25. Обрыв
21 июня 2025, 23:17 Итачи отстранённо разглядывал бледные тени на потолке — приглушённый свет комнаты явно проигрывал битву струящейся из окна черноте. Погода всё не унималась, но ритмичный стук дождя по стеклу и шелест листвы словно создавали прочную завесу, превращая маленькую комнатку в уютный островок тепла и безопасности. Учиха с интересом отметил, что раньше дождь был крепко связан в его сознании с чем-то плохим, почти траурным, однако теперь всё обернулось иначе.
Звуки ливня, шелест футона и запах мяты плотно окутывали тот чудесный момент, который Итачи пережил совсем недавно. Нежное, податливое тело Сакуры в его руках, трепетно отзывающееся на каждое движение, мягкая влажная кожа, скользящая под его пальцами, светящиеся от счастья глаза… Бесконтрольные стоны и бормотание, слетающие с её блестящих губ, розовые — то ли от смущения, то ли от жара — щёки и пьянящее чувство единения. Словно запертая часть души Итачи просочилась наружу и переплелась с этой прекрасной девушкой, беззаветно доверившейся ему.
Мысли о том, что он не заслужил всего этого и вообще не имел права на нежность Сакуры, продолжали смутно проскакивать в голове, но были настолько зыбкими, что почти не вызывали беспокойства. Всё уже произошло. Он переступил настолько жирную черту, что поворачивать назад поздно. Более того, сожалеть сейчас было бы сущей глупостью — Сакура явно не станет корить себя, а уж она понимает в чувствах на порядок больше него самого, как выяснилось. Значит, стоит зарядиться её уверенностью, ведь Итачи не раз убедился за всё время их общения — прислушиваться к Сакуре бывает полезно. Да и сам он разве не плавал сейчас в остатках захватившей тело эйфории? Их с Сакурой ночь была волшебной и ни на что не похожей, и это не только последствия физического наслаждения — тут Итачи был уверен. Чувствовать друг друга на уровне эмоций, понимать по одним лишь взглядам и вздохам, думать не только о себе и своём удовольствии… Выходит, именно это и называют не просто сексом, а близостью?
Эта юная, порывистая девушка, которая лежала в его объятиях и беспокойно сопела, сумела понять его и принять, дотянуться до тех глубин его сознания, куда он сам страшился заглянуть даже украдкой. Она безжалостно выговаривала ему в лицо настолько потаённые мысли, что становилось страшно. И теперь все её угрозы и на эмоциях брошенные острые фразы о совместном возвращении не казались полной чепухой и звучали так заманчиво, что внутри скреблась томительная дрожь.
Быть может, ему представился шанс довести до конца хоть что-то в этой жизни? Неужели есть возможность вернуться в свой мир? Возможность и дальше тонуть в будоражащих сердце чувствах вместе с Сакурой? Или снова увидеть Саске? Поговорить с ним, объясниться… или даже обнять?
Сакура не прекращала беспокойно ёрзать и морщиться во сне, и Итачи притянул её к себе покрепче. Ей нужно было отдохнуть хоть пару часов, но очевидно, что расслабиться никак не удавалось. Она пыталась развернуться, то отстраняясь, то прижимаясь ближе, вертела головой, цепляя плечо Итачи мягкими растрёпанными волосами, и щекотала его шею, когда особенно шумно вздыхала.
Он ощутил, как Сакура напряглась в его руках, вцепившись ногтями в плечо, затем резко приподнялась на локте. Взгляд её полусонных глаз был затуманен, а в их глубине читалось беспокойство.
— Что случилось? — ровным тоном уточнил Итачи, не убирая руки с её обнажённой талии.
Сакура лишь стыдливо опустила взгляд и вздрогнула, поспешно подтягивая тонкое шерстяное покрывало на уровень груди и неловко запихивая верхний край между собой и Итачи. Если бы не паника, отпечатавшаяся на её лице, Учиха точно улыбнулся бы этой забавной стеснительности. Сакура хотела прикрыть наготу… и это после всего, что было?
— Ерунда какая-то приснилась, — призналась Сакура осипшим после сна голосом. Она вытянула губы и облегчённо выдохнула, попутно приглаживая волосы и пряча выбившиеся пряди за уши.
— Тебе нужно поспать, — Итачи заботливо улыбнулся и попытался вернуть Сакуру на место, коим было его плечо.
Она неуверенно устроилась рядом, уже не прижимаясь к Итачи так откровенно, а выдерживая минимальную дистанцию. Он не мог не усмехнуться одним уголком губ, а его брови снисходительно приподнялись. Они лежали на одном футоне под одним покрывалом, полностью обнажённые после того, как любили друг друга безо всякого стеснения… Всё же эта девушка полна нераскрытых загадок и противоречивых эмоций, чему Итачи не устанет удивляться.
— Мне приснилось… Помнишь, Саске рассказывал о миссиях, которые они тут выполняли? — загадочно пробормотала Сакура.
— Конечно, я ведь всё слушал, — Итачи старался звучать как можно мягче и нежно гладил Сакуру по плечу, успокаивая.
— Они так забавно всё описывали, — грустно пробубнила Сакура, а её голос был приправлен сожалением. — А вот там… то есть, у нас… всё было вообще не смешно. Это была наша первая миссия как команды, и Саске-кун чуть не погиб тогда, да и Наруто досталось.
— Я знаю об этом, — тихо ответил Итачи, припоминая, как переживал, когда до него дошли слухи о первой смертельно-опасной миссии юного Саске. С одной стороны, он был горд, что братишка достойно выдержал испытание не по рангу, а с другой, не на шутку взволновался, что Саске и правда мог погибнуть.
— Откуда ты знаешь? — встрепенулась Сакура, приподняв голову и нахмурив брови.
