Глава 2

      С погодой нам повезло. Стояли солнечные, но не слишком жаркие дни. Легкий ветер отгонял мух с комарами и приносил прохладу, а на дороге не было грязи. Лошадей у нас не было, поэтому шли мы пешком. Я думал, что Агнес будет жаловаться, уставать и часто отдыхать, но нет, она спокойно шла наравне со мной.       Проблема оказалась в другом, малявка в первый же день чуть не съела половину наших запасов, а потом весь вечер жаловалась мне, что она голодная. Мне уже начало казаться, что еда её волновала больше, чем что-либо еще. Во всяком случае, Агнес ни разу не спросила, зачем я её веду в город.       Тем временем, я продолжал удивляться этим чудным землям. Вечером второго дня в пути из леса выбежали оборотни, но вместо покрытых густой шерстью тварей, готовых раздирать людей даже не от голода, а просто от бешенства, я увидел лохматых, но симпатичных девушек в коротких туниках из оленей кожи с забавными ушами, напоминавшими волчьи. Да и репейник, прицепившийся к хвостам и шерстяным лапам девушек, определенно добавлял им шарма. Так и хотелось потрепать их между ушами.       Остановившись на небольшом расстоянии от нас, волкодлачка вежливо спросила, не хочу ли я присоединиться к их стае и стать мужем одной из волчиц.       — Эм… — я почесал затылок. — Это весьма… лестное предложение, но я откажусь. Я скорее городской житель.       — Да! И вообще! Это мой слуга! — Агнес подбоченилась и попыталась посмотреть на волчиц сверху вниз, но, с учетом разницы в росте, выглядело это забавно. — А если вы его тронете, то я знаете, что сделаю?! Я на вас лилим пожалуюсь! Вот!       — Это кто у нас тут такой громкий…       Сразу несколько волкодлачек, оскалившись, шагнули вперед. Ругнувшись про себя, я положил руку на рукоятку кинжала, но драки не случилось. Старшая волчица одним движением брови остановила остальных и опустилась на одно колено перед Агнес.       — Ты откуда такая грозная и почему путешествуешь с человеком? — мирно улыбнувшись, не показывая зубов, спросила волкодлачка.       — Хм-хм, знайте же, что вы удостоились чести увидеть саму Агнес Розалинду Марию…       — Малявка она вредная, крестьянам досаждала, вот я её и поймал, — ответил я. — Теперь вот мы вдвоем в город идем, там и решу, что с ней дальше делать. Наверное, алхимикам на опыты сдам.       — Что?! — Агнес от возмущения чуть не подпрыгнула на месте. — Ты! Да ты! Да я! Я разговаривать с тобой не буду! Вот!       — Забавная вы пара, — улыбнулась волкодлачка, вставая. — А ты кто?       — Риттер Бродяга, охотник на монстров и нежить, — по привычке ответил я и лишь потом сообразил, что представляться оборотням таким образом — не лучшая идея.       — Охотник на монстров? — оскалилась одна из волчиц. — Смело…       — А может не охотник, а добыча…       — Молчать, — не оборачиваясь, бросила старшая волкодлачка. — И с какими монстрами вы можете справиться?       — Хм… — я потер подбородок. — Я убивал многих опасных тварей, но мне говорили, что у вас тут мирные земли и нет монстров, которые убивают людей.       Волчица аж переменилась в лице и, взмахнув лапами, спешно заявила:       — Об убийствах и речи нет! У нас тут другая проблема! И никого убивать не нужно! Просто поселилась в нашем лесу одна наглая дикая арахна и даже разговаривать с нами не собирается! Ставит свои ловчие сети на наших тропах, людей пугает, из-за неё стадо оленей ушло с нашей территории! Нам теперь за ними приходится через гряду холмов бегать!       — Хм… — я с понимающим видом кивнул, хотя понятия не имел, кто такие арахны.       — Мы пытались с ней сами справиться, но она оплела все подходы к своему логову паутиной, а когда мы попытались прорваться силой, то… вышло не очень, — волчица замялась, она явно не хотела рассказывать подробности.       — Но она никого не убила и не искалечила? — уточнил я.       — Нет, но… — волчица заметно порозовела и отвела взгляд в сторону.       — Да сволочь она! — крикнула другая волкодлачка. — Как она вообще посмела так с нашей предводительницей?!       — Ага! — поддакнула вторая. — Это ж еще додуматься надо было, сорвать с неё юбку и…       — Молчите обе!!! — залившись краской, рявкнула старшая.       От злости у неё хвост и шерсть дыбом встали, а вот две слишком болтливые волкодалчки наоборот сжались и поджали уши.       — Вон все! В лесу меня ждите!       Лишь когда все волкодлачки убежали, их вожак взяла себя в лапы и немного успокоилась.       — В общем, эта сволочь меня на глазах у половины стаи унизила, — проворчала она. — Дикая она.       — Дикая? — переспросил я. — А есть не дикие монстры?       — Конечно же, — удивилась волчица, присаживаясь у костра. — Мы вот себе деревню построили целую! К нам даже торговцы заезжали бы, да вот дороги через лес нет…       Слушая волчицу, я молчал и тихо удивлялся про себя. Гирра, как она представилась, рассказала, что её бабушка еще жила как дикие волкодлачки — вырыла нору для себя и мужа и была довольна. Но вот уже отец Гирры отказался так жить и построил дом для себя и матери Гирры. Затем их примеру последовала и вся остальная стая.       Теперь же, когда во главе стаи встала Гирра, то волкодлачки уже и не понимали, как можно было раньше жить без крыши над головой, постели, печей и горячей воды в бане? Постепенно в деревне волчиц поселились и другие лесные мамоно, а дурная слава волкодлак постепенно забывалась.       — И вот тут эта к нам пожаловала! Дикая и упертая! Только и твердит, что её бабушки и прабабушки мужей в лесу ловили и насиловали, значит и ей так положено! Но это же прошлый век! А познакомиться? А на свидание пригласить? А романтика где?! — От возмущения волчица хвостом дернула и громко фыркнула. — И из-за неё про наш лес уже слухи пошли нехорошие, что тут дикие мамоно живут, которые лопухами подтираются и моются под дождем! И кто тогда к нам приезжать будет?! Мы же без женихов все останемся!       Гирра рассказывала так эмоционально, что даже малявка заслушалась.       — Я вас понял. Значит, мне нужно поймать эту арахну и притащить её в вашу деревню, чтобы вы её научили уму-разуму?       — Да, все верно.       — Тогда поговорим об оплате.              

***

      Деревня волкодлак напоминала мне обычную деревушку охотников, насквозь пропахшую дымом, копченым мясом, звериным мехом и выделанными шкурами. Стояла она прямо посреди леса на берегу небольшой речушки, а между домами и чащей не было даже символической ограды. Лишь поодаль виднелось расчищенное место, заросшее кустарником — там местные жители рубили деревья на дрова и для строительства новых построек.       Жили тут в основном волчицы, их мужья и дети. Мужчины занимались обычными деревенскими делами, женщины хозяйничали по женской части, детвору тоже пытались заставить заниматься чем-то полезным, но стоило взрослым отвернуться, как волчата бросали работу и убегали играть. Девушки постарше вели себя спокойней, от работы не отлынивали, но с ними вышла другая проблема. По какой-то причине у них у всех появились важные дела неподалеку, при этом они не столько работали, сколько пытались невзначай покрутиться возле меня в коротких юбках и туниках. Время от времени прибегала Гирра грозно рявкала на них и разгоняла, но стоило ей уйти, как юные волчицы вновь обступали меня со всех сторон.       