23. Даже камни умеют впитывать тепло
22 мая 2025, 15:26 Вопреки робкой просьбе Сакуры, Итачи не остался на ночь. Кроме того, он не удосужился появиться в этот вечер, оставив Сакуру на растерзание местному Итачи, который, к её радости, был спокоен и даже задумчив. Она признавала его право чувствовать себя так, словно вокруг происходило что-то неуловимое, что-то подозрительное, и иногда он поджимал губы и хмурился, будто пытался прорваться сквозь завесу навязанных воспоминаний.
Сакура и Итачи вяло обсуждали якобы прошедшую тренировку, перебрасываясь общими фразами, но она могла рассмотреть в его тёмных глазах признаки растерянности. Хоть Сакура и пыталась убедить себя, что её Итачи всё контролирует и предусмотрел, ей не удавалось стряхнуть с себя липкое чувство тревоги. Чем дальше она увязала в этом болоте вранья и выдавания себя за другую, тем призрачнее казался вариант, что здешний Итачи примет её обман с пониманием в случае фиаско.
Сакура металась, решая — стоит ли проявить соучастие? Нужно ли попытаться узнать, что его так нервирует? Вроде бы это может быть полезным — ведь любая информация является козырем в её руках, но с другой стороны — не разворошит ли она без лишней надобности мысли этого Итачи? Не подтолкнёт ли к размышлениям в совершенно ненужном направлении? Как бы хорошо сейчас было спросить совета… Но советчик, как назло, затаился в глубинах чужого сознания!
— Ты какой-то грустный сегодня, — робко пробормотала Сакура и мягко погладила Итачи по руке, не отводя взгляда от догорающих в камине поленьев.
— Это из-за Саске… — Итачи устало вздохнул и уверенно накрыл её руку своей, слегка сжимая. — Он сам не свой, молчит или напевает себе под нос. Вместо того чтобы заниматься домом, лежит на диване и разглядывает потолок, ещё и улыбается, как ненормальный. Я никогда его таким не видел.
— О… — Сакура невольно нахмурилась, припоминая их с Саске последнюю встречу.
После её прощального поцелуя он не выглядел расстроенным или брошенным, скорее обескураженным. В тот момент Саске смотрел на Сакуру так, будто у неё вырос хвост — настолько недоумённым было его лицо. И угадать, какие мысли родились в этой лохматой брюнетистой голове, было нереально. Сакура снова усмехнулась причудливым параллелям двух младших Учиха — ведь её Саске точно так же варился в своих мыслях в одиночку, а выдрать из него хоть пару слов было той ещё задачкой. Значит, и этот Саске умеет скрытничать?
— Он приходил ремонтировать крышу, и я тоже заметила, что он слегка… расстроен, что ли, — Сакура снова прокралась на запретную территорию, лавируя как сапёр и подбирая слова. — Вроде он скучает по родителям, — Сакура нервно сглотнула и искоса взглянула на Итачи. Наживку она забросила, и говорить что-то ещё сейчас совершенно излишне.
— Он иногда как маленький, — скептически фыркнул Итачи. — Ведь знает, что скоро они вернутся, как и всегда.
— А он просто не в курсе когда именно, или что? — почти равнодушно уточнила Сакура, хотя внутри сгорала от любопытства. Как бы ей ни интересно было увидеть родителей Итачи и Саске, пусть и в их альтернативной версии, она понимала, что их возвращение срубит на корню её спокойную, размеренную жизнь в этой избушке. И отсиживаться, наслаждаясь пением птичек и кваканьем лягушек, больше не выйдет.
— Иногда бывало так, что родители сообщали о своём приезде, но меняли планы, — пространно заключил Итачи. — Саске глубоко переживал эти моменты, особенно в детстве, и теперь я стараюсь не обнадёживать его. Хотя теперь-то ситуация другая — они едут знакомиться с тобой в качестве нового члена семьи, — его голос и взгляд стали такими тёплыми, что Сакуру бросило в жар, и всё, что ей удалось — это смущённо моргать.
— Жду, не дождусь, — мягко отозвалась Сакура и улыбнулась.
«А конкретную дату так сложно назвать? Что за обтекаемые фразы? Мне, между прочим, нужно рассчитать всё и подготовиться! А желательно вовсе избежать этих пафосных смотрин!» — внутренне негодовала Сакура, стремительно сливаясь мыслями со своим ехидным чёрно-белым альтер-эго.
Экзамен на джонина, знакомство с родителями, знакомство с кланом и много чего ещё — всё это тащилось за ней неподъёмным грузом, жестоко напоминая — времени на отдых всё меньше! К тому же, она была не в курсе — здешняя Сакура-то общалась с ними вообще? Это вполне реально, ведь они родители её сокомандника, но учитывая их редкие появления в деревне… «Как шиноби вообще выполняют миссии по шпионажу? Это же просто сворачивает мозги в трубочку…» — мысленно простонала Сакура, но, не подавая виду, продолжала испытующе разглядывать Итачи.
