I. Времена Логоса (конец раздела). Часть 30

Вечер в загородном доме Уваровых. — Папа, таймер пискнул! — Виталина воскликнула. — Ты должен вынуть пирог из духовки! Четырехлетняя девочка стояла на коленях на одном из барных стульев, перегнувшись через мраморную стойку, а Вадим стоял напротив нее, держа под мышкой большую стеклянную миску и смешивая шоколадную глазурь. — Быстрее, папочка! — глаза Виты расширились. — Это сгорит! — Она посмотрела на него в полной панике, испугавшись, что их пирог подгорит, если Вадим не достанет его, как только таймер в форме утки сообщит им, что пирог готов. — Я только что проверил его, принцесса, — сказал ей Вадим. — Нам все равно нужно подождать еще пару минут. — Ты уверен? — Виталина перевернула страницу книги, лежащей перед ней, чтобы вернуться к началу рецепта. — Здесь написано час и тридцать минут, папочка, — она указала на жирные цифры прямо под названием рецепта. — Видишь? Тридцать! Может, мне и четыре, и мои навыки чтения еще не настолько хороши, но я знаю цифры, папа. — Что здесь происходит? — Спросила Лера, входя на кухню. — Мы печем твой любимый пирог с ягодами, — ответила Виталина. — Мы? — Вадим бросил на нее подозрительный взгляд. — Выпечка? — Лера перевела взгляд с одного на другого и удивилась, обнаружив этих двоих на кухне после тяжелого дня, который у них был. — С каких это пор ты готовишь сладости, Вадим? Ладно мясо, но пирог, ты заболел? — Ну ладно, только папа готовит, — молодая брюнетка закатила глаза, — я просто отдаю ему распоряжения, — призналась она. — О, малыш, это так похоже на твоего папочку, — Лера не смогла удержаться от смеха, подходя к своей маленькой девочке. — Да? Солнце, не слушай маму, она тот еще командир, — подмигивая своей жене, ответил Вадим. — Мама, ты видела этот беспорядок? — Спросила Виталина, указывая на грязные миски, разбитую яичную скорлупу, пустую бутылку из-под молока и всю муку, которая оказалась на кухонном столе, пока Вадим смешивал ингредиенты. — Вита не будет пачкать свои красивые и мягкие ручки, нет, спасибо, — покачала она головой. — У папы нос в муке! Я не знаю, как он может так жить, правда, не знаю, — она пожала плечами, поворачиваясь к матери. — Господи, — закатывая глаза, рассмеялась Лера, вспоминая, как ей Вадим говорил ровно такие же слова, когда они только начали встречаться в Логосе, что он никогда в жизни не будет готовить. — Я вижу, ты чувствуешь себя лучше, принцесса, — Лера нежно провела рукой по волосам дочери. — Да, — кивнула Виталина, протягивая руки к Лере, чтобы мать взяла ее на руки. — У меня температура спала, поэтому я сказала папе, что мы должны испечь твой любимый пирог, так как не смогли пойти с тобой к врачу сегодня днем, — объяснила она. — О, детка, тебе не нужно было проходить через все эти неприятности, — Лера прижала своего ребенка к правой стороне своего тела, затем подошла к мужу, чтобы поцеловать его. — Никаких проблем, мамочка, мы ведь знаем, как ты любишь этот пирог, — Виталина склонила голову ей на плечо. — Привет, малыш, — улыбнулась Лера, прежде чем быстро поцеловать Вадима в губы. — Я вижу, Вита заставляет тебя работать сегодня вечером. — Вся в тебя, — Вадим игриво закатил глаза, поворачиваясь, чтобы, наконец, достать пирог из духовки. — Хотя она обещала помыть посуду. Мне просто интересно, как она собирается это сделать, если, очевидно, она не пачкает свои нежные ручки. — Юля подарила мне маленькие розовые перчатки, — сказала ему Виталина. — Макс сказал, что я могу получать по сто рублей каждый раз, когда буду мыть посуду. — Почему ты тогда не помогла мне печь в перчатках? — Спросил Вадим свою дочь. — Мне платят не за выпечку, папочка, — Виталина закатила глаза, — мне платят за мытье посуды. Итак, если ты испечешь пирог, а я помою посуду, каждый из нас выполнит задание, я съем пирог и получу двести рублей! — Она воскликнула, вскинув руки в воздух, чувствуя огромную гордость за себя. — Ты гордишься маленьким монстром, которого растишь, Уварова? — Спросил Вадим, когда Лера не смогла сдержать громкий смех, вырвавшийся из ее легких. — Я провел день, лежа с ней в постели, потому что у нее не спадала температура, а когда она, наконец, прошла, она