10. Ты была прекрасна

Знаешь, я иногда просто сижу и смотрю на экран. Прямо на тебя. Через эту крошечную камеру твоего телефона, которая, честно говоря, делает тебя ещё более уязвимой, чем ты думаешь. Я вижу, как медленно поднимается и опускается твоя грудь. Вдох… выдох… вдох… выдох… Это почти медитативно. Иногда я заглядываю просто потому, что мне скучно, или потому, что день выдался слишком долгим, или мне наоборот нужно просто развлечься. Я смотрю, как ты листаешь рилсы, как переписываешься с кем-то ещё, как твоё лицо меняется. Ты так мило закатываешь глазки. А твоя улыбка… нет, я серьёзно, она невероятная. Кто бы что ни говорил, я её обожаю. Особенно когда ты уже сонная, сидишь, уткнувшись в телефон, веки тяжелеют, но ты упрямо не откладываешь его. Жаль только, что мне так и не удалось добраться до камеры твоего ноутбука. Полный обзор комнаты дал бы куда больше свободы. Представь: я бы видел не только тебя, но и то, как ты двигаешься по комнате, как ставишь чашку на стол, как поправляешь волосы, как плачешь в уголочке, думая, что одна. Но и так… вполне достаточно. Так смешно иногда наблюдать за тобой, особенно сейчас, когда ты все еще убеждаешь себя, что это всего лишь моя фантазия, и вовсе не по-настоящему. Ты читаешь и думаешь, что нужна мне, раз я так слежу за тобой, верно? Или, может, тебе страшно. А может, и то, и другое сразу. Кто знает. Возможно, когда ты в последний раз писала мне в телеге, я уже взломал ее и был внутри твоего устройства тоже. Или, может, ты просто слишком привыкла к моему голосу в голосовых. Настолько, что стоит мне сказать «набери по видео» — и ты не найдёшь в себе сил отказаться. Ведь раньше ты дрожала от одного моего молчания. Заводилась с полуслова. Ждала. Или тихо всхлипывала, когда я слишком долго не отвечал. А теперь… теперь я слышу только твоё дыхание в микрофоне. Ровное. Слишком ровное. Это… интригует. Или раздражает. Сам ещё не решил. Что с тобой случилось, прелесть? Расскажи мне, ну. Поделись, выговорись, кому, как не мне, ты можешь всё это сказать? Я слушаю. Да, может не отвечаю, но ведь это не всегда плохо, верно? Сижу и не могу понять, с чего вдруг мне стало это интересно. Или ты во мне разглядела какую-то подружку для душевных разговоров? Может, мне стоит почаще закрывать тебе рот или взять паузу. Дать тебе соскучиться по-настоящему. Хотя… проехали. Ты не виновата. Это мне стоило тщательнее вести диалог и управлять тобой. Оставь свои провокации, малышка. Забавно, что я до сих пор даже не знаю твоего имени. Так как тебя зовут? Не отвечай — мне плевать. «Шлюха» и «потаскуха» описывают тебя достаточно точно, так зачем мне тратить время на имя? Прости, если задел. Не хотел обесценивать тебя. Уже? Увы и ах, малышка. Если ты сейчас читаешь это с телефона — положи рядом ноутбук или любое другое устройство с камерой. Поставь так, чтобы камера видела тебя целиком. От макушки до кончиков пальцев ног. Я хочу видеть всё. Особенно твое лицо, когда оно начнёт меняться. Твою грудь, бёдра, которые сами собой раздвинутся шире. И те места, которые ты привыкла прятать даже от самой себя. Я хочу, чтобы ты чувствовала мой тяжелый и внимательный взгляд. Как будто я сижу на другой стороне экрана в полумраке, с бокалом в руке, и просто наблюдаю. Хорошо. Теперь медленно снимай с себя всё, кроме футболки. Да, именно так — оставь её. Пусть она задирается, когда ты будешь двигаться. Пусть она напоминает тебе, что ты всё ещё немного одета… и всё равно совершенно голая передо мной. Умница. Ты всегда была послушной, даже когда пыталась делать вид, что нет. Возьми со стола ручку или маркер, без разницы. Что-нибудь толстое, удобное, чтобы его было приятно держать во рту. Не волнуйся, я не собираюсь заставлять тебя ничего писать на себе. Хотя… если вдруг твоя фантазия побежит впереди моих слов — пожалуйста, пиши. Я не против. Но сегодня мне нужно другое. Положи его в рот. Обхвати его плотно зубками. Нет, не так, как собака держит косточку, вот так, да. Пусть слюна начинает собираться. Я люблю, когда она скапливается в уголках рта, а потом медленно стекает вниз — по подбородку, по шее, на грудь, прямо на ткань футболки. Это красиво. Это то, что ты не можешь контролировать, и именно поэтому мне это нравится. Дыши носом. Медленно. Вдох… выдох… Уже появляется