Глава 1

Ростов-на-Дону. Небольшая группа, состоящая из пяти человек, гуляет по улицам города. К парню по имени Женя приехала его сестра Кира. Она и решилась пойти на прогулку со своим братом и его друзьями. У Жени нет постоянных друзей. Всегда новые люди, новая компания, как и сегодня. Среди всех остальных троих мужчин Кира знала лишь Алексея, которого уже когда-то давно видела рядом с братом. Но девушка быстро познакомилась с приветливым и достаточно интересным мужчиной по имени Макар, который и пришёл с Алексеем. Конечно, в сравнении с восемнадцатилетней Кирой, двадцати девятилетний Макар казался взрослым мужчиной, но только с ним девушка смогла найти общий язык. К вечеру они шли рядом, болтая о чём-то своём, о мире вокруг. Женя был удивлён такому знакомству сестры, крайне этому рад. Я не знал сколько ей лет, когда мы только познакомились. Да и это не имело значения. Нам было о чём говорить. Мне показалось, что Кира достаточно умна и вежлива. Даже скромна, что в наше время было отличительной чертой. Ещё меня очень зацепило её стремление всё понять. Хоть она и была крайне понимающей девушкой, если вдруг что-то ей становилось непонятно она стремилась всё хорошенько разузнать. По началу мы много переписывались. Инициатором всегда был я, но всё же лично для меня это было крайне приятно. Почему-то я мог легко признаться ей, что в моей жизни возникли проблемы и рассказать какого именно они характера. Кира всегда стремилась помочь, всегда могла дать дельный совет будто не раз сама переживала подобное. Мне становилось приятно, что она интересуется, задаёт вопросы и ищет вместе со мной решения. В Ростов она приехала из Крыма всего на пары недель к своему брату. Я решил не упускать столь коротких дней поэтому стремился гулять с ней каждый день. Но вот Кира с неохотой и даже какой-то опаской всегда уходила со мной и другими на прогулки. Лишь в последний день нахождения в нашем городе, она решилась пойти на прогулку только со мной один на один. Это было очень здорово, вот только я заметил, что Кира не стремилась мне рассказать что-то о себе. Она всегда задавала вопросы и слушала меня, но мало говорила о себе. С некоторым моим беспокойством Кира уехала к себе в Симферополь. Там её держит работа флориста. Оказавшись на большом расстоянии, я звонил ей, писал и ждал октября. Она, как оказалось, всегда приезжает на неделю в октябре, чтобы поздравить Женю с днём рождения. Да, эта неделя, конечно, пролетела пулей. Мы виделись всего три дня из-за того, что всё остальное время она помогала готовится брату к празднику. Несмотря на это мы смогли прогуляться и ещё не много поговорить. – Ты так мало мне о себе рассказываешь, – начал я, взяв её руку в свою, когда мы заняли место на деревянных лавочках парка под ночными фонарями. Она неловко убрала ладонь судорожно посмотрев в сторону. – А что рассказывать? Мне нравится слушать тебя. Твой голос, твои весёлые истории или происходящее в жизни. – Но мне тоже хотелось бы знать, что происходит у тебя. Например, ты никогда не рассказывала, как дела на работе. Я тебе каждый день рассказываю о том, что происходило у меня на дню, а ты вот ничего такого не отвечаешь. – А ты бы хотел? – неуверенно и совершенно не веря произнесла Кира, но вдруг отступилась. – У меня ничего такого не происходит. Всё, чем я занимаюсь, это просыпаюсь, иду на работу и возвращаюсь домой так что… – улыбнулась Кира. – Расскажи хоть что-то. Ну, как ты доехала в Ростов? Я люблю поезда, а ты как доехала? – Тебе во всех подробностях прям? Ничего такого, доехала как все. – Во всех подробностях, – серьёзно заявил я. – С начала я долго не могла купить билет, а когда всё же оказалась в своём купе, выехав за город, мне улыбнулся восхитительный закат прямо из-за горизонта моря… Кира в шутку рассказала мне всё то, что действительно ей понравилось во время поездки. Я будто прочёл художественный рассказ слушая её монолог. Предо мной будто показался новый человек. Это было здорово. Я сразу же выразил ей своё восхищение. С тех пор меня всё сильнее тянуло к ней. От Жени пытался узнать о Кире как можно больше информации. Хотелось знать, как я могу её порадовать, что ей нравится. Меня влекло к ней. Каждый день присутствовала мысль о том, что я должен ей написать или позвонить. И хоть она продолжала молчаливо слушать меня, я был рад даже этому. Мне нужно было любое её присутствие в моей жизни. С нетерпением я ждал и всё же дождался марта. Разгрузив все товары, я сменился на работе и помчал на вокзал встречать Киру. Мой дух захватывало от того, что я вновь вижу эту девушку. Вот только впервые я увидел её такой напуганной и растерянной. – Привет! – тут же подбежал к ней переживая. – Ты… что здесь делаешь? – задрожала Кира. Её круглые глаза распахнулись. – Решил сюрприз устроить, – растерялся я, заметив, что она совершенно не рада. – Господи… – она прикрыла ладошкой лицо. – Что случилось, Кира? Что-то в поезде приключилось? – Нет-нет. – Вдруг она словно очнулась, – Ты на такси? – На такси. А что случилось? – Ничего… Я просто устала. Мне бы к Жене. Я мало спала и всё… – Ладно. Поехали. Идя к авто Кира оглядывалась по сторонам и явно нервничала. Она всегда была пугливой. Даже идя по улице во время наших прогулок всегда внимательно вглядывалась в прохожих и по сторонам. Но на этот раз она показалась мне очень странной. Мы быстро доехали. На прощание я пытался обнять её, но Кира скоро скрылась в подъезде, где находится квартира брата. Я уехал домой с тревожными мыслями. Всё думал, что и как мне написать Кире. В конце концов, вспоминая её напуганный взгляд, решил написать Жене. Тот ответил практически сразу. – Я сегодня Киру встретил с железнодорожного вокзала… – Да, я знаю, – перебив, написал ответное сообщение Женя. – Она была какой-то странной… Не в коем случае не хочу обидеть. Просто переживаю как-то. – Не стоит. Это нормально для неё… Макар… – Что? Что значит нормально? Что? – новая волна напряжения охватила меня. – Нет, ничего. Кира просит прощения. Говорит, что хочет завтра встретится. – Кончено. Я ей позвоню. Или, если она захочет, может сама позвонить. У меня выходной. – Понял. Передам. Ты береги свои нервы. Не стоит зря переживать, – улыбающийся смайлик на конце. На этом и закончился наш разговор. То, что Кира наконец проявила инициативу не могло не радовать, но Женя так и не дал точных ответов на мои вопросы, из-за чего нервничать я так и не перестал. Всю ночь ворочился в ожидании следующего дня, а утром думал: «Позвонить или подождать? » К большой радости Кира сама мне позвонила ближе к обеду. Она лишь сказала: «Я под твоим подъездом. Одевайся и выходи». Как мальчишка я помчал к ней с теми детскими приятными ощущениями, как когда-то друзья со двора кричали, собирая всех гулять в футбол. Накинув поверх толстовки ветровку, я выскочил на улицу. Прямо на входе в подъезд мои глаза встретились с длинными подкрашенными ресницами и губами, намасленными коралловой помадой. Она стояла такая красивая, чрез чур худющая, но очень симпатичная в своей клетчатой рубашке, походившей на платье и поверх короткой джинсовке. – Привет. – Я тут же без раздумий полез её обнимать. Впервые она легко приняла эти объятия, ответив на них. – Здравствуй. Прежде чем мы пойдём, у меня есть для тебя подарок. Вот, – Кира протянула мне маленький пакетик, который всё это время держала за спиной. – Прими его и можешь сразу отнести в квартиру, чтобы не тащится с ним. – Господи, это в честь чего мне такое счастье? – я заглянул внутрь и заметил книгу, о котором давным-давно рассказывал Кире: «Атлант расправил плечи», а также пачка маленьких круассанов. – Ну, ты же дарил мне то шоколадки, то игрушки, то мармеладки. А я никогда ничего подобного не делала. Да и дело не в этом. Я просто хотела это сделать для тебя. – Не много растерялась Кира, смущаясь от своих откровенных слов. – Спасибо, Кира, – улыбнулся я и приблизился к ней, чтобы поцеловать в щеку. Она было вздрогнула от того, что я оказался к ней так близко, но после улыбнулась и я всё же оставил влажную отметину на розовой щеке. Кира смутилась, но быстро привела себя в порядок одарив меня своей улыбкой. Я сгонял и оставил подарок в коридоре, после чего пошёл вместе с Кирой. Она предложила покататься на лодках по нашему озеру, сделать пару фото. Конечно же я был только «За». Весь день прошёл задорно и весело, что ранее Кира в себе будто скрывала. Она словно наконец решилась и подпустила меня к себе. Я обнимал её, а по пути домой мы даже взялись за руки. Вроде мелочи, особенно для меня, но я ощущал себя как мальчишка. Будто школьник бежал к ней, растворяясь в её глазах, которые с таким интересом слушали меня. Последующие два моих выходных дня Кира сама придумывала план, куда можно сходить и где погулять. Она показала мне свою самую весёлую и творческую сторону. Кафе она не любила, больше стремилась к прогулкам. Мне же было важно, чтобы она была рядом. А в каком месте, совершенно всё равно. Было классно смотреть, как она вдруг смеётся с моей тупой шутки или решает вдруг попрыгать по квадратным плитам, запрещающим заезд автомобилям. Она раскрылась для меня как весёлая девчонка, с которой вполне серьёзно можно поговорить о жизни. Наши прогулки так и проходили: в начале весело и забавно, а под конец – серьёзно и душевно. В ней будто скрывается два человека, что притягивало ещё сильнее. За время моих рабочих часов мы не виделись, но вечерами созванивались. А в выходные я частенько приходил к ней. Мы вместе готовили еду к приходу Жени с работы. Там и поцеловались. Я сидел и просто смотрел за её руками (периодами дрожащими, что тревожило) и красиво сложенными в хвост светлыми волосами. Кира всё кричала: «Ну, не смотри ты так долго на меня, Макар! » Моё имя она произносит особо трепетным голосом. В моменте я подошёл к ней и продолжил смотреть в глаза. Она приподняла подбородок и наши губы встретились. Мои руки обвили её талию, на что она тут же крепко схватила мои запястья. Не оттолкнула, но явно напугалась. Я так и не понял, что сделал не так, но после всё же она улыбнулась и мы продолжили готовку. А в один из дней, прямо среди нашей прогулки мне позвонила мама и попросила прибежать закрутить потёкший кран, так как отец был на работе. Кира до последнего сопротивлялась, но всё же пошла со мной. Да, она была напугана, но я всеми силами пытался её подбодрить. – Всё будет хорошо. Это отец любит выпендриваться, а мать у меня очень хорошая. – Ты правда этого хочешь? – Конечно! Ну что за вопросы? – …Ещё раз, как её зовут? – Мария Степановна, – улыбался я пытаясь успокоить её нервную дрожь в голосе. Мама нас встретила очень живо, что было ей присуще. Я быстро её познакомил с моей девушкой и принялся за работу. Пока устранял неполадки, мама предложила Кире пойти на кухню выпить чай. Она вся напуганная согласилась. Но когда я вернулся к ним, застал совершенно неожиданную картину: Кира готовила вместе с моей матерью. А точнее они лепили чебуреки. Это было нечто. Они спокойно общались. Кира почти не волновалась. Я заметил, что она расстроилась, когда пришёл мой отец. Тот проворчал что-то Кире в след. Я даже и не разобрал. Ушли мы тогда совсем поздно вечером. Было приятно идти одинокими улицами обнимая спину Киры. – Тебе понравилась мама? – Да. Кстати, Макар, ты очень на неё похож. Жаль только, что отец… – Ой, да он ещё и только с работы пришёл. Уставший, вот и бурчал себе под нос. Ему всю жизнь было и будет всё не так. Не обращай внимания. – Может ты и прав. Но мама у тебя невероятная. От неё исходит такое тепло. – Очень рад. Можем завтра к ним зайдём? Мать точно начнёт фото мои детские показывать. – Ахах, это интересно. Было бы здорово зайти. – Знаешь, если ты останешься у меня, мы можем проснутся и сразу же направится к ней. Она обычно что-то вкусное на завтрак готовит. – Нет. – Твёрдо, точно будто вырвалось из уст Киры, но спустя секунду она замялась и заметно растерялась. – Нет… давай в другой раз. Посмотрим на счёт завтра. – Конечно, как скажешь, – абсолютно не расстроившись произнёс я. Мне не хотелось принуждать её или ещё что-то в это роде. Я совершенно был не против ждать столько, сколько захочет она. – Спокойной ночи – замерла Кира у своего подъезда. Я с лёгкостью и улыбкой подошёл к ней, поглаживая её ладони. Наши губы слились воедино нежными прикосновениями. Так смешно выглядело, как она тянется ко мне, чтобы продолжить поцелуй. И хоть она сильно нервничала, так как стук её сердца я слышал прямо в руках, всё же она продолжала поцелуй ещё секунду, после чего мы попрощались. Так весь её отпуск и продлился. Много времени мы стали проводить в кино и с моей матерью, что не могло не радовать. У меня даже с мамой отношения улучшились. Хотя плохими они не были, но благодаря Кире стали ещё лучше. Две важных женщины в моей жизни нашли общий язык. Ну что может быть лучше. – Завтра ты уезжаешь? – грустно спрашивал я, провожая Киру домой тёмным вечером. – Не завтра, а после завтра очень рано утром. – Кошмар. Завтра ещё и рабочий день у меня. Мы не встретимся? – Вообще, я думала, может мы бы посмотрели вместе какой-то фильм… у тебя? Я могу… Я могу остаться у тебя на ночь. Только на вокзал поеду одна. – Серьёзно? – внутри всё сжалось от радости. – Я был бы очень рад. А что бы ты хотела посмотреть? – Не знаю. Доверюсь твоему вкусу. Господи, счастью моему не было предела. Прибежав домой, я стал обдумывать, что нам посмотреть, как всё устроить. Весь рабочий день летал в облаках. В итоге решил купить шампанское и виноград. В комнате всё красиво постелил. Закрыл шторы и включил светлый ночник. Старался сделать всё максимально приятно и красиво. Кира это оценила. Только ли войдя в комнату, её неуверенные шаги и дрожащий голосок подметили всю красоту атмосферы. Мы сели на кровать перед тумбой, на которой стояли бокалы. Я взял один и пока Кира оглядывалась по сторонам всё же начал: – Солнце, давай выпьем? – Выпьем… – тут же её взгляд вернулся к моим глазам. На лице оказалась дрожащая улыбка. – Да. Хотя бы глоточек сделаем за нас с тобой. – Я лучше откажусь. – Кира вздрогнула после своих же слов. – Ну, давай хотя бы не много. Мне было бы интересно твоё мнение по поводу этого шампанского. Ты на день рождение Жени так интересно продегустировала вино. Кира нахмурилась, но всё же сделала очень маленький еле видимый глоток. – Ну, что скажешь? – отпив не много спросил я, заметив, что она нервничает. – Интересный фруктовый вкус с акцентом на ежевику. – Изыск, – засмеялся я. Наконец Кира улыбнулась уже более спокойно, как вдруг она не на шутку перепугалась, когда за окном послышались выстрели. Мы подбежали, чтобы посмотреть и увидели вдали яркий рассыпающийся салют. – Смотри, это всё для нас. – Да уж, – вновь послышалось напряжение в её голоске. Я положил руку на её плечо. – Пойдём смотреть фильм. А то скоро полночь, а мы даже не начали. – Да, – кивнула Кира и направилась следом за мной. Я уже настроил всё на телевизоре и нажал на «Play». – Забирайся на кровать. Сев ближе к углу, оперевшись головой о свою ладонь, Кира приземлилась рядышком. Я обнял её руку, и мы стали обсуждать фильм. Ближе к середине, когда мы оба сползли в лежачие положение, я вдруг спохватился: «Тебе не холодно? » Не дождавшись ответа, я тут же помчал за одеялом. Кира приподнялась на локти, смотря на меня какими-то грустными глазами. Укрывая её наполовину голые ножки, покрытые спортивными бриджами, я оказался очень близко к её телу. Она будто всё поняла и скромно положила не много подрагивающую ручку мне на плечо. Я слегка улыбнулся и тут же потянулся за порцией поцелуев. Кира неловко отвечала на них, поглаживая мою шею. Я обходился с ней очень нежно обнимая и проводя руками по коленках, спине и талии. Наконец, когда руки дошли до упругой груди, она задрожала, сжав в кулак ткань моей футболки. Я мельком взглянул в её напуганные глаза. Мысли о том, что она может быть девственницей, усиливались. В этом не было проблемы для меня. Я специально всё устроил по красоте, чтобы ей было приятно и запомнилось всё в хорошем ключе, но всё же было страшно. Ранее я никогда не лишал девушку невинности поэтому ужасно боялся сделать ей больно. Мои поцелуи нежно расходились по её плечам и выпуклой ключице. Она всё дрожала, но смотря ей в глаза, улыбка Киры меня успокаивала. Я сбросил с себя футболку, подав ей пример. Спустя минуты поцелуев она подняла руки, позволив мне снять с неё майку. Два спелых яблочка оказались перед моими глазами, сокрытые чёрными чашечками бюстгальтера. Я с осторожностью стал целовать шелковистую кожу при этом ладошками поглаживая спину, расстёгивая бельё. Освободив грудь Кира тут же судорожными действиями рук попыталась скрыть розовые сосочки, но тут же улыбнулась и распахнула ладошки жестом «сдаюсь». Я обнял её, рассеяв влажность по её плечам. Приблизившись губами к груди, я чётко услышал сердцебиение Киры, её дрожание. «Ложись на спину», – произнёс я, сбросив с себя шорты. Кира недоверчиво, но всё так же со смущённой улыбкой легла, поправив волосы. Я прошёлся губами по её животику и коленкам, освобождая ножки от оставшейся одежды. Красивая попка и светлота кожи возбуждала не на шутку. Стянув в себя хипсы, мой член оказался прижатым к выпуклому животу вверх в каменном положении. Грудная клетка Киры стала вздыматься. Я подумал, что это от возбуждения, но вот улыбку как ветром сдуло. Я попытался протиснутся, но она не пустила меня меж своих ножек. Я гладил её коленки, целовал внутреннюю часть бедра, прикасаясь к трусикам. «Я сниму их? » – спросил я. Кира положительно покачала головой, но только ли я взялся за это