Глава 3. Война людей не лечит…

— Слушай, а почему ты так странно разговариваешь? — спросил вурдалак у русалки. Они шли по лесу уже несколько часов и за это время Лиза просто засыпала Влада вопросами, заставив того рассказать всё что только можно о городах, машинах, компьютерах, фильмах, музыке и книгах. Вурдалак даже включил ненадолго свой телефон и дал русалке послушать несколько песен через наушники, от чего та пришла в неописуемый восторг. Хорошо, что у Влада была закачана «Мельница» — от актуальных «хитов» её бы точно ждал критический культурный шок. И вот, когда поток вопросов у Лизы немного иссяк, Влад решил перехватить инициативу в свои руки и разузнать побольше о своей таинственной спутнице, которая разговаривала так, словно бы сбежала из документалки про Киевскую Русь. — Кто, я? — удивилась русалка. — Ну не я же! — с улыбкой парировал вурдалак. — Ну съ моей точки зрѣнія это какъ разъ ты странно разговариваешь. А я говорю точно такъ же, какъ и всѣ тамъ, откуда я родомъ. — И что же это за место такое, таинственное, где так разговаривают и не знают, что такое города, не говоря уже о телефонах и компах? Какая-нибудь община старообрядцев? — Старообрядцевъ? Впервые слышу, это кто такіе? — Ну как тебе объяснить, я и сам толком не знаю… Какие-то христиане, отколовшиеся от общества в древние времена и с тех пор живущие где-то в лесах так, словно эти самые древние времена никуда и не делись. Услышав слово «христиане», Лиза сморщилась от плохо скрываемой неприязни. — Мы живёмъ въ лѣсахъ, да. Но къ распятому богу мы никакого отношенія не имѣемъ. Хотя насъ тоже можно назвать «православными», только не въ томъ значеніи, въ какомъ сейчасъ используется это слово, а въ прямомъ. А вообще у обычныхъ людей для обозначенія нашей вѣры есть какое-то смѣшное слово, какъ же тамъ оно было… — Лиза задумчиво потёрла виски пальцами. — А, вотъ, вспомнила — язычники! — Язычники! — удивлённо воскликнул Влад. — А что в нём смешного? — Просто на нашемъ, старомъ языкѣ оно означаетъ людей, которыя говорятъ на другомъ, чужомъ языкѣ. И не имѣетъ никакого отношенія къ вѣрѣ. Но разъ ужъ ты изначально спрашивалъ про мою рѣчь, то, кажется, оно дѣйствительно подходитъ. — И что вы, получается, молитесь разным богам? Приносите человеческие жертвы и обливаетесь кровью под светом луны? Лиза залилась громким смехом, который звонко разнёсся под лесной кровлей, и остановилась, опёршись рукой на ближайшее дерево. — Охъ, насмѣшилъ! — с трудом отдышавшись после смеха произнесла русалка. — Нѣтъ, мы не приносимъ никакіе жертвы, ни человѣческія, ни животныя. И кровью тоже не обливаемся. Но боговъ у насъ много, да. Только мы имъ не молимся. Богамъ молятся тѣ, кто хочетъ что-то получить, не прикладывая къ этому никакихъ усилій. А мы своимъ богамъ возносимъ благодарности, всё-таки они наши предки. А всего остального добиваемся сами, своимъ трудомъ. — Ваши боги — это ваши предки? Как это? — недоумевая спросил вурдалак. — Повѣрь мнѣ, тебѣ это правда не нужно знать, — отмахнулась от вопроса русалка. — Лучше просто живи какъ раньше жилъ. Даже если я нарушу ещё одинъ запретъ и разскажу тебѣ всё, что знаю, ты либо просто мнѣ не повѣришь и сочтёшь меня сумасшедшей, либо впадёшь въ тоску-печаль и закончишь какъ я. — Ладно уж, храни свои секреты, — хмыкнул Влад. — Только вот жить как раньше у меня теперь вряд ли получится… Собственно, за тем и иду в Магнитогорск. — Ой, точно. Я и забыла уже, что ты вурдалакъ! — Сочту это за комплимент… — невесело усмехнулся Влад. — А что ты хочешь найти въ этомъ Магнитогорске? — Ну, как минимум — ответы на вопросы. Кто превратил меня в вурдалака? Зачем? А в идеале — избавиться от этого проклятия. Я хочу стать обратно человеком и вернуться к нормальной жизни. — Ты не хочешь быть вурдалакомъ? А какъ же безсмертіе? И нечеловѣческія силы — какіе-то же у тебя должны были появиться? Или про это сказки тоже врали? — Да нет, не врали, судя по всему. И сверхсилы есть, и бессмертие, будь оно неладно. Только зачем мне такое бессмертие, когда мне нужно постоянно подпитываться людской кровью да от солнца прятаться? — А, то есть если бы не всё это, то ты не противъ стать безсмертнымъ? Вурдалак задумчиво почесал голову. — Да пожалуй что нет. Зачем? Постоянно хоронить друзей, переезжать с места на место, чтобы никто ничего не заподозрил... Я просто хочу спокойной и простой жизни: нормальной работы с хорошей зарплатой, чтобы не приходилось считать каждую копейку в магазинах. Свою квартиру, машину. Семью. Всё как у людей. Чтобы её смерть не была напрасной… Влад поднял голову к скрытому за переплетением ветвей небу и потёр переносицу пальцами. Лиза обошла Влада и остановилась перед ним, пристально глядя в глаза вурдалака. — Не хочешь разсказать, что случилось? — тихо спросила она. — Да не особо, если честно, — ответил Влад. — Но после того, как ты излила мне душу, с моей стороны было бы нечестно отмалчиваться. Вурдалак тяжело вздохнул и садится на поваленное дерево. Русалка села рядом, скрестив ноги и развернувшись к парню. — В моей истории, по сравнению с твоей, всё банальнее некуда: отец сбежал ещё до моего рождения, оставив маму без средств к существованию с ребёнком на подходе. Из-за беременности она не смогла закончить учёбу в вузе, а после моего рождения было уже не до того: нужно было как-то обеспечивать меня и самой выживать. Но кем может работать женщина без образования, которая толком ничего не умеет? Естественно, всякие сомнительные виды заработка она даже не брала в расчёт: воспитание не позволяло. Так она и работала везде, где могла, за копеечные зарплаты. Крутилась, как белка в колесе, на нескольких работах, пока… не докрутилась. Влад замолк и уставился в пустоту перед собой. Лиза отвела взгляд. — Её главным желанием всегда было, чтобы я получил нормальное высшее образование и устроился на хорошую работу, — продолжил Влад дрожащим голосом. — Она никогда не жалела ради этого денег, голодала и отдавала последнее, лишь бы только купить мне новый учебник. И вот теперь, когда я уже поступил и учился в вузе, буквально в шаге от исполнения её мечты, какая-то падла обратила меня в вурдалака, даже не спросив, хочу я этого или нет! Влад до хруста сжал переплетённые пальцы рук. Лиза осторожно положила ему на плечо ладонь. — А что, у васъ совсѣмъ не было родственниковъ, которыя могли бы помочь? Влад помрачнел. — О, родственники были. И даже не какие-то там дальние. У моей мамы, как оказалось, был родной брат — мой дядя. Только он никак нам не помогал. Вообще. Я о его существовании впервые узнал только в день её похорон. После них он забрал меня к себе, но я просто жил на одной из его квартир, в которой он появлялся лишь изредка, завозя мне денег на еду. Ты представляешь, у него этих квартир столько, что половина из них простаивает и даже не сдаётся. А его родная сестра всё это время загибалась в съёмной однушке, на которую уходила почти вся её зарплата с нескольких работ! Как только я поступил и выбил себе место в вузовской общаге, сразу же от него свалил подальше. И, надеюсь, больше никогда с ним не увижусь. Лиза в шоке покачала головой. — Мнѣ очень жаль… — сочувственно произнесла русалка. — Тебѣ ужасно не повезло… — Спасибо за поддержку, но как я уже говорил, в моей истории нет ничего уникального. У нас так полстраны живёт. Точнее выживает. И может быть даже не пол-, а больше. — Но это же ужасно! — в шоке воскликнула Лиза. — Такие вот у нас «традиционные семейные ценности», — пожал плечами Влад. — Ладно, давай пока больше не будем о грустном. Пойдём дальше, а то уже скоро стемнеет, нам бы ещё на ночлег найти где устроиться. Далеко там до реки? — До рѣки