Глава 3

Кофейня «Гретель» — проект, честно говоря, халтурный. За восемь лет жизни в этом мире было много всяких периодов. И подъемы, и падения. Бывали дни, когда она принимала решение больше никогда не возвращаться к исследованиям и просто жить, а порой, словно в дурмане, не могла есть и спать, проводя время за расчетами, которые по итогу оборачивались лишь очередным разочарованием. Конечно, ее бросало в противоположную сторону, иногда она повисала в странном депрессивном отупении где-то посередине. И пару раз разносила все в приступе бессильной ярости, когда Тедди не было дома. Потом восстанавливала. И так снова и снова. Замкнутый круг. И в какой момент в эту бессмысленную унылую цикличность ее раздерганных состояний вклинилась кофейня, Гарри сама не поняла. Она просто возникла из очередного порыва любить весь мир и жить дальше, отбросив прошлое. Но как уже было сказано ранее — все это имело временный эффект. Как-то раз ее занесло в Италию, где наркоторговцам не посчастливилось с ней повстречаться. Кто же знал, что любовь Гарри к заброшенным местам и одиночным прогулкам совпадает со сделкой наркоборонов? Наркотики ей были не нужны. А сумку с деньгами в американских долларах она зачем-то взяла. Хотя бродить с ней по берегу, любуясь закатом, в планы не входило, но она все равно прогулялась. Море в тот день было неспокойным, а потому все закончилось несколькими аппарациями и крыльцом «Дома на Гриммо». Сумка с миллионами валялась в прихожей несколько месяцев. А потом мисс Поттер их «отмыла», проверила на меченность и… открыла кафе-кофейню, переросшую в небольшую пекарню, в которой волшебница появлялась раз в полгода, оставив все на управляющую. Милую женщину, которая неплохо справлялась и не беспокоила мисс Поттер по пустякам. «Гретель», в которой Гарри в порыве души навела особый стиль и колорит, чем-то похожий на гостиные четырех факультетов Хогвартса, приобрела популярность и приносила неплохой доход. Это было приятно, но быстро наскучило. Благодаря магии, продуктами Гарри Поттер закупалась раз в три месяца — все равно не портилось, — а потому с «Гриммо» выбиралась крайне редко и, только когда было подходящее настроение, посещала кофейню, занимая дальний столик в углу, у окна. Она вообще выходила, когда на душе становилось либо очень радостно, либо как раз наоборот, а потому решение отдать управление кому-то постороннему было абсолютно здравым, по ее мнению. Но иногда волшебница все же покидала свою магическую крепость. Сидела, размышляла, думала о своем, раздражающе стучала карандашом по листам записной книжки. Но люди этого не замечали, да и не слышали. Магия творила чудеса, избавляя Гаррет Поттер от лишнего социального взаимодействия. Желание немного проветрить перегруженную голову было расценено как повод выйти в люди и, возможно, привести себя в божеский вид. В одиннадцать часов утра мисс Поттер покинула квартиру на Бейкер-стрит и, недовольно покосившись на свинцовое небо, раскрыла зонтик. Невысокая женщина в строгом пальто, с красно-желтым шарфом и идеально отглаженными стрелками на брюках, перешла дорогу, слегка стуча каблучками по тротуару, мимо дома 221В. Зеленые глаза за стеклами очков скрывал зонт. В ней не было ничего необычного. Может быть, только странная заколка в черных волосах, удерживающая пучок с несколькими хитро заплетенными косами на затылке. Но сейчас азиатскими мотивами никого уже не удивишь, поэтому взгляду зацепиться было не за что. Хотя, скорее всего, виной тому чары отвлечения внимания. «Гретель» скрывалась за углом, совсем недалеко. И Гарри направлялась туда. И конечно же, миссис Джонсон находилась в центре событий, обслуживая гостей, и заметила ее в тот же миг, стоило колокольчику оповестить о прибытии. — Мисс Поттер! О боже, вы наконец-то решили зайти к нам? — Доброе утро. Удручающе печальная погода натолкнула меня на мысль, что было бы неплохо выпить кофе. Женщина рассмеялась, коротко раздала указания помощникам и выпорхнула в зал, поманив за собой. Миранда