Часть 37

На следующий день Миронова в обед забежала домой к доктору Милцу. Тот обрадовался приходу девушки и тут же обеспокоился. Анна заверила, что с ней все в порядке. -У меня к Вам, Александр Францевич, есть один вопрос, - начала девушка, загадочно блестя глазами, - скажите, есть ли способ, выпив отравленную жидкость, остаться в живых? -Нет, конечно, - хмыкнул доктор, - а кто отравился, Анна Викторовна? -Пока никто, - вздохнула девушка, - но я собираюсь… Сможете ли Вы мне потом оказать помощь? Милц взглянул на нее подозрительным взглядом. -Я не сошла с ума, - грустно улыбнулась Миронова, - и не собираюсь наложить на себя руки. Тут дело в другом… Девушка вкратце пересказала их план по отравлению немецкого руководства. -Но зачем же Вам пить, милая Анна Викторовна? - недоумевал доктор. -Чтобы отвести подозрения от всех остальных работников, понимаете, Александр Францевич. Если я выпью отравленное вино на глазах у всех, потом это будет аргументом в защиту нашей непричастности… -Но это опасно! Крайне опасно! Какой срок действия этого отравляющего вещества, Вы знаете? -Да, мне сказали пару часов.. -Это точно? -Нам не нужно, чтобы они умерли сразу в зале ресторана. Это будет совсем подозрительно. Поэтому нашли такой препарат… Милц поднялся и нервно заходил по комнате. -Учтите, что алкоголь усугубляет действие отравляющего вещества. То есть последствия не предсказуемы. Это еще как Ваш организм среагирует… -Значит в остальном Вы мне поможете? Доктор сердито взглянул на Миронову: -Анна Викторовна! Это большая ответственность. А если не успеем? А если какая-то непредвиденность? Что я потом скажу Вашему дядюшке? -Я напишу записку… как это.. предсмертную, - попыталась отшутиться девушка. -Анна Викторовна, - совсем рассердился Милц. Миронова подошла к мужчине и заглянула в глаза: -Одна моя жизнь против жизни шести немецких шишек. Оно того стоит, уважаемый Александр Францевич… Мужчина молчал. -Так я могу надеяться на Вашу помощь? Доктор вздохнул обреченно и коснулся ее плеч. -Как Вы относитесь к промыванию желудка? Вечером двадцать пятого декабря Штоф приехал в городской кинотеатр на час раньше объявленного сеанса. С красочной афиши улыбалась Марика Рёкк. Музыкальная комедия о любви красавицы к солдату - оккупанту была удачным выбором в данный период времени. Фашисты на чужой земле должны были чувствовать себя уверенно… Накануне майор под предлогом поставки хозинвентаря в кинотеатр привез туда три коробки с тротилом. Предупрежденный заранее Синельников, заметив тайные отметки, сгрузил коробки в подвале и указал место Штофу. Боясь, как бы растяжки не были обнаружены, принято было решение минировать в день взрыва. Майор, пройдя внутрь кинотеатра, спустился незаметно в подвальное помещение. Там он переоделся в гражданскую одежду и под видом местного рабочего начал установку зарядов на несущих колоннах и стенах… Анну уже за пару часов до начала праздничного вечера начало потряхивать. На нее нападала то нервная дрожь, то паника: «все ли они предусмотрели?» Ошибка была смерти подобна, но не только им грозила смертная казнь, но всем сотрудникам заведения… Антона она должна была впустить в ресторан с черного входа и закрыть в подсобке. Дальше предугадать, как будут складываться обстоятельства, уверенно никто не мог. Предстояло еще вывести из игры официанта, переодеться в его одежду и пройти в зал… Синельников наблюдал за лестницей, чтобы их никто не застал врасплох. Через час Штоф закончил. Снова надев свою военную форму, он поднялся в вестибюль кинотеатра. Там уже толпились солдаты в предвкушении праздника. Они не подозревали, какая участь их вскоре ожидала… Вечер своим номером открыла Нежинская. Ребушинский в честь праздника позволил ей выйти с русской песней. Гости в зале соскучились по ее манере исполнения и приняли певицу благожелательно. Нина включила все свое обаяние и отправилась в зал обольщать немецкое руководство, которое в полном составе собралось на вечеринку… А Анна в гримерке готовилась к следующему номеру. Жора, узнав про ее идею, пришел в восторг: «Это будет хорошим подарком господам офицерам к Рождественскому празднику!» Миронова кисточкой с тушью рисовала себе усы. Мужской фрак и цилиндр, под который она спрятала волосы, создавал образ молодого джентельмена. Полина уже в своем костюме для канкана