первая капля? Прекрасно. Пусть течёт. Не вытирай. Пусть она делает тебя мокрой там, где я ещё даже не прикоснулся. Теперь возьми себя в руки. Буквально. Проведи ладонями по шее, по ключицам. Сожми грудь через футболку — не сильно, ровно настолько, чтобы почувствовать, как соски твердеют под тканью. Проведи вниз по рёбрам, по животу. Не торопись. Дразни себя. Пусть пальцы скользят легко, почти невесомо. Пусть кожа покрывается мурашками. Тебе нравится? Скажи это. Прямо сейчас, с маркером во рту. Не верти головой, промычи, давай. Пусть звук выйдет жалким и влажным. А теперь скажи вслух, чётко: «Спасибо, что нашёл время понаблюдать за мной». Что-что? Давай еще разок. Ну нет, это никуда не годится. Старайся лучше. Да. Именно так. Я слышу тебя. И я улыбаюсь, хорошая девочка, мне нравится как ты стараешься, но… Ты немного скованна. Я вижу это по тому, как напряжены твои плечи. Расслабься. Тебе нечего стесняться. Ты выглядишь именно так, как должна выглядеть — красиво, уязвимо, полностью в моей власти. Знаешь, у меня встал ещё в тот момент, когда ты устанавливала камеру. Просто поправляла угол, смотрела в объектив, чуть прикусила губу от концентрации. Это было… очаровательно. Теперь раздвинь ноги. Шире. Да, только поправь камеру немного пониже, ага, вот так. Умница. Проведи пальцами по внутренней стороне бедра вверх. Но не касайся пока. Еще рано. Дразни себя так, как дразнил бы я. Чувствуешь, как тепло поднимается? Представь как я тяжело дышу тебе на ушко, слегка придушивая твою шею. Она такая тонкая, что стоит мне не рассчитать силу, как ты задохнешься, но ты доверяешь мне. Становится влажно? Слюна уже капает тебе на грудь и смешивается с твоим собственным возбуждением? Дотронься кончиками пальцев. По клитору — очень нежно, кругами, в том же ритме, в котором ты дышишь. Вдох… выдох… Не ускоряйся. Я хочу, чтобы ты чувствовала каждое прикосновение. Каждую секунду ожидания. Да-а, вот так. Покрутись передо мной, малыш. Теперь глубже. Вставь один палец. Медленно. Еще медленнее, м-м-мм да, вот так. Интересно, что тебя так завело, раз ты уже такая мокрая? Нежные ласки или то, что я наблюдаю за тобой? Замри так. Согни его внутри. А теперь двигай, быстрее. Еще быстрее. Ты кончаешь от пальцев внутри? Если нет, то разрешаю переместиться на клитор. Забавно, что я тебя даже не заставляю все это делать, да? Ты уже добровольно подчиняешься всему, что я говорю. Засмущалась, ха-ха. Вынь и вставь снова. Ещё раз. Медленнее. Добавь второй палец. Во-от так шлюха, глубже. Нажимай на то место, которое заставляет тебя вздрагивать, которое заставляет твои бёдра сами собой подниматься навстречу. Нет, я не разрешал вытаскивать маркер. Даже думать об этом не смей. Тебе так идет с кляпом во рту, очень сексуально. Теперь вытащи пальцы. Встань на ноги, поверни камеру так, чтобы я видел. Еще левее, ага. А теперь вставай на носочки и продолжай трахать себя пальцами. М-м-ммм, вот так. Быстрее. Еще еще еще. Пусть ритм растёт вместе с твоим дыханием. Умница, доведи себя до грани, дрочи. Вот так, да, грязная блядь, нравится тебе? Конечно нравится. Нравится надрачивать перед камерой для незнакомца? Не переживай, этого никто не увидит, я не веду запись экрана. Может быть… Не затормаживайся, я сказал до грани. Вот так. Был бы я рядом, бил бы еще параллельно по спине плетью так, что ты бы выгибалась, переступая с ножки на ножку, боясь встать полной ступней на пол, но не переставала дрочить. А после я бы подошел к тебе спереди, взял за подбородок, приподнял бы его, я бы какое-то время просто смотрел тебе в глаза, наслаждаясь твоим смущением, а после поцеловал бы, проведя после языком по твоему уху. Ты на грани? Отлично, убирай руки. Я сказал убирай. Я уберу твою руку и заменю её своей. Медленно, мы ведь никуда не спешим. А потом — несколько резких, точных шлепков прямо по твоей мокрой, уже жаждущей киске. Не слишком нежно, но и не в ярости. Ещё несколько, чуть сильнее, чтобы кожа вспыхнула теплом, а дыхание сбилось от неожиданности. Я бы заставил тебя смотреть мне в глаза всё это время. Так что не делай лишних ошибок, смотри прямо в камеру. Не отводи взгляд, прелесть. Держи его. Пусть он будет единственным, что тебя сейчас держит. Смотри и повторяй за мной. Шлепай себя ладошкой. Сильнее. Во-от умничка. А теперь