Часть 29. Начало весны

Рома ждал. Сначала он ждал, пока Лололошка нарадуется и наобнимается. Теперь он ждал, когда мальчик наплачется. В целом, это было ожидаемо. Каким бы умным и самостоятельным ребёнок Лололошка ни был, он оставался маленьким ребёнком. Для спокойной жизни ему необходима родительская фигура, на которую он может положиться. Возможно, было бы немного странно, не расплачься Лололошка от переизбытка чувств. Со временем поток слёз остановился, а крупно дрожащие плечи стали подрагивать лишь слегка при каждом нервном вдохе. Крепкая хватка тоже ослабла, но не сразу. Она продержалась до того момента, когда и дрожь прошла, а сам Лололошка уснул. Скорее всего, это будет его самый спокойный сон за последние два дня. Рома зарылся поглубже в спутанные и слишком сильно отросшие кудри. Их теперь даже кудрями не назвать — слишком распрямились волосы под собственным весом. Зато колтуны сваливались так же легко, и их нужно было убрать. Вычёсывая особо осторожно, чтобы не разбудить мальчишку, Рома думал о своём. На данный момент о делах, которые следует привести в порядок после отсутствия. Можно было бы сразу же зарыться в проект нового тела или полностью перелопатить почти готовый проект по построению вселенной, но нерешённые проблемы могли жёстко ударить в спину в самый неудачный момент. Например, стоящие за спиной големы могли сделать это в прямом смысле. Причин для такого поведения нет, да и ограничители сознания должны работать. Только причины могут появиться, а любой запрет можно обойти, если ты достаточно умён. Рома свои создания оценивал высоко и знал, что они умны достаточно. — Вы точно уверены? — Рома оглянулся назад и увидел две пары непонимающих глаз, поэтому сразу же пояснил: — На счёт своих имён. Я ведь правда назову вас Правым и Левым. — Всё в порядке, — заверил Правый. Левый кивнул, поддерживая. Лица обоих оставались бесстрастны, что говорило о скрытом недовольстве ярче любой эмоции. Они согласились на любые имена, когда только начали своё существование. Тогда в их головах были лишь базовые знания для жизни и целый арсенал по убийству монстров. Теперь у них был шанс почувствовать себя живыми, обрести эго и собственное место в потоке судьбы. Для таких существ имена, основанные на рисунке одежды, — крайнее пренебрежение. Только вот Правый слишком принципиален, чтобы взять свои слова назад. Если бы Левый был один, он бы без раздумий попросил самому выбрать себе имя, но теперь, когда Правый уже сказал своё слово, он не хотел ему перечить. Смотря на это, Рома не мог не улыбаться. Они получились намного живее, чем планировалось, но так даже лучше. — Я вижу, что вы против, поэтому и спрашиваю. — Взяв себя в руки, продолжил настаивать Рома. Восстания на почве глупого имени ему не хотелось. — Ничего страшного, если у вас нет имени, которое вы хотели бы взять сейчас. Это можно отложить на год или два, пока вы полностью не осознаете себя. Правый помолчал несколько секунд, чтобы повторить: — Всё в порядке. Левому оставалось лишь закрыть глаза, чтобы скрыть закипающее недовольство. — Ладно, — Рома, насколько мог в своём положении, пожал плечами, — но мы ещё вернёмся к этому вопросу. А сейчас можете рассказать, что конкретно произошло? Големы переглянулись. Не имея другого варианта, отчёт на себя взял Правый. Театрально кашлянув в кулак, он начал с самого начала: — Получив Ваш приказ, мы сразу же выдвинулись сюда… *** Ледяная корка сошла. Насквозь вымоченная прошедшей бурей земля противно чавкала под ногами. Самые страшные монстры ушли в спячку, а относительно безопасные виды выбрались на свет. Между только-только просыпающимися деревьями и голыми кустами мелькала белая тень. За ней, немного отставая, бежал юный охотник. Он впервые выбрался за пределы безопасного дома, но даже не пытался восхищаться новыми видами. У него была чёткая цель — он должен оправдать звание охотника и поймать добычу. Белое пятно на мгновение остановилось, но этого было достаточно, чтобы рассмотреть его. Волчонок заметно подрос. Теперь он был по колено своему хозяину. Это было ещё далеко до размеров настоящих матёрых волков, но у щенка уже прорезались клыки, которые он любил показывать. Сейчас, по грудь измазанный в грязи, волчонок кого-то вынюхивал. Лололошка замер в нескольких метрах позади, стараясь отдышаться. На нём был минимум экипировки — кинжал и лёгкий арбалет, но даже это сейчас казалось ужасно много. Кого-то почуяв, Персик рванул дальше. Юному охотнику не оставалось ничего иного, кроме как рвануть следом, стараясь не потерять мелькающее между теней белое пятно, а вместе с ним и возможную добычу. Очень быстро шум оживающего леса заполнился настоящим шумом. Рядом протекала быстрая река. Лололошка не успел предположить, в какой части окрестностей он оказался, как выбежал на самый край берега. Как раз вовремя, чтобы застать разбегающееся в панике стадо. Маленькие олени что есть мочи удирали от маленького, но опасного хищника. Самые сильные и быстрые уже были далеко, прямо за ними бежали совсем молодые оленята. На бережку остались только старые и больные. Персик без раздумий вцепился в лапу ближайшего. Зверь закричал. Лололошка сразу же пришёл в себя и достал из-за спины маленький арбалет. Руки дрожали, но мальчик действовал быстро. Достать болт, зарядить арбалет и прицелиться. Не важно куда — главное попасть. И… выстрел. Наконечник блеснул запутанным красным рисунком и со свистом вошёл в шею оленя. В последний момент тот дёрнулся, пытаясь вырваться, но напоролся на верную