дело, она тут же поволокла меня своими ручками к себе. Мы слились воедино в одном поцелуе. Я увидел её чувственные глаза. Мы были оба трезвы, хотя не много и выпили. Медленным движением мои ладони свели с её ножек бельё, последнюю вещицу на женском теле. Наконец она не много раскрыла коленки. Я смог расположится меж ними. Заметив, что поцелуи её явно успокаивают, я стал целовать ещё больше и сильнее, нависнув над ней. Проведя членом по всему периметру киски она не показалось мне сильно влажной. Я хотел было поиграть с ней пальчиками, но Кира вздрогнула и схватив мою руку, не дала мне этого сделать. Я смочил член и ещё раз убедительно взглянул ей в глаза. Нервная улыбка промелькнула на её лице. Я поцеловал мягкий животик, расположив свободную от ладоней Киры руку ей на бедро. Медленно и уверенно я ввёл член уже собираясь столкнутся с преградой, но кажется, догадки распались. Да, внутри очень теснило, но член прошёл без каких-либо столкновений. Не много обрадовавшись, я стал двигаться чуть быстрее, следя за реакцией Киры и всё время целуя края её губ. Женские ладошки вцепились в мои запястья. И хоть я пытался не много её расслабить и освободить свои руки, вновь мы возвращались к этому. Но я старался изо всех сил быть нежным. Глубокие движения и давление на головку сделали своё. Я коротко простонал, положив голову на мягкую грудь Киры, при этом вовремя вытащив член, оставив семя на её бедре. Кира продолжала дышать тяжело. Её сердце билось бешенным ритмом, когда моё уже успело успокоится. Подняв взгляд, мои губы сами потянулись к ней. Было приятно ощутить её ладошку на моём затылке меж волосами. Наши носы тёрлись, что вызвало восторг внутри меня. Но лёг на бок, рядом с ней, Кира тут же подскочила. – Можно я схожу в уборную? – она тут же схватилась за майку, закрывая своё прекрасное тело. – Конечно. Если хочешь, можешь душ принять. Я могу с тобой. – Нет… Нет, – она тяжело проглотила слюну выйдя из комнаты. Я лежал, наслаждаясь приятными ощущениями. Лишь некоторый испуг в девичьих глазах настораживал меня. Но вскоре Кира вернулась уже с улыбкой и словами: «Досмотрим фильм? » Я лживо кивнул, ведь на деле, обняв талию Киры, быстро уснул. После столь приятной ночи и ощущений, которых я уже давно не испытывал, мой мозг крепко уснул. Лишь тысячи громких сообщений, исходящих звоном от телефона Киры, смогли не много развеять мой сон. Я открыл один глаз и увидел, что она сидит уже наполовину одета и внимательно смотрит в свой телефон. – Ой, разбудила… – тут же засуетилась Кира заметив мой взгляд. – Мне нужно идти. – Но мы же… – начал возмущаться я из-за нарушенных планов. – Я очень извиняюсь, но это срочно. Жене нужна моя помощь, так что я должна уйти. – Хорошо. Дай мне минуту. – Не нужно провожать. Спи. А я пойду. – Кира потянулась к моему сонному лицу и одарила мою щеку своим лёгким ангельским поцелуем. Я был ещё сонным, но такой жест, который Кира делала крайне редко, очень взбодрил и заставил улыбнутся. Проведя её взглядом, в голове стали всплывать фрагменты нашей ночи. Мысли о том, что она прекрасна кружили голову. Я уже стал строить планы на будущее в надежде, что Кира имеет подобные планы на счёт меня. Ростов-на-Дону. Цветущая весна. Именно в этот период Кире дают небольшой отпуск на две с половиной недели. Девушка сразу же едет к Жене. Это и ест главная цель – поведаться с братом. Кира не воспринимала Макара всерьёз, пока не произошла эта ночь. Она отчаянно решилась на всё с мыслью: «Это всего единожды и потому… потому что так надо. Я ни с кем и никогда не смогу этого сделать, кроме как с Макаром». Но сразу же после всего происшедшего она пожалела. В момент соития в голове крутились разные мысли, но одна среди них выделялась: «Беги! ». Лишь успокаивая саму себя и замечая приятные и главное спокойные поцелуи на своей коже мужских губ, Кира успокаивалась и считала, что всё идёт своим чередом. Отойдя в ванную, она внимательно рассмотрела себя в зеркале: «Я гадкая и мерзкая…». К Макару в постель возвращаться совсем не хотелось, но переборов невидимую стену она всё же вышла к нему и легла рядом. Лишь в моменте, когда мужчина наконец-то заснул, девушка засмотрелась на его спокойное и приятное лицо, которое не предвещает угрозы. Его приятные налитые щёчки и сомкнутые веки, покрытые чёрными ресницами, успокаивали. Истощённая нервная система медленно закрывалась от реального мира. Кира погрузилась в сон. Она бы и не просыпалась, если бы ей не прислал сообщения Женя. Он сделал это намеренно, ровно в то время, когда Кира его и попросила. Девушка без задней мысли схватила свой телефон и неловко распрощавшись, убежала к брату. Быстрым шагом, переходя прохладные улицы, в её голове всплывали воспоминания о всем происшедшем. «Как я могла решится на это? Я грязная… грязная и мерзкая девчонка, ведь только такая могла решится на всё» – кричала на себя Кира. Её путь домой совершенно не вошёл в память. Она не помнила, как добралась, так как перед глазами всю картинку мира сокрыли капли слёз. Женя надеялся на лучшее, но всё же предполагал, что его сестра прибежит быстро в напуганном состоянии. Так и произошло. Встретив девушку на пороге, Кира сбросила с себя ботинки и тут же кинулась в душ, не снимая с себя одежды. Она упала на пол под холодной струёй воды и завелась в страшную истерику. Кажется, все соседи дома слышали этот страшный вопль, но Женю это не шибко волновало. Он покорно ждал, пока сестра выйдет, при этом словесно через дверь напоминая о себе. – Кира, всё в порядке. Ты уже дома, в безопасности, – кричал через дверь Женя. Наконец, спустя долгие минуты, а может и часы девушка вышла вся мокрая, еле дыша. – Убей меня, прошу, – стала молить она снова воротясь к слезам. Женя тут же схватил ладони девушки и с помощью них завёл сестру в комнату. – Кира, я могу снять с тебя мокрую одежду. – Зачем… Зачем всё это? – она упала на пол. Женя быстро принёс ей таблетки, которые когда-то приписал психиатр. Девушка запила их водой, вытирая слёзы. – Могу я помочь снять с тебя мокрую одежду? – Нет… Я сама… – Хорошо. Вот, здесь есть твоя футболка. Переодень её, а я принесу шорты, – сказав это парень вышел, но очень быстро вернулся в момент, когда Кира стягивала с себя мокрые штаны. Как раз в этот момент, увидев её обнажённое бедро, глаза Жени заметили кровавый порез, который замечал ранее, но чуть ниже, где на данный момент была белая полоса шрама. – Кира… – Дай мне ещё этих таблеток, – пытаясь сообразить, что происходит вокруг, обратилась Кира к брату. Тот быстро сбегал за бинтом и платком. – Вот, возьми и останови кровь, – протянул Женя ткань в женские руки. Кира напугано на него посмотрела, а после разозлилась и со всей силы, впившись ногтями в кожу, разодрала своё колено. Женя успел лишь схватить одну её ладошку. – Перестань! – твёрдо произнёс парень. Кира в миг успокоилась. С трудом дыша она села на пол. Кровь тонкой струёй потекла на ковёр. Женя спокойно сел к сестре и прижал платок плотно к ране, в попытке остановить кровь. – Я не верю… – начала Кира, но захлебнулась своей же слюней. – Я… как я могла это сделать? – она нервно схватилась за свои волосы, но Женя успел остановить позывы агрессии. – Всё, прекрати. Скоро препараты подействуют, и ты наконец поймёшь, что всё в порядке. Кира оставила свои попытки. Она опустила руки ощущая щиплящую боль, исходящую от раны. Как только кровь остановилась девушка уже не была способна подняться. Женя отнёс бездыханное тело в комнату, накрыв одеялом, при этом закрыв рану пластырем. Девушка наконец уснула, погружаясь в кошмарные сны. Несмотря на всё, спала она долго, периодами просыпаясь и бездумно смотря в потолок около пары часов. Так её прерывающиеся сновидения продлились до девяти вечера. Макар звонил девушке, но вместо неё ответил Женя, что, мол, она сейчас помогает своей подруге. На протяжении всего дня и ночи Женя заглядывал к Кире в комнату, волнуясь за неё. Как раз, когда она уже окончательно проснулась, он и вошёл в комнату. Он сел рядом с уже полностью бодрствующей девушкой и посмотрел на её худое и бледное лицо, покрывшееся какими-то бледными пятнышками. – Я не понимаю, как я пошла на это… Это было неправильно, – абсолютно подавленно заявила Кира, стараясь не смотреть в глаза брата. – Вы всё же сделали это? – осторожно задал вопрос Женя, накрыв рукой ладошку Киры. Она вздрогнула, но тут же опомнилась и отступилась от испуга. – Да… – её глаза забегали по комнате, а дыхание вновь сбилось. – И как всё прошло? – прерывисто спросил Женя. – Всё же было хорошо? – Я… я не знаю. Я не плакала, но не знала как себя вести… Я не понимаю, как могла это сделать, Женя, – ища поддержки она всё же заглянула в добрые глаза брата, но быстро отвела их в пол. – Почему? Так и должно быть. Ты просто забыла. Во всех парах это происходит и… – А мы с Макаром пара? – напугано спросила Кира будто опомнившись. – Я уверен, что он точно так считает. Ты ему нравишься именно поэтому он и решил заняться с тобой чем-то подобным, да и вообще, именно поэтому он проводит с тобой время. Ты же сама видишь, он не хочет ничего плохого для тебя. – Я думала… думала мы последний раз видимся… Он точно после всего не захочет со мной быть. – После всего? – улыбнулся Женя. – Ну ты перестань. Всё у вас было хорошо, и ты сама об этом прекрасно знаешь. Он не бросит тебя, вот увидишь. Киру невозможно убедить окончательно, ведь нет никакой гарантии, но слова брата её успокоили. Со спокойной душой она уехала домой перед этим написав Макару: «Я уезжаю. Не нужно меня провожать, очень тебя прошу. И передавай матери «привет». Макар был опечален, что девушка так внезапно написала и запретила её провожать. Но вскоре Макар сам позвонил ей. Их разговор был странным, но для Киры он стал признаком того, что мужчина действительно в ней заинтересован. – Всё хорошо, точно? – заметив нотки грусти в голосе Киры уже в окончании часового телефонного разговора спросил Макар. – Да, нормально, – как можно увереннее пыталась проявлять себя девушка, но чувствовала, что волнуется. Глупая нервная улыбка замерла на лице, парализовав все мимические мышцы. – Позвонишь мне? – Я… эээ… если ты хочешь… – Кончено. Я всегда жду твоего звонка. – …Хорошо, я позвоню, – обрадовавшись произнесла девушка. По приезду она не выполнила своего обещания, так как сильно устала и быстро крепко уснула. А вот на следующий день её руки трусились, но она всё же набрала Макара. Их диалоги со временем стали лёгкой задачей для Киры. Ей даже стало нравится, и она получала от разговоров удовольствие. Всё вернулось в привычную среду. Макар и Кира занялись своими домашними заботами чередуя их с рабочими днями. За таким графиком прохладная весна незамедлительно быстро перетекла в жаркое лето. У Киры работы только прибавилось, а вот Макару начислили его отпускные недели, которые в этом году он решил использовать для поездки в Крым. Море, солнце, любимая девушка, вот о чём думал мужчина. Зная, что Кира не любит сюрпризов, он заранее сообщил ей о своих планах – …Так что, где-то на начале июля я смогу приехать в Симферополь. – Серьёзно? – заволновалась Кира. – Так, ты отдыхать? – Ну, к тебе, да. – Моя посуду Макар не мог сдержать радости рассказывая обо всём Кире. – Ты хочешь остановится у меня? – напуганным голоском прощебетала девушка, пытаясь удержать телефон дрожащими руками. – Что? Нет. В смысле… вообще, было бы классно, – задумался Макар. – Я изначально думал-то квартиру посуточно снять, но у тебя было бы удобнее, да и на много приятнее. Почти месяц вместе пожили бы, здорово же, как думаешь? – Я… да… Да, это… здорово. – Кира проглотила ком в горле и вдруг гордо произнесла, – Я была бы очень рада, если бы ты остановился у меня. Я просто думала, может ты едешь с друзьями на море. – С друзьями? Я всё это время думал, как устроить всё так, чтобы к тебе приехать да побыть с тобой по дольше. А то из-за этих работ не видимся месяцами, а по ощущениям, будто годами. – Да, ты прав. Так ты будешь один, верно? – Конечно. Хочу с тобой провести время. Может ты меня поводишь по каким-то памятным местам. На море до отвала наваляемся, – засмеялся Макар. Девушка с облегчением вздохнула. Всё бы ничего, но сразу после разговора началась ужасающая паника. «Дура, дура, дура! Зачем я это взболтнула ему? » – винила себя Кира. Она тут же упала в слёзы, которые мысленно смог успокоить Женя, который, как чувствовал, позвонил почти сразу после Макара. Он смог подбодрить девушку. – Что в этом такого? Это же здорово! Он же тебе нравится, Кира? – Да, очень. Я никого не встречала такого… такого, как он. Я просто боюсь. – Чего же? – улыбнулся Женя, радуясь всему происходящему. – Он будет жить со мной. Это же… это же он увидит меня всю… настоящую. Ох, господи! Я же должна буду… спать с ним. – В этом нет ничего страшного, Кира. И ты ничего не должна. Ты должна честно говорить ему чего ты хочешь и не хочешь. Поверь, он поймёт тебя. Макар отличный парень. О нём всегда хорошо отзывались, так что не переживай. У вас всё получится. Как всегда, Женя смог настроить девушку на нужную волну. Весь первый месяц лета она представляла, как будут проходить их совестные с Макаром будни. Кира боялась показать свои настоящие чувства, которые часто возникают у неё по отношению к людям. Она часто плачет и паникует, что не хотелось бы показывать мужчине. Но неоднократные разговоры с братом смогли поднять дух и увеличить боевой настрой, а также мысли на лучшее. Росто-на-Дону отдаляется по мере отхождения металлической птицы высоко в небо. Я провожу весь полёт в своих сновидения, чему очень рад. Ожидание убивает. А во сне время пролетает быстро. Не успел я посмотреть десятый сон, когда самолёт приземлился в аэропорту солнечного Симферополя. Пройдя это огромное здание, уже на улице, в лёгком платьице, меня встретила Кира. Она улыбалась, хоть взгляд и говорил, что что-то её тревожит. Несмотря на всё, она очень тепло меня встретила. Это такое приятное чувство, когда происходящее не то, что оправдывает ожидание, а даже более, за счёт чего возникает невероятное чувство эйфории. Это прекрасно. Она прекрасна. Добравшись на такси к ней в маленькую, но очень уютную квартирку, Кира накормила меня жареным медальоном и вкусным салатом из свежих овощей. Она много молчала лишь изредка спрашивая о том, как я добрался и прочее. Сложилось ощущение, будто она боится со мной заговорить. Благо это прошло после небольшого отдыха. После вкусной трапезы мне нужно было не много поспать после долгого пути. В этот момент я оказался в красивой спальне Киры. Стены комнаты окрашены в приятный жёлтый оттенок. Так солнечно и красиво. Я даже удивился не подозревая, что у неё всё настолько оригинально и по-простому красиво. На полках можно заметить некоторые рисунки и пазлы, клеем закреплённые в целостную картину. Кровать не отличилась. Синее с салатовым спальное бельё, а также пушистое мягкое, но при этом тонкое одеяло так и заставляли крепко уснуть. – Я посплю не много, а потом вечером, может, прогуляемся к морю? – уложив голову на подушку произнёс я. – Это было бы здорово! – послышались нотки искренней радости в её голосе. – Я думала ты уже сегодня не захочешь никуда идти. – Чего дома сидеть? Хотя, и дома приятно. У тебя так замечательно. – Спасибо. Ну… я тебя оставлю? – Останься. Или у тебя есть какие-то дела? – Нет. Просто я подумала, что буду мешать тебе. – Ты не можешь мне мешать, что ты такое говоришь? Включай телевизор и ложись рядом. Кира выполнила всё, будто я отдал ей приказ. Сию же минуту она нажала на красную кнопку пульта и подобралась ко мне. Я поднял одеяло, чтобы накрыть её. Но она отказалась. Просто легла рядом на спину. Я подвинулся ближе. Моя голова на уровне её груди. Так приятно смотреть на эти два упругих холмика. Моя рука нежно ложится на её живот. Так я и засыпаю. Сон после долгого перелёта такой себе по качеству, но как же приятно открыть глаза и понять, что ты лежишь прямо на её хрупком плече. Моя рука всё так же покрывает ткань, которая отделяет ладонь от мягкого животика. Её глаза открыты, смотрят прямо в телевизор. Она быстро замечает мой взгляд на себе. – Как спалось? – улыбнувшись кончиком губ произнесла Кира. – Хорошо, – зевнул я, зарывшись в её волосы. – Хочешь чего-нибудь поесть? – Нет. Умоюсь и можем идти. – Хорошо. – Поднимаясь, пытаясь выпутаться из одеяла, я почувствовал, как её рука погладила моё плечо. Мурашки незамедлительно побежали по спине. – Кстати, я подумала, мы можем сделать лазанью. Ел когда-то? – Один раз в ресторанчике. Приготовить было бы интересно. Ты умеешь? – Да. Не раз уже готовила для Жени. Можем сделать её вмести, если у тебя хватит сил после прогулки. – Класс, – улыбнувшись ей в ответ я побежал в ванную. Мы быстро собрались и выдвинулись за город. Тридцать минут на автобусе и к началу заката мы оказались у солёной воды. Как раз начался небольшой ветерок, накатывая пенистые волны. Кира захватила небольшое полотенце, которое мы постелили на впитавший за день жару писок. Кира села на него протянув ноги. Я расположился не много сзади от неё так же протянув ноги. Мы молча смотрели, как последние отдыхающие на сегодня медленно покидают пляж. Кира откинулась не много назад на локти. – Ложись, если хочешь, – тут же произнёс я, указав на свои ноги. Кира не много замялась, но долго думать не стала, помолчала и всё же напряжённо легла чуть выше колен. – Сегодня так жарко. Даже прохладный ветер не чувствуется. – Да, – кивнул я перебирать её волосы в своих руках. Она вздрогнула, когда моя рука легла ей на плечо. Я хотел её уже убрать, но Кира обняла мою ладошку, так и оставив