далеко. Но я чувствую гдѣ-то рядомъ есть небольшой водоёмъ и тамъ, кажется, кто-то рядомъ живётъ. Только странное какое-то оттуда ощущеніе идётъ… Нечеловѣческое, что ли… — Мда, этого ещё не хватало. Может, обойдём? — Не получится… Тамъ вокругъ вездѣ топь. А если её обходить, то придётся огромный крюкъ дѣлать, мы такъ до рѣки и завтра не доберёмся. Вурдалак покачал головой, спрыгнул с поваленного дерева и подал руку русалке. — Ну хорошо, пойдём напрямик. Если что — отобьёмся от них как-нибудь. У тебя кстати есть сверхсила какая-нибудь? Русалка опёрлась на протянутую руку и спустилась с дерева. — Сверхсилы нѣтъ, но постоять за себя я могу, не переживай. — Ну тогда пошли! — махнул рукой Влад и направился вперёд, но, пройдя несколько шагов, остановился и обернулся к Лизе. — Погоди, а в какую сторону мы шли? В эту же, да? Лиза засмеялась и покачала головой. — Немного не угадалъ. Намъ сюда, — и показала рукой в направлении сильно правее. — Не удивительно, что ты заблудился, — продолжала веселиться русалка. — Ну знаешь! — насупился вурдалак. — Посмотрел бы я на тебя без твоих русалочьих способностей чуять воду. И вообще! Если бы я не потерялся, ты бы так и сидела в своём болоте! — Это было озеро, а не болото. Но твоя правда, безъ тебя я бы тамъ такъ и сидѣла, — ответила русалка, примирительно подняв руки. — Но въ лѣсу я съ дѣтства умѣла оріентироваться, такъ что ужъ извини, но способности мнѣ только немного помогаютъ. Влад с выражением «ой всё» закатил глаза. — Ладно уж, веди, Сусанина! И пропустив русалку вперёд, пошёл вслед за ней. — А кто такая эта… Су-са-ни-на? — Вообще-то Сусанин, это я просто пошутил. Он, кстати, тоже мужик был не без чувства юмора… И так, переговариваясь, вурдалак и русалка скрылись за деревьями. *** — Слушай, а мы ведь с тобой, получается, хтоварищи по несчастью! — аккуратно спускаясь по скользкому глиняному склону оврага и придерживаясь за торчащие наружу корни, произнёс вурдалак. — Хто? — недоумённо переспросила русалка, одним прыжком соскочившая сразу на дно оврага. — в-АЙ-рищи! — радостно взмахнул рукой Влад, от чего потерял равновесие и вурдалахнулся на дно оврага. — А что это значитъ-то? — недоумённо спросила Лиза, помогая подняться своему горе-хтоварищу. — Тьфу блин, опять испачкался, — отряхиваясь проворчал Влад. — Ну хтоварищи, как товарищи только хтонические. — Хто-ни-че-ски-е? — вопросительно протянула незнакомое слово русалка. — Ну это, как тебе объяснить-то, ну что-то вроде нежити или нечисти там всякой. Так обычно всякую стрёмную необъяснимую фигню называют. — А почему мы… хто-ва-ри-щи по несчастью? — Ну, потому что мы с тобой оба стали нежитью не по своей воле. — Аааа, ну да, это точно! Внезапно, Лиза резко остановилась и закрыла глаза, словно бы прислушиваясь к чему-то. — Что-то случилось? — осторожно спросил Влад. — Дошли, — ответила русалка. — За этимъ склономъ — прудъ и рядомъ съ нимъ домикъ. Въ пруду точно живётъ что-то большое и нечеловѣческое. На русалку тоже не похоже, не могу понять, что это, я ещё съ такимъ не сталкивалась. Чувствую только какой-то… лягушачій отголосокъ что ли. — Может быть там мутировавшая жаба-переросток живёт? — с улыбкой спросил вурдалак. — Отечественное импортозамещение черепашек-ниндзя! — Кого? — с недоумением переспросила русалка. — Ладно, проехали, — отмахнулся вурдалак. — Куда? — с ещё большим недоумением переспросила русалка. — Да это просто выражение такое, неважно короче. Ты лучше скажи ты ещё кого-то там чувствуешь кроме этой царь-жабы? — Ахъ, да, точно, — спохватилась русалка. — Ещё тамъ есть какой-то человѣческій отголосокъ, но онъ почему-то кажется какимъ-то небольшимъ. — Ребёнок, что ли?.. Час от часу не легче, — вздохнул вурдалак, почёсывая в затылке. — Ну ладно, раз уж нам всё равно никак мимо не пройти, то пойдём знакомиться. В худшем