Малявка давно убежала, и лишь изредка я слышал её заливистый смех, да мелькавшее среди кустов платье. Заигравшись, Агнес благополучно забыла о моем предупреждении не отходить от меня дальше, чем на пятнадцать шагов. Местные дети охотно приняли её в свой круг и играли вместе с ней, но это длилось не долго. Вскоре малявка пришла с очень расстроенным видом села рядом со мной и громко вздохнула.       Я возился с новой ловушкой и заговаривал одну веревку, за другой, чтобы в нужный момент все сработало как надо. Конечно, можно было пойти по более простому пути и наложить заговор на всю сеть сразу, но тогда и разрушить такие чары можно легко и быстро. А силки я ставил не на кроликов.       Немного посидев рядом, Агнес вздохнула еще громче. Я покосился на неё, но не подал виду. Малявка нахмурилась, сложила руки на груди и очень красноречиво горестно вздохнула. Когда я и на это не обратил внимания, она уже не выдержала:       — Как ты смеешь игнорировать меня?! Ты самый наглый и нехороший охотник на монстров в мире!       — Если хочешь на что-то пожаловаться, то рассказывай.       — Хм! Ничего я не хочу рассказывать тебе! И вовсе я собиралась тебе жаловаться! Я сама Агнес…       Вскинув было нос, Агнес вдруг замолчала и вновь загрустила.       — Ну, так что случилось?       — Они меня прогнали, — проворчала малявка. — Я хотела с ними поиграть, а они…       — Из-за чего?       — Я рассказала им, что я высокородная госпожа, и они все должны меня слушаться, а иначе их накажут, а они все рассмеялись и сказали, что я дура. А потом прогнали меня и пригрозили побить, если я вернусь, — расстроенно рассказала Агнес. — Но я ведь правду сказала!       Теперь уже я вздохнул. Это было ожидаемо, случай в деревне ничему не научил её.       — Запомни, малявка…       — Я не малявка!       — Так вот, малявка…       — Сам ты малявка! — возмущенная Агнес вскочила с места от злости топнула ногой по земле. — Я Агнес Розалинда Мария Оксхарот Картладнхерд…       — Где твои слуги и верные стражники, Агнес Розалинда Мария? — перебил я. — Где твой замок и грозные рыцари? Нет их? Значит здесь и сейчас ты просто вредная малявка, которую я могу в любой момент перегнуть через колено и отлупить по заднице. Понятно?       — Я все лилим расскажу, и это они тебя по заднице отлупят… — насупившись, проворчала Агнес.       — Угу. А я тебя тогда кормить не буду сегодня.       — Но! — малявка испуганно вскинулась. — Так нельзя!       — Почему?       — Ну… пожалуйста… — пролепетала она, умоляюще глядя на меня широко распахнутыми глазами.       — Ну, вот раз, пожалуйста, то ладно. Накормлю.       Агнес облегченно выдохнула и вновь села рядом со мной.       — Если не хочешь, чтобы тебя и в следующей деревне прогнали, то не хвастайся, что ты высокородная госпожа, называй себя просто Агнес.       — Я так не могу, — проворчала малявка. — Меня наказывали, если я представлялась неполным именем или общалась с детьми прислуги. Я наследница Третьего великого дома и будущая владетельница благословлённых лунным светом земель Рогнарлэнда и должна соответствовать своему высокому статусу.       — А я просто Риттер Бродяга и для меня ты не более чем шумная и вредная малявка.       Опустив руку на её голову, я потрепал волосы Агнес.       — Я пожалуюсь Шабашу, и тебя накажут за такое неуважение! — возмутилась девчонка, но отстраняться от меня не стала, наоборот, ткнулась носом в мой бок и заулыбалась от нехитрой ласки.              

