Глава 41 Лагерь Танит, минута спокойствия и новая зацепка

Я открываю глаза. Уголки рта расползаются в слабой улыбке. Я счастлива от самого факта того что могу проснуться. Я лежала на полу укрытая лëгким одеялом, можно сказать простынëй, в какой-то палатке. Повернув голову направо я увидела стол и книги на нëм. И где это я? Меня кто-то спас, но кто? — Hal astayqaztu! — Раздался женский голос слева от меня. Судя по всему она говорит на местном языке — Hal taelam kam min alwaqt numta? Я повернулась на говорящую. Она была одета так же как и любой другой пустынник, я даже сначала подумала что это была одна из сестëр Беллед, но нет. У этой девушки нет повязки с колокольчиком в волосах, но зато есть шрам через половину живота. Шрам старый, минимум несколько лет, у Сестëр я таких не видела и свежий зажить так быстро он не мог, значит это другая девушка, просто похожая… Либо, это третья сестра, которая не участвовала в нападении или еë просто не заметили. Мне же никто не обесчал, что сестëр будет две? Надеюсь это не так, потому что если они ещë меня не убили, то имот меня что-то нужно, а это в свою очередь значит, что дальше меня ждëт что-то страшнее смерти. Пускай и очевидных предпосылок к этому нет, но я напряглась. Тем временем девушка тяжело вздохнула, очевидно поняв, что я не знаю еë языка, но спустя паузу продолжила. — А сумерский язык знаешь? — Я неловко кивнула. — Если тебе интересно, то ты проспала чуть больше двадцати двух часов. И это если учитывать только то время которое ты лежишь здесь, в этом доме, а сколько ещë ты пролежала одна в пустыне, мне увы неизвестно. И как тебе это только удалось? Я не нашла никаких травм кроме парочки ушибов, но на этом всë. Ты вообще человек? — После этого девушка подскочила ко мне и протянула руку. — Меня Джехт зовут, а тебя? Сначала я напряглась увидев пустынника рядом со мной, когда я так беззащитна, всего лишь лежу отделëнная небольшой простынëй от неë, но я чувствую, рядом конкретно с ней будто дышится легче. Она своей простотой общения завораживает. Подумать только, она наверное впервые видит иностранца и не только не испугалась, она принесла меня к себе домой и защищала, а теперь так мило со мной общается. Почему-то рядом с ней мне не страшно за себя, как например рядом с другими пустынниками. Возможно, этого она и добивается, но раз она меня ещë не убила значит на то есть причина, ей можно доверять, пока что. — Меня, Фурина зовут. — Сказала я протянув ей руку из лежачего положения. — Вот и познакомились! — Сказала Джехт ухватившись за неë и потряся мою руку. — Так как же ты проспала почти сутки? Может ты джин? Я видела одну такую, очень высокомерна! Говорила спала несколько сотен лет. — Нет, я не джин. Я просто три дня до этого не спала. На том были свои причины. — А, понимаю. Наши, тоже иногда сутками спят после дозора. — Джехт протянула уже сидячей мне стакан с чаем, а из другого продолжила пить. — Наши? — Не успела сказать я как тут же ворвались эти самые «наши». — Jahti, daeuna narkidu! Ghazw altmsah maratan 'ukhraa! — Madha alan? 'Ana 'arkud alan! — Отвечает на эту фразу Джехт. А потом обращается ко мне. — Слушай, я понимаю что ты только проснулась после того как сутки спала, но сейчас нужно идти! Это не то чтобы срочно, но в особенности тебе стоит пойти. За одно и матриарху тебя покажем. Давай поднимайся! — Джехт протягивает рукуи помогает мне подняться, хватает меня и мы куда-то бежим, вернее быстро идëм. Я толком не понимаю что происходит, у меня ещë кружится голова от резкого подъëма, но я пытаюсь не отставать. Вместе с нами бежит ещë много людей, но что самое примечательное, так это то что непонятно от чего мы все бежим. В любом случае у меня появилвсь возможность осмотреть всë вокруг. Деревня, в которой я сейчас была, находилась в ущелье и не насос дне, нет там была речка и крокодилы, люди же умнее, не хотят строить дом рядом с местом охоты крокодилов. Зачастую именно поэтому здесь один из самых удивительных примеров несгибаемой воли человека. Здесь дома находятся «в стене» ущелья. Ещë один пример того что человек может жить в любых условиях. Ну вот, я опять в какой-то передряге! Когда я смогу отдохнуть от этого? Оказалось что мы бежим не от чего-то, а куда-то, и это куда-то это к главе этого