Глава 4

Проверив на всякий случай, насколько хорошо прикрыт шрам с хранившимся в нём осколком чьей-то души, Смерть огляделся. Кривая грязная улица с грязными кривыми домами. У волшебников что, совсем гордость атрофировалась? Неужели так сложно навести порядок? Тут и магии особо сложной не надо. Или ему просто так повезло, и единственный встреченный им волшебник оказался жителем трущоб? - Мальчик, ты потерялся? Где твои родители? - раздался вдруг над головой чей-то неприятный голос. Гарри обернулся, изучая женщину в видавшей лучшие времена мантии, смотревшую на него так, словно примеривалась использовать мальчика в качестве ингредиентов для зелий и ритуалов. Уродливая безуминка в её разуме была похожа на след старого проклятия. - Нет, спасибо, - холодно улыбнулся Гарри. - И помощь мне не нужна. Капелька силы - и женщина отшатнулась, а вокруг образовалось свободное пространство. Так-то лучше. Смерть прошёл улицу из конца в конец. Книги, мётлы, волшебные палочки, мантии и прочие магические товары в витринах, как будто специально подбирались магазины с товарами для учащихся Хогвартса. Смерть прежде не интересовался подобными бытовыми мелочами - зачем? Но если здесь и правда закупаются школьники, в том числе магглорожденные, то стоило бы привести улицу в порядок. Эх, так и просится магической Британии сильная рука жёсткого правителя! И почему смертные так не любят властителей? Их души сильные и интересные. Задумавшись, Поттер остановился напротив банка. Одно из немногих приличных зданий на Диагон Аллее, оно смутно тревожило его суть, требовало действий. - Ну и что мне с тобой делать, - пробормотал Смерть, ища поблизости укромный уголок, чтобы сосредоточиться. Настроение стремительно падало, и желание продолжать игру в смертного мальчишку почти пропало. Последнее дело - и он отправится гулять на маггловскую сторону. Погружение в себя открыло неожиданную картину: осколок чьей-то души в шраме вступил в резонанс с таким же осколком глубоко под зданием банка. Смерть выругался, откладывая прогулку на неопределённое время. Если раньше шрам с осколком души он полагал печальным результатом магического эксперимента (он мог припомнить множество подобных печальных историй), то обнаружение в непосредственной близости второго кусочка той же самой души наводило на нехорошие подозрения. Смерть не мог пройти мимо столь вопиющего издевательства над прекраснейшим из творений; суть требовала действий, требовала разобраться в клубке искажённых смыслов и либо выпустить душу из своих невольных полуобъятий, либо принять её в свои чертоги, где умелые слуги помогут ей исцелиться. В тетради появилась новая трижды подчёркнутая запись: "Душа из шрама - чья, на сколько частей разделена, как восстановить." Какому умнику могла прийти в голову отвратительнейшая идея использовать давно забытый ритуал казни бессмертного, если это и правда он? Бессмертного... Хм... Драккловы дети! Ясно, отчего дорогие сестрицы больше не могут обнимать ваш мир, как в древние времена! Безумцы! С трудом успокоив кипящую ауру (не хватало ещё угробить кого ненароком), Гарри с самым уверенным видом направился в банк. В банке ему понравилось: красиво, чисто, богато, гоблины трудятся и приумножают свои богатства. - Здравствуйте, уважа... - Обслуживание несовершеннолетних только в сопровождении взрослого, - равнодушно пробормотал ближайший гоблин, к которому обратился Гарри, и недвусмысленно указал на двери. - Не мешай, малыш. Облом. А ведь каких-то триста лет назад порядки были совсем другие. Придётся ждать девять лет до того сладостного момента, когда он сможет на законных правах порыться в доступных ему банковских ячейках. Или, если осколок спрятали не его ближайшие родственники, проникнуть в чужие. Гулять расхотелось. Время до возвращения Вернона Дурсля Смерть коротал, стоя напротив банка и вслушиваясь в тихое перешёптывание осколков души. Хорошо бы она оказалась интересной, чтобы потраченных на неё сил не было жалко.

***

С самого утра настроение было чудесным, а интуиция блаженно пела, предсказывая удачу. Аппарируя по делам к Гринготтсу, лорд Малфой не ожидал подвоха, и резкая смена настроения на погребальный звон и могильную плиту заставила его пошатнуться. Внутри здания чувство ослабло, и Люциус вздохнул, заставив себя увлечься финансами. Может, само пройдёт? Не прошло. Стоило вернуться на улицу, странное состояние вернулось, пробуждая в глубине души сладостный первобытный зов... куда? Для чего? Не в силах сопротивляться зову и природному любопытству, лорд Малфой огляделся в поисках неизвестно чего. И наткнулся на два сияющих, словно авады, глаза. Подошёл, будто зачарованный. Это был мальчик лет восьми с тяжёлым, давящим взглядом, проникавшим в каждый потаённый уголок души. Вспомнился погибший Лорд... Люциус встряхнулся, приходя в себя. - Обретённый или потомок фэйри, - не спрашивал, констатировал мальчик. - Простите, я не нарочно. Я... тоже как вы. - Как вас зовут, мистер? - взял себя в руки Люциус. - Вы не потерялись? - Гарри Поттер, сэр. Моё имя Гарри Поттер. Нет, я не потерялся, просто... гуляю. - Очень странное место для прогулок вы выбрали, мистер Поттер, - усмехнулся Люциус, ликуя про себя от удачной встречи; странное чувство успело забыться. - Неужели ваша семья отпустила вас одного? Они не объясняли, как опасно ребёнку вашего возраста гулять одному посреди магического квартала? - Они магглы, сэр, - равнодушно пожал плечами мальчик. - Магглы?! - Магглы. Семья, люто ненавидящая любое проявление сверхъестественного. Увы, была б моя воля - давно бы переехал в нормальное место. И двое - взрослый и ребёнок - расчётливо взглянули друг на друга. Для одного Мальчик-Который-Выжил мог стать отличным козырем в рукаве, а другого пленили внутреннее достоинство, внешний достаток и душа стоящего перед ним волшебника. Удача сегодня осветила своим благословением обоих.