устроила заговор против меня, чтобы получить пирог и деньги! Он покачал головой в полном недоумении, убедившись, что нахмурился, глядя на Виту, прежде чем вернуться к глазури. — Я увидела возможность и воспользовалась ею, — хихикнула Виталина, прижимаясь еще теснее к матери, как будто нуждалась в ее защите. — Да, да, — Вадим закатил глаза, — ты действительно очень умная малышка, — простонал он. — Мне вот ни за что не платят, и я все еще должен печь этот дурацкий пирог. — Мамочка заслуживает этот пирог, папочка, — сообщила ему Виталина, — мы хотим сделать маму и мою сестру с братиком счастливыми, помнишь? — Я начинаю думать, что это делается для того, чтобы сделать счастливой некую четырехлетнюю девочку, а не маму или даже твою сестру с братом, — Вадим подозрительно посмотрел на нее. — Не похоже, что мамочка собирается съесть весь пирог, — пробубнил Вадим. — Ну, я ем за троих, — сказала ей Лера. — За троих? Ланская, ты ешь мало, ровно так же, как и в Логосе, — припомнил ей ее любимый муж. — Вадим Юрьевич, вы собираетесь отказать своей дочери в пироге? — Виталина посмотрела на нее заплаканными щенячьими глазами и драматично это произнесла она. — Вот так я оказался на кухне, чтобы испечь пирог после того, как пришел из зала, — упомянул Вадим, — и, очевидно, именно так ты останешься без единого кусочка пирога, который изначально должен был принадлежать тебе, — сказал он своей жене. — Ты вообще заболела или просто симулировала лихорадку, чтобы мы позволили тебе прогулять школу и остаться дома? — Лера задала вопрос. Вита пошла в сад-школу для одаренных детей, которая учила по британским стандартам. Маленькая девочка грезила однажды поступить в Гарвард. — Я бы никогда так не поступила, — Виталина избегала смотреть матери в глаза, — что подумали бы в Гарварде, если бы я прогуляла школу только для того, чтобы остаться дома? Ты сказал мне, что они собираются проверить мои записи в дошкольное учреждение к тому времени, как я отправлю свои заявления, поэтому я должна быть хорошей ученицей даже в дошкольном учреждении, — сказала она ему, используя его же слова против него. По какой-то причине Виталина уже решила, что поступит в Гарвард, когда станет старше, и каждый раз, когда она жаловалась на то, что ей приходится делать домашнюю работу или даже рано вставать, чтобы пойти в детский сад, Лера и Вадим придумывали оправдание тому, что это может угрожать Гарварду. — Я не уверен, что они подумали бы, принцесса, но мы собираемся выяснить, действительно ли ты симулировала лихорадку, маленькая Лера, — поддразнил ее Вадим. — Я действительно больна, вот почему я заслуживаю пирог, — произнесла девочка. — Ну, тогда почему бы тебе не надеть свои розовые перчатки, чтобы ты могла начать мыть посуду, пока папа заканчивает с глазурью и пирогом? — Предложила Лера, ставя Виту на ноги. — Можно мне пирог на ужин? — Спросила она, прежде чем открыть нижний шкафчик под раковиной. — Нет, — одновременно ответили Лера и Вадим. — Кажется, у меня возвращается температура, — Виталина прислонилась головой к маленькой дверце, садясь на пол, — я чувствую себя такой слабой, — пробормотала она. — Это здорово, что Юля приготовила нам брокколи, морковь и цуккини на ужин, — Вадим даже не потрудился повернуться к ней, пока она работала над своим драматическим номером. — Они принесут много витаминов и питательных веществ в твой организм вместе с курицей с пармезаном, так что я уверен, ты начнешь чувствовать себя намного лучше. — Тебе не следовало раскрывать свой план так скоро, принцесса, — сказал ей Лера, она явно иногда давала ей советы, как манипулировать Вадимом, — теперь он ни на что другое не клюнет. — Да, — простонала Виталина, вставая и надевая перчатки. — На этот раз я все испортила, — она подошла к столу и взялась за поручни одного из стульев, чтобы подтащить его к раковине, — но в следующий раз я буду более подготовленной, папочка! — Она предупредила его, забираясь на стул. — Я уверен, что ты вырастешь и переплюнешь свою маму, — тихо рассмеялся Вадим, протягивая ей одну из грязных мисок. — Виталина Вадимовна, теперь убедись, что эти тарелки ярко блестят. — Я постараюсь, Вадим Юрьевич, — сообщила