её на своём плече. – Как твои родители отреагировали, когда ты сообщил им, что уезжаешь ко мне? – Очень обрадовались. Мать считала дни к моему отъезду, как бы это не звучало. – Так уж все были рады, – нервно улыбнулась Кира. Я смог увидеть эту улыбку за волосами. Её волнительный взгляд устремлён в море чётко, на моргая. – Ну, кроме отца. Он, как всегда. Поверь, у него всегда были завышенные ожидания по поводу всех и меня в том числе. Но он отличный советчик. Наверное, благодаря своему опыту. Хотя, каждый раз я не могу представить, как мать терпит временами его заскоки. Не волнуйся из-за него. Я нагнулся и поцеловал её светлое плечо. Она закрыла глаза на секунду. Я в это время подумал, что никогда бы не поверил, что Кира живёт в таком солнечном городе. Её кожа бледна. – Кстати, вот я дурак, совсем забыл! Они же тебе подарок собрали. Он в чемодане у меня лежит. – Ух ты! И что там? – поднялась Кира. Её глаза засверкали. – А вот узнаешь, когда приедем. – Как так! – засмеялась она. – Кстати, на счёт этого, мы скорее всего не уедем от сюда. Придётся пешком. – А что маршрутки уже не ходят? – Кира отрицательно кивнула. – Ну, ничего страшного. Устроим настоящую прогулку. – Это уж точно, – она встала и прошла ближе к воде. Её красивая фигура отразилась в солёной воде. Она нагнулась, чтобы что-то поднять. Мой взгляд невольно стрельнул на две красивые половинки её попы. Я бы наблюдал за этим вечно, но Кира быстро вернулась. – Смотри, какая красота, – она протянула мне ракушку. Она была похожа на часть раковины жемчужницы. – Где ты такую нашла? Очень красивая, – я искренне оценил оранжевый оттенок и рисунок гармошки. – Там много таких. Они ближе к воде располагаются. Можешь определить её себе в карман, а то у меня их нет, – засмеялась Кира. – Конечно. Будем отправляться? – Кира кивнула. Отряхнув ткань, мы пошагали вдоль дороги. Наш путь растянулся на целый час. Но это на самом деле был весёлый час. Кира много спрашивала, а я всё рассказывал о том, как первый раз побывал на море и многие другие истории. В какой-то момент мне показалось, что мы знакомы очень давно. Кира общалась со мной так легко, что я даже не замечал некоторых странностей, о которых напомнила фура, со страшным шумом проезжая на большой скорости мимо нас. Кира вздрогнула, закрыв на секунду лицо руками. Я испугался, подумав, что ей, может, стало плохо. Но её улыбка быстро меня успокоила. Я взял её за руку. Так мы и добрались домой. По приходу я тут же схватился за чемодан. Отрыв свои шмотки среди них я нашёл тот самый подарочный пакет, который вручил Кире. Как же я был рад видеть эту красивую улыбку, с нотками усталости, когда она увидела красивую книгу Пушкина «Капитанская дочка». – Ты как-то сказал же маме, что любила эту книжку, но она потерялась или что-то такое ты говорила. Она откопала её у себя и решила подарить тебе. – Боже мой, это прекрасно! Передай ей большое спасибо. Это прекрасный подарок – на эмоциях Кира даже меня обняла. Я крепко прижал её к себе, но после в её глазах вновь появился страх. Я присмотрелся, но она быстро отошла от меня на пол шага. – Что на счёт лазаньи? Устал? – Давай сделаем завтра? Проснёмся и сделаем. – Да. Отличная идея. – У тебя же завтра выходной? – Кира резво кивнула в ответ и вручила мне полотенца. Я отправился в душ. Мои ноги гудели от столь долгой пешей прогулки, но мысль о том, что мы с Кирой будет засыпать вместе согревала приятнее, чем горячие струи воды. Эта мысль заставила меня по быстрее выйти. На кухне меня встретила Кира и приятный запах ужина: жареной картошки с кусочками курицы и луком. Мы стали есть, при этом смотря новости по телевизору. Наевшись до отвала, я сразу же уложился в кровать, ковыряясь в телефоне и ожидая Киру из душа. Она вышла достаточно быстро. В проёме дверей показался её силуэт среди тусклого света. Она была одета лишь в одну длинную мужскую футболку. Меня это очень взбудоражило, но когда она легла со мной рядом я не много возмутился: – От куда у тебя такая футболка? – ненавязчиво спросил я, подвигаясь к ней ближе. – Это Жени. Я когда сюда переехала, у меня не было пижамы. Он предложил футболку. Я её так полюбила, что решила не покупать ничего. – Она тебе идёт – я облегчённо улыбнулся. Кира повернулась ко мне спиной. Я лёг к ней по ближе. Пока укрывал заметил, как подпрыгнула футболка, открыв вид на чёрные трусики и светлую попу. Я прижался к ней ближе, стараясь, чтобы она не ощутила моего возбуждения. Так мы уснули. А на утро бодро проснулись и принялись готовить лазанью. Кира включила музыку, и мы принялись нарезать овощи и готовить бешамель. А после так же с музыкой отведали наши старания. Получилось действительно вкусно. – Сейчас же годят маршрутки, Кира? – Да. Хочешь на море? – Было бы хорошо искупаться. Вообще, я предлагаю провести сегодня целый день на море, как думаешь? – Я не против – я нагло улыбнулся – Чего смеёшься? – так же улыбнулась Кира. – Подумал, что тебе, наверное, уже надоело море. – Совсем нет. Я бываю там только, когда Женя приезжает ко мне. Обычно это происходит зимой, когда купаться точно не полезешь. – Серьёзно? Чего так? – Не знаю… не могу пойти одна… – заволновалась Кира закидывая прядь за ухо – Ладно – встав из-за стола начала она уже более уверенно – Пойду я одеваться. Ещё купальник нужно найти. Не помню уже где он. Несмотря на долгие сборы благодаря маршрутке мы быстро добрались к пляжу. Днём совсем другая атмосфера. Толпы детей, по пляжу ходят продавцы со всякой пахлавой и прочим. Достаточно весело. Только вот Кира заметно занервничала. Она даже взяла меня за руку, когда мы искали место нашей посадки, что меня удивило. Но от радости я упустил это из виду. Мы быстро расположились под зонтом. – Ну что, пойдём – сбросив футболку произнёс я. – Даже не знаю. Вода кажется такой холодной. – Сейчас привыкнешь. Идём. – Стой. У меня… есть идея. Пускай солнце ещё поднимется, а мы пока что займёмся чем-то другим. Например, пойдём сделаем замок из песка. С начала услышав эту идею я пришёл в непонимание, но вскоре мы вместе задались целью, которую было интересно выполнять, так как весь процесс сопровождался разговорами и интересными вопросами со стороны Киры. – Макар, кто научил тебя плавать? – Ох, вот это вопрос. Даже и не вспомню, как же это давно было. Это скорее всего с друзьями произошло. – То есть ты уже был подростком. – Ну, где-то в начале этого возраста – я задумчиво улыбнулся – Интересный вопрос. А ты? – Я… Кажется, Женя научил. Он часто проводил со мной время. – Родители на работе, да? – смачивая песок спросил я. – Да – чётко и ясно ответила Кира. Наш диалог прервал мальчик лет пяти, может чуть более. Он предложил нам своё ведёрко для постройки замка. Кира замялась, а я с удовольствием принял его помощь. Так мы уже втроём, даже вчетвером стали строить замок. К нам присоединился отец мальчика, который так же помогал. Мы старались выстроить ровные стены и конусные крыши. Времени ушло много. Но конечный результат того стоил. Возле красивого, хотя с некоторых ракурсов кривоватый замок восторгал. Парочку людей даже остановились, чтобы сфотографироваться возле него. Но это уже не важно. Мы с Кирой сбрасывали свою одежду и направлялись прямо к морю. «Пойдём» – протянув руку мы вместе вошли в морскую воду, намочившую прохладой голени. Кира медленно шла вслед за мной. Я минутами любовался её подтянутой грудью, интимные места которой сокрывал чёрный бюстгальтер купальника с наляпитсыми розовыми цветами. Такими же цвета и плавки, обтянувшие попу и пышные бёдра. Но… что это? Ранее я не замечал такого. Её левое бедро покрыто шрамами. Одни глубже, другие чуть меньше. Бедро буквально исполосовано. Я не много напрягся, но не стал заострять на этом своё внимание. Крепкие пару часов наплескавшись в воде мышцы стали уставать от плаванья поэтому мы выбрались и походу пока обсыхали насладились прохладным мороженым. Это момент спокойствия мне показался отличным, чтобы задать свои вопросы. Лёг рядом с исполосованным бедром я провёл пальцем по страшному месту. – Такие полосы – с намёком произнёс я. Взгляд Киры задрожал. Она резким жестом убрала мою руку накрывшись полотенцем. – Как на счёт прокатится на водной горке? – Отличная идея – поднялся я, отпустив эту тему. Хоть мы и давно встречаемся, мне всё же неловко так напрямую расспрашивать её видя, что она не хочет отвечать. Оставив все плохие мысли, мы оторвались на горках. Было действительно весело. Весь день прошёл яркой вспышкой оставив приятную истому. Уже ближе к закату уходить совсем не хотелось. Ещё и какая-то компания на пляже разжигала костёр. Наши разговоры с Кирой стали сворачивать к более серьёзным темам. Я лежал на животе подперев голову рукой, она сидела, положив подбородок на свою коленку. – А ты вообще веришь в любовь? – среди всех вопросов этот ворвался грозой сред ясных туч. – С тобой поверил – наигранно, парадируя киношные сцены произнёс я. – Ну я серьёзно. – её взгляд потупился в землю. Моя хитрая улыбка сошла. Я положил свою ладонь на её коленку и рукой поманил Киру к себе. Она неуверенно взглянула, идеально выпрямив осанку. Я приподнялся к ней ближе. Наши губы сошлись в пол минутном сладком поцелуе. – Нам стоит поторопится – опечаленным голоском произнесла Кира – А то опять на маршрутку не успеем. Я с этим согласился поэтому быстро стал одеваться. К моему удивлению пока мы добрались к остановке и дождались автобус, что заняло не так уж много времени, начался лёгкий дождик. Нас не намочило. Мы успели скрыться в маршрутке. Заняв два места у окна, вся погода и атмосфера так и клонила в сон. Мои глаза непроизвольно под небольшой качкой от неровностей дороги стали закрываться. Но вдруг из сна пробудила рука Киры, ладонь которой легла на моё запястье. – Можешь лечь на моё плечо, если хочешь – прошептала она. Я секунду подумал и уложил голову в предложенное место, вдыхая её волосы – Может тебе подложить мою кофту, если не удобно? – Нет – пробормотал я и достаточно крепко уснул. Если бы я так заснул и был один, точно пропустил бы свою остановку, но Кира меня разбудила поглаживаниями по щеке. С бодричком я схватил её за руку, и мы вместе, выйдя из маршрутки, отправились в квартиру. Готовить сил ни у кого не осталось, поэтому мы заказали ужин домой. А после освежающего душа оказались в спальне. После небольшого сна я чувствовал, что спать не охота, хотя усталость никуда не делась. То, как Кира мазала свои голые ножки кремом взбудораживало. Я сел к ней ближе одаряя её шею поцелуями. Мои руки укутали её точно в плед, как вдруг я ощутил, что она упёрлась руками в мою грудь, и я тут же остановился, уловив её нежелание. До сих пор я не понимал, что с ней происходит. Ранее был уверен, что девственница, боялся спросить об этом, но ошибся. Хотя её поведение указывало и до сих пор указывает на это. Впрочем, голову над этим я не ломал. Пытался слышать её и не давить. Она очень пуглива. Я это уже давно заметил. Как-то спросить об этом пока что не решаюсь, но думаю у нас будет время об этом поговорить. Следующее утро началось с нежной руки Киры, которая поглаживала меня по щеке. Мои сонные глаза развидели образ Киры. Её волосы были собраны в хвост, на теле футболка и джинсовые шорты. – Я ухожу на работу. Закрою тебя. – Хорошо – пытаясь отойти ото сна произнёс я. – У меня ест второй ключ. Я оставила его для тебя в прихожей на зеркале. – Понял – Кира уже приготовилась отходить, когда я схватил её за руку – А когда тебя ждать? – Думаю, в пять часов – я кивнул. Она улыбнулась и вышла, прикрыв дверь спальни. Я перевернулся на другой бок, но, увы, заснуть уже не смог. Выйдя на кухню, я обнаружил на столе приготовленные бутерброды, а ещё маленькие круасаны в тарелке. «Она, что, сбегала утром в магазин, чтобы купить сладости к чаю? » – пронеслось в моей голове. Эта забота успокаивала, приятно согревая сердце. Как же приятно её внимание. Долгое время я думал, что моя симпатия к ней не взаимна поэтому сейчас так приятно видеть проявления её заботы. Весь день я раздумывал о том, какие чудесные ощущения испытываю к Кире. Так же я убрался в спальне и разложил свои вещи на полки, которые освободила Кира для меня. Мне хотелось порадовать её так, как она радует меня поэтому я приготовил для неё ужин. Вот только она не особо это оценила. По приходу домой Кира выглядела подавленной. Она сидела за столом ковыряя вилкой еду, при этом у меня возникло ощущение, будто мыслями она совсем далеко. Мы даже уснули как-то странно, холодно, что ли. Она легла очень далеко от меня. А когда я её обнял, не увидел ответной реакции, хотя ранее Кира обнимала мою руку, которой я грел её тело. Какая же радость, что утром всё пришло в норму. Я бодро наблюдал за её потягиваниями. Руки так и тянулись обнять её любимое мною тело. Кира будто прочла мои мысли, и сама осторожно и крайне неуверенно положила свою руку на мою коленку. Я тут же прильнул к её губам, путая ладошку в её пушистых волосах. – У нас же есть время – возразил я, вновь ощутив, как её руки упираются в мою оголённую грудь. – Давай продолжи вечером? – обвив руки на моей шее прощебетала она – У меня на сегодня столько планов. – Хорошо – выдохнув всю страсть произнёс я – А что за планы? – наконец наши глаза встретились. Кира смущённо улыбнулась. – Если ты не будешь против, можно съездить на экскурсию и не одну по музеям или интересным соборам. Всё связано с историей. Я не знаю, любишь ли ты такое. – Конечно, это было бы очень интересно. – Ещё, есть одно место, которое мы когда-то посетили с Женей. Не уверена, интересно ли тебе будет… – Не томи – сложив две свои ладошки на голые коленки Киры произнёс я. – Это театр. Знаю, ты любишь кино, а вот театр на любителя. – Это было бы очень здорово! – искренне произнёс я – Тысячу лет не был в театре. Кира улыбнулась. В её глазах сверкнул огонёк. Мы быстро позавтракали и на весь день с головой окунулись в экскурсии по самым интересным местам Симферополя. Неаполь Скифский, археологический музей, Долгоруковский обелиск, а также Екатерининский сад. Даже представить не могу, как мы всё успели. Правда вернулись глубоко на закате. Есть не хотелось, так как мы отведали еды в кафе. Я заметил, что Кира вела себя временами очень отстранённо и напугано. Но чем больше я говорил с ней, тем меньше она… нервничала. Не уверен, можно ли назвать её состояние нервным. Думаю, очень подходит. Идя домой, мы много болтали, смеялись, а вот уже в квартире она вновь показалась мне опечаленной. Правда, поговорить я с ней так и не смог. Кира быстро убежала в душ, сразу же после меня. Я остался лишь в ночных шортах ожидать её. Посмотрев полный выпуск новостей наконец в комнате появилась Кира. Приятный запах шампуней, исходящий от её волос, развеялся по комнате. Её светлое тело манило. Но что-то смущало. Красные глаза. Они словно указывали на то, что Кира плакала. Я тут же подошёл к ней, когда она раскладывала одежду на полки. – Что случилось? – оперевшись о быльце кровати спросил я, положив свою ладонь на талию Киры. – Ничего. Всё хорошо – улыбнувшись Кира закрыла шкаф и повернулась ко мне. Её руки овили мои плечи. Сладкие губы заставили забыть о каких-то неприятных или странных моментах. Я растворился в сладком слитии нашей слюны. Мои прикосновения её голых плеч задели бретельки майки. При мерцании фар за окном я любовался её телом, снимая одежду. Её прекрасной грудью. Да, бельё тоже полетело куда-то на пол. Но это не важно. Главное, что сейчас я могу поцеловать её грудь, животик. А Кира в свою очередь уже высвободила мой член и начала его ублажать руками. Эта инициативность с её стороны очень порадовала меня и крайне возбудила буквально за минуту. «Всё нормально? » – прервал я линию влажных поцелуев, ведущих от пупка к подбородку Киры. Она утвердительно кивнула и заключила свои руки на моей шее. Не в силах сдержаться от приятного щекотливого ощущения я располагаю Киру спиной на кровати. Она в напряжении, поэтому нежными поглаживаниями и страстными поцелуями я продолжаю расслаблять её тело. Но крышу сносит, когда два моих пальчика проходят по её киске, как по маслу скользя по ней внутрь. Взгляд Киры не много напуган. На мгновение я останавливаю весь мир, чтобы поверхность наших губ воссоединилась. Заметив, как она одобрительно обняла меня я более не совладаю собой и вхожу в узкую щелку. Вхожу медленно, чтобы не сделать ей больно, не торопливыми кругами. Её уровень удовольствия постепенно нарастает в зависимости от моего ускоряющегося темпа. Я слышу это по её дыханию. Я вижу, даже ощущаю, что ей хорошо. А я возбуждаюсь от того, что она получает удовольствие. Поднявшись на руки, став в планку я начинаю входить всё быстрее. Её женские ладошки гладя проходят по моим рукам вверх к плечам и шее. На секунду я останавливаюсь, чтобы перевести дыхание. Губы Киры одарили меня ангельскими поцелуями ощущаемые в области шеи. Я улыбаюсь, схватив одну её ножку к себе на плечо врываюсь с новой силой. С наших горячих тел водопадом стекает пот. Кира так сжимает меня внутри. Такая горячая и родная. «Солнце, не сжимай так» – вырвалось из моих уст. Мои пальчики шаловливо прикасаются к клитору, но Кира перехватывает мою ладонь, с силой сжимая её в своей руке. Я совершаю ещё несколько глубоких толчков. Кира сжимает внутри импульсами из-за чего я тут же кончаю, проливая всё на её животик. Не много отдышавшись, я беру футболку и вытираю животик. Кира обнимает меня, хотя её взгляд выглядит так… так, будто о чём-то размышляя, застыл в одной точке. Я целую её щеку. Она тут же возвращается в реальный мир. На минуты мы зарываемся в одеяло с головой и ложимся в