— Я следил за тем, что происходило в жизни Саске, в меру своих сил. А после гибели Третьего вернулся в деревню, чтобы своим появлением напомнить совету об их обещании позаботиться о Саске.
— Но вы ведь тогда пришли за Наруто? — изумлённо выпалила Сакура.
— Ты думаешь, мы не смогли бы захватить его, если бы стояла такая цель? — Итачи надменно хмыкнул и прищурился.
— Да брось! Джирайя-сама размазал вас как генинов! Наруто рассказывал мне! — хохотнула Сакура и шлёпнула Итачи ладонью по плечу.
— Как скажешь, — Итачи коротко рассмеялся и снова уложил неугомонную Сакуру поближе. — Может, ты даже в чём-то права, — ему очень хотелось и дальше болтать с ней, наслаждаться её неподдельным удивлением и неуклюжими колкостями, но времени на сон оставалось всё меньше.
— Конечно, я права, — деловито фыркнула Сакура. — Джирайя-сама легендарный саннин и бывший сокомандник моей шишоу, тоже саннина! Так что твоё пренебрежение неуместно и обидно, — её речь сочилась провокацией, и было очевидно — она ни капли не расстроена, а снова попала в любимую язвительную струю. Она нарочно «щипала» и «покусывала» Итачи, ожидая реакции. По-детски шаловливо, но так мило и трогательно, что его сердце согревалось — настолько живой и полной эмоций она ему казалась.
— И всё же тебе следует отдохнуть, — поучительно пробормотал Учиха, не сводя глаз с взбудораженной Сакуры.
— Тогда и ты спи! — сердито отрезала она, устраивая одну руку у него на животе, а второй пыталась плотнее завернуться в покрывало.
— Я привык не спать сутками. И я должен следить за временем. К тому же, ты украла одеяло, — язвительно шепнул Итачи, и даже в полумраке комнаты он увидел, как щёки Сакуры заалели. Видимо, она так осмелела, когда получила призрачную защиту в виде натянутого до самого горла покрывала. Но теперь сообразила, что придётся им поделиться и снова оказаться голой в объятиях Итачи, хотя он был совсем не против.
— Прости, — виновато прошептала она в ответ и снова начала копошиться, пытаясь распутать накрученный на саму себя кокон.
— И куда подевалась твоя смелость? — отстранённо проговорил Итачи, не обращаясь к Сакуре напрямую, а лишь озвучивая свои мысли.
Она возмущённо всхлипнула и резко выпрямилась, усевшись рядом и набросив одеяло на плечи. Сакура сверлила Итачи таким серьёзным и полным негодования взглядом, что стало совестно — неужели его лёгкий сарказм обидел её? Однако эти глупые мысли мигом улетучились, когда она решительно перебросила ногу через его бедра и расставила локти по обе стороны его головы. Теперь её щеки горели не от стеснения, а от решимости, и губы были соблазнительно приоткрыты, мягко обдавая лицо Итачи тёплым дыханием.
— Не смей подкалывать меня, — низко протянула Сакура и наклонилась ниже, но не успела осуществить задуманное, ведь Итачи сам притянул её губы к своим, нежно запустив пальцы в пушистые розовые волосы на затылке. Сакура лишь довольно что-то промычала, и по моментально вспыхнувшему возбуждению и напряжению в животе Итачи понял — сон откладывается ещё на какое-то время.
- - - - -
Казалось, сонная тяжесть зацепилась за каждую клетку тела Сакуры, притягивая её к футону — настолько не хотелось просыпаться. Прижиматься к тёплому телу Итачи было так сладко, что она еле наскребла внутри себя сил, чтобы отстраниться и открыть глаза. Рассеянный свет пробивался сквозь привычную завесу дождя за окном, разливаясь по комнате бледно-серыми пятнами, и Сакура вздрогнула. Сколько же она проспала? И почему Итачи не разбудил её? Они ведь должны были отправиться на задание в середине ночи! Сакура принялась суматошно выбираться из их переплетённых рук и ног, лихорадочно соображая, как же теперь быть. Неужели «второй заход» настолько вымотал Итачи, что он позволил себе отрубиться? Но это невозможно! Это же Итачи — гениальный, идеальный, всё держащий под контролем, разве нет? Сакура недоумённо смотрела на его расслабленное лицо и ничего не понимала. Она так бурно просыпалась и так активно вертелась на футоне, что разбудила бы кого угодно! Волна тревоги сковала её разум, и Сакура аккуратно тронула Учиху за плечи. Безрезультатно. Он мирно спал, его дыхание было поверхностным, а кожа бледнее обычного. «Да что случилось?» — в мозг Сакуры начали просачиваться нехорошие мысли одна за другой, но она не позволяла осесть ни одной из них. Она продолжала толкать и трясти Итачи, прикусывая губы почти до крови и с ужасом понимая, что не всё в порядке. Внезапный и настойчивый стук в дверь вырвал Сакуру из океана паники, заставляя подскочить на ноги и спешно одеться. — Скоро завтрак, — раздался глухой голос Менмы из-за двери после очередного стука, а затем послышался скрип половиц и удаляющийся звук шагов. Первой мыслью было вскочить и попросить помощи. Но у кого? У Менмы? Сакура ведь разбирается в человеческом теле лучше всех в их группе. Она уже на автомате проверила пульс Итачи и убедилась, что всё в норме. Так может, ей сделать вид, что ничего не случилось, и не подстёгивать подозрительность Менмы сверх меры? Но это вздор! Ей не удастся ничего скрыть, к тому же она должна продолжать притворяться… Моментально взвесив все варианты, Сакура рванула к двери и выскочила в коридор. Она слабо представляла, что сказать, но верила, что смекалка шиноби не отключится в самый ответственный момент. — Менма! — Сакура облизала губы и сжала руки в кулаки, собирая остатки самообладания. — Что-то случилось, он… — взволнованно