Дементоры. Бывает ли от них польза? Часть первая

Лето после третьего курса было для Гарри Поттера получше чем в предыдущие годы. Особенно из-за того что он наконец начал пытаться думать головой, а не тем местом которое обычно соприкасается с поверхностью стула. Ну, когда человек сидит. И если бы кто-нибудь сделал ему замечание, за такие мысли, то Гарри сказал бы, что он подразумевает… спину, а не что либо иное. Сам Гарри был волшебником или, как здесь, в магической Британии принято было их называть, магом. А девочек, почему-то, называли ведьмами. Учился он в школе чародейства и волшебства Хогвартс и к этому времени успел закончить третий год обучения. Ещё лето было получше потому, что его родственнички так не свирепствовали в этом году. Он пригрозил им, что если его крёстный не получит он него своевременного известия, о том что у него всё хорошо, то он сам наведается в гости. А если, при этом, учесть что его крёстный отсидел двенадцать лет в тюрьме за убийство тринадцати человек, то его визит не принёс бы его родственничкам особого… удовольствия. Именно об этом Гарри им весьма прозрачно намекнул, в самом начале каникул. Хотя, конечно, Гарри блефовал. Не смог бы его крёстный наведаться и это Гарри очень огорчало. Не понимал он почему так происходит. По какой такой причине он должен был снова проводить свои каникулы в этом нелюбимом им месте. Но, прежде всего нужно наверное было бы рассказать о том, почему этим летом Гарри вдруг стал таким… трезвомыслящим. Так, наверное, будет правильно выразиться. Точно он этого не знал, но предполагал, что причина была в… дементорах. Другого ему не придумалось. Случилось у него в конце этого учебного года очередное приключение, которое чуть не закончилось его «поцелуем» с одним из этих существ. Причём «поцеловать» могли не только самого Гарри, но и его крёстного. Сириуса Блэка. Их тогда целая стая окружила. И те кто оказались в этой стае самыми шустрыми, скорее всего начали делать то, под что они были, так сказать, «заточены». В общем, если не вдаваться в подробности, то один из дементоров мог начать «целовать» Гарри но, потом резко прервать это действие. Из-за его же Патронуса, который их разогнал. Кстати, результатом такого «поцелуйчика» было бы обездушенное тело. Того человека, к кому дементор проявил… «симпатию». Вот и могло получиться так что душа Гарри получила хорошую, такую встряску. А поскольку разум является частью души, то эта самая встряска заставила его если и не поумнеть, очень резко, то, хотя бы, начать задумываться. Правда, не до конца поумнелось ему. Ведь сюда же, к родственничкам, на каникулы он приехал. Но, как бы там ни было, а задумываться Гарри всё-таки начал. И чем чаще он задумывался, тем меньше ему нравилось то, что с ним происходило. Например, что его крёстный так до сих пор и оставался в статусе беглого зэка. Но, находился он, при этом, где-то в тропической стране, далеко от Англии. И Гарри совершенно не понимал почему крёстный не может тайно организовать его переезд из старой доброй Англии. Туда, где он находится. Хотя бы на каникулах. Ведь деньги-то у Сириуса были. Купил же он ему в подарок дорогущую метлу «Молнию». Значит был у него доступ к своему банковскому счёту. Так что мог он организовать это… мероприятие. С тем же Люпином скооперироваться и организовать. Но, не сделал он этого. Что и вызывало у Гарри непонимание и злость. Ещё Гарри не понимал сам себя. Какого, спрашивается, Мерлина лысого он опять приехал на каникулы в этот дом. Ведь очень даже неплохо он провёл часть прошлого лета в баре «Дырявый котёл». Но вот взял, да и приехал. Наверное, сработала инерция мышления. И почему, в таком случае, он как-то и не задумался, даже о другом каком-нибудь варианте? Ведь жил же где-то Сириус до своей посадки а Азкабан. И вполне мог предоставить доступ для Гарри к этому жилью. Или, например, его могли бы приютить на лето те же Уизли. Хоть и не было у Гарри особого желания в этом году встречаться с ними на каникулах, но ведь могли же. Вот только не стали они выступать с подобной инициативой. Хотя, если бы, например, дело было в деньгах, то Гарри мог бы оплатить своё проживание у них. В конце концов он мог бы приобрести путёвку в какой-нибудь летний лагерь для подростков. А ещё у Гарри всё больше и больше создавалось впечатление, что он и не нужен никому, кроме