— Я рад, — он не прекращал гладить её взглядом затуманенных влюблённых глаз, только теперь Сакуре отчего-то было неприятно. Это казалось слишком открытым, чересчур приторным и даже немного инфантильным… в противовес тому, с какой тихой тоской и скрытым внутренним огнём её Итачи смотрел на неё каких-то два часа назад.
Когда здешний Учиха ласково прижался губами к её губам после того, как они поднялись, чтобы попрощаться, Сакура ощутила странную дрожь в ногах. И это был отнюдь не привычный трепет, а скорее что-то нервное, неприятное и даже немного… противное? А когда он по обыкновению прошептал: «Я люблю тебя, моя девочка», Сакура поняла, что у неё появилось стойкое отторжение к этой фразе и аллергия на слово «девочка» в частности.
Сейчас, несмотря на то, что это тело по факту было лишь оболочкой и беспокоиться о нём не стоило, Сакуру грызла вина — перед своим и перед местным Итачи одновременно. Ей было жаль его в какой-то степени, ведь очевидно — он лишь старался угодить девушке, в которую был влюблён по уши. Но также Сакура слегка злилась на него — как можно быть настолько недалёким и не заметить подмены? Она вот за короткий срок по одному блеску глаз и изгибу бровей научилась отличать одного Учиху от другого, а он что? Настолько взбудоражен чувствами, что отмахивается от явных признаков? Да, Сакуре это на руку, в чём она убедилась не раз, но и поняла, что неосознанно раздражена его дурацким поведением.
Поздним утром следующего дня Сакура уселась в позе лотоса на ставшей родной полянке и медитировала. Солнце приятно ласкало кожу, лёгкий ветерок заигрывал с её мягкими волосами, и казалось — Сакура сейчас пустит корни и сольётся с природой в едином успокаивающем ритме. Тишина, мягко наполняемая звуками леса, погружала Сакуру в блаженный транс, вымывая наружу все тревожные мысли и очищая разум. Она знала, что Итачи обязан появиться в течение дня, да и вечером им предстоит тяжёлая встреча с Орочимару и Саске, но не хотела позволить неизбежному выбить её из колеи. Удивительно, но сейчас её пронизывала уверенность и ожидание чего-то прекрасного. И как ни отмахивайся, причиной столь разительных перемен могло быть только одно. Учиха Итачи.
Когда Сакура почувствовала его мягкие шаги по лесной подстилке, её губы растянулись в несдержанной улыбке, а по телу пробежала озорная дрожь. Как ей вообще себя вести после вчерашнего? Как раньше точно не выйдет, да и глупо это будет — делать вид, что ничего не изменилось.
Раньше Сакура тихонько наслаждалась своими точечными провокациями. Упивалась тем, как Итачи впадал в прострацию и растерянно моргал, когда она выкидывала что-нибудь эдакое или бросала в него очередную колкость. Но теперь перед ней открывался такой простор для манёвра, что захватывало дух, и Сакура не собиралась отказывать себе в удовольствии. К тому же, была уверена — Итачи и сам наслаждается их игрой. Возможно, даже ожидает от Сакуры новых безобидных «фокусов»?
Решив действовать по ситуации, но не отступать от намеченного плана, Сакура лениво приоткрыла один глаз, чтобы проверить — который Итачи вообще сейчас перед ней?
— Доброе утро, — как всегда сдержанно и вежливо поздоровался Учиха, привычно собранный и прекрасно выглядящий.
— Утро чудесное, — Сакура сладко потянулась и подскочила на ноги, в момент оказавшись прямо перед ним и ласково улыбаясь. — Какие планы?
— Продолжить тренировку, очевидно, — Итачи вёл себя как раньше, и это раззадорило её ещё сильнее. Что ж — растапливать эту снежную корку и дальше будет заманчиво, и Сакура игриво прищурилась, приблизившись к его лицу на расстояние вздоха.
— Мне нравится идея, — она изогнула бровь и хмыкнула себе под нос, сдерживаясь от того, чтобы выпалить что-нибудь остренькое, хотя язык и руки зудели от нетерпения.
— Ты практиковала контроль над чакрой? — Итачи шагнул назад и сцепил руки на груди, но от Сакуры не скрылось лёгкое смущение, промелькнувшее в его бесстрастном взгляде.
— Немного пробовала. Но лучше мне практиковать тайдзюцу, чем крепче будет тело, тем проще контролировать чакру. Баланс духовной и физической энергии, разве нет? — она невинно распахнула глаза и приподняла брови.
— Теория тебе знакома, — сухо парировал Итачи.