ему Виталина, — но вам лучше убедиться, что пирог вкусный, — добавила она. — Пожалуйста, скажи мне, что мы не сделали еще двух таких манипуляторов, — прошептал Вадим, кладя руку на тридцатинедельный живот Леры. — Ну, мы знаем, что это девочка и мальчик, — начала Лера, — и у них действительно наша ДНК, поэтому я собираюсь рискнуть и сказать, что шансы довольно высоки, — засмеялась она. — О боже, во что я себя втянул? — Вадим игриво жалобно застонал. — Прекрати ныть, папочка, мы все знаем, что ты просил маму еще об одном ребенке, потому что я слишком классная, и ты хотел еще одного, а получил сразу двух, — Виталина обернулась, чтобы посмотреть на них, после того, как аккуратно поставила чистую миску на подставку для посуды. — Не мог бы ты передать мне другую миску, пожалуйста? — Она протянула к нему руку. — Виталина! Что это за отношение? Ты не должна так разговаривать со своим отцом, — серьезно сказала Лера, — это некрасиво, папа к тебе очень добр. — Я прошу прощения, папочка, — Виталина улыбнулась ему, когда он протянул ей миску, — я не должна была говорить, что ты ноешь, прости. — Я прощаю тебя, принцесса, — поцеловал он мини-копию своей жены. — Я не буду так, — она покачала головой, — извини. — Какой бы ты ни была потрясающей, тебе нужно быть осторожнее со своими словами, хорошо? — Вадим поцеловал ее в макушку. — Мне четыре, — Виталина пожала плечами и грустно прошептала, — от детей одни неприятности. — Где ты вообще всему этому научилась? — Растерянно спросил Вадим. — Можешь достать еду из холодильника, чтобы я мог ее разогреть? — Он прошептал Лере. — Галина Васильевна сказала мне это, когда я на днях разбила вазу в поместье, — сообщила ему Виталина, — она простила меня, но взяла с меня обещание никогда больше не играть в бейсбол в доме… — объяснила она. — Ты знала об этом? — Вадим повернулся к Лере с удивленным и шокированным выражением лица. — Если бы Галина Васильевна рассказывала мне все, что происходит в поместье, когда там Виталина, я бы никогда не согласилась на второго и третьего ребенка, — рассмеялась Лера, выкладывая овощи и курицу с пармезаном на стол. — Шел дождь, — продолжила Виталина, — мы же не могли выйти поиграть на улицу в саду, — она пожала плечами. Лера и Вадим обменялись взглядами, оба покачали головами в ответ на драматический монолог своей дочери, когда она мыла посуду. — Как прошел прием, детка? — У Вадима наконец-то появилась возможность задать жене вопрос, который он собирался задать с тех пор, как она вошла на кухню. — Все было прекрасно, — ответила Лера, кладя овощи на сковороду, прежде чем передать ее Вадиму. — Все выглядело хорошо, и они растут, как и должны. Мое кровяное давление и частота сердечных сокращений в идеале, и сегодня они были довольно активны, поэтому мы увидели, как они много двигаются и пинаются на экране, — широкая улыбка появилась на ее губах, когда она воспроизвела видео, которое записала для него, на котором ее малышка двигается во время УЗИ. — Когда они родятся? Они родятся завтра? — Спросила Виталина. — Они целую вечность не выходят! Что они так долго делают у тебя в животе, что не могут выйти, чтобы встретиться со своей сестрой? — Твоя сестра и брат растут, Вита, ты тоже была долго у мамы в животике, — сказал Вадим, потянувшись за большой ложкой, чтобы перемешать овощи, пока Лера ставила курицу с пармезаном в духовку. — Им нужно время, чтобы полностью вырасти и быть готовой жить с нами в реальном мире, — объяснил он. — Однажды ты тоже была в мамином животе. — Я этого не помню, — задумчиво произнесла девочка. — Никто этого не помнит, принцесса, — Лера не смогла удержаться от смеха. — Мы можем посмотреть новую серию «Лунтика», она как раз уже вышла. — Идеально! — Воскликнула девочка. — Пожалуйста, скажи мне, что Тома тебя не отчитала, как в первую беременность, из-за этих каблуков, — Вадим мягко взял ее за руку, чтобы она посмотрела на него, и опустил взгляд на ее изящные и длинные ноги, на которых были обуты десятисантиметровые шпильки. — Тома сказала мне, чтобы я впредь придерживалась плоской подошвы, — простонала Лера, явно недовольная советами доктора и по совместительству их подруги, хотя и знала, что