Глава 9

      Неделя прошла на удивление спокойно. Разве что Хронос теперь постоянно ходил с бинтами на руках, скрывая то порезы, то ожоги. Лирния стала более осторожной, когда рядом Хронос, и не подпускает его даже близко. Но всë же девушка стала всë реже бывать в доме, пропадая постоянно где-то в лесу.       Вот и сейчас Лирния вернулась после полуночи, увидела в гостиной Хроноса, который приоткрыл глаз, глядя на неë, но даже не шелохнулся, и тихо вошла в спальню. Но такая осторожность и тишина были ни к чему, потому что Арнирия ещë не спала, а сидела на кровати и читала какую-то книгу. — Где ты была? - девушка подняла голову, смерив Лирнию внимательным взглядом. — Разбиралась, чем мы будем завтракать. А заодно изучала, насколько далеко от нас монстры.       Лирния ответила не задумываясь, но Арнирию такой ответ не устроил. — Ты всë ещë надеешься увидеть где-то в лесу Ройдера?       Лирния помрачнела, недовольно глядя на подругу. — Нет. Мы же выяснили, что он...       Девушка не смогла заставить себя договорить, это всë ещë было слишком трудно и больно. Арнирия вздохнула, отложила книгу и положила руку на плечо подруге, но ничего не сказала. — Я хочу увидеть кого-нибудь из людей, - заговорила вдруг Лирния после короткой паузы. - В лесу никого всë-таки нет, так что приходится пробираться в деревню. — Ты с ума сошла? - Арнирия была поражена. - Король же приказал нас арестовать или даже убить. — Я знаю. Но мне нужно узнать, что говорят о Ройдере. Нашли ли его? Или так и неизвестно, где он и что с ним?       По тону Лирнии было понятно, что она совсем не сомневается в том, что ей сказал и показал Хронос, но просто не хочет говорить о смерти принца или спрашивать, нашли ли его тело. Не желая продолжать неприятный разговор, девушка легла и укрылась одеялом, давая понять, что собирается поспать. Арнирия вздохнула, но спорить не стала.

***

      Солнце только-только вставало, но Арнирию разбудили крики и грохот, доносящиеся из гостиной. Девушка вскочила с кровати, мельком подмечая, что Лирнии в комнате нет, и бросилась к двери, пытаясь понять, что происходит. В гостиной царил хаос. Элесфэт стоял в дверях, Арнирия остановилась рядом с ним, приметив, что парень исправляется и уже не спит днями напролëт, и осмотрелась. Хронос стоял посреди комнаты, вскинув руку с кинжалом, в то время как в другой его руке горело пламя. Выгëлыуз был рядом с ним и пытался успокоить его. — Хронос, хватит! Перестань устраивать тут спектакль. Ты ещë дом сожги . — А кто позволял не пойми кому заходить в дом? Мы гостей не ждали, - огрызнулся Хронос.       Но Арнирия его не слушала и не обращала на него внимание. Девушка во все глаза смотрела на парня с белыми волосами, который стоял у входа и высокомерно, самоуверенно смотрел на Хроноса. Он держался уверенно и ничуть не испугался угроз и оружия. Парень перевëл взгляд на Арнирию, и ей стало не по себе от пронзительных красных глаз. На мгновение девушке даже захотелось сбежать, спрятаться от этого взгляда, таящего в себе опасность, но она удержала себя и устояла на месте, не шелохнувшись. — Меня зовут Сатана, - представился парень, переведя взгляд на Выгëлыуза. - Я не желаю вам зла. Напротив, я хочу помочь. — Нам не нужна помощь, мы сами справимся прекрасно, - отрезал Хронос, но Сатана на него даже не взглянул. — Боги этого мира прознали про вашу силу и были крайне недовольны тем, что огромный город чуть не уничтожили восставшие мертвецы и монстры. Для богов свойственно пытаться избавиться от всех помех, которые могут оказаться достаточно могущественными, чтобы свергнуть их. Поэтому прямо сейчас они ищут вас, чтобы избавиться раз и навсегда.       