процедила она и жестом руки пригласила напарника в комнату. Менма медленно вошёл внутрь, полируя недоверчивым взглядом всё вокруг. Сакура видела, как еле заметно дёрнулись его щёки, когда он увидел скомканный плащ Акацки недалеко от окна и сваленную в кучку одежду Итачи, которую никто не удосужился убрать перед сном. Да и одинокий футон в углу комнаты с обнажённым Итачи, прикрытым покрывалом в районе бёдер, вариантов не оставляли. Только вот вся ситуация была вовсе не забавной, и Сакуре некогда было стесняться их с Итачи ночных приключений. Больше того, ей было плевать на язвительный взгляд Менмы и его сжатые, побелевшие губы. — Что с ним? — уточнил он, присев на корточки и беря Итачи за руку, чтобы проверить пульс. Сакура раздражалась его неспешности и спокойствию — неужели этот человек настолько непробиваем? — Не знаю. Я проснулась, а он вот такой, — уже спокойнее ответила Сакура, приводя мысли в порядок и вспоминая, что уже видела подобную картину. В тот день, когда она рассказала правду о Саске, Итачи точно так же рухнул на пол и приходил в себя несколько часов. Уверенность начала разливаться внутри Сакуры, позволяя мыслить здраво. Вероятно, такое происходит от слишком ярких эмоций или душевных потрясений. А вчера произошло такое, что рядовым событием точно не назовёшь! Сакура пока не успела обдумать случившееся, но тот факт, что Итачи отнёсся к их близости настолько трепетно, вызывал в душе щемящее чувство нежности. — Похоже на переутомление, — до тошноты равнодушным голосом отчитался Менма, укрывая Итачи по плечи. — Пусть остаётся здесь, мы должны вернуться к заданию. — Да как это? — жалобно воскликнула Сакура, сжав челюсти от гнева и стараясь не брякнуть своё истинное мнение об этом бездушном истукане. — Просто бросим его здесь? Одного? А вдруг ему станет хуже? Может, нужно поискать медика? Сердце Сакуры сжималось от беспомощности. У себя дома она давно просканировала бы организм Итачи своим фирменным дзюцу и выяснила причину обморока, если она вообще была. Возможно, сумела бы даже подлечить его. Но теперь, находясь в этом теле, она могла вылечить разве что синяк, да и то потратив кучу времени и сил. — Хм, — Менма недовольно скривился и прищурился. — Раз капитан не в состоянии руководить миссией, эта роль переходит ко мне. Оставим здесь Саске, а сами отправимся за товарами из списка. Если получится, спросим о медике, да только в этой деревне их никогда не было. Затем отправимся в Коноху и в худшем случае понесём Итачи-сана по очереди, — уверенно припечатал он и пронзил Сакуру фирменным колючим взглядом. — Хорошо, я поняла, — хрипло бросила Сакура и сглотнула. — Вспомнила. Вообще-то подобное уже случалось, — сухо призналась она и опустила взгляд. — Тогда нам стоит поспешить? Дай мне несколько минут на сборы… — Я сообщу всё Саске и буду ждать на улице. Завтракать некогда, — лениво ответил Менма и покинул комнату. Сакура понимала, что до появления перепуганного Саске остаются жалкие мгновения, и поспешила ещё раз осмотреть Итачи, в меру своих сил. Она послушала сердце, знакомым движением приоткрыла веко, но сообразила, что фонарика нет и осмотреть зрачок не удастся. Затем всё же попыталась запустить хоть толику лечебной чакры в его организм, но вышло так себе. Удалось лишь провести минимальную проверку — как и в прошлый раз, ничего критичного не обнаружилось. Оставался последний шаг — боль. Сакура сдавила большой палец Итачи в районе ногтя, на что он болезненно нахмурился и выдохнул, но не очнулся. Выходит, сознание не покинуло его совсем, это не кома или глубокий обморок… Она задумчиво поджала губы, ласково погладила лоб и щёки Итачи, убирая растрёпанные пряди от лица, когда услышала жалобное причитание Саске за дверью. Он ворвался в комнату с горящим взглядом и взъерошенными волосами — очевидно, что Менма вытащил его прямо из постели. Привычная дурацкая улыбка слетела с лица, а в глазах сверкало беспокойство. Однако Сакура поспешила прервать бессвязный поток его переживаний и заверила, что уже видела такое, и нужно просто дать Итачи немного времени. Когда её мысли превращались в слова, пусть и обращённые к кому-то другому, они будто становились твёрже и приобретали оттенок уверенности, что так оно и будет. Итачи отлежится, и уже тогда Сакура обсудит с ним, что же делать дальше. Всё просто. Саске отрывисто кивал после каждого её слова и расхаживал по комнате из угла в угол, не находя себе места. Но быстро подобрался и присел рядом с братом, когда получил от Менмы однозначный приказ оставаться здесь. Сакура отчаянно хотела сейчас поменяться местами с Саске, но понимала его право и желание приглядывать за Итачи. Она неосознанно сравнивала свою реакцию на прошлую отключку Учихи — тогда она спокойно бросила болезного в комнате и ушла ужинать, тогда как сейчас ноги просто отказывались двигаться, а взгляд был намертво приклеен к бессознательному телу Итачи. Как же сильно изменилось её отношение к этому человеку за столь короткий срок…- - - - -