как в определённые моменты. Типа, когда нужно задачу выполнить. А как только задача выполнялась, то… возьми мальчик с полки пирожок и не «отсвечивай». Не до тебя сейчас. А задачи, которые приходилось выполнять Гарри возникали каждый год. Почти в самом конце учёбы. И почему-то каждый раз смертельно-опасные. Так, на первом курсе это было рукопашная схватка с одержимым учителем. На втором — с василиском и уничтожение вещи в которую Волдеморт вложил частичку самого себя. В этом году — дементоры. И разумеется, Гарри даже не сомневался в том, что в этом году, снова произойдёт какая-то хрень. Во время которой он снова вынужден будет стойко преодолевать, так сказать, тяготы и лишения. И вновь это будет связано с Волдемортом. Потому что увидел Гарри один странный но, при этом очень реалистичный сон. Даже не сон, а видение. С участием Волдеморта, Хвоста, большущей змеюки по имени Нагини и какого-то старика-маггла. Которого, в итоге, убили Авадой и скормили этой самой змеюке. Он, конечно же, на всякий случай, сообщил об этом своём сне-видении Альбусу Дамблдору. Вот только ответа на своё письмо он так и не получил, что, впрочем, и ожидалось. В связи с чем у него невольно возникал вопрос. Уж если то что он видел во сне не заинтересовало Дамблдора, то ему-то что тогда, больше всех нужно что ли? И решил он, что нет. А раз нет, то значит в следующем учебном году нужно будет приложить все усилия чтобы держаться теперь от всего подальше. А взрослые пусть сами свои проблемы решают. Ведь если разобраться, то проблемы взрослых, в итоге, решал именно он сам. Правда, по своей собственной инициативе. Типа, если не я, кто же? Да ещё и друзей во всё это втягивал. И это, как решил Гарри было не очень хорошо. Хотя без их помощи, он далеко не всегда мог бы справиться. Особенно без помощи его лучшей подруги Гермионы. Правда, была у них в прошедшем учебном году одна небольшая, но очень серьёзная размолвка. Которая чуть не привела к краху их дружбу. Да и с Роном, ещё одним его лучшим другом, он тогда тоже серьёзно поссорился. Случилось это на Рождество. Прислал тогда его крёстный Гарри в подарок эту саму метлу «Молнию». Само собой, что без извещения, что подарок от него. Потому что беглым зэком он был. Это увидела Гермиона, да и как она могла не увидеть, и посчитала, что на этой метле летать без того чтобы проверить её на проклятья нельзя. А то откажет в воздухе, во время полёта на ней и… «пишите письма». Ну и «сдала» Макгонагалл. А та изъяла метлу для проверки. Нет, в принципе-то было всё правильно. У волшебников логика хромала изрядно и тот кто прислал метлу вполне мог додуматься до такого способа убийства Гарри. В общем, невесело тогда Рождество прошло. Ссора началась после того как профессор Макгонагалл развернулась на каблуках и вышла из гостиной. Унося с собой метлу. Рон тогда повернулся к Гермионе и заорал. — Кто тебя просил говорить Макгонагалл про новую метлу Гарри?! — Потому что я подумала, и профессор Макгонагалл со мной согласилась, что метлу мог прислать Гарри Сириус Блэк! — парировала она. Вот тогда то Гарри на них обоих и «вызверился». — Заткнись, Рон! Заткнитесь оба! — прервал он тогда зарождающуюся очередную ссору. Которая имела все шансы начаться с метлы и закончиться домашними питомцами Рона и Гермионы. У первого в питомцах была крыса, а у второй — кот. Точнее, полукнизл. Который невзлюбил и саму крысу, и её хозяина с первого взгляда. Вот они и ссорились из-за этого всё время, с начала учебного года. Поэтому Гарри и прервал зарождающуюся ссору. — Заткнись, Рон! — закричал Гарри. После чего обратился к девушке. — А скажи-ка мне, Гермиона, тебе что этим летом «Государь» Макиавелли попался? — Э-э-э… — протянула тогда в ответ Гермиона. Наверное, ошарашена было тем что Гарри кроме квиддича чем-то интересуется и, даже, знает кто такой Макиавелли. Ну, что тут было поделать, если читал Гарри, в своё время, нужные книги. Поэтому и знал о Макиавелли. — Вижу что попался, — продолжил говорить Гарри, — и принцип «Цель оправдывает средства» ты очень хорошо усвоила. — Так её, Гарри, — влез в разговор Рон. — Я, кажется, сказал тебе заткнуться, Рон! — переключился Гарри на парня. — Ты, кстати, тоже не лучше себя ведёшь. Особенно в этом году. Ты чего постоянно на Гермиону из-за своей вонючей крысы наезжаешь? Если не хочешь о ней заботится, так