Он нехотя принялся стаскивать с себя свой тяжеленный плащ. «И как не сварился в нём до сих пор? Это что — какие-то тайные технологии Акацки? Или секретное дзюцу, позволяющее ходить в жару замотанным в этот толстенный кусок ткани и не умереть от перегрева?» — рассуждала Сакура про себя, с любопытством отмечая, насколько бережно Итачи относится к, казалось бы, ненавистной вещи.
— Вообще-то, теорию я знаю лучше всех! На экзамене многие списывали у меня! — гордо задрав нос, поддразнила она и принялась поправлять невидимые складки на одежде, готовясь к поединку.
— Теория без практики бесполезна, — язвительно проговорил Итачи и повёл плечами, разминая их. Он казался Сакуре настолько милым в своём колючем настроении, что бессовестный план, как вывести его из равновесия, моментально возник в её голове.
Не прошло и пяти минут тренировки, как Сакура вновь оказалась в унизительном положении — на корточках, почти завалившись на бок, с приложенными к затылку пальцами Итачи. Она лишь наигранно вздохнула, якобы принимая поражение, тщательно усыпляя его бдительность и подбирая удачный момент. Как можно резче Сакура выбросила одну ногу назад, стараясь попасть по его лодыжкам, одновременно перенося вес на руку, чуть скользнув ладонью по влажной от росы траве, но безуспешно.
Однако это было лишь первой частью плана — она решила сыграть грязно, ведь в реальном бою никто не будет соблюдать нормы приличия и сдаваться от приставленных к голове пальцев. Ей нужно было удивить Итачи, измотать — хоть в это верилось с трудом — или обмануть! Сакура напрягла мышцы, словно скрученная пружина, готовясь выбросить этот импульс энергии, и быстро развернулась, замахиваясь кулаком. Хотя бы прикоснуться, пусть не ударив, и она будет удовлетворена!
Итачи резко перехватил её левую руку возле локтя и прижал к талии, и по его слегка нахмуренным бровям и блестящим глазам было ясно — ей удалось слегка разозлить его. Сакура уверенно дёрнулась в попытке освободиться и даже занесла вторую руку для удара, но была прервана тихим грозным замечанием.
— И какие же правила допускают подобное?
Сакура облизывала губы и тяжело дышала, сдувая прилипающие к щекам и носу пряди волос. Что бы она ни задумала провернуть — всё казалось нереальным. Итачи крепко схватил её, смотрит с осуждением и явно не настроен проигрывать. Быстро взвесив все за и против и еле сдержав дерзкую ухмылку, Сакура нежно, как только могла, положила свободную ладонь на его поясницу и легонько притянула Учиху ближе к себе. А когда она опустила руку, почти коснувшись его ниже спины, довольная ухмылка всё же изогнула её губы, а нервный выдох Итачи обдал её лицо тёплым воздухом.
— Сакура… — в глазах Итачи было столько осуждения, что хватило бы на целый отряд несмышлёных генинов, отправленных на миссию по поимке кошки и бездарно заваливших задание.
— Да? — деловито отозвалась она, раздув ноздри и сжав челюсти, еле удержавшись от того, чтобы схватить его за зад.
Было очевидно — Итачи первый раз в жизни допустил кого-то к этому сокровенному месту и теперь полностью обезоружен. Но Сакура держалась. Она сделала ход, и теперь оставалось дождаться, когда обычно шустрый Учиха переварит произошедшее своей гениальной головой.
— Получаешь удовольствие? — Итачи, наконец, отмер и с вызовом посмотрел в её глаза. Похоже, он что-то решил для себя, да только так же, как и она, решил не вскрывать все карты, ожидая реакции.
— Так заметно? — Сакура очень старалась скрыть триумф в своём голосе и не позволить щекам дёрнуться. Но острый взгляд Итачи и его едва уловимая ухмылка однозначно давали понять, что он снова перехватывает инициативу. Медленно, но неумолимо она вытекала из рук Сакуры, с каждым мгновением делая Учиху более уверенным и бесстрастным.
«Быстро он возвращается в норму! Я уже не смущаю его вовсе!» — Сакура внутренне пыхтела от досады, собираясь с силами для следующего отчаянного шага. Но теперь ей самой было неловко, ведь застать Итачи врасплох не выйдет, если только не выкинуть что-то совсем безумное.
— Сакура, — строго упрекнул её Итачи одним лишь тоном. — Это ведь тренировка.
— Всё верно. Я Сакура, и у нас идёт тренировка, — она понимала, что болтает сейчас полную чушь и тянет время. Но мозг, как назло, отказывался выдать хоть что-то, кроме: «Хватай!»
Она несмело сжала пальцы, со стыдом понимая, что первый раз прикасается к мужчине вот так, более того — не просто к мужчине! Она только что облапала Учиху Итачи!