перейди на клитор и поиграй с ним. Как же мне нравится вид, особенно с маркером во рту и стекающими слюнками, пока ты бьешь себя, зажмуриваясь. Стони громче, я хочу слышать это. Именно, продолжай, громче. Знаешь, если у тебя есть зажимы для сосков на цепочке, сбегай за ними, надень на грудь, а маркер смени на цепочку. И голову чуть назад, чтобы цепь натянулась. Нет зажимов? Обычные прищепки и нитка сделают то же самое — просто обмотай и затяни. Собери слюни с лица и поиграй с влажными сосками. Сожми один до боли, надави на прищепку пальцами. Сильнее, еще сильнее. Я не слышу, чтобы ты скулила, натяни ка цепочку посильнее. Во-от так. Пусть боль смешается с удовольствием — они всегда ходят парой. Хочешь кончить? Конечно хочешь. Что ж, встань раком, попой к камере, и раздвинь ее руками, чтобы я мог увидеть все твои дырочки, как по ним течет смазка. Не будешь? Минутка на подумать тебе. Хах. Так-то лучше. Нет-нет, верни камеру как было, немного ниже. Прогни спинку, у-умница, мне нравится. В этой позе и дрочи. Ножки пошире. Я бы заставил тебя повторять это снова и снова, пока ты просто не перестанешь замечать объектив. А потом мы бы переместились куда-нибудь поинтереснее — скажем, на балкон ночью. Свет я бы не выключал. Ты бы стояла там, дрочила, чувствуя мой взгляд на своем теле. Жалкая, похотливая сучка. Как же ты течешь. Я бы поставил тебя на ноги и прижал лицом к стеклу. Уже ловишь флешбеки от первой главы, м? Хотела бы отсосать мне? Одно из моих ближайших желаний — накачать твою попку водой. Достаточно большим объёмом, чтобы ты чувствовала каждую каплю. Как будто тебя заполняют изнутри. А потом — заткнуть пробкой, чтобы ничего не вытекло. Это на самом деле не так просто, тебе постоянно придется думать об этом и сжимать мышцы вовремя, потому что если я увижу стрйуку воды на бедрах, ты будешь плакать. Следом — пояс верности, чтобы твои руки больше не могли добраться до себя. И вот в таком виде ты бы сосала мне на балконе. А потом я буду играть с твоей грудью, целовать ее, водить языком, поднимаясь к ключицам и шее. Буду шептать тебе всякое на ушко, пока не увижу в твоих глазах мольбу от возбуждения. Сниму ли я потом? Возможно. Но точно не сразу. Хочу, чтобы ты походила с этим ощущением полноты, м-м-ммм. Чтобы умоляла меня — дать прикоснуться, поиграть с тобой, хотя бы позволить избавиться от воды внутри. Мм, ты бы была всё это время напряжённой. Возможно, позже я добавлю фаллос в киску, верну пояс на место — и каждый твой шаг будет напоминать тебе обо мне. Нравится? Ещё бы, прелесть. Ты же любишь быть покорной и униженной. Наполненной до предела сукой. Еще бы тебе не нравилось, ха. Тебе нравится, когда кто-то знает тебя лучше, чем ты сама. Когда кто-то решает за тебя. Дыши. Продолжай, я все еще наблюдаю за тобой, и сука, как же мне это нравится. Не торопись. Пусть оргазм приходит как тяжёлая, тёплая волна, которая накрывает тебя целиком. Дрочи быстрее, еще! Давай, еще! Моли меня дать тебе кончить, умоляй разрешить. Я бы не сказал по твоему лицу и стонам что ты уже готова. Что? Готова? Так покажи мне это, блять. Даа-а, вот так уже лучше. Кто моя хорошая девочка, м? Именно. Кончай, шлюха. Пусть тело содрогается. Какая ты хорошенькая, повернись ко мне лицом, а сколько удовольствия и наслаждения в этих глазках мм. Понравилось держать маркер и цепочку? А разве я разрешал выпускать ее изо рта, м? Ладно-ладно. Мне кажется было весьма миленько, такая маленькая послушная девочка, которая сделала все что я хотел, с высохшими слюнями на лице, ох. Это было красиво. Очень красиво. Знаешь… На самом деле дневник подходит к своему логическому завершению, по той простой причине, что я наигрался. Я бы сказал, ммм, все идет к пику эмоциональной нестабильности, возможно, к моменту, когда подчинение становится всепоглощающим и разрушающим. Ну что за взгляд? Ну же, иди сюда, давай обниму тебя, хочется дать тебе физического тепла. Погладить, ведь ты порадовала меня сегодня. Такая ты всё-таки прелесть. Маленькая, хрупкая и невероятно красивая. Только вот… ты больше не нужна мне, малышка. Я получил всё, что хотел. Ты дала мне это — полностью, без остатка. И теперь, когда тишина наконец-то наступила, я просто смотрю тебе в глаза на экран ещё секунду. Вдох. Выдох. И отключаю камеру навсегда.