сверни ей шею и дело с концом. Да и вообще, в списке домашних питомцев крысы отсутствуют. — Ну конечно! — заорал тогда в ответ Рончик, — вам-то хорошо, у вас деньги есть, вот и можете себе купить кого хотите. — А ты чужие деньги не считай, сука! — взбеленился тогда Гарри. — Свои возьми да заработай. В общем, вот так тогда всё произошло. Нет, потом-то они конечно помирились. И с Гермионой примирение произошло по настоящему, с взаимными извинениями, потому что были моменты когда сам Гарри вёл себя по отношению к ней, откровенно… мудаковато. А вот с Роном такого примирения не получилось. И помирились они, только якобы. В общем, лучшими друзьями они вроде быть продолжили, но, как говорится, «осадочек-то остался». Настолько… трудноудаляемый, что Гарри не испытывал особого желания ехать этим летом к этому семейству в гости. Нет, в Норе у Уизли, было конечно получше, чем у Дарсли, в Литтл Уингинге. А именно такой была фамилия его родственничков. Но, если бы мистер Уизли, папа Рона, не достал в этом году билеты на Чемпионат мира по квиддичу, то Гарри о посещении Норы даже и не задумался бы. Ещё одной причиной нежелания ехать в Нору этим летом было то, что за эти каникулы узнал об магическом мире гораздо больше, чем за три года в Хогвартсе. Как так получилось? Ну, у Гарри имелись на этот счёт свои секретные источники информации, которые он не собирался никому раскрывать. А вот, почему Гарри стал интересоваться многими вещами именно этим летом? Так ведь разум-то его встряхнули, а он, на удивление, «пустым» оказался. Вот он и стал его… заполнять. И ещё ему стало, вдруг, интересно, а раньше-то он почему этим всем не заморачивался? И, неутешительный был вывод. Как подумалось Гарри, во многом это самое нежелание чем-то интересоваться было потому что другом у него Рон Уизли был. Так получилось, что будучи ещё в начальной школе, он как-то знатно «огрёб» от родственничков, за то что у него оценки оказались лучше чем у его кузена. Вот он, поэтому не старался превзойти в чём-то своего лучшего друга Рона. А у того в жизни было только два главных интереса: еда и квиддич. И становилось понятным почему Гарри был столь… неосведомлённым. А вот почему было именно так, было не совсем понятно. То ли Рон был простым невеждой, то ли сознательно ничего Гарри не рассказывал. А ещё у Гарри невольно появился вот какой вопрос этим летом. А почему у него за три года учёбы оказалось только два друга? В общем, Гарри решил, что в этом году положение дела надо бы поменять будет. Вот такое положение дел сложилось к двадцать первому августа, когда за ним должен был прибыть кто-то из Уизли и переправить его в Нору. И если бы кто-нибудь спросил, а поменяло ли его решение что-то в его жизни и принесли ли эти изменения положительные результаты, то смело можно было бы ответить всего одним словом. Да! И случай применить голову, так сказать, по её прямому назначению представился довольно скоро. Прямо после матча на Чемпионате мира. Началось всё с бесчинств организованных группкой магов. Толпу болельщиков, при этом, обуяла паника и мистер Уизли посоветовал своим детям, среди которых находились Гарри Поттер и Гермиона Грэйнджер бежать в близлежащий лесок и там схорониться. В общем, когда они оказались на какой-то лесной полянке, недалеко от них в воздухе появилась, так называемая, Чёрная метка. И сразу же поляна наполнилась звуками хлопков аппарации, а в подростков полетели парализующие заклинания. К счастью, те успели среагировать и попадали на землю. Так что не задело их. А потом на них, что называется, «наехали». — Кто из вас это сделал? — буквально «зарычал» один из аппарировавших на поляну магов. — Кто из вас наколдовал Чер­ную Метку? — Никто, — ответил Гарри. — Не врите, мистер! — закричал тот же маг. — Вас застигли на месте преступле­ния! — Чёрта с два! — заорал в ответ Гарри. — Нас застигли не на самом месте преступления, а невдалеке от него. А сама Чёрная метка появилась вот оттуда. И тут же в то место на которое указал Гарри полетели парализующие заклинания. А ещё через некоторое время оттуда вытащили обездвиженную домовушку с волшебной палочкой в руках. — А скажи-ка нам, Барти, как это твоя домовушка Винки, оказалась в тех кустах откуда была запущена Чёрная метка. Да ещё и с волшебной палочкой в руках? — обратился один из присутствующих, мистер Амос Диггори, к