объятия друг друга. Руки Киры поглаживают мои плечи. Так приятно остановить время в этом мире. Но вскоре Кира быстро убегает в душ. Я медленно одеваюсь, включаю телевизор и тушу свет. После отличного дня так и клонит в сон. Я бегу на кухню, чтобы сделать глоток воды и погрузится в сновидения. Но на пути обратно в спальню сталкиваюсь с Кирой. После душа она вышла бледной. Глаза вновь не много опухли. Меня волновал этот вид поэтому я попытался ещё раз уже напрямую: – Ты плакала что ли? – серьёзным тоном заявил я, приобняв её за плечо. – Нет – односложно ответив Кира и убежала в спальню. Я пару секунд постоял с мыслью: «Ну что-то же не так» и так же направился в комнату. Кира уже забралась под одеяло намаз тело кремом. Я устроился рядом. Она обняла подушку повернувшись ко мне спиной. Я обнял Киру за талию, но эта подушка мешала. – Так, ну-ка убери её – отодвинул я мягкую подушку. – Эй, я её обнимаю ночью. – Теперь будешь обнимать меня – я протянул свою руку от талии к её груди. Кира обхватила мою руку со свей сторон своими ладонями таким образом обняв её. Я уткнулся в её мягкие волосы и заснул. Ночь шла медленно и спокойно. Я видел уже пятый по счёту сон, как вдруг его прервал странный толчок. Я открыл глаза и понял, что это вздрогнула Кира. Кажется, ей приснился кошмар. Она протёрла лицо ладонями, а после повернулась ко мне лицом и уткнулась в мою грудь. Я вновь её обнял и быстро погрузился в сон. Хотелось спать поэтому никто из нас не произнёс ни слова. – Рассказывал мне как-то друг историю, произошедшая в 1999 году под Дрезденом, – рассказывал я за завтраком. – Приехал русский со своим немецким другом на бензоколонку заправиться. Вышел из авто полюбопытствовать, как это у них происходит. На этой заправке система была такая: на колонке несколько кнопок: "на 20 марок", "на 50 марок", "на 100 марок", "полный бак". Нажимаешь кнопку, бензин сразу начинает заливаться в бак, а водитель в это время идет платить за бензин. И тут русский задает своему немецкому другу вопрос: — А что будет, если я не заплачу за бензин, а просто уеду? Немец впал в легкий ступор и переспросил: — Как это, просто уеду? — Ну, допустим, я вор. Украл бензин, понимаешь? — Понимаю. Немец задумался. Секунд через тридцать напряженной мозговой деятельности он хлопает себя по лбу и радостно сообщает: — Так здесь, наверное, есть видеокамеры! Если ты уедешь, не заплатив, номер твоего авто сообщат в полицию и тебя арестуют! — А если номер грязный? Тут у немца делаются огромные глаза, абсолютно ошарашенное лицо, и он задает следующий вопрос: — КАК ЭТО "НОМЕР ГРЯЗНЫЙ"?! Кира хохотнула, поставив передо мной кофе. На переднем плане сегодняшнего дня у нас театр. Ещё в обед мы купили билеты на пять часов вечера, а также зашли в магазин за продуктами. Прогуливавшись через большой парк домой, мы продолжали наш диалог. – А почему ты так любишь театр? – начал я в одной руке неся пакет, а в другой держа Киру за руку. – Наверное, я всегда мечтала попробовать себя в этом. В школе я даже сама как-то организовала свой театральный кружок. Не без помощи учителей, конечно. – Это очень здорово! Чего же не попробовала? – Ну… Не смогла. После школы всё пошло не так, как хотелось. Но ничего страшного. Может, если бы я играла в театре, то с меньшим бы удовольствием посещала эти редкие выступления в качестве гостя. – В этом есть смысл, – я задумался, а после вспомнил прошедшую ночью – Слушай, а что произошло ночью. Ты проснулась? – Да. Это… просто кошмар. Если честно, у меня так часто бывает. А иногда я страдают от бессонницы. Это нормально для меня, так что можешь не обращать на это внимание. – Ну как же? А к врачу обращалась? – Нет… Ну, да, но он не смог помочь. Не думай об этом. Лучше расскажи, как там твоя мама. Она же звонила утром? – Да, хотела узнать, как мы тут. У неё всё нормально. Работа, дом и вновь работа. Вот собираются с отцом на дачу съездить. – У вас есть дача? Далеко от города? – Нет. Минут тридцать езды. Мы называем это дачей, но ранее это был дом моей бабушки, матери отца. Она умерла и дом перешёл в наши руки. – Сожалею. Такая потеря для твоих родителей. А у вас там есть какой-то огород или что-то в этом роде? – Там не то, чтобы огород, есть грядки с зеленью и помидорами. Много цветов поэтому мать и ездит туда. Не оставляя беседы, мы быстро дошли до дома. Прилёг посмотреть фильм время пролетело невероятно быстро. Мы даже бежали к театру с мыслями, что всё же опоздали. Но в итоге успели как раз к началу. Мы выбрали комедию поэтому на протяжении всего выступления от души смеялись и обсуждали каких-то смешных и ярких актёров. Последующие дни я провёл один, так как Кира пропадала на работе. Я действительно заметил, что ночью она часто просыпается. Я старался закрывать на это глаза, как она и просила, но не обращать внимание на подавленное состояние, в котором она приходит каждый раз с работы я просто не мог. В один такой момент я купил большой букет гортензии и преподнёс его Кире. Она поцеловала меня в щёку в качестве благодарности и принялась ставить цветы в вазу. – Кир, у тебя всё нормально? Ты такая бледная. Ешь мало, ещё и приходишь какой-то грустной с работы. Что-то случилось? – С чего ты взял? Нет. Всё в порядке, – монотонно, будто заучено произнесла она. – Кира, вот ты никогда мне ничего не рассказывала и не рассказываешь о своей работе. Но я вижу, что что-то тебя там расстраивает. – Я просто устаю, – увиливая от моих глаз более злым тоном произнесла Кира и принялась мыть посуду. Я встал и обнял её из-за спины. – Ну ты можешь мне всё рассказать, Кира. Ты же спрашиваешь у меня, и я тебе говорю о своих проблемах каких-то на работе, дома. – Сегодня все сотрудники решили на завтра съездить на шашлыки за город. А я не знаю, как отказаться. – О, так давай сходим. Я пойду с тобой, если можно. – Нет, пожалуйста, нет, – слезливо начала Кира. Я удивлённо на неё посмотрел и вдруг она поменялась в лице. Вновь стала холодной, а глаза опечаленными. – Почему нет? Это было бы весело. И я бы познакомился с людьми, с которыми ты работаешь. Лично мне было бы интересно. – …Зачем тебе это? – неуверенно начала она. – Ну рас уж они приглашают, почему бы и не сходить. Кира выглядела контуженой, но вскоре всё же сказала, если я пойду с ней, тогда она может принять это приглашение. В итоге мы активно стали готовится к следующему дню, хотя Кира от этого так и не повеселела. Я не понимал, что её тревожит, но среди предположений появилась мысль о том, что, возможно, у неё трудности в общении с людьми. Ведь ранее, когда мы ходили в театр и посещали экскурсии, она так же выглядела напуганной и крайне неразговорчивой. Это странное состояние было всё время до момента, пока мы не оказались в лесу среди шести человек, трое из которых мужчины. Это всё работники магазинчика, где работает Кира. Мне показались они очень приятными людьми. С мужиками я вообще быстро нашёл общий язык. А вот Кира мало с кем разговаривала., но улыбалась, когда все смеялись с шуток кото-то из присутствующих. Пока девушки строили еду на стол, нарезая овощи на салаты, мужская часть отправилась жарить мясо. Я помогал им, иногда поглядывая на Киру, на её, временами, грустный взгляд. – Слушай, Макар, а ты вообще от куда? – начал один из моих собеседников, Кирилл, самый крупный из всех мужчин. – Не от сюда. Ростов-на-Дону. – А, я просто интересуюсь, а то Кира всегда была одна, а тут так внезапно ты появился, – засмеялся Кирилл, но эта шутка не показалась мне доброй, а особенно его взгляд, которым он так опаливал Киру на протяжении всего дня. Мне очень нравилось, что Кира и сама видела это странное внимание с его стороны, поэтому сразу же подходила ко мне беря мою руку в свою. Смотря на всё мне показалось, что Киру в этой компании не воспринимают всерьёз. Она молчит, почти ничего не говорит, лишь изредка дополняет предложения. Её редко о чём-то спрашивают или обращаются к ней со стороны женской компании. А вот мужчины иногда всё же с ней говорят. Только односложные ответы Киры не позволяют им завести диалог. Так проведя время до заката мы отправились домой. – Тебе не нравятся твои коллеги? – уже дома спросил я. – Нет, с чего ты взял? – расстилая кровать начала Кира. – Ну, мне так показалось. – Нет, всё в порядке. И вообще, спасибо, что решил пойти со мной. С тобой так приятно. Если бы я пошла одна… я бы не пошла одна, – улыбнулась Кира самой грустной улыбкой. – А почему не пошла бы? Что тебе не нравится? – Я просто не люблю подобные сборы, праздники. Последующие дни Кира вновь провела на работе при чём больше обычного, так как ей пришлось помочь своей коллеги и подметить её. Неизменно, она приходила после работы подавленной и не разговорчивой. В последний рабочий день, вечером, я встретил её с большой миской клубники. Так хотелось порадовать Киру и мне это удалось. Хоть с натяжкой, но она всё же улыбнулась. – Ух, какая большая. Ещё бы шампанского. – Сбегать? – всерьёз задался я. – Это шутка. Не стоит пить без повода. – Да ладно. Отметим… отметим мой приезд к тебе. – Не поздновато ли? – хохотнула Кира. Я погладил её руку. – Никогда не бывает поздно, так что я мигом. – Нет-нет. Я… – ничего более не слыша я выбежал из подъезда в ближайший магазин. Включив музыку на всю квартиру Кира даже зажгла свечи к моему приходу. – Вообще ранее я не пил, – разливая шампанское по бокалам произнёс я. – Ничего себе. Это я так на тебя плохо повлияла? – улыбнулась Кира. – Нет, – серьёзно произнёс я, подавая ей бокал и смотря в эти красивые глаза. Мы выпили буквально по пару глотков, я не ожидал, но Кира сама подсела ко мне по ближе взяв в замок мою ладонь. Я набрался не много смелости и наглым рывком притянул её тело в плотную к своему захватив её губу в плен своих. Член уже стоял, поэтому я стал тереться им через ткань о Киру, усадив её к себе на коленки. Её тонкие руки задрожали, а грудь стала нервно вздыматься. Только ли моя рука скользнула ей в ширинку, Кира инстинктивно попыталась сжать свои ножки. Я на секунду остановился, рассыпая свои поцелуи по её шее и выямках ключицы. «Не бойся, обхвати ножками моё тело» – сжимая женские бёдра произнёс я. Стащив с неё брюки, она всё же закрепила свои ножки на моей спине. Я продолжил тереться об неё оголяя её грудь губами и ощущая, как руки массируют мою голову, приятно запутываясь в волосах. Вскоре Кира сама потянулась и расстегнула ширинку. Я достал ствол посмотрев на Киру прищуренными глазами, мои губы сложились в еле видимую улыбку. Она опустила свой взгляд прикоснувшись пальчиками к головке. Я больше не мог терпеть. Взяв Киру не много ниже груди, я приподнял её и посадил верхом. Она отодвинула часть трусиков, давая мне войти в неё. По началу было трудно войти так как проход оказался сухим, но я как мог старался разогреть Киру, сжимая грудь в своих руках и поцелуях. Благодаря этому головка медленно скользнула внутрь. Кира затаила дыхание. Я ощутил, что она в сильном напряжении поэтому принялся её целовать, поглаживая животик и переходя к талии. Прижав Киру ещё плотнее к себе, я добился того, чтобы её клир стал тереться о мой пресс. В этот момент она расслабилась, что позволило мне войти глубже и ощутить невероятно приятные чувства. Крепко впившись руками в её попу, я с большой скоростью стал насаживать её. В моменте её громкие вздохи перешли на стоны, сильно сжав, даже исцарапав мою спину. На секунду мы оба замерли. Но вскоре Кира сладко поцеловала меня обвив руками моё лицо. Медленно я снова стал набирать темп. Она обняла меня положив голову на моё плечо. Я не мог более терпеть поэтому вытащил член в страхе, что просто не успею. Кира помогла мне. Она, под контролем моей руки, сделала несколько массирующих движений с головкой, опустившись к яйцам, из-за чего я быстро кончил. Кира тут же слезла с меня поправив футболку, запрятав грудь. Она трудно дышала из-за чего еле натянула на себя брюки. Я же так спрятал член и лёг в угол кровати поманил жестом Киру к себе. Как котёнок, она прилегла на меня, чуть выше моих колен. Я поглаживал её волосы и нежные плечики. – Ты же кончила? – заволновался я. Кира резво кивнула: «Да». Но её озадаченный взгляд не много заставлял понервничать. – Тебе хорошо со мной? – Конечно. – Кира тут же отпрянула от меня посмотрев прямо в глаза. – Почему… ты спросил? Я как-то не так себя виду? – она тут же отвела взгляд в пол. Я погладил её руку, поцеловал плечо и вновь притянул к себе. – Нет. Всё отлично – после этих слов мы улеглись в постель погрузившись в сон. На утро я проснулся достаточно рано. Умывшись, пока Кира спала, я решил не много прибраться. Вышел в гостиную, где находился мой шкаф с вещами и принялся там всё складывать, как вдруг с верхней полки что-то шумно свалилось. Это были какие-то таблетки. Они не были подписаны и помещены не в пластину или пачку, а в маленькую баночку размером с мой большой палец. Я поставил их на тумбу. – Ты чем шумишь здесь? – послышался хриплый ото сна голосок Киры. Она облокотилась о проём двери протирая глаза. – Кира, что это? – спокойно и даже с любопытством задался я, показав ей баночку. Но её взгляд в миг поменялся. Она за секунду проснулась и напугано отобрала этот пузырёк из рук. Кира прикрыла свои губы ладонью, сжатой в кулак. Взгляд уже без эмоции уставился на меня. – Ну, что ты на меня так смотришь? Скажи хоть что-нибудь. – Её глаза не моргая уставились в пол. – Это моё… – она ещё на пару секунд застыла в молчании. – Я понял, – начал злится я. – Так что это? – Макар, это… – она проглотила ком в горле, а вместе с тем, и слова. – «Это». Ну ты можешь мне объяснить? – всё сильнее злился я, схватив Киру за ладонь. – Это… Это успокоительные. Я их уже давно принимаю, – тихим голоском произнесла Кира освободив руку из моей. – Боже мой, почему ты раньше не рассказывала? – Боялась. Скажешь ещё, что я ненормальная какая-то, – она отвернула голову от меня. Я отошёл от неё на метр. – Кира, ты нормальная? Ты… точнее, – запнулся я и сам улыбнулся с этого, но быстро серьёзность взяла вверх. – Ты то нормальная. Ничего такого. Можно же было мне сказать. Ради Бога, не хочешь кому-то об этом говорить и ладно, но мне то можно было. – Извини, – она виновато опустила свой взгляд. Я шумно выдохнул. – А тебе их доктор приписал? – обняв её за талию спросил я. Она не ответила на мои объятия и быстро отошла от меня. – Да. – Мы на минуту замолчали. – Пойду я умоюсь. Что-то утро слишком резко началось. Я не понял её волнения. Сразу же побежал на кухню строить для нас завтрак. Это заняло где-то минут пятнадцать. Но за это время Кира так и не появилась. Только когда чай уже остыл она показалась на кухне уже одетая, а волосы собраны в хвост из небольшой части волос, остальная часть осталась распущена. Я заметил, как она нервно себя ощущала, беря в руки холодную кружку чая. – Давай я в микроволновке нагрею? – Не надо. У нас же есть лимон? Я брошу кусочек и будет освежающий напиток. А вообще можно сделать ещё такой чай, залить в бутылку и взять с собой на море. – О, точно. Отличная идея, – улыбнулся я и достал маленькую бутылку, которая осталась у меня ещё после перелёта. – Да. А ещё можем прокатится на катере, как тебе идея? – Можно. – Я на секунду замолчал, пережёвывая хлеб с маслом. Кира так же откусила кусочек включив телевизор. – Слушай, я хотел спросить о твоих таблетках, не против? – …Ну, давай, – с запинкой произнесла Кира. – Почему тебе их приписали? Есть какие-то проблемы? – заботливо спросил я. – Просто повышена тревожность… с детства. – Понятно. Ну, ничего. Только не понимаю, почему ты так боишься говорить об этом. Кира ничего не ответила. А я не стал никак давить на неё, так как это не казалось мне чем-то ужасным. Мы собрались и отправились на автобусную остановку. Как и сегодня, так и последующие выходные Киры мы проводили на море. Единожды даже попали под дождь. Это было крайне весело. Мне нравилось смотреть на её хоть и бледное, но приятное тело в купальнике. Вот только смущали её полосы на бедре. Как-то выйдя вечером после душа, я подошёл к ней, пока она лежала и читала книжку. – Солнце, я хочу с тобой поговорить, – сев рядом и начав поглаживать коленку Киры произнёс я. – О чём? – напряглась Кира. Её глаза прошлись по мне снизу вверх. Она замерла только лишь изредка моргая. – У тебя шрамы на ноге… – после этих слов она окончательно застыла, не моргая какое-то время. Мне даже показалось, что она не дышала. Но вскоре Кира отвернулась и продолжила чтение. – Давай не будем об этом, – тихо, точно со страхом произнесла она. – Кира, мне кажется, у тебя ранее не было такой раны, которую я заметил сейчас. – Я перешёл в стадию нападения, но это было необходимо, ведь я очень волновался за неё. – Ты можешь мне объяснить? – Пожалуйста… – слезливо промямлила Кира отодвигаясь от меня всё дальше. – Ты сама это делаешь? – мой вопрос заставил её закрыть лицо руками. По её дыханию я понял, что она плачет. Я оставил свой гнев и приобнял её. – Кира, – тихо окликнул её я. – Иногда я очень сильно злюсь на себя и тогда… – произнесла она. Меня напугала такая неожиданная откровенность, к которой я вряд ли был готов. На некоторые минуты я оставил Киру и погрузился в свои мысли. – Прости, Макар. Я не хотела тебя расстроить, – этот напуганный голосок заставил меня очнутся. – Ничего. Давай только ты больше не будешь делать такого, хорошо? Кира кивнула и виновато опустила взгляд в пол. Я быстро обнял её улыбнувшись. Меня напугала эта информация, но бросить Киру из-за этого даже и мысли не возникло. Теперь я смотрел на неё более с жалостью, чем со злостью. Она же просто была расстроена. Так и уснули. Среди