этажа, на котором и располагалась спальня, Селена наскоро собралась на работу, приготовила завтрак для Берта и черкнула ему саркастическую любовную записку. Она всегда так делала в его выходные дни — было тепло думать, что любимый мужчина проведет свое утро с ощущением ее присутствия. За рулем своего красного мини-купера Селена по привычке прокручивала в голове список рабочих задач, чтобы двадцать минут езды до офиса прошли не впустую. Но в последнюю неделю к рутинным мыслям прибавились иные — о Мэри. Где она сейчас живет? Кем работает? Не бросила ли она мостостроительство после того, как Селена с ней обошлась? В последний раз она видела Мэри в сказочном королевстве. Благодаря мирам Таролога ей удалось ощутить глубокую связь с этим человеком в мире настоящем. Селену тяготило прошлое, в котором она так жестоко уволила своего верного сотрудника, ведь теперь она понимала, что вместе с тем еще и вычеркнула прекрасного человека из своей жизни. “Нужно попытаться ее найти. Вдруг пригодится моя помощь, или я смогу сделать что-то хорошее для нее”, — завершила для себя девушка. В офисе Селена по-прежнему растворялась в задачах, но работала уже не с таким остервенением, как до комы и всех своих приключений, а с особой любовью. Она научилась останавливаться, а еще научилась слушать и слышать людей. Сначала сотрудники не могли привыкнуть к новому амплуа начальницы, поскольку прежнее властное уж слишком засело на подкорках, и относились к этому явлению с легким недоверием, как к разовой акции добра. Однако, спустя месяцы они поняли, что Селена действительно изменилась — да, она все еще требовательная, но умеющая прощать ошибки; по-прежнему строгая, но более лояльная; серьезная и деловая, но та, что может искренне улыбаться. И вслед за внутренним состоянием Селены офис закипел новой жизнью. ***  Не открывая глаз, Берт одной рукой потянулся на кровати и с досадой осознал, что Селена уже ушла. Теперь в выходные его было сложно разбудить, потому что он спал, как убитый. Не только из-за Селены и работы в больнице, которые попеременно высасывали из него соки, но и из-за того, что сны наконец перестали быть тревожными. Он будто ожил, когда девушка из них вошла в его реальность, и тело после всех недосыпов последнего года забирало свое.  Натянув домашние штаны, он буквально слетел с лестницы, следуя аромату еды. Мужчине определенно нужно набраться сил, ведь он собирается прожить с этой своенравной, неутомимой женщиной еще много лет.  Глотая воду прямо из графина, он с предвкушением развернул оставленную для него записку.  “Напоминаю, сегодня вечером тебе понадобится костюм. Ночью — уже нет. Надеюсь, я тебя не слишком утомила вчера?  P.S. Приятного аппетита. Твоя С.” Довольно хмыкнув содержанию, Берт скрутил волосы на затылке и занялся завтраком. Свободной рукой он провел по шее, как бы разминая ее, и, прикрыв глаза, поддался ночным флешбекам. Улыбнулся. Месяц, проведенный с Селеной, пролетел подобно урагану — а им невозможно управлять. Теперь он понял, что имеют в виду говоря о судьбе, от которой не убежишь. От Селены действительно не побегаешь, вот только он этого и не хотел. Берт чувствовал, что попал — наверное, впервые в жизни. И пропал. Раньше он избегал обязательств, в которые многие девушки стремились его затащить: якобы случайно оставленные в его квартире зубная щетка, белье, даже питомец… На какие только ухищрения они не шли в тщетных попытках захомутать Берта. Селене же он готов был позволить забить весь свой гардероб ее платьями и туфлями, коих, казалось, было неисчисляемое количество, а она была единственной, кто не пытался этого сделать. Парадокс, но именно поэтому ни для чего, что