Сатана замолчал, и в комнате воцарилась тишина. Но вскоре Хронос нарушил еë: — Почему мы должны тебе верить? — Мой наставник однажды уже пришëл в этот мир, имея слишком большую силу. Его хотели убить, но в итоге убил он, защищаясь от богов. Вот только у вас нет такой силы, как у него. Уж точно не сейчас. Вы не сможете справиться с богами. — Твоего наставника зовут Ферис? - Выгëлыуз вышел вперëд, подходя и глядя на парня.       Сатана едва заметно кивнул и продолжил, глядя на Выгëлыуза сверху вниз: — В его записях должно быть что-то, что вам поможет. Заклинание перемещения между мирами. Перемещения в Пустоту. Найдите его, и как можно скорее.       Хронос фыркну и направился к выходу. — Пойду осмотрюсь вокруг в лесу.       На него никто не обратил внимание. Выгëлыуз кивнул и ушëл, поблагодарив напоследок, Элесфэт пошëл с ним. Арнирия и Сатана остались вдвоëм в гостиной. Он медленно, словно хищник, направился к девушке и замер в шаге от неë. — Спасибо, кольцо очень помогло, - произнесла Арнирия, но парень приподнял бровь. — Ты хочешь говорить сейчас о кольце? Не стоит благодарности. Ферис давно забыл про это кольцо, так что мне ничего не стоило забрать его и отдать тебе.       Снова воцарилась гнетущая тишина, но ненадолго. Сатана заговорил снова: — В тебе течëт огромная сила. Неудивительно, раз тебя создал сам Принц Пустоты. Но вот только эта сила не развита. Ты даже не представляешь, на что способна.       Парень протянул руку. — Прикоснись ко мне и прислушайся к своим ощущениям. Но не физическим, а магическим. Расскажи, сколько мне лет.       Арнирия повиновалась. Как только их ладони соприкоснулись, перед её глазами пронеслись яркие картины прошлого. Вот маленький мальчик бежит по полю, весело смеясь и размахивая руками, будто крыльями. А вот он уже повзрослел и теперь со страхом бежал по коридору, боясь опоздать на совет и получить наказание от родителей. Дальше настала полная тьма, среди которой прорисовались очертания мрачного замка, его тёмные коридоры, просторные комнаты, тускло освещённые залы. — Восемьсот двенадцать... - неуверенно проговорила девушка, теряясь в таком количестве воспоминаний. — Восемьсот двадцать два, - исправил Сатана, с нескрываемым интересом глядя на неё. - Очень хорошо, почти правильно. Парень сжал руку Арнирии и притянул еë к себе, всматриваясь в еë глаза. Девушку снова пронзил страх от его красных глаз, смотрящих, казалось, прямо в душу. — В тебе что-то есть, Арнирия. Я хочу тебе доверять, а это не свойственно мне. — Сатана... — Викториам, - перебил еë парень. - Меня зовут Викториам. Ферис велел мне забыть это имя и называть себя только Сатаной. Но я не могу стереть из памяти своё прошлое, никогда не забуду это имя. Я хочу, чтобы ты называла меня так.       Девушка смотрела на Сатану заворожëнно, пытаясь вникнуть в его слова. Но долго думать он не дал. Парень наклонился и впился в губы Арнирии глубоким, настойчивым поцелуем. Он обхватил еë голову рукой, не давая отстраниться, а вторую руку положил на талию девушки, прижимая еë ещë ближе. Арнирия от неожиданности тихо ахнула и попыталась отпрянуть, но Викториам не отпустил. Тогда девушка приоткрыла губы и ответила на поцелуй. Парень довольно улыбнулся и провëл по еë губам языком, проникая внутрь и горячо лаская еë рот. Сатана полностью контролировал поцелуй, не давая ни малейшего шанса вырваться или сделать что-то против его воли. Он грубо сминал губы Арнирии, полностью порабощая еë и лишая возможности выбора. Девушке пришлось схватиться руками за его плечи, чтобы не упасть под напором его рта. Сатана отстранился от губ и навис над Арнирией, упираясь рукой в стену. Его высокий рост и сильное телосложение пугали, девушка казалась совсем маленькой и хрупкой в его руках. — Я никогда не спрашиваю разрешения, - произнëс он низким и хриплым голосом, наклоняясь к уху Арнирии. - Я беру то, что пожелаю, и никто не смеет мешать мне. Но ты мне нравишься, так что для тебя я сделаю маленькое исключение.       