Письмо Кенана. Июнь

Meleğim! Прошлое письмо как маленькая заплатка немного склеила мое разбитое сердце. Нет такого момента в моей жизни, где бы не было тебя. Я понимаю, что ты далеко, знаю, что мы не вместе и вряд ли когда-либо будем снова, но чувствую - ты внутри меня, как часть моих клеток, как ядро моего существования. Я и умер, и выжил благодаря тебе. Когда ты выстрелила в меня, ты отсекла мою старую жизнь, разорвав тот круг страданий, в который я против своей воли попал еще в детстве. Хромой “зеленщик” (ты не видела, что из-за начавшегося отлива меня потоком затянуло под опоры причала, откуда меня и выловили его помощники, пока ты вызывала полицию и скорую) сказал, что меня спасло 2 вещи: детская губная гармошка, которая уж не знаю почему была в нагрудном кармане моей куртки (и именно на нее пришелся выстрел, пуля разбив игрушку задела меня лишь по касательной) и ты. Несмотря на раны я в бреду все время повторял “Лейла, Лейла”: и твое имя, твой образ вывели меня из мрака смерти. Я вспоминаю, как просыпался раньше от кошмарных снов и видел красоту, видел тебя. И если раньше я не хотел засыпать (наверное, я подсознательно чувствовал, что ночь это время Догана), то сейчас я не хочу просыпаться, ведь только во сне ты можешь быть рядом со мной. Жаль все-таки, что сны не сбываются. Спокойной ночи и сладких снов, любовь моя!