случае нас просто прогонят, и мы сможем быстренько свалить оттуда по сухому, обойдя топь. В лучшем же случае мы там ещё и переночевать сможем. — А ты не боишься, что насъ могутъ поймать и съѣсть? — Ночью путников в лесу едят только волки, да и то в сказках. Ты чувствуешь поблизости волков? — Не-а. — Ну и всё тогда, чего тревожиться. Я ж вурдалак, или ты забыла? Если кто кого и съест, то это буду я, — злобненько захихикал Влад. — Такъ, давай только, пожалуйста, безъ клыкоприкладства! Ты же говорилъ, что тебѣ пока что крови не нужно? — Да шучу я, шучу. Ладно пошли. Влад собрался было выбраться из оврага, но потом остановился и оглянулся на Лизу. — Так, погоди. Если там есть люди, то нам нужно придумать какую-то убедительную легенду кто мы и откуда. А ещё нужно сделать что-то с твоим видом… — А что съ нимъ не такъ? — удивилась русалка. Влад скептично оглядел Лизу, одетую в не по погоде лёгкое платье и переминающуюся с одной босой ноги на другую. — За исключением того, что ты выглядишь как славянская версия девочки из «Звонка» — вообще ничего! — хмыкнул Влад. — Ты где, кстати, обувь потеряла? Или у вас её носить не принято? — Да нѣтъ, обувь-то мы носимъ, ты насъ за пещерныхъ людей-то не держи. Только мнѣ безъ обуви легче — какъ я, по-твоему, воду чувствую? — Через почву что ли? — Ну да. Черезъ почву я чувствую всю воду, которая съ ней соприкасается, даже если это вода въ живыхъ организмахъ. — Какая ж удобная у тебя способность, однако! Слушай, а не хочешь махнуться на моё вурдалачье бессмертие? Лиза с удивлением взглянула на Влада и засмеялась. — А что, есть идея, какъ? — Да нет конечно, — улыбнулся в ответ Влад. — Ладно, с обувью ничего не поделаешь. Но вот платье твоё в наших широтах смотрится диковато. Чай не июль на дворе. Так что накинь-ка ты сверху это. Влад снял свою куртку и отдал её Лизе. — Благодарю! — смущённо улыбаясь, русалка забрала куртку. — А ты самъ-то какъ, не замёрз… ахъ да, точно… Лиза надела куртку Влада. Вурдалак скептично оглядел её со всех сторон. — Ну ладно, если сильно не приглядываться, то за человека сойдёшь! Теперь что касается нашей легенды, хммм. На брата с сестрой мы с тобой, к сожалению, не похожи, никто не поверит. Но можно говорить, что ты моя дальняя родственница. Мы с тобой пошли в лес за грибами, наткнулись на кабана в очень плохом настроении и еле-еле от него удрали, растеряв по дороге и грибы и твою обувь. И окончательно заблудившись чудом вышли к людям. Влад хлопнул в ладоши. — Ну, как тебе такая легенда? — Вродѣ бы звучитъ правдоподобно, кромѣ той части, гдѣ мы заблудились въ лѣсу. У васъ что, люди часто въ лѣсу теряются? — Где у нас только люди не теряются… В лесу, в городе, в квартире, некоторые даже умудряются потеряться в собственной голове! Так и блуждают в ней и не могут выйти. Так что не переживай, должны поверить. — Ну, если ты такъ говоришь, то я тебѣ вѣрю! — улыбаясь ответила русалка. — Спасибо! — немного смущённо кивнул Влад. — Ах да, ещё один момент. Ты лучше своим полным именем не представляйся, оно у тебя уж очень необычное для наших краёв. Лучше просто говори всем что ты Лиза, тогда и никаких вопросов ни у кого не будет. — Это странно… Но будь по-твоему! Въ концѣ концовъ, тебѣ вѣдь виднѣе, — пожала плечами Лиза. — Ты извини, что я так напрягаю, просто мой опыт показывает, что для того, чтобы выжить в этой стране, даже человеку лучше всего прикинуться ветошью и не отсвечивать. Чего уж говорить о нежити, — вздохнул вурдалак. — Ну что, пойдём? — Пойдёмъ!