поселения. Как объясняла мне Джехт, главная в их племени — матриарх Бабель. Прямо сейчас она созвала всех для важной речи, а мы подойдëм к ней позже и узнаем «что со мной делать». Ой, не нравится мне эта формулировка, но делать нечего, придëтся идти. Скорее всего, не идти было бы хуже чем увидется с матриархом. Мы стояли и слушали. Вернее сказать это Джехт слушала, я же не понимала ни слова. Благо моя новая подруга мне всë переводила. Судя по всему в деревне нашествие крокодилов. Правда я не поняла в чëм проблема, ведь крокодилы внизу ущелья, а мы вверху, можно сказать на его стене. Об этом я и спросила Джехт. В ответ я получила короткое и лаконичное: «А воду мы по твоему откуда получаем? Из речушки снизу!». Дослушав эту великолепную речь до конца Джехт потащила меня к матриарху. Это была высокая женщина в красно-розовых одеяниях. При встрече с таким важным человеком нужно поклониться, как минимум, по фонтейнским правилам этикета. Надеюсь я не выставлю себя в плохом свете. — Anzur huna. — Сказала Джехт. — 'Ahdaruh 'ams. Laqad talabt miniy 'an 'ukbirak mataa satastayqiz. — Hal tufham laghatana? — Ответила матриарх. — La, hu la yafhamu. 'Iidha lazim al'amr sa'atarjamu. Вообще я чувствую себя не в той тарелке. Они что-то обсуждают, скорее всего меня, а я тут стою и даже не понимаю о чëм они! А последняя фраза вообще звучала как оскорбление. Пока я была в своих размышлениях эти двое повернулись ко мне. Я приготовилась вступить в диалог. — Я буду переводить тебе. — Сказала Джехт и повернулась к матриарху. — Так значит вот кого спасли те двое патрульных. Ну и как тебе в нашем племени? К сожалению ты попала к нам не в лучшее время… — Да? И что же случилось? Выглядит всë замечательно, будто ничего не произошло. — Спасибо за лесть, конечно, но это к сожалению не так. Видишь ли, прямо сейчас на наш водоëм, откуда мы берëм воду, напали крокодилы. Так что несколько следующих дней мы пьëм только остатки запасов, пока смелые люди не отобьют у них воду. К тому же у нас много раненных по той же причине. Такое иногда случается, мы лишь можем сражаться. Подумать только, как велика разница между Фонтейном и Сумеру. У нас даже самые бедные жители могут позволить себе не унижаться до драк с дикими животными за еду, а здесь это будто в порядке вещей. Хоть я и должна была защищать только Фонтейн, но я не могу оставить людей в беде, да и обзавестись союзниками изпустыни тоже не плохо. — Я думаю, я могу вам немного помочь. — После того как Джехт перевела эту фразу лицо матриарха резко изменилось на удивлëнное. — Да и как же? — Можете отвести меня к раненым? Не смотря на удивление и недоверие ко мне они всë таки аккуратно подвели меня к палате больных. Зрелище, так скажу не очень. Огромная палатка где люди стонут от боли и всеми силами пытаются не умереть, а учитывая здешний уровень медицины, это единственное, что можно сделать с ранеными. Молится за выздоровление пока единственные два врача пытаются остановить кровотечение хоть нескольких людей. Мне позволили зайти туда в сопровождении матриарха и естественно Джехт. «Какое дикое пустынное зрелище… Позвольте мне даровать вам благословление воды!» — прошептала я про себя. «Представляю вашему вниманию… Певец Потоков!» — Сказала я уже громче чтобы Джехт услышала и перевела. Из по земли, капля за каплей, вырвался Певец Потоков. В своей гордой позе он встал по центру палаты и обняв водную жемчужину направил Гидро-силы тонкими струками к умерающим. Как только тоненькая полосочка Гидро касалась ран человека, они тут же затягивались, а когда с одним человеком было закончено Гидро силы переходили к другому человеку. Местные врачи стояли открыв рты и молча наблюдали. Когда с лечением было закончено я сделала реверанс и повернулась к матриарху. Она была довольна и счастлива, видно как она любит свой народ, видно как она начала доверять мне больше, а Джехт была настолько потрясена что встала в ступор, но как только Бабель начала говорить она тут же пришла в себя и начала переводить еë речь. — Неплохо чужеземка, скажи мне как ты управляешь водой? — Всë просто, — сказала я достав из кармана глаз Бога, — У меня есть вот это! — Тогда, — Матриарх была удивленна, но тут же взяла себя в руки. — можешь ли ты помочь нам с водой? — Конечно, но правда вряд