касалось бы Берта, ей не требовалось никакого разрешения. Он итак целиком и полностью принадлежал Селене. Да и в любви хотел признаться уже с первых дней знакомства, но ждал. Не потому, что боялся чувств — он боялся спугнуть напором ее. Если бы Берт только знал, что признавался Селене в любви уже тысячу раз, то не тянул бы с тысяча первым. Однако, для него оно было просто первым, а потому так важно было подобрать правильный момент. Когда с завтраком было покончено, мужчина прибрался на столе, привел себя в порядок и сел за написание уже начатой им научной статьи. Именно Селена подстегнула его попробовать себя в новой роли и верила в его успех. С ним она никогда не была железной леди, а он с ней — безответственным мальчишкой. Здоровые отношения, как им и полагает, раскрывали в каждом из них только лучшие качества.  *** Звук нового сообщения в мессенджере заставил Берта наконец оторвать глаза от экрана ноутбука. Он с удивлением обнаружил, что за окнами уже стали зажигаться первые городские огни. Селена Не заезжай за мной, задержусь на работе. В галерею поеду из офиса. Амели волшебница, подготовила несколько платьев. Напечатал ответ. Уверена, что надевать сразу несколько это хорошее решение? ;) Смс пришло незамедлительно. Селена Ха-ха. Да, чтобы ты мучился их снимать. Берт Тогда тебе лучше прийти в одном. Селена Как заговорил :) Гардероб Берта состоял в основном из вещей простого кроя — он любил свободу во всех ее проявлениях. Да и особого повода надевать что-то более строгое у него никогда не было. Однако Селене нужно было соответствовать, потому что в платьях она была похожа на голливудскую звезду, хоть и всегда закатывала на это сравнение глаза. Берт и хотел бы сказать, что ему пришлось обзавестись костюмами, но на самом деле сделал это с превеликим удовольствием. Королеве нужен Король, ну или хотя бы Принц. Застегивая пуговицы на белой приталенной рубашке, которую отгладил дважды, Берт думал о том, как пройдет сегодняшний вечер. Это был его первый выход в свет подобного уровня, на который приглашались главные лица города. Но его совсем не волновала возможность там не вписаться — обаяние мужчины распространялось на любое общество, даже высшее, и он это прекрасно знал. Селена в новом образе, который он еще не видел, волновала его гораздо сильнее. Хорошая фантазия запускала в голове калейдоскоп картинок, заставляя сердце трепетать. Судорожно сглотнув, Берт расчесал свежевымытые волосы и собрал их в хвост, завершив сборы выбором парфюма. Остановился на том, который больше всего нравился на нем Селене — горький миндаль в сочетании с древесными оттенками и легкими нотами черной смородины.  Теплая нью-йоркская весна, как и всегда, позволяла надеть легкую верхнюю одежду. Накинув черное полупальто, Берт улыбнулся своему отражению в зеркале. Он был похож на довольного кота в предвкушении охоты. Сверив время на наручных часах, мужчина вышел из дома, чтобы поймать такси. *** Допечатав последнее сообщение Берту, Селена снова принялась сверять технические данные по проекту нового моста — любимую часть своей работы. Числа поддавались ей так же легко, как подтаявшее масло — ножу. Возможно, именно поэтому девушке не было равных в сфере мостостроительства, одной из самых сложных во всем направлении, ведь она просчитывала характеристики каждой балки с ювелирной точностью. Не только бизнес не терпит ошибок, но и дело твоей жизни, от которого, к тому же, зависят и жизни других. Поработав еще несколько часов, Селена сохранила документ и выключила компьютер. Она давно распустила сотрудников по домам, позволяя перерабатывать чаще всего только одному человеку — себе. Ну и иногда Амели, которую теперь просто нельзя было от этого удержать.  — Селена, вам пора собираться на открытие галереи, чтобы не попасть в пробку, — зазвучал голос из селектора.  — Спасибо, Амели, я как раз закончила. Ты сама почему еще тут?  — Как же я могла пропустить ваши сборы, на этом мероприятии обещают быть все сливки общества! Вам нужно выглядеть безукоризненно. — Что ж, тогда заходи. Мне точно понадобится твоя помощь с прической.  Селена не удивлялась тому, с какой легкостью секретарша попадает в размер одежды начальницы — у них он был один. А вот то, как тонко Амели понимала ее вкус, вызывало неподдельное восхищение. — Амели, напомни поднять тебе зарплату. Я совершенно не представляю, когда, где и как ты умудряешься подбирать такие восхитительные вещи, — проведя рукой по атласному изумрудному платью, сказала начальница.  — Я просто люблю свою работу, — засмеявшись, ответила Амели, — рада, что вам понравились образы. Осталось выбрать один. — Это просто нереально, — честно, с нотками паники заключила Селена.  — Я думаю, вам стоит надеть вот это, зеленое, на бретелях. Платье-комбинация всегда беспроигрышный вариант. Добавим вот этот жакет, и вот эти туфли… Через полчаса сборов Селена была готова. Амели помогла начальнице с укладкой, и теперь ее вьющиеся волосы нежными локонами струились по плечам. Селена не любила сложные техники в макияже, поэтому сделала стрелки и накрасила губы красной помадой. Стойкой, конечно. Отчего-то интуиция подсказывала ей, что это правильно решение. Сердце в ожидании вечера колотилось совершенно бешено. — Как я выгляжу? — нервно покрутившись, поинтересовалась девушка. Восторженно глядя на начальницу, секретарша впервые не нашлась, что сказать.  — Амели, ты меня пугаешь! Все плохо? — Нет-нет, что вы. Берт, наверное, упадет, увидев вас! — выпалила девушка и закусила губу, смутившись. Не перешла ли она грань? Но, увидев, что Селена искренне засмеялась, спокойно выдохнула. — Спасибо, Амели, это твой лучший комплимент мне.  Селена отправила Амели домой, закрыла офис и вышла на улицу. Она не любила опаздывать, но, судя по часам, именно это ей и предстояло сделать. Сборы заняли чуть больше времени, чем девушка рассчитывала, но, как ни странно, об этом не жалела. Стараясь не нервничать, Селена вдохнула побольше свежего весеннего воздуха и махнула рукой проезжающему мимо такси. *** К своему искреннему удивлению, Берт приехал раньше Селены. В просторном холле галереи уже собралась тьма народу. Он успел оставить верхнюю одежду в гардеробе, где работал довольно приветливый паренек, судя по всему, студент на подработке. Берт дал ему чаевые и подошел к приветственному фуршетному столику. В главный зал, который располагался на втором этаже, он хотел подняться уже вместе с Селеной, хотя его и тянуло рассмотреть выставленные экспонаты. Рядом с шампанским лежали буклеты, в которых можно было ознакомиться с планом вечера, а также почитать информацию о самой галерее. Основной массой экспонатов, как он и рассчитывал, оказались картины. Галерея была посвящена творчеству возрастного американского художника, который большую часть жизни провел в Италии. Открытию поспособствовала его дочь, решившая увековечить творчество отца. Сама она была довольно известным в европейских кругах ландшафтным дизайнером, увлекающимся еще и скульптурой. В небольшом количестве ее работы здесь тоже были представлены: точные макеты некоторых парков и изваяния, подобные тем, которыми они украшались.  