-1

      Робин ещё во время обучения проходила краткий курс о том, как нужно контактировать с разумными пришельцами. Но все эти этические нормы и правила поведения чуть ли не летят в помойку, стоило Архитектору забрать контроль над её телом, вытеснив саму Робин куда-то в сознание. И лишь титанические усилия не позволяют ей сиюжесекундно высказать своё нецензурное мнение о нём и его мамаше, которой, вероятней всего, у него нет.       — Сожалеем, что так всё получилось, — её собственный голос в его безэмоциональном исполнении звучал до чёртиков странно. — Но без нашего вмешательства мы могли погибнуть.       — А сказать о том, что вот-вот случится обвал — не судьба?!       — Если бы разрушился терминал, мы бы уже точно не смогли совершить передачу.       Робин от этих слов мысленно скривила лицо. Первый контакт со сверхразумным пришельцем оказался встречей со сверхэгоистичной мразотой.       Архитектор управляет телом неумело и как-то дёргано, но это можно списать на то, что тот сидел неизвестно сколько в этом самом хранилище памяти. Да и тела у них наверняка другие. Взгляд устремлён в пол, он осторожно, но смело продвигается вперёд по пещере, невольно стиснув зубы, игнорирует боль во всём теле. По притупленным ощущениям Робин всё же определяет, что на перелом непохоже, ран точно не было. Обычный, но очень болезненный удары, от которых теперь наверняка под одеждой расцветали огромные синяки.       Робин шумно и недовольно вздыхает, понимая, что больше не чувствует, как от этого действия вздымается её грудь, подавляет в себе агрессию на сложившуюся ситуацию, стараясь как можно дальше откинуть её от себя.       — Хорошо. Я понимаю. Но не мог бы ты вернуть мне тело?       — Для перехода нам нужно подходящее тело.       Если бы её тело принадлежало ей, она бы почувствовала, как эта злость, которую ещё минуту назад пыталась отбросить, взывая к рассудительности, комком скапливается в пересушенном горле, оседает в животе, скручивая желудок. Но сейчас она застряла в своём собственном мозгу, оставаясь невольным наблюдателем и внутренним голосом, и эмоция это всего лишь... Небольшая химия, которая образовалась в участке вокруг неё, но не расползлась по всему телу? Робин честно не знала, как определить своё нынешнее состояние, однако теперь у неё будет время для данных размышлений.       — Твою ж… — она цыкнула. — Чую, поиск тела затянется надолго.       — Потребуется найти подходящие компоненты.       — Ты хоть знаешь, где их искать?       — Не уверены. Мы долго были отрезаны от Сети.       Ещё и Сеть какая-то затесалась. Ладно, это потом, сейчас главное проследить, чтобы с её телом ничего не случилось. Он уже дошёл до выхода, но почему-то остановился, уставившись на водоотталкивающий барьер, что после отключения комплекса всё равно продолжил работать. Впрочем, её устраивал данный расклад, она не хотела бы, чтобы тело, пока они отлёживались, неожиданно захлестнуло волной и размозжило по стене.       — Ребризер, — наконец, недовольная Робин смогла предположить, что его останавливало. Люди не водоплавающие и не двоякодышащие. — Это маска, которая… — Архитектору удалось найти её раньше, чем она описала, как та выглядит. Впрочем, в инвентаре среди кусков титана, серебра и образцов коралла тяжело было запутаться. — Да, всё верно.       — Мы предполагали, что ваши кибернетические компоненты куда теснее связаны с вашим телом, — голос наконец-то приобрёл хоть какую-то эмоциональную окраску, и Робин даже закрыла глаза на то, что это было разочарование.       — Не знаю, как эти выводы сделаны, но даже альтерранцы не видят смысла в «кибернетических компонентах» у людей, что работают выездными группами. Изготовление обычных инструментов пока что дешевле и проще. А эти ребята любят сорить деньгами.       Архитектор задумчиво кивнул, не соизволив ответить. Немного повозившись, на удивление правильно надел ребризер (оповещением послужило его подключение к КПК и высвечивание жизненных показателей и включенных координат), вытащив из-под тянущихся ремешков её высокий конский хвост, что за время пребывания в этом месте уже успел подсохнуть и собрать на себя всю грязь. Соединить же маску со шлангами от акваланга не составило никакого труда, и вот он, излишне резко оттолкнувшись, входит в солёную толщу воды. Тело замерло и его сразу же потянуло ко дну пещеры, кажется, тот прислушивается к дыханию, стараясь сделать его медленным и ровным, но получалось это плохо, от чего кислород тратился быстрее обычного. Волнуется.       — Тебе нужен совет?       — Возможно.       Не может даже адекватно согласиться на помощь. Робин уже подумывает о том, чтобы хорошенько ему врезать, как только тот соберёт своё тело и оставит её в покое. Однако до этого времени ещё нужно дожить.       — Так, ладно. Заведи правую руку назад… Это левая. Чувствуешь, под аквалангом есть ещё один предмет? Хватай за ручку и вытаскивай. Это глайдер. Переносное транспортное средство. В инвентарь он вменяемо не помещается, поэтому приходится творить подобное. Винт должен смотреть на тебя. Берёшь его по бокам, за обе ручки, сжимаешь их покрепче, — Архитектор без лишних подсказок сделал всё, как она сказала, глайдер заработал и потащил его вперёд. — Большие пальцы расслабь, иначе задний ход запустишь. Меньше болтай и кислорода тебе хватит до самой поверхности.       