Дорога до города заняла приличное время, и Сакуре казалось, будто Менма нарочно еле тащится. Он, как назло, останавливался через каждые пять минут, подозрительно озирался, стряхивал воду из складок дорожного плаща, чем бесил Сакуру неимоверно. Ещё больше раздражало его нарочитое спокойствие — словно оставлять вышедшего из строя командира было в порядке вещей. На всём пути Менма не обмолвился с Сакурой и словечком, лишь жестами указывая, где повернуть. Они быстро обошли все нужные лавки, набив рюкзаки под завязку. Похоже, Орочимару решил убить двух зайцев этой миссией, ведь некоторые ингредиенты были редкими и ценными, а не просто предлогом смотаться в другую страну. К несчастью, им не удалось раздобыть порошок из каких-то местных красных грибов. Торговка сослалась на то, что сейчас не сезон, но поклялась порыться в запасах ближе к вечеру и проверить, если уважаемые шиноби будут согласны подождать. Однако Менма недовольно хмыкнул и язвительно пробормотал, что в их миссию не входит ждать, пока грибы нарастут. В другой ситуации Сакура попыталась бы уговорить торговку начать поиски прямо сейчас, но мысли были вовсе не здесь. Сакура не переставала думать о том, что произошло в гостинице. Чутьё подсказывало, что их проблемы только начинаются, и она практически бежала на обратном пути. И вот теперь Менма соизволил подать голос, несколько раз грубо окрикнув её и велев идти рядом. В ответ Сакура лишь возмущённо пыхтела, нервно поправляла лямки прилично потяжелевшего рюкзака и мысленно материла Менму. Но когда они приблизились к месту их ночлега, выдержка Сакуры лопнула, и она, наплевав на всё, ломанулась внутрь, перепрыгивая через три ступеньки за раз. Ворвавшись в комнату, Сакура замерла на месте. Картина лежащего на футоне Итачи, с полуприкрытыми глазами и туго подоткнутым покрывалом, ошарашила её, однако спустя миг, облегчение сбило этот ступор, и Сакура быстро подошла ближе. — Ты очнулся? Как ты себя чувствуешь? — ласково прошептала она, присаживаясь рядом на колени. — У него всё болит, его рвёт и он бредит, — грустно пробурчал сидящий у футона Саске, и теперь Сакура заметила рядом с ним грубо сколоченное деревянное ведро. Очевидно, Саске позаботился не только о дополнительных подушках, чтобы приподнять голову Итачи, но и обо всём остальном. — Понятно, — тихо ответила Сакура, машинально поправляя подушки, и мягко погладила Итачи по волосам. Он с трудом приподнял веки и попытался улыбнуться. Взгляд его безжизненных, утративших всякий блеск глаз был мутным, а лицо искривилось в гримасе боли. — Не волнуйся, моя хорошая, — прохрипел он, высвобождая трясущиеся руки из-под одеяла, и вяло сжал ладонь Сакуры в своей. Сакура вымученно улыбнулась в ответ, ведь последнее, чего она ожидала, но чего до жути опасалась в глубине души, происходило прямо сейчас. Мало того, что Итачи был совершенно разбит, так ещё был совсем не тем, кого она жаждала увидеть! Возможно, физическое состояние организма как-то влияет на способность управлять сознанием? Сопоставить это с прошлым обмороком Учихи не было возможности, ведь в тот раз он не имел столь искусного контроля над этим телом. Оставалось надеяться, что её Итачи сумеет пробиться наружу, как и всегда. — Он не вставал? — бросила Сакура, слегка повернув голову к поникшему Саске. — Не-а. Хотел, но не смог. Сил, говорит, нет, шатает его и тошнит. — Вы очнулись, Итачи-сан? — Менма, наконец, добрался до места и застыл в дверях. — Я уточнил у хозяев по поводу медиков. В округе нам достойных не найти, а те, что есть — сплошь шарлатаны или сельские травницы. Ты говорила, такое уже бывало. Как быстро прошло? — привычная безэмоциональность Менмы могла бы задеть, но Сакура слышала, как дрогнул его голос, и заметила, что моргает он чаще обычного. — Несколько часов, я думаю, — сухо отчиталась Сакура, переводя взгляд на Итачи. Теперь, чуть успокоившись, она подметила нездоровый румянец на его щеках, который остро выделялся на неестественно бледной коже, покрытой липкой испариной. Сакура приложила ладонь к его лбу, отмечая, что тот прохладный, даже слишком. Так вот почему Саске спеленал брата, как младенца? Ему холодно? — И что это такое вообще? — всполошился Саске и тоже шлёпнул свою пятерню на лоб Итачи, вынуждая Сакуру шикнуть. — Может, съел что-то на ужине? Я ещё вчера заметил — готовить они не умеют, — Саске брезгливо сморщил губы. Теперь, ощутив поддержку, он стал вести себя более уверенно, чему Сакура была даже рада, ведь висящая в воздухе нервозность ничуть не помогала мыслить рационально. — Но мы ведь ели все вместе, — размышлял Менма, усевшись на пол и привалившись спиной к стене. Рюкзак он предусмотрительно снял, аккуратно пристроив в углу комнаты — Сакура только сейчас осознала, что её багаж до сих пор на ней, и тоже поспешила освободиться. — И правда, если бы мы отравились, то все сразу. Тут что-то другое, — Сакура старательно делала вид, что размышляет вместе со всеми, хотя теперь была уверена — ситуация повторилась зеркально. Просто в этот раз несчастного Итачи шарахнуло куда сильнее, и ждать восстановления придётся подольше. — Ага! А ещё он несёт всякий бред, — продолжал жаловаться Саске. — Я… не брежу, — Итачи попытался приподняться на локтях, но был мгновенно уложен обратно сразу в четыре заботливые руки. — Где мы? — сипло выдавил он. — Да я уже рассказал ведь, мы в Аме, на миссии. Покупаем травки разные для Орочимару, — Саске закатил глаза и вздохнул. — У тебя опять что ли провалы начались, нии-сан? Теперь не отвертишься! Как вернёмся, сразу потащу тебя в больницу! — В смысле «ты уже рассказывал»? — пустым голосом уточнила Сакура, кое-как собирая мысли воедино. — Он очнулся полчаса назад и спросил, где мы. Потом уснул. Потом опять проснулся и опять спросил. Он как будто кусками память потерял, даже про