5. На крючке

Ой-ой, новая глава. Заждалась меня, наверное, пока я был занят своими делами, но теперь я весь твой, моя маленькая. Да-а, я знаю, что ты скучала, знаю. Ну ка, иди сюда, вот так, умница, садись перед зеркалом, ко мне спиной. Хочу расчесать твои прекрасные волосы, а заодно и поболтаем. Сядь так, чтобы я мог собрать их в руку и начать медленно расчёсывать, от макушки вниз, чувствуя, как ты расслабляешься. Люблю этот процесс — что-то такое не пошлое, но интимное. Тсс, не стоит так выражаться, я же уже здесь, рядом, и твоё недовольное личико меня только забавляет — ты думаешь, что можешь скрыть эту маленькую злость, но я вижу её, вижу, как она смешивается с желанием, и это делает тебя ещё красивее. Так почему такое лицо? Я очень соскучился по тебе, правда. Расскажи, как прошла твоя неделя? Ну же, меня столько не было, а ничего интересного не произошло? Не верю. Ого, даже так. Правда злишься на меня? Могу поинтересоваться за что? Во-от как… Ну, согласись, если бы я был рядом каждый день, не было бы этой сладкой радости, когда я возвращаюсь и ты снова чувствуешь себя моей. Воо-от, другое дело. Ну не закатывай глаза, я правда был занят. Да и тем более, терпение — это навык, который явно тебе ещё пригодится. Ну, во всяком случае, лишним точно не будет, согласна? Как говорится «Good things come to those who wait», или, если у тебя плохо с английским «Хорошее приходит к тем, кто умеет ждать», другими словами терпение всегда вознаграждается, интересно, чем бы мне тебя наградить… Хотя, а стоит ли? Думаешь стоит? Ну раз ты ничего не хочешь рассказывать…? Так и понял, ну ладно, тогда спрошу сам. Признайся честно — дрочила без моего разрешения? Может, даже пару раз. Или больше? Нет, я не злюсь. Наоборот, мне это нравится. Потому что даёт повод тебя немного… наказать. Забавно, что твое вознаграждение будет в форме наказания, но, думаю, ты не сильно против такого расклада. Нет, ну вы посмотрите на неё, что за невинные глазки, то есть как дрочить без разрешения, так мы первые, а как быть готовой к последствиям, так сразу глазки в пол. Я не злюсь, это правда, но честно говоря я даже немного расстроен — ты же вроде не глупая девочка и понимаешь что можно, а что нельзя. Но видимо тебе нужно давать чёткие инструкции, чтобы ты им следовала. Не люблю такое. Но если быть уж до конца откровенным, я на это и рассчитывал. Да. Скулишь… Разве так просят прощение? Знаешь, я бы сейчас вставил тебе в ротик небольшую игрушку, похожую на маленький член на ремешке, так, чтобы он заполнил твой ротик вплотную и доходил почти до твоего маленького горлышка, чтобы ты чувствовала его каждый раз, когда пытаешься проглотить слюну или вздохнуть глубже. Ну и благодаря этому твоё мычание и скулеж звучали бы приятнее, более приглушённо, чтобы ты чувствовала себя полностью беспомощной, когда пытаешься сказать хоть слово. М-м-ммм, такая картина уже вполне себе возбуждающая, но думаю я заклею его ещё сверху чёрным скотчем. Зачем? Узнаешь. А после я бы дал тебе масочку, как носили во время ковида, только не синюю, хочу чёрную, чтобы всё выглядело эстетично. Зачем? А не много от тебя сегодня «зачем»? Лучше бы сказала «конечно, хозяин, хороший выбор». Ладно, ну как зачем — мы пойдём гулять, не хочу, чтобы на нас косо смотрели из-за твоего заклеенного рта. А с масочкой всё вполне приемлемо, как будто болеешь. Ну же, посмотри на себя в зеркало. Какой прекрасный вид — ты даже с заклеенным ртом выглядела бы изумительно. Я в восторге. Такая красивая девушка и вся моя, кайф. Я бы отложил расчёску и обошёл тебя, встав между тобой и зеркалом, наклонился чуть ближе, чтобы наши глаза были на одном уровне, и, заглядывая тебе прямо в зрачки, похлопал одобрительно лёгонько по щечке — не больно, но чтобы ты почувствовала тепло моей ладони. — Ну что, беги переодеваться и можем идти. Хах, какой вопросительный взгляд, какая прелесть, хочешь что-то сказать? Что-что? Ничего не понимаю. Ну ка давай ещё раз почётче. Чёрт, ну судя по тому как ты вертишь головой, думаю, ты не хочешь переодеваться, так пойдёшь, в домашнем? Нет? А что тогда? РУКИ. Я не разрешал снимать. Я так старался, а ты хочешь всё испортить? Не разочаровывай меня. Ну вот и всё, пулей переодеваться, я тут подожду. Ой, прости, мы пока просто фантазируем, мне нравится наблюдать за тобой в отражении. Думаю, я достаточно тебя расчесал, тебе понравилось? Хах, хорошо, буду так делать почаще. Ну вот, улыбаешься уже, это хорошо. А сейчас я хочу заплести тебе косичку. Что бы ты надела? Да, думаю этот образ будет очень кстати. Воу, мне очень нравится идея с таким сарафанчиком — ножки открыты, декольте, тонкий ремешок на талии, красота. Я вот что подумал, может мне и ручки тебе в наручниках закрыть? Хотя нет, это будет заметно, не хочу сегодня привлекать внимание публики, сегодня у нас другой фетиш на очереди, даже два. Какие? А ты как думаешь? Хха, ну почти. Нет, не скажу, хочу чтобы ты сама пришла к осознанию. Кстати, раз уж на то пошло, сними ка всё с себя. Прямо сейчас. И встань на колени перед зеркалом. Хочу, чтобы ты видела себя. Молодец. Смотри, какая послушная. Ты делаешь успехи, умница. А язычок? Ну ка, высунь. Умница. Ты ж моя хорошая девочка. Мне нравится, что ты начала слушаться меня с первого раза. Ах да, теперь заткни чем-то свой рот, чтобы полностью проникнуться сюжетом. Продолжаем. После того как ты соберёшься, мы выйдем на улицу, думаю прогуляемся по какому-нибудь парку. Могу даже купить тебе мороженое, которое продавали бы по пути. Ах да, забыл, ты не сможешь его поесть, жаль. Ну ничего, я куплю тебе сколько захочешь когда вернёмся домой. Договорились? Ну я так и думал. Мы бы погуляли по тропинкам, я бы держал тебя за ручку всю нашу прогулку, пальцы переплетены, будто обычная пара. Интересно, что бы ты испытывала в этот момент? Только представь — я с тобой разговариваю о погоде, о работе, а ты не можешь ничего, кроме как тихонько поскуливать и кидать на меня взгляды, полные смеси стыда и желания. А вдруг мы встретим твою подружку и она подойдет поздороваться? Она же не знает, что ты как послушная сучка с игрушкой во рту не сможешь и слова ей ответить. Что бы ты делала? Краснела бы, опускала глаза? Или может, зло смотрела на меня так, что я бы прочитал в них все твое негодование и гнев? Мм, ты бы сжимала мою руку сильнее, чувствуя, как пизда уже течёт от одного стыда. Хм, может мне стоило бы ей рассказать, что ты пока не в состоянии ей ответить, потому что решила подрочить без своего хозяина? Думаю, такая прогулка вдоволь утолит мой интерес, погуляем часик и пойдём в сторону дома, только по дворам пойдём, чтобы никто не мешал. Завернём в какой-нибудь безлюдный переулочек, и там я прижму тебя к стене. — Развернись и задери платье. Нет? Я сказал развернись, бегом. Ты будешь меня отталкивать, дёргаться, потому что не хочешь, чтобы я