***

      Собираясь на разведку, я хотел оставить малявку в деревне волкодлак, но она начала упираться.       — И вообще! Я не могу от тебя отойти из-за твоей дурацкой ленты!       — Да? А когда ты носилась по кустам, ты как далеко от меня убегала?       Малявка открыла рот. Малявка закрыла рот. Малявка побагровела, сжала кулачки и яростно затопала ногами.       — Ты! Так ты обманул меня! Ты ужасен!       — Ага, — согласился я и сорвал шелковую ленту с шею Агнес. — В общем, сиди в деревне и жди меня.       — Нет!       — Малявка…       — Я с тобой!       В итоге я уступил. Раздевшись, я начал натирать себя пучком трав, вымоченных в особом эликсире. Агнес с интересом наблюдала за мной и не удержалась от вопроса.       — Нужно отбить запах, — ответил я. — Многие монстры в лесу могут распознать человека по запаху, поэтому нужна подготовка. Одежда, обувь и все инструменты у меня также обработаны.       Малявка подошла ближе и понюхала меня:       — Приятный запах, словно мокрый мох, папоротник и трава после росы.       — Нравится?       — Угу.       — Это хорошо, раздевайся.       — З-зачем?       — А тебя, по-твоему, это не касается? От твоего запаха тоже нужно избавиться.       Закончив с этим, я занялся инструктажем, объяснил Агнес как идти по лесу, как разговаривать, на что обращать внимание, а что ни в коем случае делать нельзя. На удивление, но малявка меня внимательно слушала и, как потом оказалось, всё запомнила.        Гирра проводила нас до границ территории арахны, но дальше мы с малявкой пошли вдвоем. И я сразу понял, чем недовольны волчицы — арахна, захватила очень удачный участок леса с водопоем и солончаком. Вот только вместо того, чтобы охотиться в меру, она все вокруг заплела липкой и очень прочной паутиной, на которой висели высохшие трупики птиц, белок, бурундуков и других мелких животных. Пару раз мне попадались даже разлагающиеся и воняющие на всю округу тела лисиц. Попав в клейкую ловушку, бедные животные были обречены, при этом, как добыча они совершенно не интересовали арахну.       Скорей всего, она так вела себя и раньше и просто истребляла всю живность в лесу, после чего перебиралась на новое место и продолжала так, пока не пришла на охотничьи владения волкодлак.       — К паутине не прикасайся, — предупредил я Агнес. — Если прилипнешь — будешь висеть тут как муха.       Впрочем, малявка и так вела себя правильно. Шла за мной, смотрела куда наступать, обходила обычную паутину и старалась не задевать ветки. На всякий случай, мы заходили к логову арахны с подветренной стороны, но, скорей всего она нас не почуяла бы из-за вони вокруг.       Я часто останавливался и внимательно разглядывал строение паутины. Мне уже приходилось сталкиваться с такими монстрами, поэтому я без труда находил натянутые, словно струна сторожевые нити, одно прикосновение к которым встревожит арахну, и сигнальные нити, тянувшиеся к её логову.       Во время очередной остановки, я сконцентрировался и спрятал свою ману. Малявка так делать не умела, но от неё днем практически не оставалось никаких следов, а вокруг все и так было в темной мане волкодлак и самой арахны.       Где-то метров за двести до предполагаемого логова паучихи нам пришлось остановиться. Дальше абсолютно все было заплетено паутиной. Толстые нити не давали пройти, между ними прятались тонкие сторожевые, а также хитро запрятанные клейкие ловушки. Глядя на это все, я понял, почему целая стая волкодлак не смогла тут прорваться. Но я ожидал подобного и в само логово лезть и не собирался. Еще чего не хватало.       Аккуратно, чтобы не оставить следов, я прошел по дуге, определил основные тропы, которыми пользовалась арахна и нашел дорогу, по которой она ходила к лесному ручью. Потом мы вернулись к поджидавшей нас Гирре и пошли обратно в деревню волкодлак. Малявка вопросов не задавала, помня о моем предупреждении, но от нетерпения и любопытства чуть ли не лопалась.       — Мы уходим, потому что я узнал все, что мне надо было.       — А что ты узнал? — тут же спросила Агнес, забегая вперед.       — Все что мне нужно было.       — А что нужно было?       — Вот что узнал, то и нужно было.       — Не издевайся надо мной! — малявка от возмущения топнула по земле.       — Кому на этот раз будешь жаловаться?       — Надо кому! Хмф! — вампирочка задрала нос и отвернулась, всем своим видом показывая недовольство.       Гирра тихо улыбалась, глядя на нас.       — У вас найдется живой олень?       — Живой олень? — уточнила волчица.       — Не игнорируй меня!       — Да, именно живой. Или какая-нибудь овца, коза, в общем животное, которое не жалко.       — Вам нужна приманка, я поняла. Но олени ушли, овец мы не держим, а лишних козлят у нас нет.       — Ты! Да как ты смеешь игнорировать меня?! Ты ужасен!       Разозлившись, малявка бросилась на меня, явно собираясь стукнуть, но я моментально развернулся, перехватил её за пояс и перекинул через плечо раньше, чем она мявкнуть успела.       — Ладно, коза не нужна, обойдемся этой малявкой, — я свободной рукой похлопал Агнес по спине.       — Что?! Я не малявка! Что ты собрался делать?! Отпусти!       Агнес попыталась вырваться, а когда не получилось, замолотила меня по спине маленькими острыми кулачками.       — Спасибо, массаж мне не помешает.       — Ты ужасен! Ты самый плохой охотник! Я всё про тебя лилим расскажу! Отпусти меня!              