то, что родители скоро приедут не помнит! — нервно выпалил Саске. — А это что, так опасно? Сакура, ты чего так побледнела? Знаешь что-то? — Нет-нет, такое бывает после обморока. Я читала об этом в медицинской книге, когда готовилась к экзамену, — протараторила Сакура из последних сил, потому как чувствовала, что сама близка к тому самому обмороку. — Что он ещё сказал? — Я вообще-то здесь, — проскрипел Итачи и закашлялся, поворачиваясь на бок. — Тошнит? — спохватился Саске и уже потянулся за ведром, но Итачи лишь отрицательно мотнул головой и прижал ладонь к виску. — Я чувствую… пусто в голове, — отрывисто пробормотал он сквозь одышку. — И в груди то же самое… я не понимаю… — Так ты голодный, наверно, вот тебе и пусто? — заботливо уточнил Саске. — Раз появился аппетит, значит, ему лучше. Нужно поесть и выдвигаться, — Менма поднялся на ноги и смерил команду уверенным жёстким взглядом. — Сакура, ты слышала? Сакура? — он повысил голос и навис над ней мрачной тенью, вставая впритык. — Да, понятно, конечно, — растерянно отозвалась Сакура, слабо соображая, с чем вообще соглашается. — Да вы издеваетесь? Он лежит тут полуживой! — вспыхнул Саске и вскочил, грозно уставившись на Менму. — Тут хоть крыша есть и люди, а если по дороге станет хуже? Что делать тогда? Давай хоть до вечера подождём или запросим помощи из Конохи! — Саске отчаянно сверлил напарника блестящими от выступивших слёз глазами и хмурился. — Что думаешь, Сакура? Заодно попробуем добыть недостающее из списка, — Менма так и продолжал давить на неё один только видом, а его испытующий взгляд выворачивал внутренности наизнанку. — Хорошо, я ведь согласилась, — Сакура хотела поскорее отмахнуться от всей этой компании и подумать в одиночестве. Но они продолжали жужжать с разных сторон, как назойливые пчёлы, не позволяя сосредоточиться. Жуткая мысль после слов Итачи о внутренней пустоте гнилью прорастала в глубине её разума, и вырвать эту мысль оттуда не удавалось — неужели он физически мог ощутить утрату ещё одного сознания внутри себя? — Согласилась с кем из нас? — не скрывая победоносного тона, бросил Менма и скрестил руки на груди. — Саске прав, — выдохнул Итачи и прочистил горло. — Мне нужно отлежаться. Потом отправимся. Не хочу быть обузой. Сакура затравленно бегала глазами от одного к другому и не могла выдавить ни слова. Она кожей чувствовала, что Менма, как паук, расставляет свои липкие сети, но собранности оценить всё здраво не хватало. — Остаёмся! — чересчур громко и наигранно выпалила Сакура и поднялась с колен. — Капитан ранен, а миссия не закончена. Правильно? — она наклонила голову набок, впившись грозным взглядом в округлившиеся на секунду глаза Менмы. Ей сразу вспомнилась похожая ситуация на той миссии, которую они недавно обсуждали с Итачи. Какаши-сенсей ведь также обессилел в Стране Волн после битвы с Забузой, и тогда никто никуда не ушёл. Команда ждала выздоровления капитана, попутно занимаясь охраной стройки, что и было целью задания. Всё по правилам шиноби, и не Сакуре выдумывать новые. Объективно здесь ничего страшного не произошло, и для Менмы и Саске ситуация правда выглядит почти безобидно. Итачи в сознании, не при смерти, даже не ранен. А то, что Сакура ощущает себя пропущенной через мясорубку, они и видеть не должны! Это касается только её, и всё, о чём она внутренне молила — дать им с Итачи время, которое безвозвратно ускользало…- - - - -
Сакура и Саске дежурили в комнате, изредка затевая праздный разговор о всякой ерунде. Он сидел у изголовья, сложив локти на широко расставленных коленях, и задумчиво смотрел перед собой, устало моргая. Итачи почти всё время спал, просыпаясь на короткие периоды, чтобы попить и заверить всех, что ему лучше. Сакура видела это и так, ведь голос его становился бодрее, а цвет лица улучшался — он больше не выглядел как человек, месяц сидевший в темнице на хлебе и воде. Вот только то, чего так отчаянно ждала Сакура, не происходило. Ни намёка на возвращение её Итачи, ни единой знакомой искорки в глубоких чёрных глазах, и даже едва заметная полуулыбка была чужой. Игра ли это воображения или сознание и правда может как-то воздействовать на мимику? Сакура не знала. Мысли о том, что её Итачи пропал бесследно, не переставали бить по мозгам, раскручивая маховик тревоги безостановочно. Лежащий перед ней Учиха идёт на поправку — это очевидно. Скоро он окрепнет настолько, что сможет самостоятельно ходить. Пару часов назад Менма принёс для Итачи поднос с рыбным бульоном и сообщил, что всё же вернулся в лавку и купил дурацкие красные грибы. Причин задерживаться здесь скоро не останется, и Сакура понимала, что её план встретиться с дружком Орочимару крошится как старая лепёшка. У них всё было продумано, но случайность спутала карты, и теперь Сакуру подмывало сбежать отсюда, чтобы выполнить свою личную миссию хоть как-нибудь. Пусть даже таинственный помощник не сумеет ей помочь сейчас — да и не позволит она этого сделать без Итачи — но хотя бы оценить шансы на успех ей удастся, верно ведь? Она могла бы просто встретиться, поговорить и выяснить, как ей теперь быть. Внезапный скрип деревянного пола разорвал нить размышлений Сакуры — Саске не спеша вышел из комнаты. Но через минуту вернулся со скрученным футоном в руках. — Ты как знаешь, я здесь останусь, — буркнул он и принялся готовить себе спальное место с противоположной от Итачи стороны. — А уже утром