трахал тебя прямо здесь, на улице, где любой мог бы пройти мимо, но меня это только сильнее заводит. Я позаботился о том, чтобы мы были одни, выбрал место, где никто не ходит, а ты себя так ведёшь. Ты забыла первое правило? Моё удовольствие на первом месте. А потом еще парочка правил, потом еще что-нибудь, а только потом твои «хочу». Одной рукой я держу твои руки за спиной, другой закрываю твой носик. Мм, моя малышка не может больше дышать. Ртом ты не можешь вдохнуть из-за игрушки и скотча, а единственное, что помогало тебе пополнять кислород, я только что перекрыл — пальцами плотно, чтобы ни капли воздуха, чтобы ты почувствовала, как лёгкие горят, как голова кружится, как адреналин заливает кровь, смешиваясь с возбуждением, потому что ты знаешь — я могу отпустить, а могу и не отпустить. Представляешь, как адреналин будет бить в крови в этот момент? Ведь в моём взгляде ты не прочитаешь ничего, кроме желания и злости на твоё сопротивление. Надеюсь ты уже вставила что-то в свой рот, как думаешь, что теперь нужно сделать? Верно, закрой нос или просто задержи дыхание. Я буду смотреть, как ты задыхаешься, и уверен, одновременно течёшь как шлюха. Я долго не буду отпускать, пока не увижу, как ты покраснеешь от нехватки кислорода, как начнёшь дёргаться и вырываться сильнее, как твои глаза наполнятся слезами, как ты будешь мычать в игрушку, умоляя меня отпустить. Думаю, был бы кто-то рядом, точно прибежал бы на твоё жалобное умоляющее мычание, но увы, малышка, мы здесь одни. И ты вполне можешь сейчас задохнуться, если я не рассчитаю время. У тебя не останется сил скулить и вырываться. Когда я пойму, что твои ножки не в силах тебя держать, я отпущу нос и позволю тебе вдохнуть. Всё. Можешь дышать. Ты бы жадно вдыхала носом так часто, насколько смогла бы, а я бы заботливо провёл тебе по щеке тыльной стороной ладони. Ты ведь должна мне быть благодарна, я сегодня добрый. — Ну что, отдышалась? Конечно нет, но меня, знаешь, не сильно это волнует. Повторим. Мне нравится как это выглядит, такая маленькая и беспомощная. И сколько надежды, возбуждения и страха в глазах. Я потянусь, чтобы перекрыть воздух вновь, но ты, понимая, что будет дальше, начнёшь ещё сильнее вырываться, и в конечном счёте я отпущу твои ручки, чтобы ты могла меня толкнуть. Тогда я достану из кармана нож и приставлю прямо к твоей щечке, слегка надавливая — холод металла на горячей коже, ты замерла бы в этот момент, потому что кто знает, что у меня на уме. Я поведу ножом легонько вниз, по подбородку, затем опущу лезвие к шее и буду еле касаться её, но так, чтобы ты прочувствовала весь холод, каждую миллиметровую дрожь, как он скользит по твоей коже, оставляя лёгкий след, как ты чувствуешь, что одно движение — и всё может измениться. Следом нож отправится к груди, я слегка надавлю, чтобы кончик лезвия немного впился в неё, но не повреждая кожу — хотя, пожалуй, я надавлю чуть сильнее, чтобы ты ощутила боль, и оставлю маленькую царапинку, тонкую красную линию, которая будет напоминать тебе обо мне ещё неделю, как метка, я бы сказал, хах, своего рода мой автограф на твоём теле. А ты бы решила, что я только начал, и от этого глазки бы еще больше забегали. Ну ка, что за реакция? Успокойся. Или может, стоило порезать шею? Я буду пристально смотреть в твои глазки и чувствовать, как ты дрожишь, как твоё тело предаёт тебя, как пизда сжимается от одного этого холода и страха, как твои