Джонсон была улыбчивой, уже не молодой леди. Ее доброе, светлое лицо вне работы обрамляли локоны волос, которые она подкрашивала, скрывая седину. Глаза ее были умными, карими и смотрели очень проницательно, но честно. В ней присутствовала некая хитринка, живость ума, но не липкое ощущение человека, скрывавшего какой-то неприятный подвох, который мог бы ударить в спину в самый неподходящий момент. Она была честной. Любила свое дело и не стремилась обмануть. И само ее присутствие создавало некий уют в этом кафе. Однако ее наблюдательность все же… иногда доставляла неудобства. — У вас что-то случилось, мисс Поттер? Гарри присела за столик. Второй этаж позволял рассмотреть людей, что сидели внизу, в зале или на улице. Ей нравилось это место. — Ничего. Миранда понимающе не стала развивать тему. — К слову, мисс Поттер, раз уж вы зашли, то вам нужно оценить наше новое меню и… Сдержать улыбку не удалось. Меню так меню. День, в сущности, был не так уж плох, лучше, чем утро. И Гарри решила задержаться здесь дольше, чем планировала. В обед людей стало больше. Подперев голову рукой, Гарри лениво наблюдала за суетой в зале. Чуть прикрыв глаза, она импульсами магии регулировала приближение изображения, давно заменив простые очки на артефакт. Людей оказалось слишком много. И персонал, набранный Мирандой… немного не поспевал. Пирожные были хороши, выпечка неплоха, вот только… такое ощущение, что где-то что-то не дожали. Не успели. Никем не замеченная, она просочилась в подсобку, а дальше на кухню, постояла там, наблюдая. А после поймала Миранду. — Я вижу, не хватает рук? — Милли заболела, — призналась миссис Джонсон. — Слегла с температурой. Вот и… Вздохнув, Гарри покачала головой. Когда она открыла эту кофейню, сама тут работала на выпечке. И миссис Джонсон это прекрасно помнила. И на кассе Гарри тоже стояла. У нее тогда был очередной период саморазрушения, и она целых полгода провела в кофейне, чтобы просто как-то отвлечься. Да и Тедди как раз перевели в местную школу. Квартира, впрочем, тогда же была куплена. Гарри умела готовить. И улыбаться очаровательно за стойкой тоже умела. Школа тети Петуньи не проходит даром. А еще… когда кофейня только открылась, волшебница баловалась тем, что добавляла в свою выпечку каплю магии. Был период — даже сдачу давала с пожеланием удачи, да так, что монетки едва не становились талисманами. Ей было интересно. И порой хотелось вершить добро, раз уж она якобы решила остаться в этом мире. Потом, конечно, ее снова окунуло в поиски пути назад. И кофейня была забыта. Но то, что «Гретель» в свое время здорово ей помогла, Гарри помнила прекрасно. — Я помогу. — Мисс Поттер… — Сменная форма будет? — Конечно! Миссис Джонсон просияла. Брюки с идеальными стрелками, выглаженная белоснежная рубашка. Украшения она оставила в кармане пальто. Косынка, фартук. Тесто под руками принимало нужную форму легко и просто. И по старой памяти Гарри кончиками пальцев зачаровала будущую выпечку, не обращая внимания на то, как шепчутся незнакомые ей сотрудницы кофейни, поначалу немного оробев от того, что непосредственное начальство пришло… и встало за стол. Настроение было поработать. И немного поколдовать. — Мисс Поттер… — Идите, я все уберу и приготовлю на завтра. — Но!.. — Идите, идите! — мисс Джонсон, знающая ее привычки, в том числе оставаться допоздна, выгнала не понимающих любви к труду у начальства сотрудников, и удалилась. День подошел к концу слишком быстро. Заведение уже закрывалось. Гарри проводила сотрудниц до двери. Закрыла ее. Свет выключать не стала, закружилась по залу, расставляя все на свои места, имитируя бурную деятельность. После чего ушла на кухню… и через десять минут все блестело. А заготовки на завтра стояли по местам. На улице шел дождь. У закрытой двери в ее кафе, под навесом, стоял промокший мужчина, ежась на холоде. Он был невысок, вжимал голову в плечи. Но не останавливал такси и никуда не шел. Просто мялся на месте. И казался слишком одиноким и нерешительным. Почему-то