— согласно кивнула русалка. *** Выйдя из-под полога леса на освещённую предзакатным солнцем полянку, вурдалак и русалка увидели раскинувшийся перед ними участок с высокой некошеной травой, огороженный дряхлым, полуразвалившимся деревянным забором. В глубине участка стоял дом, производивший лишь немного более благоприятное впечатление, чем забор. А перед домом был выкопан большой пруд, по берегу весь заросший осокой и камышом. — Ау! Есть кто дома? — неуверенно крикнул Влад. В ответ с крыши дома сорвалась ворона и, осыпая путников отборным карканьем, улетела в лес. — Ладно, давай аккуратно подойдём к дому и посмотрим, что там, — тихо произнёс вурдалак. Русалка кивнула и мигом перемахнула через забор, бесстрашно отправившись к дому. Вурдалак поспешил за ней. Дойдя до пруда, русалка остановилась. Подоспевший сзади вурдалак кивнул головой в сторону камышовых зарослей — мол, «что там?». В ответ русалка осторожно раздвинула стебли растений. Перед взором хтоварищей оказалась заросшая ряской поверхность пруда, посередине которого плавало нечто большое и чёрно-зелёное. — Это оно, — прошептала Лиза. — Царь-жаба? — ещё тише ответил Влад. Русалка кивнула головой. — Может, ну её, пойдём сразу к дому? — поёживаясь прошептал вурдалак. — Тебѣ что, не интересно, что это такое? — Да как-то не особо… В этот момент чёрно-зелёное нечто зашевелилось и громко булькая начало переворачиваться, принимая вертикальное положение. Влад от испуга присел, а Лиза, наоборот, подалась вперёд, заступив по щиколотку в воду. Когда движение и бульканье прекратились, перед замершими в шоке Владом и Лизой предстала погружённая в воду по пояс пожилая бочкообразная женщина, с болотисто-зелёной кожей и большими выпученными глазами с узкими горизонтальными зрачками. Одета она была в драную майку-алкоголичку и в чёрную толстовку с тремя белыми полосками на каждом рукаве. Голову обитательницы пруда увенчивал чёрный цилиндр, крайне несуразно смотревшийся в сочетании с остальным нарядом. Женщина одной рукой сняла с головы цилиндр. Под цилиндром на собранных в пучок седых волосах сидела лягушка. — Бомжур, ёпта! — произнесла женщина. — Ква! — произнесла лягушка. — Здра-а-а-асте! — в унисон протянули вурдалак с русалкой. — Вы чё тут забыли, а, детишки? Тута, тащемта, частная собственность, ёпта! — Ква! — поддакнула лягушка. — Да мы это, заблудилися… — пролепетал Влад. Лиза активно закивала в подтверждение. — Заблудилися, хап-тьфу! — смачно сплюнула в воду обитательница пруда. — И чё с того, ёпта? — Ква-ква? — вторила ей лягушка. — Нам бы это… переночевать, может, в доме? Там кто-нибудь есть? — робко спросил Влад. — Может есть, может нет. Мне отсюда не видно, ёпта. Подите сами и спросите. — Ква! — Ну мы тогда это, пойдём? — аккуратно уточнил Влад, тихонько пятясь назад. — Да пиздуйте уже! Всех головастиков распугали, ёпта! — Ква-ква! — А ты вообще засохни! Раскудахталась тут, ёпта! — с этими словами женщина из пруда надела цилиндр обратно на голову и скрылась под водой. Ошеломлённые, Влад с Лизой выбрались из камышей и, оглядываясь назад, отбежали от пруда. — Что это сейчасъ было?? — с распахнутыми от удивления глазами спросила Лиза. — Если бы мы знали, что это такое… — пробормотал Влад. — Но мы не знаем, что это такое… — Знаешь, — тихо произнесла Лиза, — мнѣ кажется это былъ водяной, точнѣе водяная… — Я уже в принципе ничему не удивляюсь… — покачал головой вурдалак. — Пойдём, попробуем достучаться до того, кто в доме. Вурдалак с русалкой поднялись на скрипучее покосившееся крыльцо и аккуратно постучали в дверь. Ничего не произошло. — Ау? Есть кто дома? — попробовал покричать Влад. В ответ по-прежнему была тишина. Лиза со всей силы заколотила в дверь. Наконец, спустя какое-то время за дверью послышался приближающийся равномерный стук и скрип колёс. Дверь распахнулась, и вурдалак с русалкой, опустив взгляд вниз, увидели передвигающегося на низкой инвалидной тележке однорукого мужчину средних лет с ампутированными по самый таз ногами, прикрытыми завязанными в узел трениками. В здоровой руке он держал деревянную платформу с ручкой, которой отталкивался от пола для передвижения. — Чего