Викториам выпустил девушку из хватки и отступил на два шага назад. — Беги, - шепнул он. - Беги и прячься от меня, иначе я уже не остановлюсь ни перед чем. — Я не буду никуда бежать, - Арнирия осталась на месте, твëрдо глядя на парня, и покачала головой. - Я тебя не боюсь, Викториам. — Не боишься? Мы это исправим. Скоро будешь.       Глаза Сатаны загорелись то ли интересом, то ли возбуждением. Подхватив девушку на руки, он снова приник к еë губам грубым, но страстным поцелуем и понëс еë в спальню, где бросил на кровать. Парень обернулся к двери и взмахнул рукой, запирая еë заклинанием, а сам встал на колени на кровать и навис над Арнирией, упираясь руками в матрас по обе стороны от еë лица. Опустив воротник на платье девушки, Виктриам приник губами к еë шее, всасывая кожу и осыпая нежную белоснежную кожу настойчивыми поцелуями. Арнирия чувствовала, как сильно парень целует еë и прикусывает и почти физически ощущала, как на еë шее остаются тëмные засосы, которые наверняка будет прекрасно видно. Викториам стал спускаться ниже, но ему мешала ткань платья, так что он поднял голову и ухмыльнулся, глядя на девушку. — Разденься для меня, Арнирия.       Арнирия вздрогнула от низкого голоса Викториама и опасного взгляда. Его властному голому было невозможно не подчиняться. Она повиновалась и медленно и неуверенно сняла с себя платье, оставаясь только в нижнем белье. Парня такой расклад событий не устраивал, и он быстрыми движениями сбросил с девушки оставшуюся одежду. Арнирия повела плечом, чувствуя себя неуютно, и подняла руку, стараясь закрыться, но Викториам удержал еë и не позволил. — Не заставляй меня связывать тебя, - предупредил он. - Тебе повезло, что мы сейчас не у меня дома, иначе тебе бы не понравилось то, что я с тобой могу сделать.       Парень положил руки на бëдра девушки и провëл вверх, а потом сильно сжал грудь, впиваясь пальцами в кожу так, что Арнирия шумно вдохнула и затаила дыхание, поражëнно распахнув глаза от неожиданности. Викториам сильно сжал еë сосок, а второй ущипнул, и девушка невольно выгнулась, захрипев. Довольно ухмыльнувшись, парень спустил руки к бëдрам девушки и припал губами к еë груди, целуя кожу и касаясь языком сосков. Он скользнул рукой выше, проводя по бедру, и положил ладонь между ног девушки, поглаживая пальцами и заставляя еë дëрнуться в его хватке. — Ты мне не доверяешь? - прошептал Викториам прямо на ухо Арнирии, обводя его языком и слегка прикусывая. — Я тебя почти не знаю. Как я могу доверять? — Но ты мне отдалась. Твоë тело явно доверяет мне.       Парень продолжил гладить тело девушки, одной рукой надавливая на чувствительные места между ног, а другой рукой возвращаясь к груди. Арнирия снова вздрогнула и схватилась за его предплечья, стараясь удержать его на месте. Викториам покачал головой. — Ты слишком много двигаешься. Это нужно исправить.       Под недоумëнными взглядом девушки парень расстегнул свой ремень, вытащил его из брюк и, не дав Арнирии вырваться, связал еë руки, плотно затягивая ремень и закрепляя его конец у изголовья кровати. — Викториам! Что ты творишь?! - возмущëнно воскликнула Арнирия, стараясь вырваться, но Викториам явно знал, что делает, и связывал надëжно.       