наблюдала за той и не могла сдержать улыбку: -Ты брюки хорошо подвязала, а то свалятся посреди номера? -Затянула на ремень, - хмыкнула Анна. -Боюсь только за полотенце. Развязаться может. -Давай булавками заколем, - предложила Аникеева и стала помогать девушке. Полотенцем Миронова обмотала туловище, чтобы сравнять все изгибы женского тела. Фрак сел неплохо. Разве что только плечи были широковаты. Но в остальном артистки остались довольны. Нина завершила свою песню и скрылась за кулисами. Ей для следующего номера не нужно было переодеваться. В зале стоял гул от поздравлений и тостов. Официанты сновали между столиков, разнося закуски и выпивку. Жора вышел на сцену и объявил следующий номер: -Уважаемые господа офицеры, в честь новогоднего праздника наши девочки решили порадовать вас этой шуточной сценкой. Отрывок из оперетты «Летучая мышь». Все с любопытством оглянулись. Заиграла веселая мелодия и на сцену выбежала Полина. Высоко поднимая юбку спереди она изображала галопом скачущую лошадку. Озорная улыбка, длинные ноги, которые она красиво поднимала в беге, вызвали восторг зрителей. На женщину была накинута упряжка, а позади, изображая седока в карете, бежала Миронова в мужском черном костюме с цилиндром на голове. Брюки для Анны были непривычным нарядом. Но они красиво облегали ее стройные ноги и позволяли смело поднимать их вверх. Наездник с «лошадкой» исполнили несколько танцевальных па вместе, а затем на сцене появилась Нина в роли служанки Адель. -Маркиз де Карамболь, - шелкнула каблуками Миронова, представляясь той. -Баронесса фон Гренштурф, - присела в реверансе Нежинская. Одна из женщин говорила на немецком, другая на русском. -Баронесса? - изобразила удивление Анна, - Постойте-ка, Вы очень похожи на мою служанку Адель! Миронова с возмущением подбоченилась. Нина тоже деланно возмутилась и шлепнула маркиза по плечу веером: -Да как Вы смеете? Тут вновь громче заиграла музыка и Нежинская, выступив вперед, запела партию Адель: -Милый маркиз, Вы первый приз сумели заслужить: И за слепоту, и за глухоту - извольте получить! Как кожа нежна на руке, и ножка - в ажурном чулке, Волос цвет золотистый и голос серебристый. У горничной какой найдется стан такой? Маркиз, Вы вызвали у всех недоумение и смех! Виноваты - ха-ха-ха! В этом сами - ха-ха-ха! И смеются - ха-ха-ха! Все над вами - аха-ха-ха-ха… Нина в этой роли была обворожительна. Мужчины с удовольствием наблюдали и ее ножку, выставленную из под приподнятой юбки и волнующее покачивание бедер.. Зрители свистели и подбадривали актрис.. Женщина вновь почувствовала себя звездой и была признательна Мироновой за идею этого номера… Дальше они станцевали уже все втроем и под громкие аплодисменты покинули сцену.. Номер имел успех, о чем поведал довольный Ребушинский и пообещал своим артисткам премии, если они и дальше так будут стараться.. Миронова кое-как стерла усы, переоделась в бабушкино платье и оглядела себя в зеркало. Подол она в итоге решила не отрезать. Все-таки сейчас новогодний праздник, и этот старинный наряд вполне вписывался в его идею… Вот вырез ее раздражал. Анна снова сделала попытку его приподнять, но вместе с ним поднималась и грудь. Поняв бесполезность этих усилий, девушка распушила погуще кружева, пряча в них белоснежные холмики грудей, и снова глянула на часы. По ее расчетам, Штоф должен был уже приехать в ресторан… Майор, не спеша делая вид, что прогуливается среди солдат, двинулся к выходу… -Господин Штоф! - услышал он знакомый голос. Обернувшись, мужчина встретился взглядом с гауптманом Ягушем. -Добрый вечер, гауптман, - кивнул он. -С Рождеством, господин майор, - улыбнулся Ягуш. - Вы тоже решили присоединиться к нам и посмотреть фильм? -Даа, - замялся Штоф, - не уверен, что понравится, но давненько не был в кино. Захотелось… -А я посижу тут со своими солдатами немного и хочу поехать в ресторан. Надеюсь, мое начальство за это меня не накажет. Ведь там сегодня наверняка будет интересная программа… По правде говоря, я думал Вы давно уже в «Кабаре». Штоф пожал плечами: -Успею…Хочется посмотреть на эту актрису.. -Да, фрау Марика очаровательна на экране, конечно, - усмехнулся Ягуш, - но я предпочитаю живое общение с фройляйн Анной. Штоф вынужденно улыбнулся в ответ: -Вероятно, Вы правы, гауптман... Ну, я пойду в зал. Сейчас уже начнется…