расшумелись-то? — хриплым голосом произнёс мужчина. — Да мы это, хотели на ночлег попроситься, — произнёс опешивший Влад. Лиза застыла в шоке, глядя на искалеченного мужчину. Тот оглядел стоящих на пороге гостей. — Хм. Ну заходите. И, резво развернув тележку на 180 градусов, покатился обратно вглубь дома. Вурдалак с русалкой закрыли входную дверь и проследовали вслед за хозяином дома. *** — Водку будете? — не оборачиваясь спросил мужчина, заезжая на кухню. — Не-не-не, — в один голос запротестовали хтоварищи. — Хм. Чаю? — Можно мнѣ просто воды? — спросила русалка. — И мне тоже, — поддержал вурдалак. — Вы наркоманы что ли? Влад с Лизой переглянулись, но, прежде чем они придумали ответ, хозяин дома подъехал к стоящему у кухонного стола стулу и, зацепившись за него рукой, одним движением поднял себя на стул. Затем таким же движением он забрался на стол, по нему добрался до шкафа и достал оттуда три кружки. — Можетъ быть, тебѣ помочь? — спохватившись предложила Лиза. — Скажи, что нужно, и я достану! — Хм. Стулья принесите себе из соседней комнаты. Когда Влад с Лизой вернулись на кухню со стульями, на столе уже стоял кипящий чайник с заваркой и графин с холодной кипячёной водой. Хозяин дома сидел на стуле и помешивал чай в своём стакане. — Садитесь, чего встали? — хмуро окликнул он застывших в дверях гостей. Хтоварищи, не дожидаясь второго приглашения, устроились за столом. Повисла неловкая тишина, прерываемая лишь звоном чайной ложки о кружку. — Извините, а как вас зовут? — прервал молчание Влад. — Владимир. — А что съ тобой случилось? — аккуратно спросила Лиза, пытаясь не глазеть на болтающийся пустой рукав рубашки и завязанные узлом треники. — Война со мой случилась, — мрачно ответил Владимир. Кухня опять погрузилась в тишину. По Лизе было видно, что она отчаянно хочет задать ещё вопросы, но Влад одними глазами подал ей знак, что делать этого не стоит. — Мы тут по дороге в вашем пруду встретили одну очень, кхм, примечательную особу, — решил сменить тему Влад. — Знаете её? — Это Клава. Подруга моя. Водяная. У русалки загорелись глаза — в них явно читалось: «значит я была права!». Вурдалак улыбнулся, глядя на подругу. — А как так получилось, что вы — тут, с водяной, посреди леса живёте? — спросил Влад. — А как вы тут оказались? — ответил вопросом на вопрос хозяин дома. — Мы с Лизой пошли за грибами, наткнулись на кабана, сбежали от него, но заблудились. Чудом вышли к вам, — ответил заготовленной легендой Влад. — Хм. Чудом вышли, значит, — задумчиво произнёс Владимир. — Странно, я думал, что заговора Клавы достаточно, чтобы отваживать от этого места всяких залётных грибников. По крайней мере на людей этот заговор действует безотказно. С этими словами хозяин дома пристально уставился на Лизу. Русалка, не отвернувшись, выдержала его взгляд. — Ну, мы возможно не совсем люди, — аккуратно ответил на невысказанный вопрос Влад. — Но вам же не привыкать? — Хм. Допустим. И кто же вы тогда? — Я вурдалак. — А я русалка. Владимир молча кивнул и продолжил пить чай. Вслед за этим на кухню вернулась неловкая тишина, нарушаемая лишь сёрбающими звуками. — Это дом моего деда, — внезапно произнёс Владимир, оторвавшись от кружки. — Что, простите? — удивлённо переспросил Влад. — Хм. Ты спрашивал почему я тут живу. — Ах, да, точно. — После того, как я вернулся с войны, жена меня выгнала из дома. Сказала, ей не нужен беспомощный калека. Зато мои наградные и выплаты за инвалидность оказались нужными, их-то она себе оставила. А я вернулся сюда, в старый дедовский дом. В детстве приезжал сюда на лето. Оказалось, что пока он пустовал, тут успела поселиться Клава. С тех пор так и живём. — Сочувствую... Но хорошо, что всё наладилось, — с искренним сочувствием произнёс вурдалак. — Я не понимаю… — растерянно произнесла Лиза. — Какъ такое