Парень прищурился, глядя девушке прямо в глаза, и скользнул пальцем внутрь неë, наблюдая за всеми эмоциями. Глаза Арнирии расширились, когда Викториам двинул рукой, и она хрипло выдохнула. Парень стал делать ритмичные глубокие толчки, добавив второй палец и быстро ускорив темп. Не выдержав, девушка застонала, выгибаясь и откидывая голову на подушку. Викториам хмыкнул, получив от неë эту ответную реакцию, и вытащил пальцы. Он медленно, дразняще расстëгивал свою рубашку, постепенно обнажая сильное мускулистое тело. Скинув еë, парень стянул брюки и теперь предстал перед Арнирией полностью обнажëнным. — Раздвинь ножки, Арнирия. Откройся передо мной, - голос Викториама звучал как приказ, которого нельзя ослушаться.       И девушка поддалась этому приказу и сделала то, что было сказано парнем. Он сел между еë ног, ухмыляясь, и сжал бëдра, немного приподнимая еë. Арнирия вздрогнула, когда Викториам прижался к ней твëрдым членом и потëрся. От еë реакции он глухо засмеялся. — Ты всë-таки боишься. Дрожишь от каждого моего движения.       Продолжая тереться и надавливать, парень низко застонал, сильнее сжимая бëдра девушки. А она всхлипнула, тяжело дыша от возбуждения. Викториам довольно улыбнулся и погладил еë по бедру, удовлетворëнный тем, как Арнирия измучена и возбуждена его стимуляцией, и медленно вошëл в неë, а потом резко коротко качнул бëдрами. — Викториам!       Арнирия вскрикнула и дëрнулась, но не смогла вырвать связанные руки. Он строго посмотрел на неë, но не стал ничего говорить, а просто продолжил двигаться. Казалось, Викториам просто мучает девушку тем, что постоянно меняет темп и глубину толчков, не давая ей приспособиться к его движениям. Арниния вскрикнула и громко застонала, чувствуя боль, смешанную с мимолëтным наслаждением. Парень наклонился к ней и одарил опасным взглядом. Казалось, что его глаза налились кровью, став ещë более алыми. — Не шуми так. Ты же не хочешь, чтобы сюда прибежал кто-то? Уверен, Хронос с удовольствием займëт место в первом ряду и понаблюдает за нами.       Арнирия притихла, похолодев от мысли, что кто-то может их увидеть и услышать, но в следующий же миг снова застонала, теперь уже тише, от очередного глубокого толчка Викториама. Он наконец немного замедлился и стал двигаться ритмично, позволяя девушке привыкнуть и успокоиться. Постепенно боль прошла, и Арнирия расслабилась, сладко застонав и прикрыв глаза. Парень с удовлетворением тихо стонал, наблюдая за тем, как девушка выгибалась в его руках, и продолжал насаживать еë на себя, теперь уже более быстро и глубоко, резкими движениями. Арнирия поддалась напору Викториама и, протяжно застонав, запрокинула голову, подрагивая. Голова кружилась от переизбытка новых эмоций и удовольствия. Парень замер и погладил Арнирию по щеке, но тут же поднял руки и развязал еë руки, а потом резко встал с кровати, начиная одеваться. Заметив взгляд девушки, он взял с кресла еë платье и бросил ей. Не переча, Арнирия оделась и села на кровати, но Викториам подошëл и опустился на одно колено перед перед ней. — Не вставай. Полежи немного. — Не уходи, - попросила хрипло девушка, сжал его руку и переплетя их пальцы. — Боги не будут ждать, - усмехнулся парень и встал. - Мне нужно пойти помочь Выгëлыузу с заклинанием перемещения. Не дай Пустота он что-нибудь напутает.       Викториам махнул рукой, снимая запирающее заклинание с двери, и вышел из комнаты, оставляя Арнирию одну.