соски встают, как ты течешь, потому что страх — это твой самый сильный афродизиак, не так ли? А затем, не убирая ножа, я опущу руку между твоих ножек, прямо под трусики — уверен, там уже мокро, потому что от всего этого набора эмоций ты течёшь как шлюха, клитор твёрдый, всё хлюпает от смазки. Я сниму со рта скотч — самое приятное, я так этого ждал всю прогулку. Почему? Эх, в этом минусы нашей с тобой фантазии, что ты не можешь ощутить этого наяву, но если бы ты вставила что-то себе в рот, как я сказал, ты бы не задавала таких вопросов, непослушная ты сука. Прелесть в том, что игрушка не перекрывает рот вплотную, и при желании ты сможешь даже дышать ртом, а вот внутри, с членом почти по горлышко, глотать слюни не так удобно, не правда ли? Поэтому когда я сниму скотч, у тебя изо рта потекут слюни — много, густые, блестящие, стекающие по подбородку, по шее, может быть даже немного на сарафанчик, и это такое красивое зрелище — твои губы красные, опухшие, слюни тянутся нитями, ты выглядишь как идеальная шлюха, которая только что сосала часами. Хочу смотреть на тебя в таком виде, ммм, блять. Хотя знаешь, я хочу периодически возвращаться к этому моменту. — Ну ка, посмотри на меня. Я достану телефон и открою камеру. Ты будешь против, но нож вернётся к горлу, давая тебе ясно понять, что лучше не дёргаться. Щелк. Еще. И пара кадров, где твои слюнки стекают с подбородка, уже у меня на телефоне. — А сейчас я уведу от шеи нож, и ты сделаешь более миленький взгляд, ты поняла меня? Какая понятливая, вот так, улыбайся и благодари меня глазами. Ведь я позволил тебе дышать. Щелк. Ещё пару кадров отправится в фотоплёнку. Я пришлю их тебе позже, если захочешь. А теперь я уберу нож обратно в карман, думаю, он нам больше не понадобятся, и рывком поверну тебя лицом к стене. Задеру платье до талии, отодвину трусики в сторону — не снимая, просто чтобы они впивались в кожу — и войду в твою уже хлюпающую от смазки киску одним движением, до самого конца, чтобы ты почувствовала каждый сантиметр, как я растягиваю тебя, заполняю, делаю своей, чтобы твои стенки сжались вокруг меня в отчаянии, чтобы ты застонала в игрушку, чувствуя, как я толкаюсь в тебя глубоко, до самой матки, как головка упирается в ту точку внутри, которая заставляет тебя извиваться. Я буду менять ритм — сначала быстро, жёстко, чтобы ты чувствовала каждый толчок в животе, потом короткими медленными рывками, входя на всю длину и задерживаясь там. Я натяну рукой твои волосы, намотав их на кулак, чтобы твоя голова запрокинулась назад, а ты обопрешься руками о стену так, что твоя спинка прогнётся дугой, позволяя мне входить ещё глубже, ещё яростнее, чувствуя, как твоя пизда обхватывает меня, как ты хлюпаешь от каждого толчка, как твои соки стекают по моим яйцам. — Ну же, малышка, тебе же нравится, так помоги себе. Ты уберёшь одну руку со стены и опустишь её прямо на клитор, и пока я растрахиваю твою дырку, ты будешь безжалостно дрочить, водя пальцами кругами, надавливая, чувствуя, как всё внутри сжимается, как оргазм уже на подходе, как твои стенки пульсируют вокруг меня, как ты уже не можешь думать ни о чём, кроме как кончить. Уверен, в этот момент тебе будет плевать, есть ли кто-то рядом. Верно? А еще напомню, что в это время с твоего рта будут течь слюни, не останавливаясь, как бы ты не старалась глотать их. Ну а кто тут у меня так засмущался, ладно-ладно, можешь опустить ручку и