ли много получится. Я ведь уже потратила часть сил. - Вдруг это уловка чтобы я потратила больше сил? Оставлю немного для Салона Одиноких сердец, на всякий случай. — Нам сейчас каждая капля на вес золота. Сделай столько воды сколько сможешь. Матриарх отвела меня к палатке в которой стояли кувшины и попросила наполнить как можно больше. Меня оставили на едине с кувшинами, и как они мне доверяют, мы же день знакомы! Видимо доверие и простота это часть местной культуры. К концу дня всë было готово. Можно, конечно, подумать и зачем я этим всем этим занимаюсь? Но на деле это имеет под собой обоснованное решение: мне не помешают местные союзники. Если проанализировать нашу битву с сëстрами Беллед, то проиграли мы как раз таки потому что недооценили их и не знали как они сражаются и что против них делать, а люди отсюда прекрасно знают как дерутся пустынники, так что это не простой акт милосердия, а взаимовыгодная сделка. Вечером я вышла из палатки, а на выходе меня уже ждали пустынники этого племени. Они аплодировали мне и салютовали, но тут матриарх вышла из толпы и начала что-то говорить. Я опять ничего не поняла, но делаю вид что всë так и должно быть. Они были так рады, практически каждый подошëл ко мне и пожал руку. Скорее всего они меня благодарили и так искренно, что мне не хотелось их расстраивать и говорить что я ничего не понимаю. Поток благодарности ещë не кончился, но я уже откровенно устала от этого. Заметив это ко мне тут же подскочила Джехт и повела меня обратно в дом, наверное это еë палатка, сказав что-то на местном языке. Как же не удобно не знать языка, на котором общаются все вокруг. Мне повезло и я нашла Джехт, которая мне всë переводит. Вернее будет сказать, конечно, что это она меня нашла, но это уже лишнее, в биографию, как говорится, можно не вставлять. — Вот это да! — Восхищалась мной Джехт. — Если честно я думала сильнее Путищественницы я уже никого не встречу! — Путищественницы? Ты еë знаешь? — Ну, конечно! Мы с ней столько прошли вместе! Она мне помогала в трудную минуту. Мы с ней даже до оазиса в центре пустыни дошли, скрытого под песками. И ещë благодоря ей я познокомилась с Бен-Беном, но с ним я тебя познакомлю, наверное завтра. — Да, и мне она помогла, тоже можно сказать в трудную минуту… — И что же она сделала? Мне вот она помогла пережить смерть отца, а у тебя что? По лицу Джехт было видно как тяжело даются ей эти слова. Не хотелось еë обижать, но я совсем не умею общатся на такие темы. Лучше сойдëм с темы. — Да, так. Ничего серьëзного. Недавно вот, в компании общих друзей играли в сюжетную настольную игру... - Настольная игра? А что это? У нас в племени такого нет. Так, обсуждая разные темы, мы провели ещë некоторое, довольно продолжительное время, пока в один момент Джехт не встала и выходя с палатки сказала: — Я сейчас вернусь, попробуй не сломать тут ничего. — И исчезла, в дверно проëме, если можно его так назвать. Не знаю куда она пошла, но возможно ей срочно нужно было отойти по нужде. Естественно, я не буду здесь здесь ничего трогать без еë разрешения, но посмотреть по сторонам мне никто не запрещал? В углу, под столом, лежала скомканная бумажка. Это было необычно. Это был буквально единственный мусор на всю палатку. Если у меня правильно сложилось впечатление, то Джехт довольно чистоплотна. И как на зло, по внешнему виду никак нельзя было понять, о чëм было написано внутри. Интерес меня погубит, я не могу выкинуть эту записку из головы как не стараюсь. И вот зачем я на неë посмотрела? Но я же не могу просто взять и прочитать еë. Вдруг это часть личного дневника? Но я быстро посмотрю и положу на место, она и не догадается. Скорее всего там текст на местном языке и я ничего не пойму, а значит ничего страшного не произойдëт. Я сидела всего в одном метре от бумажки. Быстрым движением я подползла к злощастному куску обработоной травы и развернула лист. Это был список имëн или фамилий, я не могу понять. Но одна из зачëркнуты строчек привлекла моë внимание. Я в ступоре от удивления настолько, что когда Джехт зашла я даже не повернулась на звук. — Фурина? Что с тобой? — Сказала Джехт до коснувшись до моего плеча. — Джехт, — медленно, обдумывая каждое слово начала я. — Что это за список и что значит зачëркнутая строчка Беллед?