отправимся домой. — Да… — вяло согласилась Сакура и глянула в окно. На улице и правда давно стемнело, только вот сон к Сакуре совсем не шёл. Хотя судя по тому, что и Саске снова уселся рядом с братом, проигнорировав подготовленный футон, не к ней одной. — Ложись спать, я посижу с ним. Всё равно спать не охота, — Саске небрежно провёл рукой по торчащим на затылке волосам и отвернулся, махнув рукой. — Я тоже спать не хочу, а ты можешь отдохнуть, — как можно естественнее предложила Сакура, сообразив, что футон Саске притащил именно для неё. — Я крепко спал всю ночь, а ты вряд ли… — Саске опустил голову, а его уши вмиг стали красными. Сакура лишь удивлённо хмыкнула и уставилась на Учиху немигающим взглядом. Неужели они с Менмой что-то слышали ночью? Не то чтобы Сакуру это сильно заботило, да и по логике происходящего в этом мире, они с Итачи имели полное право «пошуметь», но одно дело догадываться о чём-то в теории, а совсем другое — слушать прямое подтверждение. — Я же не мальчик, Сакура, — Саске по-озорному выгнул брови и сморщил нос, и она заметила знакомые игривые бесинки в его усталых глазах. — Нии-сан голышом никогда не спит. Так что ложись и отдохни, имеешь право. — Раз ты такой взрослый и умный, то должен знать — дежурят шиноби по очереди, — Сакура моментально ухватилась за его позитивный настрой. — У тебя глаза красные, и ты зеваешь. Так что ты первый, а я толкну тебя. Менма уже спит? — уточнила она между делом. — Ага, — Саске сдержанно зевнул, прикрывая рот ладонью. — Ладно, уговорила, не могу тебе сопротивляться, — его фирменная улыбка снова расцвела, и Сакура лишь язвительно вздохнула — хоть что-то остаётся постоянным в её странной новой жизни. — Спасибо, Саске, — она улыбнулась, на этот раз искренне. Сакура даже слегка позавидовала его беспечности, но понимала — Саске ведь понятия не имеет, какой ураган тревоги раздирает её изнутри. У него всего-навсего приболел брат, да и то идёт на поправку. Можно и поспать, а в случае чего Саске услышит и проснётся. Как бы не противно было столь бессовестно пользоваться ситуацией, она убедила себя, что другого шанса не будет. Она дождётся, когда Саске крепко уснёт, и улизнёт.- - - - -
Скользкая каша из пропитанных влагой мёртвых листьев хлюпала под ногами, когда Сакура спустилась с последнего пригодного для прыжков дерева. Вокруг росли только густые высокие кустарники, а местность из ровной становилась всё более холмистой. Сакура с трудом разбирала так называемую карту, которую успела прихватить из плаща Итачи, когда украдкой сбежала, оставив спящего Саске наедине с братом. Если она всё верно считала, через пару километров будет нужный квадрат. А вот уже там ей придётся обнюхать каждый булыжник и кустик, чтобы отыскать вход в таинственное жилище, который был обозначен на карте жирной звёздочкой, похожей на раздавленного паука. Сакура торопилась, ведь времени у неё явно не больше пары часов. А криво состряпанная легенда, что она вышла поискать лекарственные травы для своего будущего мужа, выглядела жалко, несмотря на наспех накарябанную записку. Лучше бы ей успеть вернуться хотя бы в деревню до того, как проснётся Саске. — Есть что сказать? — Менма вырос буквально из-под земли, хватая Сакуру за запястья одной рукой и прижимая кунай к задней части шеи. — Я ведь оставила записку, — давя дрожь в голосе, прохрипела Сакура. — Хватит! — рявкнул Менма, дёргая Сакуру за руки так сильно, что заныли суставы. — Ты не знаешь, что в Аме никогда не было иръёнинов, хотя это известная проблема. Ты не знаешь устава шиноби и сомневалась, можем ли мы вернуться. Ты даже не помнишь, в каком виде мы плаваем в озере, хотя делаем это на каждой третьей миссии… Продолжать? — он яростно шипел вопросы Сакуре на ухо, опаляя кожу горячим дыханием. Сакуре казалось, что её мозги закипают от того, какая карусель из мыслей вертелась внутри. Сложные цепочки из отговорок и объяснений строились мгновенно и также мгновенно разрушались как непригодные. Сакура помнила, что в прошлый раз сочинила байку о сверхсекретной миссии и обещала объяснить всё позже, но куда развивать эту чушь, не имела представления. Менма второй раз не купится, да и судя по его действиям, не купился даже в первый раз. Ссылаться на авторитет Орочимару, как тогда, затея провальная, ведь и ему Менма явно не поверил. А ведь Сакура почти смогла, почти добежала! Горечь разочарования разливалась внутри, больно обжигая — стоило быть менее самонадеянной и более осторожной, и она сумела бы добраться до цели. А теперь стоит посреди ночного леса с потенциальным врагом за спиной, без единой здравой идеи. — Молчишь? — не прекращал свой допрос Менма. — Ты ведь сделала это с Итачи-саном? Зачем? Сакура подавилась воздухом от столь гнусного предположения. Как можно было додуматься? Ей так хотелось развернуться и вырвать Менме его острый язык — настолько обидно звучали его обвинения. Он даже не представлял, насколько далёк от истины! Но Сакура не могла вывалить ему всё, как бы не хотелось. Она обязана продолжать изображать непонимание. Продолжать притворяться невинной овечкой, которая правда не представляет, к чему он ведёт, ведь до слома её легенды оставалась пара точных словесных ударов. Ей нужно отвлечь Менму, заткнуть, не позволить раскручивать мысли в опасном направлении! Но ей даже спорить с ним сейчас нельзя! — Я пошла собрать лечебных трав для Итачи. И я ведь говорила, что скоро