ночи я проснулся из-за странного нарастающего временами шума. Звук доносился от соседей сверху. Я повернулся к Кире. Она спала. Мой взгляд на минуту застыл на её спокойном теле, дыхании, как вдруг послышался ещё громкий удар с потолка. Кира содрогнулась всем телом подскочив. Я тут же погладил её плечо с предупреждением: – Это соседи сверху, не бойся, – успокоил я. Мы оба легли на спину ожидая, когда шум прекратится. Но наше ожидание затянулось, приведя состояние в полное бодрствование. – Ты такая пуглива. Это с чем-о связано? – поинтересовался я, так как спать уже совсем не хотелось. – Не знаю… Кажется, я всегда была такой. – Я успокоительно кивнул, обвив рукой её талию. Кира легла по ближе ко мне в попытке уснуть. Последующие дни я стал отмечать в календаре, так как уже очень скоро мне придётся покинуть солнечный Крым, а вместе с тем и Киру. Как здесь было здорово. Я всё чётче и чётче рисую с ней будущее. Для меня она интересна, временами забавна, а главное я всегда могу с ней поговорить. Она отличный слушатель и собеседник. Всегда поддерживает не простыми словами: «Всё будет в порядке», а достаточно стоящими аргументами. С ней очень здорово. Именно поэтому в последний день перед своим отъездом, это как раз попало на день рождение Киры, я дождался её ухода на работу и сразу же принялся готовить для неё праздничный ужин, а также купил дорогостоящий подарок. В общем, хотел насытится ею сполна. И вот когда она наконец вошла в квартиру её губы разошлись в улыбку. «Я же просила ничего не устраивать», – слышится её не много уставший и тёплый голосок. Я молча целую её губы коротким рывком после чего веду за кухонный стол, посередине которого стоит ваза с пышными розами, а также расставленной посудой. Я быстро представляю некоторые блюда, после чего мы начинает трапезу. – Тебя как-то поздравляли на работе? – К сожалению, да. Все собрались и устроили пьянку, которую я успешно избежала. – То-то я думаю, чего ты сегодня так рано. Впрочем, это здорово. Кира, девятнадцать лет – это серьёзная дата, не чувствуешь? – Может не много кости стали хрустеть, а в остальном ничего не ощущаю, – засмеялась Кира, но быстро изменилась в лице схватившись за свою сумку. – Совсем забыла. Мне на работе подарили вот такую картину. – Из сумки она достала небольших размеров нарисованный маслом закат отражающийся в море. Поистине великолепное зрелище. – Ох, ну рас уж ты начала о подарках, тогда… – я быстро достал из кармана футляр и открыв его Кира увидела золотое колечко в виде веточки. – Примерь. – Господи, Макар. – Кира замерла, держа маленькое украшение в своих руках. – Дай я. На средний палец. Вот так, – колечко плотно обхватило палец остановившись у основания фалангов, как влитое. – Это очень красиво! Но не стоило так сильно тратится. – Я обнял талию Киры поцеловав её плечо. – Что ты такое говоришь? Мало того, что запретила мне устроить тебе праздник на твой день рождение, так ещё и подарок не нравится? – я наигранно обиделся. – Нет, мне всё нравится. Я очень тебе благодарна, Макар. – Кира без раздумий обхватила своими ладонями моё лицо крепко и так сладко поцеловав в губы. Я не сдержался и прижал её тело плотнее к себе. Страсть слилась воедино, но одна мысль заставляла меня остановится. – Кира, а Женя же сегодня приедет? – вспомнил я. Она улыбнулась, услышав этот вопрос. – Он не успел на самолёт поэтому прилетит завтра, ближе к обеду. Её хитрая улыбка так и поманила меня. Потеряв голову, я вцепился в её сладкие губы. Она крепко обхватила меня за спину сев на коленки. Одним рывком я поднял её на руки неся в нашу спальню. Кира смеялась, крепко обняв меня. Я целую её ключицу. После перехожу на ножки. Окутываю губами бёдра. Она сильно смущается, когда поцелуй проходит по ткани трусиков поэтому я не продолжаю и иду выше к животику. Кира запускает свои руки в мои волосы. Сейчас она лежит передо мной абсолютно голая и такая родная. Я ласкаю её киску пальчиками. Ей это нравится. Секундами она даже срывается на еле слышный крик. Я вхожу в её столь мокрую киску пальчиками. Она сжимает мою руку. Дыхание тяжёлое. А сердца биение слышно за километр. Мгновение и Кира сжимается в приятных судорогах. Как же это быстро произошло. Головкой члена я начинаю водить по её животику и клиторе. Кажется, она снова завелась. Я больше не могу ждать. Вхожу в неё. Медленно делаю несколько толчков, как вдруг она останавливает меня. – Войдёшь в меня сзади? – прошептала она после чего отодвинулась на полметра от меня. – День рождение у тебя, а праздник у меня? – пошутил я. Кира улыбнулась, хотя её взгляд выглядел не много напуганным. Я тут же прекратил все свои шуточки и только ли она повернулась ко мне спиной, я стал целовать её плечи, выямку на спине подходя к попе. Кира целует меня в губы и полностью становится на четвереньки. Я пристраиваюсь к ней сзади, располагаю руки на светлой попе. Поцелуи рассеиваются по спинке вдоль к шее. Постепенно я завожу хороший темп. Кира тяжело дышит и тут же сжимает меня. Я быстро вытаскиваю и кончаю ей на спинку. С трудом отдышавшись я обнимаю её. Кира лежит в моих объятиях. Я поглаживаю её грудь, часть которой она перекрыла одеялом. – Кто тебя ещё сегодня поздравлял? – спросил я. – Женя звонил? – Да. Мама тоже звонила. – О, это здорово. А она не хочет приехать или ты к ней? – Я не приезжала к ним уже более двух лет. Желание до сих пор не появилось. И не дай Бог она решит приехать ко мне. – Ой, так всё плохо у вас? – Нет. Она хорошая мать, но всё же пока что я не хочу видеть ни её ни отца. – А отец хороший? – уткнувшись носом в её волосы задал я вопрос. – Много пьёт. Пока не пил был хорошим. В общем, обычная семья. Я поцеловал её макушку. Она заключила мою ладонь в замок. Я с радостью взглянул на её ручку, на одном из пальцев сверкало колечко. Как же это приятно. Так с улыбкой я и уснул. А на утро мы с Кирой активно принялись готовить сметанник. Правда я только сидел с кружкой кофе и пытался проснутся, в то время как Кира замешивала тесто. Как же сладко видеть, как она облизывает свои пальчики, испачканные сметаной. – Чего такая недовольная мордочка? – погладив меня по плечу спросила Кира. – Да написали по работе. Нужно проходить переаттестацию. – Ты переживаешь? – внимательно на меня посмотрела Кира. – Может не много, – я отставил кофе и взяв грязную посуду отправил её в мойкую – Кстати, есть ещё новость. Мне Олег написал. Который ещё гулял с нами одно время, помнишь? –- Белобрысый такой? Помню. – Да. Так вот он приглашает нас на свадьбу, – произнеся это я вновь сел за стол и заметил широкую улыбку на лице Киры. – Что за улыбка такая, счастливая? – засмеялся я. – Просто люблю, когда у людей всё хорошо. А когда свадьба запланирована? – Говорит, на апрель. – А, так это в следующем году? Ну и хорошо. Классно, что он нашёл ту единственную. – Я лишь улыбнулся. Ровно как по будильнику только ли духовка запищала: «Торт готов» на пороге нашей квартиры появился Женя. Я был рад его видеть, так как заметил, как Кира повеселела. Так здорово видеть её улыбку и искры в глазах. Да и грусть, которую она показала, когда мы оказались в аэропорту, тоже была приятна, ведь я знал, что Кира грустит обо мне, что я уезжаю, а это очень приятно. Как бы она не отнекивалась, я всё же крепко поцеловал её в губы на прощание. Мы тепло обнялись и распрощавшись я отправился на свой самолёт. А уже ближе к ночи я был у себя в квартире, разговаривал с Кирой по телефону. Хорошенько отоспаться мне не удалось. Следующим днём я уже бежал на работу. Благо день пролетел как-то уж слишком быстро. В завершение мы с другом, тем самым Олегом, решили пойти в кафе, чтобы отдохнуть. – …Но, когда она включает стервочку, так и хочется поставить её рачком и… – смеясь рассказывает всё он о своей невесте. – Хотя бывает легонечко и ударить хочется за это. Но это я шучу. Просто, блин, как начнёт: «Мусор вынеси! » и пошла мозгоёбка. – Повезло тебе с женой, – громко засмеялся я. – Не то слово. А ты ещё не надумал? – игриво подбивает он меня локтем. Я молчу на этот вопрос –А что тебе в ней нравится вообще, расскажи? – Да не знаю. Комфортно с ней. О, с ней всегда есть о чём поговорить. Я даже удивился, что она так много знает, учитывая свой возраст. Уважает мои увлечения. Деликатный и понимающий человек. – Действительно, удивительно, что 19 летняя девчонка умеет уважать интересы другого. Ох, помню я себя в двадцать. Да, было время. – Не говори. Хотя она не утратила романтики этой… юношеской романтики, во. Но это даже интересно. – О, так всё же вы за нами пойдёте в ЗАГС? – засмеялся Олег. Я ухмыльнулся, но в голове всерьёз подумал об этом. Так лето и прошло. Все мысли были заняты только Кирой. Я звонил ей всегда, писал. Смущало лишь то, что она мало со мной говорила. За время пока мы не виделись, мне даже показалось, что она стала отдалятся. – Расскажи мне, как прошёл день на работе? – спрашивал я наконец прилёг на кровать после своего рабочего дня. – …Нормально, – неуверенно произнесла Кира. – А можно не много более развёрнуто? Ты никогда мне ничего не рассказываешь, – моему терпению пришёл конец. – Мы говорили с тобой раньше, а теперь что? – Макар, я… – попыталась она, но я прервал её несвязный слог. – У тебя кто-то появился? – решился спросить я. – Нет! – как можно громче выклинилась Кира чем сразу же убедила меня. – Мне трудно говорить об этом. Макар, я в своей жизни испытываю трудности, с которыми не сталкивается большинство. – Да, я уже давно это заметил и что в этом такого? Ты можешь мне рассказать об этом, если захочешь. Только не молчи, а то я думаю, что ты уже там Бог знает почему не хочешь со мной говорить. – Господи, как ты можешь так думать? Я просто не хочу взваливать на тебя все свои «бзики». – То есть я на тебя могу взваливать всё, а ты нет, получается? Ну что случилось сегодня, рассказывай. Почему такой грустный голос? – Я сегодня букет неправильно собрала. Ещё и на ногу наступила клиенту. Краснела, извинялась, а он накричал ещё сверху. Слушая все подробности трудностей Киры, я понял, что она очень тревожна в общении с людьми. В моих глазах её трудности мелочны, но я вижу, как сильно она переживает из-за них. Благо я нашёл слова поддержки, и вроде как ей стало легче. Мы даже вышли на видеосвязь и я увидел её улыбающееся личико. Так, отсчитывая дни, подошёл октябрь. Ростов-на-Дону. Как снег сред осени, так же неожиданно пронеслась новость о том, что Женя вместе со своим другом решили поехать в Беларусь. Там предложили какую-то работу, вот они и решились. Для Киры эта новость была неожиданной и крайне фатальной. Она попросила на неделю подменить её на работе, чтобы приехать в Ростов. Благодаря разговорам и доверительным отношениям Макар обо всём узнал от Киры. Он уговорил её остаться жить у него, а не у Жени, как это было ранее. Но по приезду Кира сразу же рванула в квартиру брата. – Почему так внезапно? – плакала Кира. – Для меня это тоже стало неожиданной новостью, – отвечал Женя, гладя сестру по руке. – Серёга пришёл, сказал, что есть такое предложение и вот я решил его принять. Кира, не расстраивайся. – Боже мой, как я буду одна? Ты так мне помогал всегда. – Ты не одна. У тебя же есть Макар. У вас всё будет хорошо. Тем более я всего на полгода. А дальше уж как пойдёт. Но в Россию в любом случае надо будет вернутся, так что не переживай. – Женя… – задумалась Кира вытирая слёзы, стекающие по щекам, – а можно я сегодня останусь у тебя ночевать? Завтра же уезжаешь. – Конечно. Макара предупреди только. Пол ночи девушка плакала, моря себя, а на утро, когда подошло время собираться, она уснула. Жене так не хотелось её будить поэтому он решил не брать её с собой в аэропорт. Уже когда куртка была застёгнута на его теле, он разбудил сонный разум. – Кира, мне пора. Я позвоню, – прошептал Женя. Девушка тут же подскочила. – Погоди, почему ты меня не разбудил? Я же хотела тебя проводить! – Кира, успокойся. Отложи вещи в сторону. Мне уже пора. – Дай мне минуту, я быстро соберусь. – Времени совсем в обрез. – Женя обнял сестру и улыбнулся на прощание. – Всё будет хорошо, Кира. – Удачи. Позвони, как будет время, – оставив свои попытки опечаленно сказала Кира. – Конечно. Обязательно. Ты можешь оставаться у меня до обеда. А там, ближе к этому времени хозяйка придёт. Ей ключи отдать нужно. – Я поняла. Всё отдам. – Хорошо. Макару «привет», – на прощание они ещё раз крепко обнялись после чего Женя скрылся за входной дверью. Ростов-на-Дону. Сегодняшний рабочий день прошёл как-то особенно тяжко. Может это связано с тем, что я миллион раз звонил Кире, а она не брала трубку, а может ещё с чем. Фиг его знает. Уже поднимаясь к своей квартире, я стал не на шутку переживать, ведь на дворе ночь, а Кира не перезвонила и трубку от меня не брала. Какое же я ощутил облегчение, когда увидел включённый свет в квартире, оказавшись в коридоре. А на полке кроссовки Киры. – Привет. – крикнул я, войдя в прихожую, снимая с себя куртку. – Здравствуй, – появилась Кира на пороге кухни. На ней был фартук, а волосы собраны в комок. – Извини, что не позвонила. Какие-то проблемы с мобильником. Завтра отнесу его в ремонт. – Ничего. Я вот, купил печенье к чаю, – указал я на пакет. Кира подняла его с пола, пока я вешал куртку. Я быстро прошёл за ней следом сев за стол. Кира поставила передо мной тарелку красивого красного борща, от которого исходил приятный аромат. – Какая красота, – улыбнулся я. – Ешь. Приятного аппетита. – А как же ты? Составишь компанию? – Не хочу, спасибо. Тем более я наелась пока всё это готовила. – Поверю, так и быть. – Я принялся черпать суп ложкой. – Женя уехал? – Да… – неуверенно произнесла Кира громко колотя ложкой сахар в чае. – А как родители отнеслись к его отъезду? Он же говорил им? – Говорил. Отец сказал, что давно пора, а мама решила промолчать. Не довольна. – Ну, её можно понять. Я заметил, что Кира явно в подавленном состоянии поэтому решил помочь ей убраться на кухне, помыть посуду. Включил её любимую музыку, пока она расстилала кровать. Я справился со всем и вошёл в спальню в момент, когда Кира переодевалась. То, как она накидала на себя ту самую футболку на голое тело, которое прикрывало лишь трусики, меня очень возбудило. Но подойдя ближе мой восторг сменился страхом и грубостью в голосе. – Кира, что это такое? – она удивлённо повернулась ко мне лицом поправляя одетую футболку-пижаму. – Что это на бедре такое? – Её удивление сменилось холодностью во взгляде. – Забудь. Не нужно здесь так распинаться. – Что? А как мне ещё говорить, когда я вижу такое? – возможно я действительно был груб, но моя память не смогла уже более забыть такого страшного пореза на бедре, вокруг которого кожа посинела, а внутри кровь будто запеклась. – Слушай, вот прекрати это всё. Я сама в состоянии решать, что мне делать со своим телом. В твоей помощи не нуждаюсь. – Да ты вообще соображаешь? Кира, там венты, там… да вообще, что за глупости. Зачем ты занимаешься такой херней? – возмутился я, перейдя на крик. Кира ничего не ответила. Она молча вышла из комнаты. Я побежал следом, увидев, что она направляется на выход из квартиры. – Стой, куда ты? – Оставь меня. Тебе не нужно было… вообще, нам не стоило всё это начинать, – кричала Кира мне в след, натягивая обувь. Она была готова убежать, но я стал на её пути к двери. – Ты никуда не пойдёшь. Успокойся с начала. – Уйди. Или я буду кричать. – Что? – засмеялся я, но при этом продолжил смотреть на Киру. На секунду я поймал себя на мысли, что моя реакция неадекватна. Никогда ранее я ещё так себя не вёл. Кажется, нервы и трудный рабочий день дали своё. – Я выйду через окно, – со злобой в глазах произнесла Кира и развернулась, собираясь уйти, но я схватил её за руку. Мы ничего не говорили. Её ладонь замерла в моей руке. Мы стояли: я смотрел на её растерянность и при этом смешавшуюся злость, а её взгляд бегал по квартире. – Пусти меня – наконец пропищала она. – Если ты собираешься куда-то уйти, тогда я не пущу. – Да не куда мне идти и так ты знаешь – она быстро сбросила кроссовки и села за кухонный стол. Я расположился рядом. – Всё, забыли. Давай обработаем рану, а то мне показалось что-то не очень приятное, если так вообще можно сказать, – спокойным голосом, но при этом не оставляя злости, произнёс я. – Нет. Не надо, – чётко отрезала Кира. – Я дам тебе перекись, вату. Сама сделаешь всё, если хочешь. – Нет… – уже более неуверенно заявила Кира пустив одну слезинку по щеке. – Я не в состоянии. Я не смогу. – Тогда давай я. – Кира взглянула на меня после чего отвернула голову в сторону. – Ты злишься? – коротко произнесла она. – Всё, я не злюсь. Давай быстро сделаем всё и пойдём спать. – Я встал и разложил на столе аптечку, вытащив вату и перекись. Кира недовольно взглянула. Протянул к ней свою руку, – Иди сюда, – стараясь сдерживать злость или уж слишком сильные переживания произнёс я. – Макар, не стоит. Рана сама заживёт – сказав это Кира всё же вышла из-за стола ко мне. Я расположил её прямо перед собой, спиной к столу. – Я посажу тебя на стол, ладно? – обхватив Киру за талию я взглянул в эти неуверенные глаза и быстро подняв её, она села на стол, поправляя свою короткую футболку. – Не нужно! – вдруг возразила она, оттолкнув меня. – Да хватит свой характер проявлять здесь, – вновь вспыхнул я, но попытался всё же взять себя в руки. – Так, всё, давай, если ты не можешь это сделать, тогда я. – Не кричи только, – с трудом произнесла Кира наконец не много приподняв футболку с левой стороны. – Если больно станет, скажи мне, – последнее что я произнёс. Пред моим взором открылось бледное тело бедра, которое буквально