это для ее же блага. Она знала, что не сможет удержаться на этих высоких каблуках, когда начинал приближаться срок родов. Она испытала это на себе во время своей первой беременности, и вторая ничем не отличалась. — Фу, балетки, — Виталина нахмурилась, сморщив нос. — Говорит девушка, у которой в шкафу около пятидесяти пар балеток, — прокомментировал Вадим. — Это потому, что я ребенок, папочка, — сказала она ему, — и я еще не могу носить каблуки, поэтому я застряла в этих скучных балетках и туфлях, которые ни в коем случае не такие красивые, как мамины туфли на шпильке. — И мамочке нужно носить эти скучные туфли, потому что твоя сестра и брат становятся большими, а мамочке нужно быть в безопасности и комфорте, — объяснил Вадим, — поэтому мы должны поддерживать ее, даже когда дело доходит до скучных туфель, хорошо, принцесса? — Конечно, папочка, — Виталина улыбнулась ему, — и я думаю, мы должны сходить с мамой за обувью, чтобы у нее, по крайней мере, были совершенно новые дизайнерские туфли на плоской подошве. — О, мне нравится, как это звучит, — глаза Леры тут же заискрились. — У тебя тысячи туфель, Лера, — ответил Вадим, — тебе не нужны новые… На самом деле, никому из вас не нужны новые туфли. — Нам нужно купить новые, папочка, — прошептала Виталина отцу, проходя мимо него к столу. — Да, папочка, это так, — тихо сказала Лера, прежде чем повернуться к нему со щенячьими глазами и надутыми губами, наклоняясь к его мочке уха, чтобы аккуратно прикусить ее, а затем нежно поцеловать. — Эти щенячьи глазки никуда не годятся, — Вадим перевел взгляд с двух своих девочек. — Почему бы вам не занять свои места за столом, и я приготовил вам по тарелке? — Предложил он. — Хорошо, — девочка подбежала к столу и заняла место, которое заняла много лет назад, в то время как Лера села рядом с ней. — Мне нравится, когда папа нас балует, — сказала она своей матери. — Ну, я начинаю думать, что мы слишком балуем вас, Виталина Вадимовна, — поддразнила ее Лера. Как только ужин был окончен и мультфильм был просмотрен, а Вита ушла спать, Лера и Вадим остались одни. — Милый, ты помнишь, что мы завтра едем на день рождение Вики? — спросила она у своего мужа. — О, дорогая, я не пропущу этот день, когда ты еще увидишь, как Морозов сюсюкается со своим сыном, даже и не скажешь, что в прошлом он тиран, работающий на Ингрид, — усмехнулся мужчина. — И не говори, до сих пор не могу поверить в то, как он изменился, — улыбнулась девушка, поглаживая его сильно накаченный пресс. — Поплаваешь со мной сегодня? — Конечно, хотя на тебя сегодня вечером у меня были другие планы, — грубо хватая ее за ягодицы, прошептал ей прямо в губы Вадим и, не давая ни секунды на ответ, притянул ее в страстный поцелуй. — Ты знаешь, как-то расхотелось плавать, — толкая мужа в сторону гостиной и попутно раздевая его. Лера и Вадим работают врачами в клинике братьев Уваровых, Вадим был высококлассным нейрохирургом, а Лера — оториноларингологом, спустя столько лет их отношения стали только крепче и страстнее, жесткая и властная натура Вадима не изменилась, он оставался все тем же Вадимом, но к своей семье он, безусловно, относился иначе. Совсем скоро у них с Лерой родятся еще два прекрасных малыша, и их история наполнится новыми красками. Петр и Вика также счастливо живут, несмотря на то, что друзья сначала не верили в крепость их союза, сейчас они воспитывают четырехлетнего сына, но им так и не удалось узаконить свои отношения, хотя иногда случается чудо, и, возможно, именно завтра в день рождения Вики Петр сделает ей предложение. Что касается Юли и Макса, они закончили институт и работают юристами, недавно они сыграли свадьбу, и, возможно, в ближайшем будущем их ждет пополнение. Даша отучилась во ВГИКе и уже успела стать популярной актрисой, она до сих пор встречается с Андреем, но последний пока так и не решился сделать ей предложение, сам Андрей работает журналистом-корреспондентом. Антон и Полина также работали врачами и воспитывали своих прекрасных девочек в полном любви и счастья, ведь их малышки были невероятно долгожданными. Их ждет еще много падений и взлетов, но мы уверены, что они со всем справятся, несмотря ни на что.