***

      По широким улицам столицы шла длинная процессия, состоящая из такого количества людей, что с трудом можно было протолкнуться. Казалось, здесь собрались все жители окрестных городов. Лирния пробиралась между людьми, кутаясь в фиолетовую дорогую накидку и опуская глубокий капюшон на лицо. По дороге она увидела даже нескольких жителей Филамоса, что было удивительно, потому что раньше они не выходили за пределы деревни. Принца Ройдера все боялись из-за его силы, власти и строгости, но также и уважали и любили. Поэтому сейчас проститься с ним пришли все, кто сумел.       Наконец процессия остановилась, и в самом центре главной площади стражи поставили изящный резной гроб из тëмного дерева, над которым наверняка трудились самые искусные мастера королевства. Перед гробом на коленях стоял жрец Верховного Храма Богов и нараспев зачитывал молитвы, а потом перешëл к перечислению заслуг Ройдера. Во время похорон всегда принято говорить вслух о заслугах упокоенного, чтобы в потустороннем мире могли узнать о том, как человек прожил жизнь, и достойно его принять.       Лирния протискивалась между людьми и наконец добралась до первых рядов. Вокруг стояла тишина, никто даже не возмущался, что девушка лезет вперëд, толкая остальных. Принцу выразили настоящее почтение, и во время церемонии не произнесли ни слова, сохраняя идеальную тишину. Лирния смотрела на жреца и удивлялась тому, какой длинный был список заслуг Ройдера. Он руководил ведением войн, которые начинал его отец. Сам участвовал во многих сражениях, где был тяжело ранен, но очень помог получить победу. Устраивал благотворительные мероприятия и ярморки, помогал бедным и призывал других людей помогать. Возродил старинные традиции и вернул несколько древних праздников, про которые много написано в книгах, но которые уже сотню лет не проводились. По щеке Лирнии скатилась одинокая слеза, которую она не смогла сдержать. Девушка осознала, что ещë очень многое не знала о Ройдере. Однажды он бы мог рассказать ей об этом, и она бы была ещë больше счастлива, зная, с каким великим человеком знакома. Вот только теперь парень больше никогда не сможет заговорить или совершить новые деяния, которые войдут в историю и прославят принца ещë больше. Жрец наконец окончил свою речь и отошëл, а вперëд вышел король, склоняясь над гробом. — Мой сын сумел прожить свою жизнь достойно, даже несмотря на то, что Боги отвели ему такой короткий срок. Я горжусь тем, что Ройдер заслужил всеобщее уважение и принëс столько пользы нашему королевству. Он мог бы стать прекрасным королëм, который бы привëл королевство к процветанию и богатству, но судьба решила иначе. Мой единственный ребëнок, мой любимый сын пал смертью храбрых, держа в руке клинок и защищая город и таинственного и всесильного врага. Покойся с миром, сын мой. Никто тебя не забудет, ты навечно останешься в нашей памяти и в книгах для будущих поколений. Ты заслужил эту славу.       Голос короля дрогнул под конец речи, и он отошëл в сторону, позволяя людям подойти к гробу и проститься с принцем. Лирния же смотрела на короля, не веря своим глазам. Суровый, жестокий и властный мужчина сейчас плакал и старался вытереть слëзы чтобы не показать свою слабость. Трудно было поверить, что король может так тосковать, но, как оказалось, сын, к которому он относился так строго и порой даже жестоко, является уязвимым местом короля. Он действительно любил Ройдера. Глядя на короля, Лирния вспомнила, как недавно невольно стала свидетельницей разговора между отцом и сыном и жестокости короля.