поиграть с собой, разрешаю. Когда твои ножки начнут дрожать, когда ты уже будешь на грани, когда твоя пизда начнёт сжиматься в спазмах, я остановлюсь и выйду из тебя, вернув трусики на место. Что? А разве я говорил, что дам тебе кончить сейчас? Вот и всё, пойдём домой. Ах да, давай достану, конечно. Хм, может на минетик еще задержимся, что скажешь? Я то хочу кончить. Нет? Ну ладно-ладно. Я вытащу кляп из твоего ротика, как же красиво за ним будут тянуться твои слюни мммм. Наверное, челюсть немного затекла, но это ничего, скоро пройдёт, не переживай. Кстати, слюни с лица нельзя вытирать. Вряд ли мы кого-то ещё встретим по пути, нам не так далеко осталось. Хочу чтобы ты шла и знала, что любой, кто тебя сейчас увидит, сразу поймёт, чья ты шлюха. До дома я не буду с тобой разговаривать, думаю, как и ты со мной. Злишься, что я так поступил, но ещё больше злишься, что не дал тебе кончить. Когда мы вернёмся в квартиру, я скажу тебе идти в комнату и ждать меня на коленях там. Ты, конечно, как послушная сучка, на всех этих эндорфинах так и сделаешь. Косичка конечно кривоватая, но как смог. Пожалуй то, что будет дальше я покажу тебе на живом примере. Видишь мой телефон в руке? Представь, что камера уже на тебя смотрит. Улыбнись объективу. Скажи чётко и громко: «Я непослушная шлюшка и заслуживаю наказания». Ещё раз, громче. Ну нет, это какой-то детский сад, не расстраивай меня. Вот так, умница. Теперь открой ротик, высунь язычок — как будто ждёшь, чтобы я тебя туда взял. Даа.. Хм, чего-то не хватает, а, понял, давай голову чуть назад. Во-от, идеально. Клик и фотка сделана. А теперь возьми себя за волосы сама, потяни, обнажи горло. Представь, что это я держу тебя. Сделай взгляд шлюхи, которая ждет члена, я знаю, ты умеешь. И знаешь, хочу чтобы ты вставила пальцы в глотку так глубоко, чтобы у тебя сработал рвотный рефлекс и ты закашлялась. Да, как будто только что выебал тебя прямо в горло, насаживая, а после я бы опустил тебя вылизывать яйца. Клик. Я бы еще сделал пару кадров со спермой на твоем лице, но думаю, у нас еще будет время, оставим это на потом. Это были бы красивые снимки. Твоё лицо — возбуждённое, покрасневшее. И учитывая, сколько моя игрушка была у тебя во рту, губки были бы ярко красные и немного опухшие, из-за того что я сорвал с них скотч. Так вот, если ты вдруг решишь снова поиграть без разрешения… эти фото могут оказаться где угодно. Ты поняла меня? Еще хоть раз, сука, ты сделаешь это без разрешения. Ты моя, и только я решаю, когда ты получишь удовольствие. Или ты найдешь эти фотки в твоём рабочем чате. У подруг. У друзей. Или просто в сети — с твоим личиком крупным планом и подписью «послушная шлюшка». Этого хочешь? Угроза? Какая угроза, малышка, я констатирую факт. Ты бы сидела на крючке, после того как я сделал бы эти пару кадров. Потому что дальше их бы стало ещё больше, а ты бы ещё сильнее начала от меня зависеть. Люблю играть с тобой, особенно когда выключаешь голову и тупо следуешь моим указаниям. Боишься? Вижу, что боишься. Говори честно. Вдруг я и вправду в один день солью все в сеть? Я бы сейчас опустил руку к тебе в трусики и надавил на клитор, водя круговыми движениями. Для лучших размышлений, так сказать, и заодно чтобы доказать, что я делаю именно то, чего ты так хотела. Ну, как ты понимаешь, в качестве доказательств мы бы взяли твои насквозь мокрые трусики. Хахах, что? Ничего не сказал, чтобы успокоить