объясню все неувязки, — как можно спокойнее ответила Сакура. — Опусти оружие, ты ведь знаешь, я тебе не ровня. Мы же товарищи, — тихо пробормотала она, сознательно оттягивая время. — Чушь собачья, — рыкнул Менма, но отвёл кунай и развернул Сакуру лицом к себе. — Мне нужна помощь, — Сакура решила применить последний козырь, и в её глазах застыла влага. — Я сильно влипла, но я не могу рассказать всей правды, — она опустила голову и зажмурилась, покусывая солоноватые от мелких слезинок губы. Сакура отчаянно надеялась, что её представление сработает и Менма утратит бдительность. В прямой стычке ей не выстоять. Быть может, удастся отыскать в его каменном сердце зерна сострадания? Она подняла на него зарёванное лицо и грустно прошептала: — Не мешай мне. Клянусь, я не задумала ничего дурного. — Если речь идёт о предательстве… — Конечно же, нет. Разве дочь погибшего Хокаге способна на такое? Я обещаю, что когда миссия завершится, я всё расскажу, — убитым голосом пролепетала Сакура. — Кое-что случилось с моей памятью… Мне и так тяжело, не добивай меня. Менма задумчиво нахмурился и коснулся пальцами своего подбородка. Неужели ей удалось посеять в нём крупицу сомнений? Не особо верится… — Хорошо. Я не буду давить, но и отпустить не могу, пойми ты, — с раздражением отрезал он и стиснул челюсти, играя желваками. — Спасибо, — Сакура шепнула это с такой благодарностью, что даже сама себе поверила. Она собрала всю волю и решимость, какие ещё смогла отыскать в захлёбывающемся от страха разуме, и шагнула вперёд. Несмело развела руки и обняла напарника, уткнувшись влажным от слёз носом в его плечо, усиленно напрягая память. — Вот здесь и здесь находятся нужные тенкецу. Ты, как медик, легко сможешь их обнаружить. Точный импульс чакры вызовет мгновенный паралич или потерю сознания. Однако во время боя добраться до них почти нереально, да и импульс должен быть строго дозирован, иначе чакра рассеется и приём не сработает, — монотонно объяснял Итачи и бережно прощупывал пальцами позвонки на шее Сакуры. Сосредоточиться было почти нереально, ведь от таких интимных прикосновений кружилась голова, а сердце подпрыгивало. — Этому учат в Анбу? — прикрыв глаза, промямлила Сакура и рефлекторно наклонила голову вперёд, давая ласковым рукам Итачи больший доступ. — И не только. Некоторых куноичи тоже обучают этому в определённом возрасте и для особых миссий, — низко пробормотал Итачи, не убирая руки. Сакура лишь рассеянно улыбнулась в ответ и обвила шею Итачи ладонями. Сакура надеялась, что память её не подведёт, и мысленно отругала себя, что была столь невнимательна в тот момент. Да и стоит ли вообще так грязно поступать? Менма оказался не таким уж чёрствым, и она даже заметила в его взгляде оттенки сострадания. Местная Сакура его товарищ с детства, как бы он не отбрыкивался от её навязчивого поведения в прошлом. Они очень близки, и ему явно тяжело принять тот факт, что с подругой творится неладное. Сакура прикрыла глаза и постаралась выровнять сбитое дыхание — быть может, стоит продолжать играть свою роль и вернуться в гостиницу с Менмой? Итачи ведь остался там, и она понятия не имеет, что с ним будет дальше. Если попытаться сбежать сейчас, пути назад не будет. А если отступить от цели, можно будет попробовать снова, просто позже… Только с чего Сакура решила, что Менма поверил ей? А что если он снова лишь изображает принятие, а на самом деле просто хочет захватить Сакуру, не прилагая усилий? Что если положение, в котором она оказалась — это и правда последний реальный шанс получить помощь? И с чего Сакура взяла, что по прибытию в деревню Менма не сдаст её Анбу, как предательницу? Мысли продолжали биться о черепную коробку, а время тянулось издевательски медленно. Сакура ждала хоть какой-то подсказки от вселенной — ну что же делать? «Менма стоит столбом, не реагируя на объятья, и молчит — это хорошо или плохо?» Она мягко положила руку на заднюю часть шеи напарника и замерла. Попыталась взять под контроль хоть тонюсенькую струйку чужой огненной чакры, представляя её как маленький ручеёк из искр, но не обжигающих до боли, а согревающих своим тёплым светом. Подушечкой пальца она попыталась нащупать то самое место, которое указывал ей Итачи — между двух шейных позвонков, чуть сбоку, расположены нужные тенкецу… Не так уж и просто это сделать через капюшон! — Ксо! — Менма подпрыгнул на месте и оттолкнул Сакуру от себя, сбрасывая капюшон и хватаясь рукой за шею. Он потёр кожу открытой ладонью и сморщился, словно проглотил муху. Сакура отошла на пару шагов и с досадой посмотрела в его лицо, на котором быстро отражалось осознание случившегося. Он не потерял сознание, не скорчился от боли, он просто стоял и сжигал её взглядом, в котором плескалась ярость. — Что ты сделала? — сквозь зубы прошипел он и рухнул на одно колено, хватая левой рукой правое плечо. — Ты обманула меня, Сакура! — Прости меня, — всхлипнула она и сглотнула. Сакура отступила ещё на пару шагов, с жалостью наблюдая, как Менма растирает повисшую как канат правую руку. Значит, хоть что-то у неё получилось! Пусть и не так, как хотелось, но она выиграла время — правая сторона Менмы отказала, и броситься в погоню прямо сейчас он не сможет. Сакура на всей доступной скорости рванула в сторону намеченной цели, сквозь шум ветра и дождя слыша отголоски летящих в спину угроз. Менма был прав полностью. С его стороны это выглядело самым