было исполосовано в давно зажившие раны, среди которых виднелась одна свежая и всё ещё кровоточащая в некоторых местах рана. Она не была длинной, но оказалась очень глубокой. Я намочил вату и принялся максимально аккуратно промывать желтоватый порез, взявшийся коркой от инфекции и прочего. Вата быстро уходила, так как впитывала в себя кровь. Благо ближе к окончанию, и когда я уже нанёс раствор вокруг раны, кровь не много остановилась. Я старался сдерживать себя, проделывая всё быстро и осторожно, но без комментариев всё равно не удержался: – Охуеть, – непроизвольный шепот сорвался с моих уст. Кира сидела абсолютно спокойная, я бы даже сказал холодная, хотя, замечая подёргивания её пальцев на руках и ногах я понимал, что ей больно. – Так, готово, – закрыв всю рану пластырем произнёс я, собирая аптечку. – Спасибо, Макар… – с трудом становясь на ноги ответила Кира. – Всё, идём спать, – моя злость и волнение перешли в обычное недовольство. – Прости, я хочу побыть одна, – как можно тише произнесла Кира. – Давай я лягу здесь, а ты иди в спальню. – О Господи. Да я не злюсь. Не буду ничего говорить, идём. – Нет. Я правда хочу побыть одна. – Хорошо, – сдался я, шумно вдохнув воздуха. – Я останусь здесь. Иди. – Нет. Ни к чему эти жертвы. Я не позволю после рабочего дня тебе спать здесь, – твёрдо настояла она и буквально выставила меня за пределы кухни. Я принёс ей подушки, одеяло и ещё раз попытался убедить её отправится в спальню, но по итогу я оказался один в своей кровати. Естественно, после всего уснуть я никак не мог. Да и по шуму из кухни я слышал, что она не может долго уснуть. Очень хотел, но всё не решался пойти к ней. В итоге, только когда наступила полная тишина, а за окном появились первые отблески рассвета я всё же вошёл в кухню. Тусклый лучик лампы освещал её уставшее тело. Кира уснула в сидящем положении склонившись на спинку диванчика-уголка. Я выключил свет и сел рядом с ней. Начиная медленно засыпать, я ощутил до жути приятное тепло – она скрутилась в комок и во сне прижалась ближе ко мне. Я обнял её за плечо крепко уснув. На утро все конечности сильно затекли, но я был рад проснутся и увидеть уже давно бодрствующую Киру. Она сидела, обнимая мою руку, которой я овил её плечо. Я не ощущал злости и только ближе подсунулся к ней. – Доброе утро, – не громко произнёс я. – Доброе, – как выжатый лимон произнесла Кира – Сделать чай? – Давай ещё не много полежим, – упрямился я, положив голову ей на животик. – У тебя ничего не болит? – Нет, – коротко ответила она и всё же встала, чтобы включить чайник. – Чем сегодня хочешь заняться? – начал я, поправляя подушки и одеяло. – Может отоспаться на мягкой постели? – Я уезжаю после завтра утром. Сегодня хочу сходить к Жене. Он написал сегодня. Просит забрать некоторые вещи себе. – Блин, я как раз на работе после завтра, чёрт! А во сколько ты уезжаешь? – В шесть уже надо быть в поезде. – А, ну, хорошо. – Только не надо меня проводить, – наотрез отказалась Кира. Меня даже не много обидел её тон, но я не стал акцентировать на этом своё внимание. После завтрака мы отправились к Жене домой. Почти весь день провели в разборе некоторых вещей, половина из которых в посылках отправилась родителям. К вечеру Кира не много повеселели. Я не упустил этого момента и предложил отправится в кино. К моей радости она согласилась. Мы мало разговаривали, но приятно провели время в кинотеатре прогулявшись пешком до дома. Прямо как тогда, когда мы с Кирой только-только познакомились. Но атмосфера в доме в корни поменялась. Пока я ужинал Кира отправилась в душ. Она не разделила со мной трапезу сказав, что нет аппетита. Уговорить её поест мне не удалось. – Слушай, давай я поменяю пластырь, – начал я, когда она вышла и показалась на кухне. – Нет, – громко и резко отказалась она. Я тяжело вздохнул. – Вот пластыри. Сама всё сделай, – я поставил пачку на стол и направился в спальню. Медленно расстилая кровать, я услышал громкие и на деле пугающие стуки, пронзающие потолок. Я тут же рванул к Кире, чтобы предупредить, что это всего соседи, так как знаю, что её может это напугать. – Кира, это… – забежал я, но тут же моё волнение сменилось откровенным испугом. Кира скрючилась оперевшись руками о стол. – Что случилось? – Ничего. Просто, голова закружилась. Всё уже нормально, – она оглянулась вокруг и вздрогнула, когда послышались те самые стуки сверху. – Это соседи, – объяснил я и медленно провёл её в спальню. Она замерла сев на кровать. – Макар, я пойду на кухню, – вдруг подскочила она. – Нет, Кира, сегодня будем спать вместе. Тебе же там неудобно. Или ты до сих пор обижаешься? – Нет, я не злюсь на тебя или ещё что. Просто я не могу уснуть поэтому не хочу мешать твоему сну ночью. – Господи, да ничего страшного. Ложись со мной. Я очень обрадовался, когда она наконец поддалась и легла рядом, смотря в телевизор. Я обнял её в районе талии и крепко уснул. Но из-за шумов у соседей ночью, мой сон всё же они прервали. Я удивился, но Кира действительно так и не заснула. После я ещё просыпался рано утром, когда солнце ещё не успело выглянуть. Кира всё так же не спала. Она смотрела в потолок. Телевизор уже был выключен. Я всё ещё был уставшим поэтому уснул. Хотел всего на пару минут закрыть глаза, но достаточно хорошо уснул. Когда открыл глаза в окно било яркое осеннее солнце. Киры рядом не было. Но я слышал её в прихожей. Подойдя ближе к проёму двери я заметил, что она что-то искала, но в моменте прекратила свои поиски и скрылась на кухне. Я отправился в душ после чего показался на кухне. – Как вкусно пахнет, – сев за стол сказал я. – Что это? – Бутерброд, – Кира поставила на стол тарелку с хлебом, на котором виднелась тонко нарезанная и поджаренная колбаса вместе с жаренным яйцом и плавленым сыром. – Господи, какая красота. – Я с удовольствием начал есть заметив, что Кира даже мне улыбнулась. Её подавленность в какой-то миг исчезла. – Кир, а ты давно проснулась? – …Нет, не очень. – А ты вообще спала? – Кира промолчала, запивая тишину чаем. – Что ты так усердно искала всё утро? – Да ключи от своей квартиры. В итоге вспомнила, что, когда уезжала, на первом этаже их оставила у хозяйки квартиры. – Она живёт с тобой в одном доме? – Да. В самой первой квартире, так как весь дом принадлежит ей. Поэтому я и оставила ключи у неё. – Понял. Это удобно. – Да. Слушай, как тебе идея прогуляться. Я бы хотела сделать несколько фото тебя или нас вместе. Не нравится такая идея? – Почему же сразу не нравится? Я был бы рад. А когда придём можем отдохнуть и на джойстиках сыграть во что-нибудь. – Я никогда не играла ранее… – Ничего. Я всё тебе покажу. – Кира улыбнулась. Весь наш день так и прошёл. Мы погуляли, пообедали в кафе, а после отправились домой, схватив приставку. Мне было весело и комфортно проводить время с Кирой. Только вот она с каждой минутой чувствовала себя всё хуже. Хотя и улыбалась, но я видел, как она бледнела, а состояние сменялось на вялость и безэмоциональность. Я молчал до момента, пока Кира не села на левый бок. В этот момент коротко прошипела от боли, ведь именно на той стороне бедра находилась рана. Я окинул её недовольным взглядом после чего отложил джойстик. – Что, опять будешь выговор мне делать? – Я ничего такого не делал. Мне просто не хочется, чтобы ты делала такое. Это же больно. Ты, вон, мучаешься. Как ты не понимаешь, что я переживаю. – Хватит. Не нужно переживать. Думай о себе. – Ну, спасибо. Кира, давай мы договоримся, что ты хотя бы попытаешься это прекратить. Понимаю, может не получится сразу, но ты хотя бы пытайся. – Она на секунду закатила глаза, но увидев моё спокойствие выдохнула. – Ладно, я попробую. Никаких обещаний не даю. Но рас уж для тебя так будет лучше, тогда я попытаюсь. – Спасибо, – хотел бы я улыбнутся, но вид её измученного лица не давало этого сделать. Ближе к ночи, когда Кира уже готовилась ко сну я попросил её лечь на живот. «В интернете прочёл, что массаж помогает уснуть» – сказал я и стал разминать её хрупкие плечи, которые были напряжённо прижаты к верху. Даже пяти минут не прошло, когда Кира резкой судорогой схватила одну мою руку, которой я делал массаж. – Хватит. Не могу я так расслабится, – сведя брови в гнев произнесла она. Я погладил её спинку и лёг рядом. – Ладно. Укрывайся и ложись тогда. Я просто думаю, что у тебя завтра ещё путь впереди. Тебе было бы хорошо поспать. – Не могу я так. Давай я лучше пойду на кухню, чтобы тебя не волновать. – Она поднялась, но я тут же схватил её руку. – Нет, спи со мной. Не надо. Всё, я молчу. Ложись, – она оставила свою руку крепко собрав мою ладонь в свою. Утро началось очень сумбурно. В то время, когда я только открыл глаза, чтобы приготовится к работе, Кира уже сидела одетая на кухне приготовив завтрак. Мерзкое ощущение спохватило меня, когда я сел рядом с ней. Так бывает всегда, когда приходит осознание, что она снова уезжает. Мне так не хочется её отпускать, но время не даёт нам побыть вместе. Я целую её губы и после крепких объятий мы расходимся по разные стороны: Кира на вокзал, я на работу. После её отъезда время стало тянутся жутко медленно. Паршивая осень никак не отступала даже в начальных числах декабря. Но вскоре всё же наступила зима. Долгожданные декабрьские праздники. Люблю всю эту суету. Родители готовятся к новому году. Все в приятном ожидании веселья, кроме меня. Когда Кира уже прибыла домой и вернулась в свою привычную жизнь мы поддерживали связь с помощью телефонов и сообщений, но вскоре я заметил, что она вновь стала отдалятся. Она мало говорила со мной, не рассказывала подробности своей жизни, как это было ранее. А вскоре и звонить она мне перестала. Когда звонил я она редко брала трубку лишь отписывая сообщение: «Я занята, потом перезвоню». Но этого «потом» так и не наступало. По началу я пытался не злится. Реагировать на всё адекватно и спокойно. Долго пытался с ней поговорить, но вскоре вся ситуация стала раздражать. Я стал конкретно злится, когда она целый день меня игнорировала. До самой ночи я ей звонил и только в два часа ночи она соизволила взять трубку. – Кира, какого хрена происходит? Что всё это вообще значит ты можешь объяснить? Я уже задолбался от этого всего. – Пожалуйста, перестань, – плакала она в трубку. Я совсем опешил не ожидая, что она сейчас в истерики, как оказалось. – Что такое? – моя агрессия перешла в беспокойство. – Ничего… ничего, – захлёбываясь в слезах и явно пытаясь успокоится произнесла она. – Не надо мне звонить. Забудь обо мне. – Что? Кира, что случилось? Тебе плохо? – Нет. Макар… Нет! Нет, мне просто нужно не много отдохнуть. – Ты говорила с Женей? Может мне ему позвонить? – Нет! – прокричала она. – Не надо меня мучить, пожалуйста. Я… позвоню. – Позвонишь? – переспросил я пытаясь расслышать несвязные слова. – Когда? – Позвоню… Я сама позвоню. Не звони, – после этих слов послышались гудки. Я совершенно не понял, что вообще произошло. Что мне сделать даже не знал. Лёг на кровать с мыслью: «Посплю, а утром она позвонит». Но уснуть я так и не смог. Тревога мучила до трёх часов ночи. Я нервно смотрел на экран мобильника в ожидании её звонка. Не выдержал. Бессонная и тревожная ночь затуманила разум. Недолго думая, я купил ближайший билет на самолёт и в пять часов бежал на выход из аэропорта Симферополя. Поймав такси я ворвался в знакомый подъезд и тут же забежав по лестнице, стал ломится в квартиру Киры, но никто не открывал. Я стоял, пытаясь не сорваться на истерику. Сердце билось всё сильнее. Паникуя, я делал миллион звонков ей, но всё безуспешно. Наконец разум выдал мне отличную идею. Я вспомнил, что хозяйка квартиры Киры живёт в этом же доме на первом этаже. Я беспрерывно стал стучать в её дверь. На пороге показалась сонная женщина сорока лет. – Вы кто такой? Я сейчас полицию вызову! – Извините, мне нужно, чтобы вы открыли дверь в шестую квартиру. Там живёт моя девушка, Кира, вы же знаете её? – Конечно. Я уже давно сдаю ей квартиру, но ни о каком «парне», – подчеркнула женщина, – Я ещё не слышала – Я понимаю, но очень вас прошу, пожалуйста. Она не берёт трубку, не открывает дверь. Я думаю, что-то случилось. Не знаю, она позвонила мне в истерике… Прошу вас. Какое бы подозрение я не вызывал, у меня в глазах играл искренний страх. Женщина это увидела. Накинув халат, она поднялась по ступенькам и отперла квартиру. Не давая мне пройти, она вошла первая в мрачный коридор. Везде темнота. «Кира! » – крикнул я, но ответа не послышалось. Даже женщина напряглась, проверяя ванную и уборную. Пока она осматривала одну часть я забежал в другую часть квартиры. Я на секунду забежал на кухню, торопясь в спальню, ведь был уверен, что Кира именно там, но увиденное заставило меня остановится на входе в кухню. Я не смог удержать крики, сорвавшиеся с уст: – Дура! – закричал я, упав рядом с телом. – Сука… Идиотка! – крик перебивается слезами и тяжёлым дыханием. Слезами тихими, наполненными невыносимой болью и жаждой жизни. Жизни любимого, такого родного уже человека. Я ещё никогда прежде не видел так много крови. Но самое главное и ужасающее то, что среди этой крови лежит моя девушка. Я упал на колени рядом с ней боясь прикоснутся к её, казалось, мёртвому телу. – Нет! Не может быть, – слёзы новой волной покатились тяжело по щекам. – Нужна скорая, – вбежала хозяйка на мои крики. Весь пол залит кровью. На левой руке виднеется невероятно глубокий порез, из которого вытекает тёмная кровь. «Это всё из одной руки? » – спросил я сам себя. А после отрицательно кивнул головой, утешая самого себя. Её лицо бледное, губы мёртвого, синего оттенка. Веки тяжело опущены. Я смотрю растерянно на раненую руку. Внимательно всматриваюсь. Кажется, что она шевельнулась. Кажется, это был мизинец… Но нет. На самом деле такого не было. Моя голова кружится. Какой-то бред. Щёки пылают. Не много отойдя от шока, я тут же схватил телефон и начал звонить в скорую. Но хозяйка успела остановить меня. – Скорая уже едет. – Я совсем забыл, она же уже позвонила. – Хорошо, – с трудом выговорил я. Слёзы всё стекают по щекам, а руки трусятся. Хозяйка квартиры подняла раненную руку Киры. – Держи её руку в таком положении, – сказала женщина, – Выше сердца, чтобы кровотечение замедлилось. – Держу. – Пока я держал конечность, женщина схватила рубашку, лежащую на полу, и обмотала ею руку. Наблюдая за всеми её действиями, я заметил, что на одной из рук Киры, на пальце, нет моего кольца. Хотя в ту минуту это было совсем не важно, но я почему-то обратил своё внимание на это. Но всё же я старался не смотреть на неё. Это бледное тело, запах крови, всё вызвало страх. Только к приезду скорой я успел собраться, хотя лица на мне так и не было. В зеркале отражались только белые щёки и опухшие глаза. Конечно же я отправился вместе со скорой. А вот хозяйка осталась дома. В больнице Киру оперативно забрали в операционную. Ещё в карете скорой врачи начали её реанимировать. Я остался в пустой и узкой комнатке пред дверьми ведущие в операционную. Перелёт, эмоции внутри, всё просто свалило с ног, я уснул. Проснулся из-за неудобных кресел и эхом отбивающих шагов медсестёр и врачей, вышедших из операционной. Я тут же подскочил в попытке остановить хотя бы кого-нибудь, но игнорирующие взгляды скрылись за дверьми других кабинетов. – Парень, ты ждёт кого-то? – раздался позитивный мужской тон, когда я уже в отчаянии вернулся на лавку. – Да, – произнёс я так, будто этот мужчина в белом халате моё последнее спасение. Я попытался встать, но странная и неожиданная головная боль силой притяжения приковала меня обратно на лавку. В меру упитанный мужчина сел рядом, смотря на мои зрачки. – Как ты себя чувствуешь? Давно здесь? – Всё нормально со мной. Я девушку свою жду. Господи, скажите уже как она, – одной рукой я закрыл пол лица до жути боясь услышать что-то страшное. – Девушку? – задумался доктор. – А, так её операция закончилась пару часов назад. Мы тут мужчину пожилого только что оперировали. А девушка уже в палате. – Она… жива? Что с ней? – Оперировал не я. Но вроде как операция прошла успешно. Пациентка, скорее всего отходит от наркоза. А ты её муж? – Нет. Она моя девушка. Я могу её увидеть? – Блин, врачам не понравится, если у неё будет посторонний. – Но у неё здесь никого больше нет. Родители далеко. Никого из родственников в Крыму нет. – Ну, если так. Я могу попросить. Тебя как зовут? – Макар… – я попытался успокоить своё дыхание. – Я Витя. Сделаем так: ты сиди здесь, а я поговорю с её лечащим врачом. Объясню ситуацию и вернусь к тебе. Думаю, в таком случае разрешат. Я кивнул и откинулся на спинку лавки. Но до самого прихода этого доктора не смог найти себе места. Вставал, ходил туда-сюда и вновь садился на место. Волнение смешалось с усталостью. Тусклое освещение стало резать глаза. Нет ни окно, ничего. Я даже не знаю день ли сейчас на дворе. А который час? – Макар, – слышится знакомый голос. Я подскакиваю при виде Вити. – Получилось? Я могу увидеть Киру? – Да. Идём со мной. – Витя быстрыми шагами провёл меня чрез дверь, от которой у того был ключ. Поднявшись по ступеням, мы оказались в стационаре. – Тебе нужно будет заполнить бумаги, которые принесёт медсестра или медбрат. Там разберёшься. – Спасибо большое, Витя. – Проходя по извилистым комнатам, подобным лабиринту я терялся в комнатах вокруг. – А как сейчас самочувствие Киры, не знаешь? – Доктор сказал, она тяжело перенесла общий наркоз. Там с сердцем какие-то трудности возникли. Ну и само ранение. Ты же знаешь, что это было? – снизив тон голоса произнёс Витя. – В любом случае, я не присутствовал на операции, так что все подробности спросишь