можетъ быть, чтобы жена выгнала изъ дома мужа, который на войнѣ защищалъ Родину, только потому что онъ получилъ раненія? Это же такъ… неправильно… — Я же тебе уже говорил, — вздохнул Влад. — У нас тут устроенно всё совершенно не так, как у вас. Я слышал одну историю про то, как мужик уехал от жены, потому что она дерево не там где надо посадила. А ты говоришь… — Да не защищал я никакую родину, — добавил Владимир. — Хер знает, за что вообще воевали. За дворец, за булочку и за трамвайчик, блять! Владимир с силой хлопнул рукой по столу, отчего вурдалак с русалкой вздрогнули, а стакан с чаем опрокинулся и разбился. — Я помогу убрать! — подскочила Лиза. — Сиди! Не надо мне помогать. Я не немощный, — резко осадил русалку Владимир. Лиза села обратно. — Зачѣмъ же ты тогда пошёлъ воевать? — тихо и печально спросила русалка. — Если не за Родину и вообще не пойми за что? — Хм. Молодой был. И глупый. Думал, вернусь героем, с военной пенсией и льготами, можно будет не работать. Ну вот теперь и не работаю, — невесело усмехнулся хозяин дома. В очередной раз за вечер кухня погрузилась в тишину. В этот раз её нарушал только капающий со стола на пол разлитый чай. — Извините, я совсем забыл спросить, — встрепенулся Влад. — Мы можем у вас сегодня заночевать? Уйдём завтра утром, честное слово. Просто не охота в лесу окапываться, ой, то есть, я не это хотел, извините… — Хм. Оставайтесь. Если пыли не боитесь. На втором этаже есть комнаты, ими никто не пользуется. — Спасибо огромное! — радостно ответил вурдалак. — Благодарю! — поддержала русалка. — А дальше вы куда? — спросил Владимир. — В Магнитогорск, — ответил Влад. — Ищу других вурдалаков, чтобы снова стать человеком, если коротко. — А ты с ним просто за компанию? — обратился к русалке хозяин дома. — Ага! — подтвердила Лиза. — Я бы и рада тоже снова стать человѣкомъ, но, боюсь, для меня это точно невозможно. Владимир задумчиво посмотрел в потолок. — Хм. А зачем? — Зачем что? — недоумённо переспросил Влад. — Зачем опять становиться людьми? — Чтобы вернуть себе свою прежнюю жизнь. И нормально жить. Как все. — Хм. Как все, говоришь? Менеджером в офисе, с ипотекой в человейнике? Рабочим на заводе, которого кидают на зарплату? Деревенским жителем, единственное развлечение которого — это напиваться каждый день? Или никому не нужным калекой, таким как я? — Но так живут не все, — попытался было возразить Влад. — Так живёт большинство в этой стране, — отрезал Владимир. — Ты же хочешь быть как все, сам сказал. — Это чересчур пессимистичное обобщение, хотя я, конечно, не могу с ним спорить. Но я не понимаю, к чему вы клоните? — насупился Влад. — К тому, что вы нечисть, а значит — вы не связаны правилами, которым вынуждены подчиняться люди. Вы по-настоящему свободны. Бытие человеком — это боль и страдания. Посмотри на меня. Ты можешь представить, каково это: каждый день просыпаться в плену у собственного тела, которое ты ненавидишь? Да я бы отдал что угодно за возможность отращивать новые конечности! Владимир замолчал и закрыл лицо ладонью. Лиза, до этого молча следившая за диалогом и пытавшаяся поспеть за мыслью, переглянулась с Владом, который задумчиво смотрел на свою кружку с водой, к которой он так и не притронулся. — Я не знаю, какие у тебя причины желать снова становиться человеком, пацан, — после долгой паузы снова заговорил Владимир. — Надеюсь, они достаточно веские. Но лучше как следует подумай, прежде чем возвращаться к прежней жизни. И успей насладиться своей новой. — Хорошо, я подумаю. Спасибо, — кивнул Влад. — Можете идти устраиваться на ночь. — А ты?.. — спросила Лиза. — А я пока ещё посижу, — ответил Владимир. — Пойдём, — позвал русалку вурдалак. — Спокойной ночи! — Ласковыхъ звѣздъ! — вслед за Владом попрощалась с хозяином дома Лиза. Владимир молча сидел за столом и даже не