Кровь прилила к голове так стремительно, что щёки запылали от неловкости — целоваться было в разы проще, как выяснилось. И кто кого теперь вывел из равновесия? Пальцы свело, словно в судороге, и Сакура понимала — она перехитрила сама себя, а тренировка точно завершена, ведь сейчас не помешает перерыв, желательно длиной в пару часов. И даже порозовевшее лицо Итачи и его ошарашенные глаза не были сейчас достаточной наградой за смелость.
— Осторожно, Сакура, будут синяки, — смущённо пробормотал он и опустил взгляд на её приоткрытые губы, которые Сакура не прекращала судорожно облизывать и прикусывать.
— Прости, — пискнула она и смутилась ещё больше, ведь сообразила, что уже совсем не нежно вцепилась в его мягкое место.
Итачи лишь скептически помотал головой, как делал уже не раз, и ослабил хватку, позволяя руке Сакуры выскользнуть из его захвата и безвольно повиснуть вдоль тела. Он так и вглядывался в широко раскрытые зелёные глаза, не мигая, а его губы тронула едва заметная улыбка.
Сакура медленно разжала пальцы и повела рукой вверх по его спине, пока не приблизилась к основанию шеи, ласково пробираясь в волосы. Они были именно такими, какими она их себе представляла — мягкими и шелковистыми, и она зарылась чуть глубже, наслаждаясь их гладкостью. Еле оформившаяся мысль о том, насколько разные волосы у родных братьев, проскочила в её голове, будто искорка, и Сакура инстинктивно шевельнула пальцами, слегка царапнув Итачи в районе затылка.
Учиха выдал странный сдавленный звук, родившийся где-то в груди, и переместил руки на талию Сакуры, не отрывая взгляда от её смущённого лица. Она зажмурилась и потянулась вперёд, но удивилась, ведь судя по тому, как быстро сократилось расстояние между их губами, Итачи тоже наклонился к ней.
Этот поцелуй был таким чувственным и сладким, что лёгкие Сакуры сжимались, а живот скручивался от предвкушения — настолько это было приятно. Она могла бы вечность вот так стоять посреди чужого для неё леса, да что там — чужого мира, и впитывать ту отчаянную нежность, которую Итачи так долго хранил внутри себя. Сперва он целовал её так, словно боялся навредить, но чем смелее вела себя Сакура, тем ошеломительнее становился и его напор. Она ощущала это по более властным касаниям его рук, более смелым движениям губ и шумному дыханию. Она была открыта для него, готова принять на себя всё, что он мог предложить ей сейчас, отдавая взамен всё, что он попросит.
Совершенно потерявшись во времени, Сакура со вздохом уткнулась носом в плечо Итачи, когда поцелуй неохотно прекратился. Она ждала каких-то слов, возможно, новой порции ворчания или упрёков, и была готова заткнуть Учиху ещё одним поцелуем, если он только вздумает вновь оправдываться. Но, к её радости, Итачи ничего из этого не сделал, лишь мягко гладил её по спине и сбивчиво дышал ей в макушку.
— Может, нам продолжить тренировку? — робко спросила Сакура, чуть отстраняясь.
— Конечно, — Итачи улыбнулся одним уголком рта и приподнял бровь. — Должен предупредить, что на грязную игру я имею право ответить тем же.
Сакура смешливо сморщила нос и быстро подтянулась на цыпочках, чтобы приобнять Итачи за плечи и поцеловать в щеку.
— Договорились, — хихикнула она ему прямо на ухо и отпрыгнула на пару шагов, приглаживая волосы и поправляя кобуру для сюрикенов на бедре.
На тренировку это становилось мало похоже. Сакура заметила, что Итачи не особенно старается победить, как и в прошлый раз. Он принял правила игры и позволил её настроению управлять ситуацией. Поэтому они просто гонялись друг за другом, точнее, Сакура очень старалась спрятаться среди деревьев, стать как можно незаметнее и использовать эффект неожиданности, чтобы напасть исподтишка. Она поражалась, насколько ловко Итачи предугадывал каждый её шаг, даже не используя шаринган. Он перехватывал её каждый раз, то неожиданно вырастая у неё за спиной, то обрушиваясь непонятно откуда, и всегда сжимал её руки, не позволяя вывернуться.
Сакура никак не могла отключить мысли о том, какие у него сильные и тёплые ладони. Его касания казались непривычно тактичными, а иногда излишними. То, как он придерживал её за талию в момент броска, как не позволил упасть и подхватил за локоть, хотя в настоящем поединке уронить соперника на землю было главной целью. Всё это мешало сосредоточиться и путало мысли.