Дочитав буклет и допив бокал шампанского, Берт обнаружил, что прошло уже полчаса с его прихода. Селены все еще не было, и он в волнении напечатал ей сообщение. Все хорошо? Рыцарю уже стоит волноваться и отправлять своего белого коня за Королевой? Убрав телефон в карман брюк, Берт подошел к лестнице, поднявшись на пару ступеней, и стал жадно вглядываться, выискивая во вновь прибывающей толпе родные черты. Словно по мановению волшебника, который в этот момент был крайне благосклонен к мужчине, люди разошлись, и Берт увидел ее. Селена уже сдавала верхнюю одежду и стояла к нему вполоборота. Глаза охватили весь ее образ целиком, и это было фатальной ошибкой — сердце пропустило удар. Ласковая ткань платья изумрудного цвета струилась по изгибам Селены, выделяя то, чем ее щедро наградила природа. Копна каштановых волос, которые Берт узнал бы из тысячи, изящно пружинила при каждом движении девушки. Наконец, он смог выйти из состояния онемения, и спустился вниз, направляясь прямо к ней, как баскетбольный мяч в корзину, как добыча — в лапы охотника. Селена, словно почувствовав его взгляд, обернулась. Прибывшие стали подниматься в главный зал, и Берт на мгновение потерял девушку, став взволнованно искать ее глазами. Селена воспользовалась моментом и обошла его, слившись с толпой. Затем легонько коснулась плеча и развернула к себе, смеясь:  — Вы кого-то потеряли?   — Да. Ту, из-за которой минуту назад у меня чуть не случился сердечный приступ. Берт приобнял девушку за стройную талию и аккуратно поцеловал в самые губы, не стесняясь толпы. Вдохнул аромат волос и расплылся в улыбке, получив драгоценную, совершенно необходимую порцию Селены.   — Должно быть, ты решила надеть самый привлекательный наряд, чтобы я не смотрел ни на кого другого, — нежное шептание в самое ухо, — но теперь я не вижу вообще ничего, потому что ослеп.  — Ты же врач, и обязательно придумаешь, как вернуть себе зрение, — слегка зардевшись, довольно ухмыльнулась Селена.  — Ты красная, как помидор. И ты просто убиваешь меня, знаешь об этом? Девушка аккуратно вырвалась из кольца сильных мужских рук, и ответила:  — Пойдем наверх, нехорошо будет опоздать.  — То-о-очно, там ведь будет звучать речь одной известной дамы из сферы мостостроения! Говорят, она очень привлекательна. Не стоит это пропускать. Берт подал Селене руку, и, пока он контролировал, чтобы подол платья не мешал ей подниматься, она незаметно рассматривала мужчину. Невероятных усилий ей стоило скрыть свое восхищение его видом, потому что сейчас просто нельзя было терять голову. Иначе вместо речи приглашенные люди услышат одно невразумительное бурчание. Берт был похож на себя в Тотспеле с налетом современности. Закатанные рукава рубашки оголяли красивые руки, придавая образу свойственную мужчине легкую небрежность. Основная масса волос была собрана в хвост, и лишь несколько прядей обрамляли его увлеченное подолом женского платья лицо. Свободной рукой он заправил волосы за ухо, полностью открыв Селене свой профиль. Восхитительный, красивый, настоящий Берт. Селена моментально попала в плен его естественного очарования, а ведь он даже не старался.  Берт поднял взгляд на девушку и, словно прочитав ее мысли, расплылся в своей фирменной ухмылке — так, будто сейчас видел ее голой.   — Берт…   — Да, моя королева?  — Не смотри на меня так… Звонко рассмеявшись, Берт положил руку на талию смущенной девушки, слегка поторапливая. Главный зал был роскошным. Высокие потолки, с которых свисали современные дизайнерские лампы, освещали определенные участки помещения. Игра света была филигранной и служила продолжением искусства, обрамляющего стены. Селена с Бертом одновременно залюбовались атмосферой, и время будто бы остановилось, а пространство — расширило свои границы, забросив двух влюбленных куда-то очень далеко от центра вечно бегущего Нью-Йорка. Туда, где все когда-то начиналось. Рука Селены судорожно впилась в руку Берта, словно пытаясь удержать. Мужчина обеспокоенно обратился к девушке:  — Ты в порядке? Нужно на воздух?  — Н-нет, все хорошо, — вымолвила на выдохе Селена, вырывая себя из воспоминаний, — просто будь рядом.  — Буду, в каждом мире, — без тени улыбки, на полной серьезности ответил Берт. Художником и совладельцем галереи оказался приятный седовласый мужчина, говорящий с легким итальянским акцентом. Было заметно, что он не привык к светским мероприятиям, являясь не особо публичным человеком, но это не умаляло его очарования, скорее, добавляло некую изюминку. Дочь же владельца, напротив, держалась подобно светской львице, но также оставляла приятное впечатление. Было видно невооруженным взглядом, с каким трепетом девушка относится к творчеству отца и что при открытии галереи преследовала в первую очередь некоммерческие цели; было видно и безусловную любовь отца к дочери, которая решилась воплотить его мечту.  Когда приветственные речи владельцев завершились, гостям было предложено разойтись по залу. К каждой секции был прикреплен консультант-искусствовед, к которому при желании можно было обратиться, чтобы он рассказал о периоде написания картин и о том, что в них заложено. Берту, конечно же, это показалось ни к чему. Они с Селеной подошли к дальней секции просторного зала, где была представлена серия картин с путешествия художника по итальянским деревенькам. Местная культура не была знакома влюбленным, но это никак не мешало насладиться каждым мазком. Техника хорошо погружала в настроение, с которым автор создавал свои произведения.  — Ну что, мадам, вам не скучно? — поинтересовался Берт.  — Нисколько. Здесь просто потрясающе! — восхищенно ответила Селена.  — Ты смотришь не на меня, я впечатлен. Значит, тебе и правда нравится.  — Ха-ха-ха, да. Прости.  — Я рад, что тебе хорошо.   — А тебе?  На секунду Берт задумался.  — Знаешь, я чувствую себя здесь в своей тарелке. Не в смысле на светском мероприятии, а рядом с картинами. Какое-то иррациональное чувство, не могу объяснить.   — И не нужно, — улыбнулась Селена, — кто знает, может, в тебе живет художник?  — У меня, конечно, много граней, но творческую я как-то не замечал.  — Все впереди.  — А когда уже твое выступление?  — Что, не терпится увидеть мое унижение?  — А вот ты как всегда преуменьшаешь свои таланты. Слушать тебя, между прочим, одно удовольствие.  — Это для тебя.  — Да? — игриво спросил мужчина. Блеск в глазах выдавал назревающую сумасбродную затею, — что ж, тогда я просто обязан спасти от твоей речи гостей. Пойдем. Берт схватил растерянную Селену за руку и, аккуратно лавируя между людьми, уверенно повел ее к лестнице.   — Берт, что ты… —  Т-ш-ш, просто доверься мне.  —  Мне ведь скоро выступать! Мужчина уже ее не слышал. Он смеялся, радуясь то ли панике девушки, то ли собственным мыслям. Миновав лестницу, пара остановилась. Вернее, их остановила Селена.  — Что ты задумал?!  — Подожди здесь минутку, скоро узнаешь, — подмигнул Берт и скрылся в подсобном помещении гардероба. Он не соврал: буквально через минуту оттуда вышел смущенный паренек, которому Селена сдавала свой плащ, и, улыбнувшись девушке, куда-то быстро ретировался.  —  Берт! — негромко позвала Селена, подойдя к стойке гардероба, — ну и где ты, черт тебя дери? Из-за широкой портьеры, за которую уносят вещи, вдруг выглянула хитрая мужская физиономия.  — Твою… Ты меня напугал! Выходи оттуда!  Высунувшись полностью, Берт подошел к стойке и открыл ставни.  — Вот так, давай, и зачем ты вообще туда забрался? Но Селена не поняла, что мужчина и не думал выходить, а хотел затащить ее туда же. Когда девушка догадалась, было уже поздно — Берт затягивал ее за полумрак гардероба.  — Какого… Губы не успели договорить ругательства, потому что с них сорвали сразу жадный, бесстыдный поцелуй. Селена забыла, как дышать, не говоря уже о том, что хотела сказать. Берт прижал ее к стене, а руки заскользили по женскому телу вверх: от бедер к талии, от талии к груди, задержавшись там на мгновение, и от груди к волосам, где начиналась шея. Рационализм Селены все же сумел проскочить сквозь пелену наваждения — она захлопала Берту по спине. Он прервался, часто дыша, и невинно посмотрел прямо в глаза.  — Ты… Ты… с ума сошел! — резко и громко выпалила Селена. — Тише, дорогая, нас ведь могут услышать, — нежно заговорил Берт. — Ну конечно, нас могут услышать! Сейчас мальчишка вернется и с позором выгонит отсюда. Моя репутация скажет пока. — Он не вернется. По крайней мере, еще 10 минут. — Что?! — Я отправил его погулять, в конце концов, это ведь открытие выставки! Не подобает сидеть здесь, среди кучи тряпья, — Берт бесцеремонно потрогал чей-то тренч, — даже если оно очень модное. Видя, что Селена сейчас взорвется новой волной негодования, он опять накрыл ее губы своими. Да, ему совершенно точно достанется. Но это будет уже после того, что он собирается сделать. И Селена, вопреки здравому смыслу, тотчас поддалась на эту бессовестную провокацию. Она покажет ему, кто здесь главный. Толкнув Берта к противоположной стене, Селена успела разглядеть в его глазах секундную растерянность и ощутила вкус победы — инициатор проиграл в своей же инициативе. Какие-то вещи полетели с вешалок вниз. Прижавшись к его телу девушка выгнулась, словно кошка, и сразу же запустила язык в его рот, тем самым сорвав легкий мужской стон.  — Тише, дорогой, нас ведь могут услышать, — прошептала в самые губы. Берт потерял рассудок. Он схватил Селену под бедра, перевернул ее к стене спиной. Держа девушку на весу, одной рукой стал бегло задирать платье, тихо чертыхаясь, когда оно скатывалось обратно, чем сорвал с губ Селены неподдельный смешок; второй же — нетерпеливо расстегивал ширинку. Девушка крепко держалась за мужские плечи, обвила спину ногами, удивляясь его хватке. Атлетичный вид Берта не выдавал и сотой доли физической силы, которую он имел. Боже, он сведет ее с ума! Селена была готова закричать, почувствовав внутри себя резкий толчок. Но мужские губы не позволили ей этого сделать. Нежный, медленный поцелуй затушил страстный женский стон. Затем, убедившись, что первая волна удовольствия прошла, Берт задвигался и спустился губами к шее девушки. Он больше не хотел, не мог ждать с признанием. — Я люблю тебя, Селена. Я весь твой. — Я… Я люблю тебя, Берт. Ответное признание подбросило его наслаждение выше. Но он, как истинный джентльмен, должен был держаться, чтобы позволить даме кончить первой.  Руки девушки судорожно заскользили по волосам Берта, стали сжимать в такт его быстрым, мощным, глубоким движениям. Казалось, в этот момент они были одним целым, обезумевшим механизмом, сорвавшимся с цепей. Все, что было у Селены, ее душа, разум и тело, всецело принадлежали мужчине, были его собственностью. И ощущение правильности, неизбежности этого факта приправлялось остротой спонтанного секса, что подкидывало Селену на самый пик наслаждения. Вздохи, толчки, крепкие мужские руки, не позволяющие отстраниться. Девушка открыла рот в безмолвном крике. Берт ощутил, как умопомрачительно узко стало внутри, и взглянул на нее. — Селена… Селена, посмотри на меня. Насилу вырвавшись из плена собственного удовольствия, она разлепила веки. Взгляд до боли знакомых зеленых глаз, резкая вспышка… И Берт с Селеной завершили вместе то, что так бессовестно