тебя? Сказать, что я так никогда не сделаю? А я и не буду успокаивать, просто слушайся меня и всё будет хорошо. Поняла? Нет, я же сказал, что не буду этого говорить. Это же так сладко для тебя. Нашел бы все твои соцсети. Записал бы их. Знакомых. Родителей. И ты бы от меня уже никуда не делась. Ведь это то самое ощущение, которое заставляет тепло разливаться между ног, заставляет тебя намокать от одной мысли, что я могу, что я возьму тебя на этот крючок и не отпущу, да, малышка, именно это ты и хочешь, даже если не признаёшься себе. Но ничего трудного для тебя я бы не приказывал делать. Лишь иногда играться с тобой, чтобы пополняла мою коллекцию для твоего шантажа. А ты бы с каждым разом кончала всё ярче и ярче. Ты ведь и сама понимаешь, что не хочешь этих обещаний. Потому что прося меня об этом, понимаешь, что я буду действовать в обратную сторону. Чувствуешь, как сердце стучит быстрее? Именно это я и хотел. Что ж, моя маленькая, хочу разложить тебе нашу игру по полочкам. Тебе понравилось? Рад это слышать. Удалось у меня привить легкое чувство страха? Хахах, славно, ну все тише-тише, фоток же у меня твоих нет. Пока что. Ты позволяешь себе почувствовать, что твоя репутация, твоя жизнь в моих руках, и от одной мысли, что я могу слить твои фото или видео, где ты стоишь на коленях с кляпом во рту, ты уже течешь, потому что это смешивает страх потери контроля с возбуждением, адреналин бьёт в кровь, как будто прыгаешь в пропасть, но вместо падения ты чувствуешь, как внутри всё стягивается, как пизда сжимается, и ты хочешь ещё. Шантаж даёт это — иллюзию, что ты не сама выбираешь быть шлюхой, а вынуждена, и это освобождает тебя от вины, позволяет кончать без угрызений совести, и это нормально. В реальности я не причиню тебе вреда, но в голове ты позволяешь себе поверить, что могу, и от этого ты кончаешь сильнее, потому что страх — работает лучше героина, когда он контролируемый, когда ты знаешь, что я держу тебя на этом крючке, и ты не хочешь с него слезать, ты хочешь висеть на нём, чувствуя, как он впивается в тебя, и это нормально, солнце, ты просто ищешь баланса между безопасностью и риском, и я даю тебе этот баланс, потому что знаю, как это работает. То же самое с ножом, хотя маленькая царапинка будет напоминать тебе обо мне, это скорее про уязвимость, про то, как ты чувствуешь себя полностью в моей власти, когда лезвие касается шеи или груди, и ты не знаешь, нажму ли я сильнее или просто поиграю, это про доверие на грани, где ты отдаёшь мне свою жизнь в этот момент, и я возвращаю тебе оргазм, который ты никогда не забудешь. Здесь уклон не в реальную боль, а в ощущение, что ты моя полностью, и я могу всё, и ты хочешь этого. Ты можешь сказать «стоп» — и всё остановится. Но ты не скажешь. Правда? Потому что тебе это нравится. Нравится быть на крючке. Беззащитной. Моей. А теперь возвращаемся. Подними глаза к зеркалу. Улыбнись. И скажи вслух: «Спасибо, хозяин, что играешь со мной так». Видео пошло. Повторяй за мной: «Я принадлежу своему хозяину, и мне нравится, когда он меня шантажирует». Молодец. Так и сохранил бы себе такую видяшку на память. Теперь ты можешь встать, одеться и пойти по своим делам. Не сомневаюсь, что если бы это было наяву, ты бы еще долго об этом думала. Может быть злилась на меня, ругалась, но в конечном итоге ты все равно вернешься за новой порцией. А я просто подожду, ведь тот, кто умеет ждать, получает лучшее.