Когда она практически выдохлась и вжалась спиной в толстый, покрытый мхом ствол, забравшись на ветку в нескольких метрах от земли, то заметила, что Итачи растерянно замер у соседнего дерева. Это казалось идеальным шансом напасть, и Сакура собрала остатки сил и ринулась вниз в отчаянном прыжке. Лишь в последний момент, когда её ноги оторвались от ветки, она увидела, как в замедленной съёмке, что Итачи поворачивает голову. Казалось, она успела разглядеть всё — хитрый огонёк в его глазах, солнечные блики на кончиках его длинных угольных ресниц и язвительную полуулыбку…
«Ну очевидная ведь ловушка! Примитивная! Топорная!» А Сакура наполнилась самонадеянностью и теперь летит прямо в расставленные сети, как безмозглая букашка! Как можно было поверить, что гений клана Учиха вот так просто будет стоять посреди леса, как растяпа и ждать, когда она прыгнет на его спину, словно взбесившаяся белка?
Все эти мысли пронеслись в её голове за те несколько секунд полёта, и вот Сакура обнаружила себя в объятиях Итачи, прижатой к его груди, со сбитым от адреналина дыханием и дрожащими ногами. Он не стал уворачиваться, не стал проводить контратаку, он лишь поймал её… и всё? Судя по лёгкому движению его напряжённых мышц, Итачи не просто украдкой улыбается, а с трудом сдерживает смех.
— Это было позорно, — смущённо проворчала Сакура, рассматривая очень интересные деревья за его спиной и также еле удерживая улыбку.
— До этого всё было неплохо. Ты начинаешь думать тактически, пытаешься действовать хитро, — мягко ответил Итачи и медленно опустил руки, давая ей пространство и возможность отойти.
— Наверное… — Сакура поджала губы, смутившись ещё больше от подобного комплимента. Неужели Итачи правда подметил изменения в её действиях? Или же просто решил подбодрить?
— Твоя последняя задумка была слишком смелой, — вот теперь его голос был пропитан снисхождением и даже ехидством. Вероятно, прошлый комплимент был правдивым — разница очевидна. — Я хочу показать тебе один приём, который мог бы сработать в подобной ситуации. Ему учат в АНБУ, и его успех напрямую зависит от контроля чакры. Мне знакома лишь теория, ведь нужным контролем я не обладаю. Однако в будущем тебе он может быть полезен, — уже серьёзнее добавил Итачи.
— О! Я… конечно, давай, я только за, — Сакура натужно улыбнулась и сглотнула.
«В будущем? Ну да…» Итачи ведь говорит о том времени, когда она вернётся в свой мир, в своё настоящее тело, когда он уже не сможет показать ей эту уловку, ведь его рядом не будет…
- - - - -
Вечером Сакура нервно расхаживала по домику взад-вперёд, накинув на плечи уже не казавшийся смешным розовый кардиган и собирая мысли в один пучок. Что Орочимару расскажет им сегодня? Выдаст ли способ вернуться прямо там — на месте? Или снова начнёт говорить загадками и юлить? Или же вновь придумает какой-нибудь квест? Сакура помнила такое взвинченное состояние, ведь это происходило совсем недавно. Когда она сидела в доме Орочимару, теребя в кармане клок розовых волос, собранных с расчёски местной Сакуры, и была уверена, что скоро окажется дома с помощью Техники Обратного Призыва. Та неудача разбила её, и она ещё пару дней пыталась отыскать прозрачные лучики надежды внутри себя. И сейчас, как бы ни хотелось быть уверенной в успехе, Сакура осторожничала. Она слепила для себя теорию, что ей предстоит просто ещё одна попытка, просто один из вариантов решения задачки, не факт, что успешный. К её удивлению, это не слишком огорчало, и от этого становилось жутковато. Словно на чашу весов с вариантом «Остаться здесь» падало всё больше причин с каждым прожитым днём, с каждой прочувствованной эмоцией. Сакуре было стыдно за свой эгоизм — ведь она куноичи! А они руководствуются здравым смыслом, а никак не чувствами! «И часто такой подход был удачным?» — ядовито бросила Внутренняя Сакура. Итачи появился, как всегда, неожиданно, и даже скрип двери теперь не возвестил об этом. «А ведь была неплохая сигнальная ловушка», — усмехнулась Сакура про себя, с удивлением признавая, что привыкла к этому назойливому скрипу. Знакомый вихрь транспортного дзюцу, лёгкий тремор и дезориентация — и вот они стоят посреди уютной, залитой мягким светом гостиной, вдыхая дразнящие ароматы различной вкуснятины, наготовленной хозяином этого роскошного дома. — Ты представляешь, аники? — Саске вывалился из кухни, всклокоченный и недовольный, вытирая руки о фартук. — Только я закончил готовить, и что я узнаю? Орочимару присылает весточку — он приболел и не придёт! Приболел он, видите ли! И кто теперь будет всё это есть? — не прекращал сокрушаться