начали посреди подсобного помещения новой художественной галереи. У них было свое собственное открытие, предназначенное сугубо для двоих. Опустив Селену на ноги, Берт придержал девушку — ее ноги не слушались. Он уткнулся лицом в ее шею. Селена почувствовала, что сердце мужчины отбивает чечетку. Или это ее собственное? Она шелохнулась, чтобы найти свое белье, но Берт не позволил. — У нас еще есть лишняя минута. Не отходи от меня, — прошептал мужчина. Девушка опешила от этой восхитительной нежности. Обхватив лицо Берта обеими руками, поцеловала аккуратно, невесомо, вкладывая в поцелуй всю глубину своих чувств. Мужчина ответил также легко, принимая и понимая ее ласку. Мгновение спустя пара пришла в себя. Что-то подсказывало им, что они уже не захотят возвращаться наверх, поэтому начали искать свои вещи. Плащ Селены уже был у нее в руках, когда Берт победно заключил: — Нашел! Девушка не успела его похвалить, как что-то рядом с ним начало стремительно падать. Это была общая конструкция вешалки, которую мужчина по неаккуратности зацепил неснятым до конца пальто. Вещи со скоростью света полетели с петель. — Бежим! — подытожил Берт, хватая Селену за руку. Оставляя за спиной несусветный грохот, влюбленные выскочили из гардеробной. Вдалеке показался испуганный мальчишка-гардеробщик. Увидев выражения лиц пары, не предвещающих ничего хорошего, он разъяренно помчался им навстречу. — Снова бежим! — своевременно сообразил мужчина. Селена была в ужасе от происходящего и только сейчас поняла, что они там натворили. Выбегая из галереи, Селена надеялась на то, что сотрудник гардероба не особо осведомлен темой строительства Нью-Йорка и не знает, кто она такая.  Выбежав на улицу, Берт снова схватил девушку за руку и что есть мочи побежал вперед по улице. Они неслись, не оглядываясь, пока не оказались через два квартала от места преступления. Только тогда мужчина позволил им остановиться. Селена еле дышала, ее ноги стерлись чуть ли не в кровь — чертовы новые туфли! Берт внезапно расхохотался, чем вызвал в девушке настоящую ярость. Она готова была наброситься на него с кулаками, но вместо этого, совершенно не понимая почему, вдруг засмеялась в ответ. Для редких прохожих они, должно быть, казались абсолютными безумцами, сбежавшими из клиники для душевнобольных. Не известно сколько еще они бы так простояли, хохоча друг другу в лицо, если бы не начавшийся дождь.  — Иди сюда, моя сумасшедшая. Берт снял с себя пальто, оставаясь в одной только рубашке, и накрыл им Селену. Благо, они практически сразу сумели поймать такси. — Ну что, я справился со своей ролью, которая мне предназначалась на этот вечер? — обнимая Селену в кабине авто, с интересом и нотками издевки спросил Берт. — Напомни мне, пожалуйста, в следующий раз выбрать иную компанию для званого вечера. Более безопасную. Например, того старичка-вахтера, который сидит в твоем доме. — Ха-ха-ха, — разразился Берт, — Боюсь, мистер-скряга будет средством для скуки, а не от.  — И пусть, зато моя репутация останется целой и невредимой! — Твоя репутация цела и невредима, — как мантру, произнес мужчина, — не думаю, что гардеробщик-студентик читает колонку строительных новостей. Видя, что Селена задумалась, Берт вмиг посерьезнел. — Все будет хорошо, правда.  — Надеюсь… — с наигранной грустью ответила Селена, что мужчина воспринял за чистую монету. Ему вдруг стало невообразимо стыдно, ведь он и правда повел себя очень сумасбродно, подвергая репутацию девушки риску. Она заметила эту перемену его настроения и, довольная тем, что смогла-таки пристыдить Берта, придвинулась ближе. Затем шепнула на ухо, заканчивая мысль: — …потому что мне было очень хорошо.