у доктора. Он подойдёт после двенадцати. – Я всё понял. Спасибо. Извини, а который сейчас час? – Начало двенадцатого, – задумавшись произнёс Витя, посмотрев на часы только после сказанных им слов. – Ух, как время летит. У меня операция через десять минут. Мужчина улыбнулся, открывая тяжёлую дверь. За ней скрывалась прохладная комната с двумя кроватями, расположенные по разные углы комнаты. Их разделяло прикроватное оборудование. – Вот и она. Можешь взять там стул, – произнёс Витя, указав на табуретки в углу. – Не пользоваться мобильным и не более двух посетителей – стандартные правила. Если проснётся, сразу же сообщить медсестре, как только она придёт сюда, ясно? – Да, всё сделаю, – я тут же схватил стул и сел рядом с медицинским оборудованием устремив свой взор на Киру. Её маленькое и слабое тельце, укрытое тонким больничным одеялом, освещает солнце, пробивающееся сквозь единственное в комнате большое окно. Половина её лица закрыто маской искусственного дыхания, но несмотря на это я всё равно прекрасно вижу всю бледность кожных покровов. Нет, это даже не бледность, а что-то более пугающее. Кира походит на фарфоровую куклу. Волосы безжизненно распались по подушке. Обе руки скреплены катетерами. А раненное запястье укутано бинтом. Камень среди горла сдвинулся по пищеводу. Я положил свою руку рядом с ладонью Киры, покрыв кончики прохладных пальцев. Они липкие от холодного пота. Какое-то необъяснимое чувство тревоги охватило всё моё сердце, заставив его биться сильнее. Мысль о том, что я мог её больше никогда не увидеть, заставляет содрогнутся. Спустя минуты странной паники накатило чувство облегчения, что всё уже позади. Я не много расслабился. Закинув ногу на ногу, а руки заключив на груди я не заметил, как уснул, облокотившись головой о крашенную стену. Кажется, я заснул на совсем короткий миг, который прервал скрип двери. – Ой, извините, – напугалась молоденькая медсестра, медленно заходя в палату. – Вам доктор разрешил здесь быть? – Доктор? – протёр я сонные глаза. – А, это о вас Витька говорил. Я забыла, извините. Столько пациентов и своё имя забудешь, – девушка подошла к аппаратам. – Я же вам должна бланки предоставить. Сейчас вернусь. – Да, это я, – вдогонку произнёс я, посмотрев на Киру. Её веки всё так же закрыты, грудная клетка еле видимо вздымается. – Вот, возьмите, – вернулась девушка. – Заполните все пустые места. Тут всё написано. И ручка, вот. – Спасибо, – я положил лист на колени и стал внимательно всё читать. Медсестра в это время поменяла одну из двух капельниц и сделала какие-то записи в лежащий рядом блокнот. – Ну, что тут у нас? – в палате засверкала лысины вошедшего пожилого доктора. Его лицо казалось пустым. Только седая и тонкая борода добавляла красок. – Все показатели в пределах нормы. Пульс только слабоват, – чётко, как по команде отвечает медсестра. Я подскакиваю со стула. – Здравствуйте, – протягиваю я ладонь. Доктор очень крепко и даже болезненно жмёт её мне. – Здрасте. Вы сидите, заполняйте. – Он подошёл к Кире рассматривая её лицо, приподнимая маску. – Скажите, что с ней? Она скоро проснётся? – Скоро. Показатели почти пришли в норму. Тут другое дело. Во-первых, в реанимацию она попала из-за осложнений. Сердце не выдержало всей нагрузки в ходе операции. А во-вторых, всё происшедшее подходит под психиатрию. Девушку определят в соответствующее отделение. Я тяжко выдохнул кислород сев на стул. Ноги стали до того тяжёлыми, что стоять оказалось трудно. Я поставил локти на колени, запустив ладони в свои волосы, пытаясь поддерживать голову. – Вы не переживайте, – прошептала медсестра, как только доктор покинул палату. – В больницах всегда не любят людей с психическими недугами. Вот доктор и погорячился. Как говорят хирурги: «Мы с таким трудом их с того света достаём, а они…» Ну, дело не в этом, – тут же опомнилась девушка, прекратив свой слог. – Ничего, – с трудом произнёс я, снова схватившись за листок и ручку. – А ваша девочка очень скоро проснётся. Организм приходит в норму, так что я бы советовала вам поехать домой, отдохнуть. А приедете, мы её уже будем готовить к переводу из реанимации в общую палату. – Спасибо. А куда мне этот бланк? – Как заполните, мне занесите в ординаторскую на этом этаже. Если меня не будет, просто скажите, чтобы Рите передали. – Хорошо, – кивнул я, снова уткнувшись в листок. Завершив писанину, я снова засмотрелся на Киру, её маленький и круглый носик. Я перебирал её пальчики, рассматривая мерклую пластину ногтей, чтобы не видеть её бледную, трупную кожу. Но медсестра оказалась права. Мне действительно нужно было отдохнуть. Не знаю с чего вдруг, но мозг отключался, сонливость накатывала с новой силой. Окинув взглядом Киру, всю палату, я занёс бланк и отправился в квартиру Киры. Хозяйка предоставила мне ключ. Возвращаться вновь в эти тесные стены совсем не хотелось. А труднее всего было убраться на кухне. Я схватил несколько тряпок и бросил их на пол. Ткань впитала часть не успевшей засохнуть крови. Остальное я оттёр губкой, выбросив после уборки все использованные принадлежности. Только после этого мне удалось заснуть. Я расположился в спальне Киры. Запах одеяла напомнил, как мы спали с ней вместе в обнимку с мыслями, что на утро мы отправимся на море. Кажется, на протяжении шести часов море мне и снилось. Я даже проснулся с солёным привкусом во рту. Живот сводило из-за нехватки пищи. С трудом я вновь зашёл на кухню. Но поужинать там я не мог. Заглянув в холодильник, я взял некоторые продукты и ушёл в гостиную. За окном медленно начинало темнеть. Я расположился за маленьким журнальным столиком. Поставив тарелку на стол, я услышал, как что-то звонко упало на пол. Осмотревшись, на мой взгляд попалось то самое колечко. Закончив с ужином, я направился к Кире, захватив перстень с собой. Я поднимался к ней в палату со смешанными чувствами. Но одно я знаю точно, я более на неё не злюсь. А войдя в комнату и увидев её приоткрытые глаза внутри воспылала радость. Хотя мой взгляд точно показался ей хладнокровным. Маски уже не было. Только руки прикованы иглами. Кира смотрела на меня часто моргая. Я молча сел на стул с трудом вдыхая воздух, пропитанный медикаментами. Кира на секунду будто присмотрелась ко мне. – Привет, – всё же раздался её еле слышный голосок. Мне показалось, что сокрытые пиленой глаза наполнились слезами. – Привет, – напряжение тут же спало. Я расслабленно опустил руки на колени. Бледность не много сошла с лица Киры. На смену ей пришла опухлость и красные пятна по всему телу. – Как себя чувствуешь? Кира не ответила на этот вопрос. Я лишь посмотрел на неё каким-то безнадёжным взглядом. Несмотря на то, что внутри меня играла и радость, и печаль, я старался говорить с Кирой в позитивном ключе. Спустя пару часов у нас действительно получилось это. Ближе к ночи, моменту, когда мне нужно было покинуть её, между нами вновь пронеслась какая-то тоска. – Я ещё приду, – произнёс я, помогая Кире удобно лечь на подушку. – Тебе что-то нужно? – Нет. А ты... ты где сейчас? – У тебя. Хозяйка дала ключи, – разъяснил я. – Так это... Я здесь благодаря тебе… – с трудом произнесла Кира. – Слушай, я позвоню твоим родителям, – встав со стула сказал я. – Нет, – мигом отрезала Кира. Она попыталась встать. – Да лежи – нахмурившись я тут же пресёк её попытки. – Кира, они должны знать. – Нет, пожалуйста, – её жалобный голосок заставил меня смягчится. – Можешь позвонить Жене. Но больше ничего не надо. – Понятно, – с трудом, спустя минуты молчания произнёс я. И вновь наступила тишина. – Ты придёшь завтра? – вновь глазами наполненными слезами она посмотрела на меня. – Утром зайду, – накидая куртку я быстро окинул её своим холодным взглядом. – Буду ждать, – эти слова я не смог пропустить мимо. Повернувшись, я поцеловал её в щеку. – Я пошёл. Не надо ждать меня. Лучше поспи по дольше. «Господи она временами ужасающе прекрасна, а другими минутами страшно ужасна» – пронеслось у меня в голове на выходе из больницы. Несмотря на дневной сон я всё равно чувствовал себя истощённым поэтому быстро заснул. А утром забыв о завтраке побежал к Кире, так как стрелки часов указывали на двенадцатый час. Увы, но посидеть с ней хотя бы часок я не смог. Анестезиолог проводил осмотр поэтому в палату меня пустили минут на тридцать, не более. Больше времени я потратил на покупку лекарств для Киры и прочего. Но за это время я заметил, что она чувствует себя уже гораздо лучше, что не могло не радовать. По пути я наткнулся на полупустое кафе. Там и решил остановится. За завтраком или же обедом, хотя на часах уже вообще третий час, это не важно. За трапезой я решил обдумать, как всё сообщить Жене. Я знаю, что должен ему позвонить. К сожалению, грибной суп не предал мне уверенности. Стараясь в голове продумать весь диалог, каждое своё слово, я набрал номер Жени. Долгие гудки навивали воспоминания о Кире, её бледном личике и глазах, полных печали. – Ало, – прервал мои воспоминания голос Жени на той стороне провода. – Макар? – Да, привет, – я набрал воздух в лёгкие, но Женя меня перебил. – Слава Богу, что ты мне позвонил. Я Кире никак не могу дозвонится. Уже сам собирался тебе звонить. Не знаешь, где её телефон? – Я сейчас у неё, но где телефон, не знаю. – У неё? – откровенно удивился Женя. – В Крыму? – Да, – вновь носовые пути медленно вобрали воздух. – А Кира где? Что случилось? – Женя заволновался, что стало явно заметно по голосу. – Кира в отделении реанимации. Сейчас ей уже лучше. – Что? – на миг показалось, что голос Жени оборвался. – …Что с ней случилось? – Она порезала руку... Вены. – Я нервно потёр подбородок. – Её забрала скорая. Была проведена операция и вот сейчас она в палате реанимации. – Господи, – тяжёлое молчание накрыло нас обоих. – Я подозревал, но не думал, что она может решится на такое. Твою мать! Нет, я даже не подозревал, – кричал Женя. – Я тоже не мог даже подумать. В общем, главное, что всё обошлось. – Боже мой. Так ей уже лучше? Она может говорить? – В палате нельзя пользоваться мобильным, но ей лучше. Она в сознании. Врачи говорят, вроде и показатели в норме. – У меня нет слов. Надо мне возвращаться. Вот это конечно новости… Слушай, скажи мне номер своей карты, я деньги скину. – Не надо. Я сегодня уже купил медикаментов. Денег хватает. – Это не обсуждается. Хотя бы чем-то помогу. Я узнаю, смогут ли меня отпустить. Попытаюсь приехать как можно быстрее. Макар, если вдруг что-то опять случится, сразу же мне сообщай, ладно? – Хорошо. Я буду звонить или писать. Хотя, думаю, в скором времени Кира сама позвонит. – Надеюсь. Ладно, у меня ещё ночная смена впереди. Теперь не знаю, как и заснуть. – Да ты не переживай. Сейчас уже всё в порядке. Если что, тоже можешь мне звонить. – Спасибо. До звонка. Этот разговор прошёл легче, чем я думал. Только вот осадок после всего. Волнение Жени передалось и мне. Пытаясь хоть не много убраться в квартире, я не мог никак сосредоточится на каком-то одном действии поэтому вскоре бросил эту затею. Единственное, что смог сделать перед уходом из дома, так это поговорить с владелицей квартиры. Я сообщил ей, что более Кира не будет снимать у неё жилплощадь. Мы доживём оставшийся срок и уедем. Да, я уверенно решил забрать Киру к себе. Жаль только, что эту новость я не смог поведать Кире в этот же вечер. Она впервые встала с постели. Еле стоит на ногах, насколько же слаба. Такая худая. Раненная рука трусится. Но несмотря на всю слабость она продолжает идти к подоконнику. Конечно же, я ей помогаю с этим. – Кир, ты можешь кое-что сделать для меня? – она шумно выдохнула, посмотрев мне в глаза. – Можешь больше его не снимать? – я протянул Кире её колечко. Она секунду посмотрела на него после чего улыбнулась. – Где ты его взял? Я уж думала, что потеряла. Проснулась в палате и не помнила, где оно, – эта нежная улыбка очень порадовала мой глаз. Кира протянула мне руку. Я так же легко улыбнулся, надевая колечко, которое так легко скользнуло по пальцу. – Нужно больше есть, а то оно скоро на пальце держаться не будет, – произнёс я, захватив её ладошку в свою. Кира окинула меня каким-то странным взглядом. Кончики губ в улыбке, но глаза переполнены страхом. Хоть я устремил свой взгляд на вид из окна, но всё равно ощутил её странное выражение лица. – Извините, – ворвалась медсестра. – Я должна сообщить, что так как показатели пришли в норму, завтра вам, Кира, нужно посетить обязательную консультацию с психиатром. – Только консультацию? – со страхом переспросил я. – Ну, там психиатр уже сам направит в больницу для душевно больных. Это не в наших полномочиях, – усмехнулась девушка. – Консультация в четыре часа в двадцать четвёртом кабинете. Я вас отведу, – на этом медсестра закрыла за собой дверь палаты. Кира поникла. Неторопливыми шагами она направилась к своей кровати. Я поддерживал её за талию замечая, что ей явно не хорошо. По действиям рук похоже, что у неё кружится голова. – Кира, всё будет нормально, – попытался я, помогая ей укрыться. – Наглая ложь. Ты не знаешь, будет ли всё нормально, – раздался её голосок с нотками злости. Она закрыла лицо руками. – Меня закроют вот и всё. – Не закроют. Без твоего согласия никто не сделает этого. – Да кому нужно моё согласие, – уже более отчаянным голосом произнесла она. Я не смог ничего сказать, так как сам боюсь, что её могут отправить в психбольницу. Кира будто почувствовала некий страх. Она протянула меня к себе за руки. Я сел рядом. Она положила свою голову мне на плечо, но быстро убрала её. – Уже поздно. Тебе нужно уходить. – Я могу остаться, если тебе это нужно. – Не надо, – после этих слов я стал собираться. Кира пристально наблюдала за мной. – Макар, ты придёшь завтра к четырём часам… ко мне? – Хорошо, – пару раз кивнул я. – Приду. Ты боишься? – всё же решился спросить, снова сев на стул. – Да… – нечётко произнесла Кира. – Как представлю… Господи, Макар, прошу, сделай что-нибудь. – Я удивился такой просьбе. – Кира, а давай, – с запинкой начал я, – Если я смогу что-то придумать, как-то обойти психиатра, тогда ты уедешь ко мне жить? – в её глазах мелькнул страх. Кира замерла. – Ты хочешь… со мной жить? – с трудом выговорила она. – Хочу. Только вот не вижу твоего желания. – Я… не знаю. – Кира тяжело задышала. – Ладно, поспи с начала, а потом подумай. Пойду, – я нагнулся к ней в попытке поцеловать её, но Кира явно не желала этого. Я лишь погладил её оголённое плечо напоследок после чего ушёл. Я не знаю, что мной двигает. Здравый рассудок понимает, что Кире действительно нужна помощь кого-то из отросли психологии, а то и психиатрии. Но зная, как работают эти врачи государственных больниц, хочется забрать Киру и на этом всё. До жути хочется держать её всегда рядом. Мысль, что её попытка может повторится кружит голову, пугает до потери рассудка. С этим страхом я проспал всю ночь. На утро сильно хотелось спать. Я с трудом поднялся и приготовил завтрак. Мысль о том, что сегодня предстоит ещё трудный день совсем валила с ног. Я поддался и пролежал на кровати до обеда, но не более. Я быстро собрался и пошёл в больницу. Зайдя к Кире, я как раз застал её доктора, а также медсестру, которая уносила пустые капельницы. Я подождал пока врач закончит перевязку руки и отойдёт ко мне. – Извините, можно вас, – наконец начал я, когда этот лысоватый мужчина вышел в коридор. – У девушки всё нормально. В палате реанимации ей делать нечего. – Я не об этом. Мне бы хотелось поговорить по поводу психиатра. Может мы можем это сделать у вас в кабинете? – доктор недовольно покорчился, но всё же провёл меня к себе в маленькую и душную комнатушку. – Что же вы хотите? – раскинувшись на стуле спросил он. – Я бы хотел узнать, а можно ли как-то обойти эту «консультацию» с психиатром? – Нет, – наотрез отказался мужчина противным голосом. – О ней уже известно нашему психиатру. – И всё же, может есть какие-то варианты? – я протянул ему бумажный конверт. Недовольный доктор быстро принял его. – Жди здесь, – с этими словами он выбежал из кабинета. Около часа я просидел в этой комнатке. За это время я даже уже стал нервничать, но всё же он вернулся. Влетел в кабинет, как сумасшедший. – Ну как? – подпрыгнул я с места. – Короче, если хотите избежать от психбольницы, тогда тебе надо забрать девчонку. У нас на смену преступает новый психиатр, который ещё не знает о её существовании. Он не будет принимать в кабинете, как мы думали, а будет проходится по палатах. Так что вам вообще надо уматывать от сюда. – Подождите, так как же это? – опешил я. – Ты сейчас напишешь, что твоя девочка прошла стационар и полностью здорова. У психиатра есть её карта. Он будет её искать. А я в это время предоставлю документы, что она уже выписалась. Если уж хотите избежать этого, только так. Вот, заполняй эти бланки. – Хорошо. А как же её рука? – Там только швы снять. Найдите через пять дней медсестру какую-то, она быстро всё снимает. Меня поразила быстрота и некая виртуозность этого докторишки. Спустя ещё один час я закончил с бумагами. Медсестра уже успела за это время собрать все вещи Киры. Она, кстати сидела в коридоре на диванчике и говорила с этой же медсестрой. – Кира? – прервал я их диалог. Медсестра улыбнулась. – Хорошо, что вы не останетесь у нас, – шепчет медсестра. – Ну, сами понимаете. Я вот тут прощаюсь с Кирой, ты отличная девушка. И я бы хотела вручить вам подарок. Вот, Кира это тебе. – Что это? – глаза Киры напуганы. Она оглядывается то на меня, то вновь на медсестру, которая протягивает мне что-то похожее на бусы. – У меня есть сестра, которая страдает тревожным расстройством. Эта штука ей помогает. Называется