***

      К моему удивлению, Агнес охотно согласилась на роль приманки, когда я объяснил ей весь замысел. Более того, она весь остаток дня в нетерпении бегала вокруг меня кругами и спрашивала, как скоро мы пойдем. Впрочем, для нетерпеливой малявки это все скорее было игрой, вряд ли она задумывалась о какой-либо опасности.       А вот я задумался и приготовил арбалет, заряженный специальными болтами. Жаль, но мой тяжелый охотничий арбалет, способный пробить бронированную шкуру василиска, остался возле логова катакана, а с собой у меня был лишь небольшой ручной вариант.       Волкодлаки тщательно вычесали свои хвосты и лапы, чтобы из собранной шерсти сделать подобие волчих ушей и хвостов для Агнес. Затем её переодели так, чтобы в сумерках сложно было отличить от маленькой волчицы. Закончив все приготовления, мы выдвинулись ближе к заходу солнца.       Дорога уже была знакома, поэтому к нужному месту мы добрались еще засветло. Я опять скрыл свою ману и установил ловушки. Пока я возился с этим делом, уже окончательно стемнело.       — Начинаем, помнишь, что нужно делать?       — Угу, — кивнула Агнес.       — Тогда давай.       Малявка шагнула вперед и аккуратно боком влипла в паутину. Она тут же попыталась вырваться, но не получилось.       — Эй, ты же сказал, что я легко смогу освободиться? — испуганно округлив глаза, спросила Агнес.       У меня было желание пошутить, что наживка на то и наживка, что она не может вырваться, но, учитывая характер малявки, это было опасно. Поэтому я просто щелкнул её по переносице.       — Больно!       — Нож! — прошипел я. — Ты легко сможешь освободиться, если подрежешь вот эти нити ножом! Запомнила она…       Отбежав на безопасное расстояние, я залег в заранее выбранную неприметную ямку под кустом и прикрылся ветками. Малявка честно трепыхалась в ловушке и, конечно же, вскоре влипла в неё всем телом так, что уже при всем желании не смогли бы дотянуться до ножа на поясе. Но было уже поздно…       Сначала я услышал тихий шелест, а потом заметил движение в темноте. Но какое-то время арахна просто двигалась в стороне, явно осматриваясь по сторонам. И лишь потом она вышла на просвет между деревьями. Было темно, но мне хватило слабого света звезд, чтобы разглядеть её очертания и… не такой уж и большой она оказалась, я встречал пауков и побольше.       — Ох, какой милый мышонок попался в мою ловушку…       Голос у арахны оказался удивительно мягким и бархатистым. Люблю женщин с таким голосом.       — Я не мышонок! Отпусти меня!       — Вижу, не мышонок. Милый волчонок пожаловал ко мне на ужин.       Арахна подобралась ближе к малявке и нагнулась, чтобы лучше её рассмотреть.       — Сейчас же отпусти меня, старая противная карга!       — Так, — в голосе монстродевы прозвучал холод. — Кто-то, похоже, нуждается в уроке…        Дальше тянуть я не собирался и отдал приказ, использовав немного маны. Зачарованные ловушки сработали, согнутые ветки резко распрямились, выбросив вперед ловчие сети. Арахна в последний момент что-то услышала и вскинулась, но ничего больше сделать не успела. Сначала две сетки обхватили её с двух разных сторон, заплетая ноги, а затем сверху упала третья.       Заговоренные кровью веревки по моему приказу начали стягиваться, не давая арахне двигаться. Малявка злорадно захохотала и на удивление легко вырвалась из паутины, одновременно сбрасывая бутафорские уши.       — Ну и кто тут нуждается в уроке?! Мха-ха-ха-ха!!! Узри же саму Агнес Розалинду Марию Оксхарот Картладнхерд…       Я не стал ждать, пока она договорит, а выскочил из укрытия и бросился к арахне. Она оказалась сильнее, чем я ожидал, веревки удерживались только за счет зачарования, а иначе паучиха их бы уже порвала.       — Человек?!       Не отвечая, я набросил на неё четвертую сетку, уже не скрываясь и вкладывая в неё свою силу, чтобы сильнее спеленать арахну. Впрочем, это бы не помогло, но тут малявка меня удивила.       Ловко запрыгнув на спину арахне, Агнес раздвинула мешавшие ей веревки и, широко открыв рот, укусила монстродеву в шею чуть ниже заостренного уха. Арахна тихо вскрикнула, задергалась, но сети прочно её удерживали, а с каждой секундой она двигалась все слабее.       — Тьфу, гадость, — спрыгнув с арахны, Агнес с отвращением начала отплевываться.       — Не вкусно? — поинтересовался я.       — Бе! — малявка скривилась. — У мамоно кровь пустая.       — Что значит, пустая?       — Ну… пустая… ну как суп из одной воды…       Я почесал затылок. Звучало это очень странно, но сейчас мне было не до этого. Я искрой запалил факел и позвал волкодлак, прятавшихся в овраге. Прибежавшие волчицы громко позлорадствовали и начали связывать беспомощную арахну.       Гирра с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего, подошла к архане и провела лапой по её груди:       — Ну что скажешь, милый паучок, запутавшийся в паутине?       — Я…       — Тсс, — Гирра приложила палец к губам арахны. — Не здесь и не сейчас. Твои искрение извинения я выслушаю позже, в более интимной обстановке. У нас много времени, спешить не будем. Уносите её.       — Девчата, раз-два, взяли!       Волкодлачки просунули под арахну крепкие шесты и дружно подняли её.       — Вот ты, корова жирная! Отожралась на наших оленях!       — Я не жирная! У меня просто хитин большой!       — Ага… — прокряхтела одна из волчиц. — Большой и тяжелый…       Пока волкодлачки тащили арахну в свою деревню, я собирал снаряжение, а малявка с восторженными воплями кругами носилась вокруг меня.       — Ты видел? Видел? Она такая уверенная! А я такая: «Ну и кто тут нуждается в уроке»? А ловко же я изобразила, что не могу вырваться? Ну, ловко же, да? Ну, скажи, круто? А потом она такая… а я такая…       На очередном круге я перехватил Агнес и обнял её, прижимая к себе, чтобы она хоть немного помолчала.       — Ты молодец, а теперь, пожалуйста, хватит кричать, у меня уже уши от твоих воплей болят.       — Угу…       — Вот и хорошо.       — …. Не, ну ты видел как я её?! Она такая вся… а тут я… а тут сетки… и ты…       Тяжело вздохнув, я закинул сумку на плечо и пошел вслед за волчицами.       — Эй! Ты куда? Я же еще не все рассказала!              

***

      Задерживаться в деревне волкодлак я не собирался, поэтому на следующее утро мы с малявкой отправились дальше. Волчицы расплатились с нами, как и обещали — вяленым мясом, хорошей меховой скаткой, выделанными шкурами лисиц, прочными веревками и простым, но крепким копьем со стальным наконечником.       Гирра прощалась со мной с явной неохотой. Она предлагала мне стать вождем стаи, обещала лучший дом в деревне и главное место за общинным столом, когда его купят для общинного дома, когда его построят. При этом волчица так и норовила прижаться бедром, дружелюбно помахивая хвостом. Но я отказался, к большому разочарованию девушки.       Пойманная нами арахна сидела с поникшим видом посреди деревни и испуганно смотрела на собравшихся вокруг волкодлак. Когда Гирра подошла и улыбнулась ей, паучиха почему-то густо покраснела и отвернулась. Чем они там ночью занимались, когда Гирра пошла наказывать её?       Впрочем, меня это уже не волновало. Попрощавшись с дружелюбными волчицами, мы покинули село.