Саске, заботливо поправляя мисочки и блюда, расставленные на столе в гостиной. Сакура резко повернулась и уставилась на Итачи, с трудом осознавая, что сейчас произошло. Черты его лица заострились, а взгляд стал жёстким, почти непроницаемым. Первая мысль, что Орочимару нагло их обставил и сбежал, вызвала у Сакуры тошноту и помутнение в глазах, но она быстро собралась. «Быть может, и правда приболел? Он ведь не молод, и здоровье его, очевидно, не в порядке. А то, что исчез он после выволочки от Итачи — всего лишь совпадение? Перенервничал старик, с кем не бывает?» — успокаивала она себя, но ледяной взгляд Итачи и его играющие желваки успокоению не способствовали. — Я могу перенестись туда, есть же свиток. И уточнить, что случилось… — монотонно просипела Сакура, опустив глаза в пол и не узнавая свой убитый голос. — Пусть отдыхает, — отрезал Итачи. — Зачем его тревожить? — он многозначительно взглянул на Сакуру, одним взглядом давая понять, что идея не очень. Хотя она и сама это прекрасно видела — если Орочимару заболел, навестить его можно и позже. А если удрал — то явно не прячется в собственном доме. — Тогда устраивайтесь, — деловито приказал Саске и по-хозяйски повёл рукой в сторону стола, ломившегося от угощений. Младший Учиха показался Сакуре непривычно серьёзным и собранным, будто бы повзрослел на пару лет и вырос на пару сантиметров. Вечер был прекрасен. Точнее, выглядел прекрасным, если бы Сакура постоянно не возвращалась к мыслям о том, куда подевался Орочимару и к чему это теперь приведёт. Она пыталась заглушить внутреннюю панику, налегая на разные вкусности, заботливо приготовленные Саске — как всегда божественные. Пыталась вслушиваться в его непрекращающееся щебетание — как он распланировал, какую комнату отвести под детскую, где нужно позаботиться о безопасности, и как он готов помогать и рад нянчить будущих племянников. Саске буквально светился от предвкушения, и лишь иногда Сакура ловила в его глазах отголоски тоски и обиды. Насколько же горячо он любит своего брата, раз готов помогать ему во всём? И как же сильно ему не хватает настоящего семейного тепла, раз он с жадностью ухватился за идею быть нянькой? Сочувствие и робкая нежность к вот такому Саске даже отвлекали, и Сакура ненамеренно представляла — а каково бы это было? Жить вот здесь всем вместе, одной дружной семьёй? Конечно же, Саске остепенится через несколько лет и поймёт, что жить для других — это не выход, что нужно искать собственное счастье, но сейчас идея свадьбы любимого старшего брата стала для него своеобразной точкой опоры в резко меняющемся вокруг мире. Сакура украдкой взглянула на Итачи и с удивлением обнаружила на его лице такую же нежную полуулыбку. Как бы ей хотелось проникнуть в его мысли! Она могла поспорить — Итачи сейчас видит перед собой своего младшего брата, своего Саске, сравнивает две разные жизни, два разных мира, и, как и Сакура, замечает пугающие сходства. Жажда признания, желание быть любимым, полезным и нужным, отчаянная любовь к своей семье — разницы абсолютно никакой, лишь обстоятельства окрашивают эти стремления в совершенно разные оттенки… — Ничего не знаю! — Саске сердито хмурился и махал ладонями перед собой. — Это всё испортится, а вы целыми днями торчите в лесу! Забирайте и не спорьте! Нии-сан, я лягу рано, не греми, когда вернёшься. Сакура добродушно хихикнула, принимая упакованную еду из его рук, и выжидательно взглянула на Итачи. Тот лишь пораженчески прикрыл глаза и кивнул, после чего, тепло попрощавшись с Саске, они вышли на улицу. И уже здесь, за пределами согревающей домашней обстановки, на Сакура вновь нахлынула волна тревоги. — Я всё равно считаю, что нужно убедиться. Мы не можем сидеть и ждать до бесконечности, он не мог исчезнуть бесследно! — Конечно. Он ведь знал, в котором часу планировался ужин. И предполагал, что мы бросимся к нему сразу, если примем такое решение. Но спустя время шансов застать его дома больше, если он, конечно, там, — задумчиво отчеканил Итачи и поднял голову, рассматривая подёрнутое дождливыми тучками небо. — Я не думаю, что он особо мобилен, судя по всему, — он приложил палец к голове, намекая, что информацию из чужой головы периодически выудить удаётся. — Свиток перемещения в доме, да и еду нужно отнести, — пробормотала Сакура, поёживаясь от резкого порыва сырого ветра, предвещающего скорый дождь. — Отправляемся, — Итачи мягко обнял её, пряча в полах своего плаща, и Сакура ощутила прилив драгоценного тепла как в теле, так и в сердце. К общему удивлению, Орочимару обнаружился нагло храпящим в кресле