***

      Лирния шла по поместью Ройдера, направляясь в его кабинет. Была уже поздняя ночь, но парень так и не появляся в спальне, так что девушка решила, что нужно напомнить ему о необходимости отдыха. Лирния уже подошла и положила руку на ручку двери, но вдруг замерла, услышав незнакомый голос за дверью. — Ройдер, сколько раз я тебе говорил? Повторю ещë раз, если ты никак не уяснишь. Принцу и будущему королю нельзя любить. Это слишком большая и явная уязвимость. Тобой будет легко манипулировать, если враги доберутся до твоих любимых людей. Девушка не сможет себя защитить. А ты не можешь постоянно быть рядом и окружить еë стражей. Ты обязан жениться на той, кого выберу я. И ты уж точно не должен любить свою жену. — Ты не прав, отец, - донëсся негромкий уставший голос Ройдера. - Лирния может за себя постоять. Я не встречал ещë мага с более сильной энергией, чем у неë. — А если она тебя предаст? — Она никогда так не поступит. Я доверяю Лирнии больше всех. Даже больше, чем Каллену. — Я не такому учил тебя, Ройдер, - голос короля стал жëстче и холоднее. - Ты прекрасно знаешь, что за непослушание положено суровое наказание.       На несколько мгновений голоса стихли, а затем тишину пустого поместья пронзил нечеловеческий крик Ройдера. Лирния вздрогнула, в ужасе глядя на дверь, не удержалась и немного приоткрыла еë. Парень лежал на полу, корчась от боли и не переставая кричать, а над ним стоял король с протянутой рукой. Нетрудно было сопоставить увиденное и понять, что мужчина использовал на собственном сыне запрещëнное заклинание, которое в древности применяли для самых жестоких и нестерпимых пыток. Наконец король опустил руку, и Ройдер затих. — Запомни. Такое будет ждать тебя каждый раз, когда ты ослушаешься меня, - холодно и безэмоционально объявил король и направился к выходу.       Лирния успела юркнуть за ближайшую колонну, скрываясь в тени, и выждала ещë минуту, пока король не уйдëт далеко, а затем бросилась в кабинет. Девушка опустилась на пол рядом с Ройдером и ласково провела пальцами по его волосам. — Ройдер...       Парень быстро вскинул голову, морщась от боли, и резко приказал: — Иди в комнату. Уже поздно. Тебе пора спать.       Лирния даже не шелохнулась. Она осторожно приподняла голову парня и положила на свои колени, поглаживая его по лицу. — Перестань, Ройдер. Ты же даже встать не можешь. Пожалуйста, не выгоняй меня. Позволь мне помочь тебе.       Принц затих, прекрасно понимая, что он правда в ужасном состоянии и едва ли сможет хотя бы встать без посторонней помощи. — Лира, я не хочу, чтобы ты видела меня такии слабым и уязвимым, - тихо признался Ройдер, сжимая руку девушки.       Покачав головой, Лирния взяла парня под руку и помогла ему встать, позволяя ему опереться на еë плечо. — Не нужно притворяться рядом со мной. Будь собой. Я никогда не стану тебя осуждать.       Ройдер ничего не ответил, но девушка увидела в его взгляде благодарность. Медленно и осторожно они направились в спальню. Было ясно, что принцу сейчас нужен только сон. После такого ужасного наказания он слишком слаб и больше ни на что не способен.