чётки. Обматываешь ими руку и в стрессовые моменты теребишь бусинки. Она так ногти грызть отучилась. Возьмите, это подарок. – С-спасибо, – неуклюже ответил я, бросив их в карман. – Макар, – тут же заговорила Кира, как только мы вышли из больницы. – Всё нормально? – осмотрел я её лицо. – Едем домой, – я накинул свою кофту на хрупкие плечи Киры. – У тебя правда получилось, – улыбнулась она, как только мы покинули пределы больницы. – Сам в шоке. Слушай, давай остановимся на той стороне улицы. Я такси вызову. – Может не надо такси? – её голос показался мне грустным в этот миг. – Давай прогуляемся? Я целую вечность не гуляла. – Тебя пошатывает, Кира. Ты точно сможешь идти? – Конечно смогу. Так приятно дышать прохладным воздухом, – она вдохнула полной грудью. – Ты, небось, ничего не ела, – взяв её за руку мы пошли вперёд. Кира застегнула свою куртку, так и не ответив на мой вопрос. Мы медленно пошагали к дому. Тучи закрыли подходящий закат. Большую часть пути нас поглощала тишина, прерывающаяся звуком двигателя рядом проезжающих авто. Даже в магазине мы оба молчали. Лишь только ближе к нашему подъезду я заметил, что по щекам Киры спустилось пару слезинок. – Что-то болит? – спросил я. – Так я поеду с тобой в Ростов? – Да. Я уже заказал билет. Ближайший на пять часов утра. – Не верится, что я оставлю этот город. – Кира прижала к себе свою перебинтованную руку. Я открыл дверь подъезда, пропустив её вперёд в дом. Мы снова оказались в мрачной и холодной квартире Киры. После ужина я никак не мог дождаться, когда наконец подойдёт время. После душа Кира легла в постель, а я вот не мог никак найти себе места. Сон никак не шёл. Я то вставал, то вновь ложился. Только после десяти как-то смог уснуть, но более пары часов мой сон не продлился. Проснувшись, мой взгляд устремился на узкую спину Киры. Я не вижу дышит ли она, её тело совсем не двигается, поэтому я кладу свою руку на её талию. Наконец она хоть не много шевелится, но не поворачивается ко мне лицом. Я так и продолжаю её обнимать, вновь предпринимая попытку заснуть. У меня это удаётся. Я витаю в обрывках каких-то неприятных по ощущениям сновидений из-за чего который раз просыпаюсь. Видимо, заснул я не на такой уж короткий промежуток времени, ведь открыв глаза Киры рядом не оказалось. Я перевернулся на спину. Пару секунд потупился взглядом в потолок, прислушиваясь к тишине. Мёртвой тишине… Вдруг меня словно током ошпарило. Я подскочил и выбежал из спальни в поисках Киры. Мысль о том, что я совсем не имею понятия, что у неё на уме быстро отрезвила мой сонный рассудок. Благо уже в прихожей я встретил её. Она окинула меня с начала удивлённым, а после недовольным взглядом. – Теперь постоянно будешь бегать за мной? – язвительным тоном произнесла она, скрестив руки на груди из-за прохлады. – Надо будет, буду бегать – я разозлился толи на себя, толи, всё же, на неё. Схватил за кисть руки и поволок в спальню. – Макар, пусти… пожалуйста, – простонала она. Я посадил её на кровать и лёг рядом. Кира так продолжила сидеть, прожигая взглядом мою спину. – Поезд через полтора часа. Я бы советовала тебе собрать вещи. – Нечего мне собирать, – пробормотал я, как вдруг поднял на неё глаза. – Всего полтора часа? Так идём тогда, я помогу тебе твои вещи собрать. Пока мы упаковывали сумки между нами нависло молчание. А время всё поджимало и поджимало. Я надел куртку. Проверил свои документы и в карманах обнаружил тот самый браслет медсестры, чётки. Я заметил, что он сделан из ладана или чего-то подобного. – Слушай, Кира, – на выходе я не много её остановил. Она оставила завязывание шнурков и посмотрела на меня. Её глаза бегали. Напугана. – Может действительно это поможет. – Что? Ты о чём? – Я протянул ей браслет надевая прямо на её запястье. – Ты только приучи себя, что, когда переживаешь, его нужно пальцами перебирать, хорошо? – А, это. Да, я… я попробую. Ну что, мы уже на вокзал? – Угу. Такси уже ждёт, – закинув сумки на плечо я взял её руку в свою. Кира охотно обхватила мою ладонь. Мы быстро добрались на железнодорожный вокзал. Я очень скоро нашёл наш поезд сред толп путешественников. Кира старалась держаться, как можно ближе. Я заметил, как она держала меня за рукав куртки, пока я искал в сумке билеты, пытаясь всё не потеряться. Мы практически не разговаривали. Я изредка подмечал обстановку или какие-то смешные моменты, но развеселить её мне так и не удалось. Молча мы уложили свои сумки. Кира расстелила постель для себя и меня. Наши оба места все снизу, друг напротив друга. К сожалению, с соседями сверху нам не свезло. Это были муж и жена, которые любили выпить. Они всё вели себя неспокойной до момента пока не выпили и не разлезлись по своим кроватям. В два часа ночи поезд двинулся с места. Услышав тишину, я прилёг в попытке уснуть. Засыпая, я смотрел на ноги Киры. Она всё смотрела в окно, пытаясь что-то разглядеть во мраке. Я погрузился в пустые сновидения. Не знаю, как долго дремал, но очень резко проснулся от громкого стука. Я вздрогнул, подняв глаза. Это один из наших соседей кое-как слезал со своего места на верху, уходя куда-то из купе. Я медленно поднялся, когда он пытался всё так же громко обуть свои кроссовки. Оглянувшись, я заметил напуганный взгляд Киры. Она всё так и сидела на своём место, положив руки на стол. Её напуганные глаза смотрят на этого мужика, наконец замечая меня спустя пол минуты. Недолго думая, я жестом одной руки киваю ей: «Иди сюда». Она тут же срывается с места будто с нетерпением ожидая от меня этого жеста. Кира садится, рядом подвигая моё одеяло. – Хочешь, садись у окна, – шепчу я. Она быстро перелазит на освободившееся мною место. – Я не засну. Можешь ложится мне на коленки, – произносит Кира, как только мы остаёмся наедине. Она берёт мою подушку и кладёт её себе на ноги. – Как устанут ноги скажешь мне, – я всё же склоняю голову. Она положила свою ладонь на мою голову. Это так приятно. К моему удивлению я достаточно крепко заснул у неё на коленках. Не сразу. Ещё подождал, пока наш сосед уляжется на верхней полке. Смотрел на перемотанное запястье Киры. Только спустя какое-то время заснул. Проснулся только ближе к обеду. Нам принесли чай и печенье. Я заметил, что к приезду, хоть мы и устали, Кира стала более спокойной. Улыбалась на мои глупые шутки. Всю дорогу она разглядывает облака так, будто там есть что-то невероятное. Она меня пугает, за это я её и люблю. Оказавшись у меня, а теперь уже у нас дома, я принял душ, сразу после Киры и тут же уложился спать. Долгий переезд даёт о себе знать. Мы проснулись ближе к вечеру. Так как завтра у меня выходной мы стали вместе разбирать вещи. Я освободил для вещей Киры много мест, полочек. Только она уже не была такой весёлой. – Слушай, может давай фильм посмотрим? – предложил я по окончанию нашей задачи. – Или ты спать пойдёшь? – Я не хочу спать. – Кира, ты не спала в поезде и не спала дома. Чем занималась пока я откисал? – Лежала рядом, а потом пошла вещи разбирать. Потом и ты проснулся. – Ну так тебе нужно поспать. Это же не дело, – мои слова прервал раздавшийся звонок моего телефона. – Привет, как там у вас дела? – спрашивал Женя. – Как Кира? – Да никак. Вон, спать не хочет. – Ты спроси у доктора, может можно снотворные. Она часто принимала там один. – А мы уже не в больнице. Сегодня в Ростов приехали. – Это Женя? – шепчет Кира. Я киваю. – Что? Вместе с Кирой? Так я могу с ней поговорить? – Да, вот, – я передал телефон Кире. Она быстро убежала на балкон. Я не стал подслушивать или что ещё, дождался пока она вернётся. – Кажется, нужно зарядить мой телефон, чтобы Женя не беспокоил тебя своими звонками, – произнеся это я заметил, как Кира стала будто машинально теребить этот самый браслет. – Ничего страшного. Если надо, пуская звонит. Как у него дела? – Никак. Его не отпускают домой, так что приедет он не скоро. – Ну и ничего страшного. Пускай звонит, если надо. – Ага, а если ты на работе будешь? – после этого вопроса Кира опустошённо села на кресло. – Что такое? – заволновался я, сев к ней рядом. Я приобнял её за талию, но она с неприязнью отреагировала на это. – Я просто думаю о том, что я теперь осталась без работы. Даже не знаю, как быстро найти её. А ещё и с моим то образованием. – Не надо спешить. Найдёшь ещё работу, не переживай. Давай я сбегаю в аптеку? Женя сказал, что ты пила раньше какие-то снотворные. Давай я куплю, ты хоть не много поспишь. – Ты сходишь? – удивилась она. – Схожу. Скажи только название. Первая ночь прошла с трудом. Кира заснула. Препарат подействовал. Но вот я отрывками просыпался до самого утра, уделяя сну всего пары часов. А всё дело в моих сновидениях. Мне снились кошмары. Они не оставляли меня на протяжении пары недель. В страшных снах я вновь заходил в квартиру Киры и видел, как она стекает кровью. Каждый сон сопровождался виной, что я не приехал раньше, не предотвратил это и теперь забрал её из больницы. А может этого делать было и не нужно? Миллион вопросов без ответа делали меня раздражительным. Начался период ссор. Вроде праздники декабрьские полным ходом, а мы всё ругаемся. Я прощаюсь с Кирой, ухожу на работу, а спустя пять минут звоню ей, чтобы узнать, как она и что с ней. Страх, что она может что-то с собой сделать медленно убивал меня. Хотя Кира вела себя спокойно. Я заметил, что пока она не устроилась на работу и проводила всё время дома, Кира будто расцвела. Много улыбалась и говорила со мной. Как-то пришла ко мне и сказала: – Не знаю, как спросить у тебя. В общем, у меня треснула подошва на моих зимних кроссовках. Я же не работаю, ты не мог бы дать мне денег на новые? – Конечно, что за вопрос, – я сидел на диване. Она остановилась рядом. Я потянул её за ладошку усадив к себе на колени. Мой взгляд переместился на её запястье, с которого буквально недавно сняли швы. Чуть ниже мои глаза заприметили ещё одну белую полосу. Я провёл по ней рукой. – Кира, – обратил я её внимание. – Это было давно, – сходу отрезала она обняв мою руку, оставив её у себя на талии. – Хорошо. Я оставлю тебе кошелёк, завтра сходи купи себе обувь. Сможешь сама? – Думаю, да. Я как раз хочу зайти в одно кафе. Там вроде как уборщица нужна. Хочу хотя бы туда. Мне так не ловко, что ты работаешь, а я нет. – Не говори так. Глупости. Ничего такого не вижу. – Да и я просто не хочу быть без дела. – По-моему, ты всегда дома находишь чем заняться. А кто же мне будет кушать готовить, а в квартире убираться? – я снова обнял её хрупкое и дрожащие в моих руках тело. Эти приятные моменты контрастом пересекались с мгновениями наших ссор. Их стало больше, как только Кира всё же вышла на работу. Она стала нервной. Приходила домой без настроения. Я часто замечал, что она меня избегает из-за чего начинал злится и кричать. – Господи, что не так? Почему во всех твоих бедах виноват я? – кричал я, когда раздражение Киры переходило все границы. – Ты лишил меня работы, – она не кричала, но повышенным тоном огрызалась. – Ты сама себя всего лишила. – Я злился не на шутку, замечая, как пугаю её своим криком. – Ты вообще хочешь со мной жить? – напоследок проорал я пытаясь перекричать её равнодушие. Она тут же отошла от меня на пару шагов. Глаза наполнились страхом. – Мне просто нужно привыкнуть, – почти шёпотом произнесла она. Я медленно к ней подошёл и погладил по плечу. Меньше всего мне хотелось её пугать, зная настолько она пугливая. Но контролировать себя становилось куда сложнее не только из-за её раздражения, но и неудач в интимной сфере нашей жизни. Каждый раз предпринимая попытку поцеловать Киру, я замечал, как она отклонялась от меня. Только ли мои руки прикасались к её нагому телу, как она тут же сжималась. Я прямо ощущал её напряжение. Нависнув над ней, я всё старался хоть как-то возбудить Киру, но она была сухой из-за чего у нас ничего не получалось. – Не обижайся, пожалуйста, – с натяжкой произносила Кира, когда я просто ложился на бок пытаясь понять, что всё-таки происходит. – Тебе конкретно со мной не нравится или что такое? – с трудом спрашиваю я начиная возвращаться к мыслям, что она нашла себе кого-то на работе. – Нет, это всё из-за меня, – её голосок пропитан страхом. – Но ты же со мной даже не кончаешь. – Для меня это не главное. – Я поднялся. – А может с кем-то другим? – на пару секунд я остановил свой взгляд в её мокрых глазках. Она готова плакать. Почему? – Нет, – кивнула она. Я сел на край кровати натягивая штаны. – Для меня правда это не самое важное, – она подвинулась ко мне и вдруг, абсолютно неожиданно положила свою голову мне на плечо. – Прости пожалуйста. – Всё нормально, – я погладил её ладонь, свисающую по моей шее, и вышел из комнаты. Мне было трудно снимать с неё одежду, пытаться любить её тело, когда она дрожит. Лишь в редкие моменты и мои мольбы: «Расслабься» она всё же не много намокала и расслабляла мышцы, впуская меня внутрь. Но чем чаще я видел её голое тело, тем сильнее тревожные мысли заполняли мою голову: «Только сейчас я стал замечать, что эти шрамы у неё везде. Они по всему телу, не только на бёдрах, но и на животе и ногах», – думалось мне, когда я видел синеватые полосы на её теле. Она сама делает это с собой. И последний порез сделан не так давно, судя по шраму. Погода между нами очень испортилась, это при том, что я ещё и старался хоть как-то всё исправить. Время от времени покупал ей цветы, пытался как-то порадовать, но никакой отдачи в ответ не ощущал. Близился новый год. Месяц пролетел пулей. Мои родители узнали, что мы с Кирой живём вместе, поэтому моя мать предложила встретить новый год нам вместе. Кира не была этому рада, но и не возражала. Она скорее… скорее боялась, как и всегда. Страх – это её обыденное состояние. – Макар, – начала Кира. Она тихонько подлезла ко мне, когда я лежал и читал книгу. – Ты говорил родителям о том, что случилось? – я вопросительно взглянул на неё. – Просто я не знаю, как смотреть им в глаза, если они уже всё знают. – Мой равнодушный взгляд снова уткнулся в книгу. – Ну мне же как-то смотришь. – Её опечаленный взгляд виновато стрельнул в пол. Я тут же оттаял. – Ладно, всё. Они ничего не знают. – Правда? – Кира невольно стала перебирать пальчиками бусинки своего браслета. – Угу. Кстати, мне звонил Миша. Он приглашает меня погулять Новый год. Там вечеринку какую-то устраивает. Я сказал, что теперь мы с тобой вместе, на что он ответил, чтобы я с тобой приходил. Ты как, не хочешь? – Я… – Кира не секунду замолчала. Её брови показали жалость и вину. – Иди один. Извини, – вдруг выдохнула она, пытаясь избавится от своего напряжения. – Я приношу тебе только неудобство так что в Новый год не думай обо мне. Сходи и повеселись. – Я знал, что ты так скажешь, так что заранее отказался, – признался я, так как искренние слова Киры не дали мне выбора – Что конкретно тебе не нравится в идеи, что мы могли бы вместе пойти на эту вечеринку? Мы никуда не пойдём, но я просто хочу разобраться, серьёзно. Тебя не устраивает то, что мы пошли бы вместе или что? – Нет, дело совсем не в тебе! – тут же она заметно заволновалась. – Ты что? Даже не думай наговаривать на себя. Это только мои проблемы. – Ну мы теперь живём с тобой вместе, так что будем делить наши проблемы. Смотри, я прихожу с работы и рассказываю тебе о том, что меня возмутило или порадовало за день. А ты ничего мне не рассказываешь вообще. Я просто пытаюсь понять, от куда столько напряга? Может, когда меня не было всё было куда лучше? Ты и на работу ходила спокойно. – Это не так, – она прикрыла пол лица руками. – Мне было трудно и тогда. Я просто… я… я не могу привыкнуть к мысли, что ты мне не чужой. Ведь ранее мы же просто общались, а теперь… Всё это для меня как-то странно. Мне просто нужно привыкнуть, – на этих словах она быстро убежала, оставив меня наедине со своими размышлениями. Спустя одну ночь наступило 31 первое декабря. С самого утра Кира и Макар поехали за продуктами. Настроение не много поднялось впредверии праздника. Увы, к середине дня с этими покупками они очень устали, но всё же доехали к родителям мужчины. Мама заканчивала работу в доме, а папа ушёл к соседям, чтобы помочь с перегоревшей проводкой. Макар с Кирой принялись раскладывать продукты. Но к вечеру они разделились. Мужчина ушёл со своим отцом ставить живую ёлку, а Кира осталась с матерью готовить ужин. Время очень быстро пролетело за всеми хлопотами. Отец уже отправился надевать свою «праздничную» одежду, а Макар помыл руки и хотел зайти было в кухню, но услышал, как Кира и его мать о чём-то разговаривают. – Ты рада, что вы теперь живёте вместе? – слышался голос матери. Макар выглянул из-за угла и увидел, как женщина выкладывает колбасу на тарелку. А Кира держит в одной руке две чашки, во второй теребит браслет. «Как я могу тебя оставить, после всей хуйни, которую ты натворила? » – прошли воспоминанием слова Макара в голове Киры. – Да, – чётко отвечает девушка улыбающейся женщине. – Знаете, он очень хороший мужчина. – Я очень рада. Господи, мы с Гришей так обрадовались, когда Макар сказал, что вы теперь живёте вместе. Отличный подарок к новому году. – Кира не смогла скрыть своей улыбки на эти слова. Макар услышал приближающийся шум поэтому сразу же побежал в комнату к столу. Туда же и пришли Кира вместе с матерью. Они уже несли на стол тарелки с приготовленными блюдами. Шарады, просмотр извечных сериалов и выпитое шампанское под звуки курантов, так и прошла вся ночь. Макак и Кира легли в гостиной на просторном диване, засыпая под звуки ударов фейерверков. Первые шаги в новый год прошли в полном веселье и радости. Но новый год скрывал в себе ещё много приключений для Макара и Киры.