Гарри испытала некую солидарность к этому человеку. Такой же потерянный. Гарри наблюдала за ним несколько минут. После чего приготовила две чашки. Для себя и для мужчины. Взяла два круассана. И уже ставя кофе на поднос, тот, которым собиралась угостить гостя, замерла. Слегка улыбнулась. — От плохих мыслей и тревожных снов, — прошептала она тихо и легко подула на напиток. Поверхность слегка дрогнула, кофе едва заметно поменял оттенок. Чуть зазолотился. Звук открывающейся двери незнакомец услышал сразу, дернулся, смущенно улыбнулся в усы и… — Прошу прощения, я… — Зайдете? — Гарри качнула головой, указывая себе за спину. — Холодно. — Нет, я… — Кофе за счет заведения, — она слегка улыбнулась. — Я настаиваю. Чуть-чуть убеждения, немного ведьминского очарования, чтобы человек принял ее приглашение, не испытывая неудобство. Мужчина, казалось, смутился, а позже усмехнулся. — День добрых дел? — Что-то вроде того. К тому времени она уже сняла с себя фартук и косынку. Жакет не накинула, осталась в рубашке, жилете и брюках, которые ей сегодня так старательно наглаживал Критчер, обрадовавшись, что хозяйка внезапно решила хотя бы на человека походить. Привести одежду в порядок с помощью магии труда не составило, поэтому она по-прежнему выглядела так, будто только что вышла из дома. — Джон Ватсон. — Гарри Поттер, — ответила Гарри. — Кофе остынет, мистер Ватсон. — Доктор, — казалось, как-то рассеянно проговорил гость. — О, извините. Я врач и… — Доктор Ватсон, — понимающе кивнула Гарри. — Проходите. Они выпили кофе за непринужденным разговором ни о чем. Каждый был немного в своих мыслях. Из кафе они вышли вместе. Джон Ватсон ежился в своей тяжелой промокшей куртке. Гарри могла бы ее просушить, но магия была здесь неуместной. Внутри он согрелся и, вероятно, тем самым избежал простуды. Закрыв кафе, она раскрыла зонт, который внезапный компаньон учтиво перехватил, придерживая над ней. — Спасибо за кофе. Он чудесный, — Доктор Ватсон с на редкость не идущими ему усами тепло улыбнулся. Выглядел он уже лучше и, кажется, слегка расслабленнее. Спокойнее. — Вкуснее, чем обычно. — Заходите еще. — Вы новая?.. — Я владелица, — Гарри улыбнулась, чуть двигаясь ближе к мужчине, чтобы зонт прикрывал их обоих. Дождь продолжал идти. — О… — Джон смутился. — Так придете? — Я бы с радостью, но… — Но? Они остановились напротив ее дома. Мужчина обернулся и тоскливо взглянул на противоположный дом. 221В. — Я принял решение идти дальше, — внезапно проговорил. — И хотел попрощаться сегодня с прошлым. Но мне не хватило духу, и я… — Так и не смогли закрыть эту дверь с той стороны, — тихо проговорила Гарри, глядя на ту же дверь, на которую смотрел Джон. — Все кажется, что кто-то окликнет, да? — Да. Они помолчали. Наконец, Гарри вздохнула. — Я надеюсь, у вас получится, Джон. У меня пока что не выходит. Но у вас получится. — В этом доме жил мой лучший друг. Он погиб два года назад, и я… Гарри положила руку на чужое плечо, и Джон замолчал. Тень горечи скользнула по его лицу, и он выдохнул. Она знала, как это больно — терять друзей. А слова поддержки… порой они излишни. — Возьмите зонт. — Нет, спасибо. — Вы и так промокли. — Но это ваш… — У меня их много, — просто улыбнулась Гарри. Джон Ватсон посмотрел на протянутую ручку зонта. — Держите запас для несчастных и потерянных, мисс Поттер? — Я же англичанка, — улыбка вышла на удивление ехидной. — Я просто коллекционирую зонты. Три ступеньки, и она скрылась за дверью. Зонты… это лучше, чем коллекция палочек убиенных врагов. Не говоря уже про уши и зубы. Головы домовиков так вообще… Чего только ни отыщется в «Доме на Гриммо, 12», когда от безнадеги залезаешь во все уголки старинного особняка, где еще полно нераскрытых тайн разной степени параноидальной скрытности. Англичане такие англичане. Любят все коллекционировать и создавать тайные клубы и общества. Хотя и за Гарри водился грешок. Она, конечно, не масон, но состояла в самом закрытом магическом обществе. Истинная англичанка, как ни крути.