***

      Лирния слишком погрузилась в свои мысли, не замечая ничего вокруг и думая только о Ройдере, и вздрогнула от неожиданности и охватившего еë страха, когда услышала рядом с собой голос, в котором ещë оставались нотки строгости: — Уходи прямо сейчас, пока я не сообщил о твоëм присутствии. Иначе я позову стражу и велю тебя арестовать.       Лирния повернулась в упор глядя на стоящего рядом короля, и покачала головой. — Я никуда не уйду, пока не попрощаюсь с тем, кого люблю больше собственной жизни.       Король устало вздохнул и еле слышно пробормотал: — Он говорил так же...       Мужчина немного помолчал и в итоге махнул рукой, отходя в сторону. Лирния с опаской наблюдала за ним, но к стражам король не пошëл. Тогда девушка обернулась. Толпа на площади уже значительно поредела, а поблизости и вовсе никого почти не было. Дождавшись, пока уйдут последние люди, Лирния подошла к гробу и с замирающим сердцем заглянула внутрь. Ройдер лежал в красных шелках и дорогих золотых украшениях. Его лицо бледно и безмятежно, а глаза закрыты. Но девушка знала, как он умер. Знала, что под красивой одеждой, подчëркивающей статус принца, скрыта ужасная рана, которая и отняла жизнь у парня. Лирния не удержалась и коснулась руки Ройдера, но вздрогнула. У него всегда были тëплые, даже горячие нежные руки. Сейчас же он был холодный, как лëд. — Прости меня, любимый. Прости, что не была рядом. Прости, что не восприняла Хроноса как серьëзную опасность. Если бы я была осторожнее, я могла бы поехать с тобой или уговорить тебя остаться в поместье. Тогда бы ты был жив, радовался жизни и приносил королевству новые победы и...       Лирния замолчала, оборвав себя на полуслове, а спустя пару минут тихо продолжила: — Может, я сейчас покажусь очень эгоистичной, но я не хочу говорить о королевстве и твоих достижениях. Не хочу делить тебя с людьми, хотя ты им нужен. Я просто хочу, чтобы ты был рядом со мной. Чтобы у нас был дом, где мы с тобой были бы в безопасности и вместе... Просто вместе. Больше ничего не нужно. Я была бы счастлива где угодно, главное, чтобы ты был рядом. А был ли ты так же счастлив со мной? Я надеюсь, что да. Надеюсь, что я смогла принести тебе хоть какое-то умиротворение и счастье.       Лирния не смогла закончить говорить. Она плакала, не в силах успокоиться, голос дрожал и прерывался. Стражи попытались подойти к ней, но король махнул рукой, веля им не трогать девушку. Лирния опустилась на землю и встала на колени, прижимаясь лбом к гробу. У неë не было сил ни встать, ни тем более уйти. Хотелось остаться здесь навсегда. Лишь бы рядом с любимым Ройдером.

***

      Лирния дошла обратно до хижины в лесу и удивлëнно вскинула бровь. Выгëлыуз выжигал на траве круг с витиеватыми узорами, а рядом стоял беловолосый парень. — Всë, вот так правильно. И как раз вовремя. Я чувствую силу богов уже совсем близко.       Из дома вышли Арнирия, Хронос и Элесфэт. Девушка подошла к Лирнии, и та внимательно осмотрела еë, прищурившись и глядя на еë шею. — Это что?       Арнирия опустила взгляд, не в силах смотреть на подругу и отвечать, откуда у неë следы от губ на шее, а Лирния многозначительно посмотрела на неë и молча поправила воротник Арнирии, скрывая засосы. Вдруг Лирния вскинула голову и схватила девушку за руку, оттаскиввая в сторону. В дерево за их спиной врезался огненный шар. Выгëлыуз нахмурился, просчитывая что-то. — Шар был создан на расстоянии трëхсот метров, - объявил он. - Сила магов очень большая, и они уже очень близко. — Так хватит терять время, - раздражëнно прорычал Сатана и подтолкнул девушек к кругу, в котором уже стояли парни.       Выгëлыуз коснулся выжженного узора на земле и стал читать заклинание. Когда он закончил и встал на ноги, вокруг вспыхнул столб огня. В глазах магов всë поплыло, казалось, что они на нескольо мгновений потеряли сознание. А когда снова открыли глаза, то вокруг не было ничего. Только сплошная чернота, которой не было конца и края.