магу, который до этого обвинял Гарри и его друзей в запуске Чёрной метки. — Мне тоже, кстати, очень интересно, как моя волшебная палочка могла оказаться в руках у чужого домовика? — «подлил масла в огонь» Гарри. — Не приказал ли её это сделать её хозяин, чтобы меня «подставить». А, мистер Барти, или как вас там? — Что?! Ты обвиняешь в этом меня?! — взревел Барти. — Но вы же обвинили в этом меня, Мальчика-Который-Выжил, Гарри Поттера?! — заорал в ответ Гарри. — Совсем уже с головой не дружите и не видите кого обвиняете?! Так вы в Мунго обратитесь, там вам быстро и зрение поправят, и мозги в порядок приведут. — Так, тихо! — вновь включился в разговор ми­стер Диггори. — Очень просто выявить последнее заклинание, произведённое палочкой. Он приставил кончик своей волшебной палочки к кончику палочки Гарри и произнёс: — Приори Инкантатем! И тут же большущий змееязыкий череп вырвался из места со­единения палочек. Однако это была лишь тень той зеленой громадины, что нависала над ними. Этот череп был всего лишь соткан из густого серого дыма. — Делетриус! — проговорил мистер Диггори, и дымный череп растаял, как туманное облако. — Что и требовалось доказать. — Винки не делать этого! — пропищала перепуганная домовушка.— Я не знать как! Я хороший эльф, я не пользуйся палочка, я не знать как! — Совершенно верно, — подтвердил Гарри, — Винки этого не делала. Ну, в смысле метку запустила не она. Голос того кто это сделал был человеческий. И, кстати, чем то похож на голос мистера Барти. Хотя и не берусь утверждать это наверняка. — И подумай вот ещё о чём, Амос, — «переобулся на ходу» Барти. — Может быть, ты сейчас хочешь нас убедить, что это я научил свою домовушку выпускать Чёрную метку? — Разумеется, я так не думаю, мистер Крауч, — сказал подумавши Диггори. — Кстати, мистер Поттер, приношу свои извинения за поспешность моих суждений, — добавил Крауч. — Извинения приняты, — ответил Гарри, — на этот раз. Но, может мы спросим у Винки, как так получилось, что у неё оказалась моя палочка. — Говори, Винки, — потребовал её хозяин. — Я… я находить… находить её здесь, — прошептала она, — здесь… под деревьями, сэр… — Вот видишь, Амос, — довёл до всех «удобоваримую» версию произошедшего Крауч, — кто бы ни запустил Чёрную метку, он аппарировал сразу, как только закончил, а палочку бросил. А Винки имела несчастье подобрать её мгнове­нием позже. Все замолчали, на некоторое время, очевидно радуясь тому что история с Чёрной меткой так удачно разрешилась. Несмотря на то, что «шита» она была «белыми нитками». Видимо всё всех устроило. На данный момент. — Вот только, — тон Крауча сделался «ледяным», — Винки нарушила мое распоряжение. За это она получит одежду. — Но она же боялась! — не выдержав, вступила в разговор Гер­миона. Которая, до этого, молча наблюдала за происходящим. — Ваша домовушка сначала был напугана высотой а затем теми магами в масках. Вы не можете винить её за то, что она хотела убежать от них! Но решение Крауча осталось неизменным и Винки получила одежду. А когда маги разошлись, на поляне остались только Гарри, Гермиона, Рон, мистер Уизли и Винки. — Пойдёмте, — позвал их мистер Уизли и направился по направлению к лагерю, в котором размещались болельщики. А Рон потянулся за ним. — А Винки? — спросили одновременно Гарри и Гермиона. — Она что, так и останется тут, одна, всеми брошенная? — А что мы можем поделать? — спросил у них Уизли-старший, пожав плечами. — Да ладно вам, — добавил Рон, — чего вы из-за какой-то домовушки так волнуетесь? Ничего с ней не будет. — Ну вы и… — проговорил Гарри глядя на обоих Уизли не самым добрым взглядом. — Впрочем, я и не ожидал ничего другого. А так как вы ничего сделать не можете, то это сделаю я. Он подошёл к убитой горем и плачущей навзрыд Винки, потом поднял её на руки, как маленького ребёнка и принялся нашёптывать ей что-то на ухо. И только когда она наконец успокоилась, он опустил её на землю. После чего Винки щелкнула пальцами и исчезла. — Э-э-э… Что это было, Гарри? Что ты такое сделал? — набросилась на него с вопросами Гермиона. — С Винки теперь всё будет нормально? — То чего не смог сделать мистер Уизли, — ответил Гарри. — И, да. С Винки будет всё хорошо. — Я тебе уже говорила что ты великий волшебник, Гарри? — ухмыльнулась Гермиона. — Да, что-то такое припоминаю, — ухмыльнулься он ей в ответ.