своего дома, сцепив руки на животе. Лицо его было расслабленным, очки криво покоились на высоком бледном лбу, седые спутанные волосы небрежно огибали костлявые плечи, а вокруг кресла было разбросано множество свитков, распечатанных и совсем новых. Давящая тишина, полумрак, тяжёлый запах старой бумаги и душный, будто навечно запертый здесь воздух вырвали из памяти Сакуры жуткие кадры каменного убежища Орочимару из её мира, и она брезгливо поморщилась. — Я ждал вас раньше, — хрипло проворчал Орочимару, не открывая глаз, и прокашлялся. — Объяснитесь, — грубо выпалил Итачи, подходя к креслу, и устремил грозный взгляд на разлепляющего веки старика. — Я ведь сообщил Саске-чану, что приболел… — Вы не выглядите больным, — нетерпеливо перебила его Сакура, повысив голос, и встала плечом к плечу с Итачи. Он незаметно обхватил её дрожащую от гнева ладонь своей и мягко сжал. Орочимару язвительно хмыкнул и растянул губы в фирменной издевательской улыбке. — Если бы дали мне высказаться вчера, когда я пришёл к вам сам, — он нарочито выделил последнее слово и сурово уставился на Итачи, — то услышали бы, что я планировал пропустить сегодняшний волшебный ужин. Как видите — я исполняю вашу просьбу, — он обвёл беспорядок вокруг кресла своей скрюченной рукой и ухмыльнулся. — У меня ведь ещё есть время, так? — Орочимару злобно сверкнул глазами и дёрнул носом, словно присутствие гостей было ему до жути неприятно. — Так и есть, — сухо согласился Итачи и снова сжал ладонь Сакуры, явно намекая не вмешиваться. — А раз есть, попрошу оставить меня в покое и не мешать работать! И свиток переноса верните. Негоже заявляться сюда без приглашения, когда только вздумается!— рявкнул Орочимару, неуклюже приподнимаясь на ноги. Сакура видела, что старик и правда измотан, колени его подрагивали, а плечи ссутулились больше обычного. Видимо, он принял угрозы Итачи всерьёз и теперь трудится в поте лица. — Просим прощения за беспокойство, — бесстрастно извинился Итачи, и его голова дёрнулась вниз в едва уловимом автоматическом поклоне.- - - - -
Несколько дней Сакура наслаждалась спокойными тёплыми деньками, находясь в уединении в своём маленьком лесном убежище. Утро её начиналось с небольшой разминки перед завтраком, затем Сакура уделяла время медитации и тренировке по контролю над чакрой. Она даже пыталась провернуть привычный трюк и собрать внутри себя хоть какой-то резерв. Ближе к обеду, как правило, появлялся Итачи, и начиналась тренировка совсем другого рода. Более жёсткая, выматывающая, но до того долгожданная и манящая, что Сакура коротала время только ради этих чудесных моментов. И, конечно, ради осторожных поцелуев и объятий, коими она баловалась, заставая Итачи врасплох. Она могла обнять его, пока они отдыхали после спарринга, поцеловать на прощание в уголок губ или просто игриво смотреть на него, вынуждая смущённо кашлянуть и отвести взгляд. Он охотно принимал её робкую ласку, но сам инициативы не проявлял. Итачи почти всегда оставался до темноты, разделяя с Сакурой скромный ужин. Она даже беспокоилась — не злоупотребляют ли они контролем над телом местного Итачи? Ведь он казался очень занятым шиноби, и они явно отрывают его от каких-то важных дел. Однако Учиха успокоил Сакуру, поучительно расставив приоритеты — сейчас нет ничего важнее их миссии по возвращению, и переживать за карьеру здешнего Итачи не стоит. Его авторитет был настолько высок, что элитный ниндзя его уровня мог позволить себе небольшой отпуск в свете предстоящей женитьбы. Однако в середине недели их тренировка была грубо прервана запыхавшимся Саске, который стоял посреди поляны, согнувшись и уперев руки в колени. — Задание! Срочное! — скороговоркой выпалил он, взглянув на Сакуру. — Идём всей командой. Даже Какаши-сенсея вызвали. И тебя, нии-сан. Сакура недоумённо обернулась на прислонившегося к дереву Итачи и пожала плечами. Спорить бессмысленно. Несмотря на скорую свадьбу и экзамен, Харуно Сакура всё ещё штатный шиноби. Кабинет Хокаге ничем не отличался от знакомого Сакуре с детства. Те же горы документов и свитков, наваленные друг на друга, те же панорамные окна с видом на деревню, та же Цунаде-сама в кресле Хокаге, только более серьёзная и с красными очками на переносице. Вот только вид самодовольно ухмыляющегося Орочимару выбивался из этой стройной картины, как ягода клубники в миске с раменом. — Миссия ранга С, даже с предоплатой… — бормотала Цунаде себе под нос, просматривая свиток и постукивая карандашом по столу. — Длительностью около недели, никаких проблем возникнуть не должно. Отправляетесь в Амегакуре, в