смерть. Шея вздулась, и почти сразу же с болезненным воем Персик бросил добычу, отскочив. Только вместо того, чтобы бежать самому, маленький олень задымился и мешком свалился на землю. Зачарование на болте сработало как надо, в одно мгновение превратив зверька в огромное жаркое. Он даже не успел понять, что произошло. Отскочивший на несколько метров Персик сразу же вернулся, но трогать тушу не пытался — она ещё дымилась от жара. Как бы вкусно мясо ни пахло, собственная пасть щенку была дороже. — Отличная работа, — Лололошка подошёл поближе и потрепал волчонка по голове. Тот, весело тявкнув, подставился поудобнее. Продолжая почёсывать питомца то за одним ушком, то за другим, Лололошка вгляделся в добычу. В спешке он не смог сразу вспомнить, как назывался этот вид. В этом мире было множество видов самых разных оленей. Некоторые внешне отличались только формой рогов или толщиной копыт, что задачу не облегчало. Из того, что Лололошка знал, во всей округе жили только большие олени в горах на северо-востоке. Эти же были настолько маленькие, что были больше похожи на оленят. Если бы среди них не было ещё более маленьких особей, Лололошка так бы и подумал. — Как думаешь, это может быть какой-нибудь редкий вид? — Уаав! — ответил Персик, принявшись ещё активнее разбрасывать грязь хвостом. — Ты прав, нужно будет спросить папу, — Лололошка напоследок похлопал Персика по голове и подошёл поближе к стремительно остывающей туше. От неё ещё несло теплом, но дым почти прошёл. Зато, насколько Лололошка знал, болт, застрявший в шее, сейчас должен быстро набирать в температуре. Вернее, только наконечник, на который и нанесено зачарование. На самом деле это было двойное зачарование. Первое при попадании в цель, насколько хватало накопленного тепла, выжигало тело насквозь. Второе собирало и копило тепло из окружающей среды. Это было лучшее зачарование Лололошки на данный момент. С ним могут посоревноваться только ботиночки, позволяющие бегать так же быстро, как и Персик, но их очень сильно доработал Роман, поэтому они не считаются. Проверив, что всё работает правильно, Лололошка отстранился от туши и встал. Прежде чем возвращаться домой, нужно определить, где они находятся. Поэтому мальчик залез в поясную сумку — ещё один артефакт, который сейчас он создать не способен. Если не считать кучи хлама, которую пришлось взять на всякий случай, там не было почти ничего полезного. Переворошив всё содержимое, Лололошка достал-таки карту и развернул её. Это была грубая перерисовка ближайшей от дома местности, но для ориентирования её должно быть достаточно. Вот в центре дом, к северу горы, к востоку и югу — река. Вдоль реки несколько деревенек. Была ещё одна на западе, но зиму она не пережила, поэтому на этой карте была обозначена опасной зоной. Ближайший месяц там может водиться нежить. Лололошка внимательно всмотрелся в грубые линии, обозначающие реку. Потом так же внимательно он осмотрел округу. Река и во все стороны лес. Никаких ярких ориентиров. Можно было бы пойти по течению реки и выйти на ориентир, но это долго. Да и любой ориентир — это или единственный резкий изгиб реки, или какая-нибудь деревня. Могло ещё так не повезти, что они ушли далеко на юг и первым ориентиром станет степь на юго-западе, не попавшая на карту. Тогда назад придётся идти почти полдня. Посмотрев пару секунд на скачущего вокруг Персика, Лололошка снова залез в сумку. Теперь он искал компас. Крупная конструкция нашлась быстро. Лололошка слабо понимал, как компас работает, хотя сам же его и собирал, но поделка работала исправно, и нужно от неё было только это. Повертевшись вокруг своей оси, Лололошка определил направление севера и ещё раз сверился с картой. Он искал места, где река уходила примерно на юго-восток. Если учесть, что ближе к югу река должна стать спокойнее и шире, получалось, что они находились где-то на востоке. Возможно, немного севернее самой восточной части реки. Примерно определив своё местоположение, Лололошка спрятал обратно карту с компасом и вернулся к уже полностью остывшей тушке. Нужно было достать болт и как-то поднять саму тушу. Поднять её сам Лололошка не сможет — слишком тяжёлая, — но, если выгрести всё лишнее из сумки, в ней должно найтись достаточно места. Так Лололошка и поступил. Обычно было бы трудно достать глубоко вошедший болт, но не сейчас. Мясо оленя насквозь прожарилось и проварилось, размягчившись. Теперь достать болт, пока он не застрял в кости, так же легко, как отрезать кусочек от стейка. Вытерев наконечник о шкуру, Лололошка вернул его в колчан. Следом он проверил место в сумке. Давать слишком много готового Роман не хотел, поэтому сильно ограничил размер инвентаря сумки. По объёму там вмещалось чуть больше полутора Лололошки. По весу сумка была безгранична. Всего в сумке было понемногу. Немного еды, немного дерева, куча самых разных инструментов, половину из которых Лололошка видел впервые, ещё горстка изумрудов на случай, если он наткнётся на деревню, запасные кинжал и арбалет и гора свитков с заклинаниями. Свиток телепортации был, но на экстренный случай. Аккуратно выгрузив самые объёмные свитки на землю, Лололошка поместил на их место грязную проваренную тушу оленя. В любом другом мире так просто выброшенные свитки стоили бы состояние, но здесь это была просто засоряющая место бумага. — Персик! — Лололошка окрикнул уже порядком ускакавшего волчонка. — За мной! Проследив, что бело-грязное чудище бежит за ним, Лололошка достал компас и ушёл примерно на запад — домой.