Она могла заставить его вернуться в тайник Архитекторов и восполнить потраченный кислород, но, кажется, туда возвращаться не хочет ни она, ни сам Архитектор, который, почувствовав долгожданную свободу в перемещении, быстренько направил морской глайдер к выходу из пещеры. Довольно скоро он понял, что можно работать ещё и ногами, однако делал это не очень охотно, ощущая от каждого движения боль в мышцах. Робин бы её проигнорировала и продолжила работать, но ему это кажется чем-то необычным и неестественным, что, конечно же, было правдой. Кажется, в капсуле она оставляла запасную аптечку, так что мотаться за ингредиентами для неё не придётся. Выпьет обезболивающее, отоспится, после чего боль поутихнет.       Он выплывает из пещеры, сразу же берёт курс наверх, проплывая прямо перед носом у не особо внимательной злобной акулы. Та, недовольно клацнув зубами, поспешила поплыть следом, но нагнать человека на глайдере ей не представлялось никакой возможности.       Наверху уже стемнело, поэтому подводный мир преобразился, рачки, обильно покрывающие извилистые коралловые образования, названные мостами, засветились незабываемым биолюминесцентным голубым светом. Кислородные растения ярко освещали пространство, водоросли и иные кораллы тускло, но всё равно заметно светились розовым и красным. Робин наблюдала за плавно меняющейся картинкой, задумываясь о том, что до этого она ни разу до этого не была на планете, где большая часть животных и множество растений светится. Феномен столь поголовного биолюминесцирования на 4546B она пока не знает, но желала изучить, как только тело освободится от Архитектора, и она сможет разобраться со своими первостепенными задачами, ради которых и прилетела сюда, осознанно зайдя в воздушное пространство во время метеоритного дождя, что повлекло за собой не самое мягкое падение.       Архитектор выныривает из воды, обновляются запасы кислорода в акваланге. Над водой бушевала снежная буря, от чего в и без того тёмной и мрачной ночи видимость была не больше пары метров, а на маску прилипали большие и мокрые комья снега. Голову ощутимо стянул резиновый шлем, что в такую погоду казался холодным и неприятным. Зато не продувало. Архитектор засопел, начал крутится на месте и, наконец найдя метку капсулы среди не самых полезных сигналов радиомаяков, которые стоило бы отключить, спешно занырнул обратно, направив глайдер в нужную сторону.       Робин несказанно повезло, что её капсула упала на отмели. Практически безопасное красочное место со множеством ресурсов, которые не успели тронуть сотрудники «Альтерра». Впрочем, те навряд ли нуждались в столь примитивном сборе ресурсов. А вот Робин добывать в промышленных масштабах пока не могла, поэтому довольствовалась лишь малым, старательно подбирая всё, что не прибито к полу. Поэтому она чуть ли не дёрнулась, когда в периферии заметила нежно-зелёные ленточники, что были бы как раз кстати. Однако порыв быстро угас в очередном осознании ситуации. Робин тяжело вздохнула: привыкнуть всё же будет непросто.       Архитектор никак не реагирует ни на вздох, ни на последующее цыканье Робин. Кажется, тот не желает лишний раз контактировать с ней. Вместо этого он полностью сосредоточен на капсуле, что уже маячила впереди. Он подплывает к ней, пару раз огибает её в поисках входа, натыкаясь на плавающие контейнеры, битком забитыми титаном и кварцем. Робин уже подумала о том, что Архитектору стоит помочь, как тот заглушает глайдер и убирает его, хватается рукой за дверную ручку, тянет на себя. Значит, просто осматривал своё пристанище? Пока ещё сложно понять его уровень осознания человеческих технологий.       Дверь поддаётся только после того, как он прикладывает больше усилий, и сразу закрывается за ним. Капсула начала автоматическую откачку воды. Стандартная процедура, заложенная в систему всех посадочных капсул. И которая не всегда корректно работает, поэтому Робин пытается следить за падающим уровнем воды, пока Архитектор жмурится от яркого света и осматривает капсулу изнутри.       — Погоди. Не снимай пока, — Робин по движениям почувствовала, что он собирался сделать. Благо, что послушался и замер на месте, так удобно уткнувшись взглядом в стык между стеной и полом, и ей стало проще отслеживать. Как только вода ушла, она продолжила: — Теперь можно.       — Что-то могло произойти? — спрашивает Архитектор, снимая маску и шумно вдыхая через рот.       — Осушители в этих моделях частенько переклинивает, поэтому в лучшем случае могли остаться по колено в воде.       — Поломки не допустимы в точках безопасности.       — Ага, кто бы говорил, — язвительно фыркнула Робин. — Напомнить, почему ты в моём теле за главного?       — Мы тоже не рады сложившейся ситуации.       И понимай это, как знаешь. То ли он недоволен тем, что так всё сложилось, то ли тем, что человеческое тело совсем не такое, как он предполагал.       — И почему «мы»? — продолжила раздосадованная Робин уже «вслух». — Сколько вас в… моём теле?       Архитектор покачался из стороны в сторону на уставших ногах, некоторое время помолчал, будто обдумывал, что сказать, прежде чем ответить:       — Один. Но мы не мыслим о себе, как об отдельном индивиде. Однако, если тебе будет удобнее, то я буду выражаться в единственном числе.       — Да, пожалуй, так будет проще, — вздыхает Робин. — Итак. Моё тело… Или ты… В общем, ты голоден и устал. Поэтому настоятельно рекомендую отложить все свои планы и позволить себе отдохнуть.       — Это будет полезно для нас двоих.       Это правда. Робин требуется время и безопасность, чтобы обдумать случившееся. И лучше места, чем капсула, ей пока не найти. Однако, чувствуя, как Архитектор безуспешно пытается стянуть с себя резиновый шлем, она понимает, что сегодняшнее приключение ещё не окончено.