небольшую деревню недалеко от столицы. Купите там необходимые травы и порошки по приложенному списку и вернётесь назад, — уже увереннее добавила она и подняла глаза на выстроившихся по струнке шиноби. Менма внимательно наблюдал за каждым её движением, привычно хмурился и медленно моргал, словно запоминал задание слово в слово. Саске пытался держаться ровно, но его привычно расслабленная поза вынуждала плечи опускаться, а руки так и тянулись в карманы. Сакура впервые видела его в зелёном джонинском жилете, и теперь вся бижутерия на его руках — браслеты и кольца — выглядела нелепо до абсурда. Сама Сакура периодически бросала взгляд на непонятно что здесь забывшего Орочимару, но по его виду было ясно — это его рук дело. Оставалось узнать для чего он организовал подобное представление. — Можете не сомневаться! Мои ученики выполнят задание в лучшем виде и в кратчайшие сроки! — воодушевлённо выпалил Какаши, стоявший до этого в отдалении и суетливо дёргающий ногами от нетерпения. — Кстати, об этом, — Цунаде скрутила свиток и отложила. — Ты мне нужен лишь для того, чтобы подписать согласие на временную смену капитана. — Но как же я оставлю моих деток? Мы ведь вместе… — начал было сокрушаться Хатаке, но был резко оборван грозным взглядом острых светло-карих глаз. — Такова воля заказчика! — повысила голос Цунаде и махнула рукой в сторону прилепившегося к стене Орочимару, который отрешённо разглядывал свои ногти и в обсуждении участия не принимал. — Нам платят за это задание большие деньги, так что не думаю, что смена капитана это такая уж большая проблема, — притворно-медовым голосом процедила Цунаде и натянуто улыбнулась, скосив глаза в сторону Орочимару. — Понял, — обиженно пробурчал Какаши. Он недовольно теребил свою маску, по-детски оттягивая её от лица, а та со смешным звуком отскакивала обратно. Вариантов, на кого меняют капитана и зачем, было немного. По крайней мере, для Сакуры всё стало прозрачным, и она даже позволила себе облегчённый вздох. Оставалось дождаться подробностей, и Сакура с нетерпением переминалась с ноги на ногу. Конечно, ещё одна миссия в компании Менмы и Саске будет непростым испытанием, но если ей удастся воспользоваться прикрытием в виде своего «жениха», всё должно пройти гладко. — Что ж, поздравляю вас, — Цунаде снова улыбнулась, когда все документы были оформлены. Она вручила Итачи свиток с заданием, который тут же утонул в кармане его безразмерного плаща. — Свободны! — Есть! — синхронно отозвались шиноби и как по щелчку развернулись в сторону выхода. Менма и Саске резво оторвались, шагая впереди, и Учиха сразу принялся что-то нашёптывать своему напарнику на ухо, оглядываясь на идущего позади Итачи через плечо. Слов Сакура разобрать не могла, лишь последний жалобный возглас: «…и теперь мы в полной заднице! Нии-сан нас замучает!» вырвал из неё несдержанный смешок, слишком звонко отразившийся от голых каменных стен резиденции. Саске снова обернулся, стрельнув в Сакуру обиженным взглядом, и надул губы, отчего она засмеялась ещё громче, представляя, что миссия обещает быть не только интересной, но и забавной. — Детки, обождите старика, забыл кое-что вам сказать, — прокряхтел Орочимару, чересчур переигрывая, ведь Сакура уже видела, каким собранным и активным тот может быть. Но сейчас этот концерт, похоже, предназначался для всех, кроме неё и Итачи. — Вы идите, мальчишки, идите, — Орочимару небрежно махнул рукой замеревшим на полпути Саске и Менме. — Капитану вашему инструкции-то подправлю, а он уж вам как-нибудь разъяснит. Отпустив напарников вперёд, Орочимару влез посередине и грубовато подтолкнул Итачи и Сакуру в спины, еле слышно прошипев себе под нос: — Идём, просто медленно. Нужно поговорить наедине. План был прост, для самого Орочимару так точно. Ему так и не удалось раздобыть обещанную информацию, но он поклялся всеми богами, что его таинственный знакомый с радостью примет дорогих гостей у себя. Для этого старик и сообразил эту фальшивую миссию по покупке редких ингредиентов и зелий, и даже щедро оплатил её. Ведь просто так отбыть из деревни на долгий срок в чужую страну шиноби никто не позволит. Орочимару покрутил головой, убедившись, что на их компанию никто не смотрит, и буквально запихнул Итачи в карман два свитка. — Здесь карта, куда идти. И письмо от меня, чтобы с вами поговорили как нужно. Моё задание как раз по пути, только отклониться вам надо будет как-то не заметно, разберётесь, — прошипел он сквозь зубы и развернулся, удаляясь прочь шаркающей, хромающей походкой.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!