гнусным предательством, и теперь у Сакуры осталась одна-единственная надежда — как можно скорее найти вход в таинственное жилище. Ведь как только Менма сможет чувствовать ногу, чтобы бежать, и руку, чтобы сложить печати — ей конец. Кровь клокотала в венах, а уши закладывало от болезненного гудения. Слёзы текли ручьём, обжигая щёки и замыливая зрение, мешая рассмотреть хоть что-то в ночной темноте. А сердце, казалось, скоро расплющится о рёбра — настолько Сакуре было страшно и противно. Ведь Менма не виноват ни в чём. Он всего лишь хотел защитить родную деревню от опасности, а она втёрлась в доверие и фактически предала его, просто не так, как он думал. Сакура последний раз сверилась с картой — она на месте, но здесь нет ничего похожего на вход. Никаких люков, лазов или отверстий. Просто огромная площадь раскисшей от ливня коричневой земли и мелкие серые камни, разбросанные вокруг. Обломки более крупных, судя по острым краям. Сакура нервно огляделась и принялась сильно топать, в надежде обнаружить подземные пустоты. Она голыми руками зароется внутрь, если понадобится — её усилия и жертва не должны быть похоронены на этом богом забытом лысом клочке земли. Неожиданно Сакура почувствовала слабую вибрацию и гудение, но даже не с помощью слуха, а будто всей поверхностью кожи сразу. Гендзюцу? Она сложила пальцы в нужном знаке, чтобы попытаться развеять иллюзию, но не успела, ведь через миг ощутила, что проваливается под землю, причём на бешеной скорости. Серые и зелёные пятна пролетали перед глазами, толстые коричневые линии — то ли корни, то ли вообще змеи рассекали окружающую картинку, позволяя вниманию зацепиться хоть за что-то. Вскоре Сакура шлёпнулась спиной о что-то мягкое и упругое, и взвизгнула от неожиданности — мягкое и упругое вдобавок было мохнатым и… грозно рычало? — Не, ну так встречаешь гостью, блохастый хвост? — до ужаса знакомый человек шаткой походкой приблизился к Сакуре, которая пыталась вырвать локоть из чьей-то слюнявой пасти. Длинные серые волосы, собранные в низкий хвост, надменное выражение лица, чёрные глаза с нахальным прищуром, правда без привычных очков. Только вот образ, вбитый в память словно гвоздь ещё со времён экзамена на чуунина, портила приличных размеров бутылка в руке и едкий алкогольный смрад, от которого щипало ноздри и глаза. Сакура истерически хохотнула. Ну как она не догадалась — опять?! Кто же мог быть близким товарищем подколодного змея? Только двуличная канцелярская крыса! — Я ваще-то вчера ждал вас, — Кабуто вытер рот тыльной стороной ладони и рыгнул. — Где застряла? Сакура суетливо вертела головой, соображая, куда она вообще попала. Гладкие каменные стены, покрытые конденсатом, еле просматривались через огромные деревянные стеллажи, заваленные разной ерундой. На полках можно было разглядеть свитки разного размера, склянки с разноцветными жидкостями и непонятными субстанциями, побелевшие от времени кости — человеческие и не очень… Место не выглядело как лаборатория Орочимару из её мира, в которой так любил отсиживаться Кабуто. Скорее оно напоминало склад безумного коллекционера, собиравшего всякие диковины и мерзости. В дальнем углу подземелья переливался прозрачный пузырь размером с крупный арбуз, от которого исходило голубовато-молочное свечение. Именно оно и позволяло Сакуре «насладиться» местными устрашающими видами, ведь других источников света — ламп или хотя бы факелов — тут не наблюдалось. — Скажи мне чё-нить, женщина, — недовольно проскрипел Кабуто и подошёл ближе. Он грубовато потрепал непонятное животное, державшее Сакуру, по голове и цыкнул. — Да отпусти ты девчонку, она щас тут в обморок хлопнется от страха, слышь? Почувствовав свободу, Сакура резко вскочила на ноги и замерла в полном недоумении, силясь выдавить из пересохшего рта хоть слово. Но её взгляд всё время невольно возвращался к непонятной твари. Существо было похоже на волка, но таких размеров Сакура не видела даже в фильмах ужасов. К тому же белоснежная шерсть, слишком длинная и густая для волка, делала его вид совсем нереальным и даже сказочным. — Короче, ты в непонятках, — Кабуто отхлебнул из бутылки и чмокнул губами. Он приподнял её повыше и слегка покрутил, проверяя уровень оставшейся жидкости. — Эээх, закончилось почти… Будешь? — он участливо протянул заляпанную жирными пальцами бутылку Сакуре и вопросительно приподнял брови. — Кто вы? — Сакура постаралась звучать уверенно, но вопрос вышел похожим на воронье карканье. — О! Это такая мутная история… — Кабуто почесал затылок и, спотыкаясь, направился к загадочному светящемуся шару. — Вопросы потом, иди-ка сюда. Смотри, чё тут у меня, — его мерзкое хихиканье показалось до боли знакомым, и желудок Сакуры свернулся в спираль. Она на непослушных ногах подошла к пузырю и уставилась туда. Поверхность шара фокусировала изображение словно линза, выполняя роль экрана. На его задней стенке можно было видеть слегка нечёткую картинку, от которой сердце Сакуры упало в пятки. Итачи Учиха, в тёмно-красном плаще, похожем на привычный Сакуре, сидел на каком то огромном валуне и лениво беседовал с незнакомцем в точно таком же плаще. Кожа обоих была бледной и будто растрескавшейся, а белки глаз Итачи почернели как угли, оттеняя сверкающий шаринган. У второго мужчины было сухое лицо с впалыми щеками, седые спутанные волосы и фиолетовые глаза.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!