повернулся в их сторону. *** Поднявшись на второй этаж и подняв по дороге клубы пыли, Влад и Лиза обнаружили просторную комнату с диваном и раскладушкой. — Ну, я, наверное, тогда на раскладушке, — по-джентельменски рассудил Влад. Русалка рассеяно кивнула. Лёжа под лунным светом, падающим сквозь не зашторенное окно, вурдалак и русалка думали о чём-то своём. — Скажи, а онъ говорилъ правду? — внезапно тихо спросила Лиза. — О чём? — О томъ, какъ у васъ живутъ люди. — Ох, это. Ну да, он был прав по большему счёту. — с неохотой признал Влад. — это если конечно не брать в расчёт столицу и другие крупные города по типу Питера или Еката. — Но неужели всё настолько плохо? Что, развѣ нѣтъ ничего хорошаго? — с тоской допытывалась до вурдалака русалка. — Да есть конечно хорошее. Много чего. Только всё оно существует по большему счёту не благодаря, а вопреки. И только до тех пор, пока какой-нибудь очередной депутат в поисках очередного врага народа для отвлечения внимания от действительно насущных проблем не издаст очередной закон, запрещающий счастье, любовь или чулки с подвязками. Но это не значит, что нужно опускать руки, как Владимир. Хотя в его случае правильнее будет сказать «опускать руку»… Лиза тихонько засмеялась в подушку. — Какая ужасная шутка! — наигранно возмутилась она. — Каюсь, виноват-с! — сам с трудом сдерживая смех оправдывался Влад. — Зато хоть тебя немного развеселил, а то ты что-то сама не своя после всех этих наших разговоров. — Просто я себѣ не такъ представляла внѣшній міръ. Хотя меня и предупреждали, а я и не слушала. Грустно, когда твои представленія разбиваются о жестокую реальность. — Не принимай слишком близко к сердцу. В конце концов, ты же не виновата в том, что этот мир такой. Ты даже не была его частью, так что какой с тебя спрос. — Да, ты правъ, конечно. Но отъ этого менѣе грустно почему-то не становится… Ладно, давай спасть, утро вечера мудренѣе. — И то правда. Денёк сегодня, конечно, выдался насыщенным не то слово… С этими словами вурдалак провалился в объятия Морфея. А русалка ещё долго лежала и, глядя на лунный свет, вспоминала детские сказки, в которых рассказывалось о временах, когда по ночному небу гуляли три сестрички-луны. И думала о том, как же всё должно было быть проще, светлее и правильнее в те далёкие времена. *** Под тусклым светом фонаря в мусорном баке зашевелились две тени. Тощая тень, с трудом поднявшись, огляделась по сторонам. — Да, брат мой, воистину сие есть град разврата и порока, аки Содом и Гоморра во едином флаконе. Сбил нас град нечестивый с пути истинного, с пути Господнего. Должно нам покаяться во грехе и истязать плоть свою, моля о спасении. Но прежде того надобно нам разорвать оковы сладострастия и отыскать в сём бесовском вертепе мальчика вурдалачьего роду, ибо возложена на нас великая священная миссия по искоренению врагов Господа нашего, да кипит подлива Его во веки вечные! В ответ на эту тираду сутулая тень лишь протянула вверх руку с зажатым в ней маленьким тонким квадратиком, по виду словно бы сделанным из бумаги. Немного поколебавшись, тощая тень взяла квадратик и поднесла его ко рту. — Искушаешь ты меня, брат мой! Негоже нам, светлым воинам кипятка, опускаться до таких низменных и порочных страстей. — Но, с другой стороны, — продолжала тощая тень после небольшой паузы, — переводить такой хороший продукт было бы грехом отнюдь не меньшим. Посему я приму на себя сие тяжкое бремя и избавлю нас от искушения. Ибо тверда воля моя и непоколебима, аки обветрившийся в холодильнике сыр. С этими словами тощая тень проглотила квадратик и упала обратно на дно мусорного бака. Со дна донёсся жуткий хрипящий голос сутулой тени: — Алюминь. Фонарь мигнул и выключился. Где-то далеко, на горизонте, на тёмно-сером небе проступила светло-серая полоса. В Омске начинался новый день.