26. Прыжок

      Сакуре казалось, что её голова сейчас лопнет от разочарования. Она не могла заставить себя оторвать взгляд от картины, смотреть на которую было физически больно — даже веки наливались кровью. Совсем недавно она смотрела в бархатные, светящиеся нежностью глаза Итачи, любовалась мягким изгибом манящих губ и сходила с ума от осторожного, словно украденного счастья… А теперь перед ней тот же человек, но нет на его лице и следа прежней беззаботности. Лишь смертельная усталость виднелась в ссутуленных плечах, безразлично поджатых губах и тусклых, безжизненных, как два камня, глазах… Осознание того, что Итачи и правда исчез, скручивало сердце в узел, и Сакура с трудом хваталась за скользкие мысли, хаотично разбросанные сейчас в её голове.       Неужели Итачи так просто вернулся в их мир, но в этом странном виде? Что с ним произошло? Сакура вспоминала тот день, когда Орочимару напал на Коноху во время экзамена на чуунина, и знала, что он призывал на помощь воскрешённых Хокаге. Кажется, ниндзя, наблюдающие за схваткой Третьего с бывшим учеником, рассказывали, что мертвецы выглядели точно так же.       Но кто провернул это с Итачи и для чего? Единственным вариантом, пришедшим на ум, был Саске. Кому ещё могло понадобиться подобное? А у Саске предостаточно и возможностей, и причин. Он был связан с Орочимару очень тесно, и чёрт знает чему старый змей его обучил почти за три года.       Так значит, Сакура точно осталась одна в этом мире, и шансов вновь увидеть Итачи у неё нет? Да даже вернись она в свой мир и разыщи там Итачи — что это изменит? Осталось ли его сознание при нём? Ведь воскрешённые Хокаге сражались против своих, а значит, это были безвольные куклы. И теперь Итачи — просто оживший труп, на короткий миг вырванный из Чистого Мира ради грязного замысла какого-то негодяя!              Жестокие выводы после всего увиденного осколками втыкались в каждый орган, и Сакура согнулась пополам, едва удерживаясь на ногах. Обжигающий грудь и горло приступ скрутил все внутренности, и в глазах почернело так, будто она осталась совсем без них.              — Тихо-тихо! Ну ты чё творишь? У меня тут приличное место, — Кабуто поспешил поддержать её за талию и поволок куда-то в сторону. — Задохнись ещё тут мне! Дыши давай! А я ведь предлагал выпить, зря отказалась, — он не прекращал ворчать, брезгливо рассматривая тяжело дышащую Сакуру.              — Даме следовало бы предложить свежезаваренного чаю, — звонкий голосок донёсся до неё откуда-то сзади, вырывая из дурмана паники обратно в реальность.              «Этот зверь говорящий? Такая громадина и так ненатурально пищит?» — ум Сакуры пытался через силу анализировать происходящий вокруг абсурд.              — Завались лучше, а! Нету у меня такого, сам знаешь, — отмахнулся Кабуто и кряхтя попытался распрямить её. Сакура недовольно вздохнула и поддалась.              — Я… я не понимаю ничего… — проскрипела она, вытирая ледяной пот со лба тыльной стороной ладони.              — Так я всё расскажу, ты не думай, — Кабуто ехидно ухмыльнулся и отошёл, скрестив руки на груди. — Гостей у меня не бывает, а потрещать я люблю…              — И это неудивительно, с такой феноменальной гостеприимностью… — странный зверь вновь вклинился в разговор и поднялся на все четыре лапы.              — Заткнись, сказал, — шикнул Кабуто, сверкнув глазами. — Забыл, кто тут хозяин и кто спас тебя? Щас бы работал шубой у кого-нибудь или вообще половым ковриком!              — Я этого не просил, — обиженно буркнул тот и клацнул огромными блестящими зубами.              — Ну, значит, обратно отошлю…              — Постойте, — Сакура, наконец, подобралась и сумела расклеить свои голосовые связки. — Вы действительно можете вернуть меня домой? Кто вы вообще и где мы?              — Я всё могу! Я ж гений, типа, вундеркинд, поняла? — Кабуто самодовольно задрал нос, а речь его сочилась гордостью. — Пошли хоть сядем, выпьем, — он махнул рукой в сторону круглого кофейного стола, блестящего от следов чего-то липкого и вызывающего желание срочно его отмыть, а лучше сжечь.              Сакура лишь обречённо помотала головой, прикрывая воспалённые глаза. То, что этот человек алкоголик, было очевидно с первой секунды знакомства, что он неряха и хам — тоже, но гений? Это слово так остро зацепилось за внимание Сакуры, что все её мысли теперь крутились вокруг него.              Кабуто её мира был подлым, жестоким человеком, тенью одного из самых злых гениев современности, его верным спутником и, можно сказать, пешкой. Однако с виду производил впечатление интеллигентного, умного парня, готового прийти на выручку в нужный момент. Но не гением. Ни в коем разе.              — Что нужно для моего возвращения? — голос Сакуры треснул, и она сглотнула сбивающие дыхание слёзы, которые никак нельзя было сейчас показать.              Ей хотелось исчезнуть отсюда как можно скорее. То ли гнетущая атмосфера подземелья давила на мозги — запах алкоголя и плесени, липкий сырой воздух, вынуждающий ёжиться, и полумрак заметно мешали сосредоточиться. То ли осознание реального шанса вернуться распаляло нетерпение, наполняя Сакуру смелостью и желанием действовать.              — Пошли, сядем, — Кабуто схватил её за руку и поволок в сторону стола, и теперь Сакура могла рассмотреть, что в каменной стене выдолблено что-то вроде ямок, прикрытых линялыми тряпками.              «В этих нишах и предлагается сидеть?» — Сакура удивлённо моргнула и через миг обнаружила, как её не совсем нежно усадили прямо туда. Что ж, главное сейчас — выяснить всё, что возможно, и не обращать внимание на мутящие сознание странности.              — Орочи написал мне письмо, что надо помочь его хорошим друзьям, — увлечённо начал Кабуто и выудил из небольшого деревянного ящика тёмно-зелёную бутылку. — Я ждал-ждал вас, как дурак, и чё я вижу? Заявляешься ты, в одиночку, вся мокрая и грязная, как драная мышь. Опоздала! Случилось чего, женщина? — заискивающе протянул он и отхлебнул непонятный напиток прямо из горлышка.              «Орочи?! Этот сопляк едва ли старше двадцати и смеет так его называть? Что за отношения у них такие?» — несмотря на решимость отбросить всё лишнее и сосредоточиться, Сакуре не удавалось приказать своим глазам не дёргаться от шока.              — А что вам известно? — мягко отозвалась Сакура и поспешила уточнить: — Я не хотела бы повторяться… Итачи исчез сегодня утром. Поэтому я одна и поздно, — настороженно отчиталась она.              — Да уж побольше твоего известно! — хохотнул Кабуто и изогнул седую бровь, вытянув губы в трубочку. — Кое-что он мне расписал, а кой-чего я и сам узнал. Видишь шар этот? — он указал пальцем в угол, с трудом удерживая руку неподвижно, что не удивляло, учитывая ту скорость, с которой этот человек вливал в себя подозрительное пойло.              Лучше поторопиться, пока его не вырубило окончательно. Даже отбросив медицинский опыт, было ясно — он на грани полной отключки от этого мира. А уж Сакура и подавно подметила аномально расширенные зрачки, тяжёлое дыхание, подозрительно розовые щёки и нос с красной паутинкой лопнувших сосудов. Это явно не первая пьянка Кабуто и даже не десятая.              — Я гений, говорю тебе! Я один вижу границы между мирами и могу гулять… туда-сюда, туда-сюда… — Кабуто бешено вращал глазами, как сумасшедший, и хаотично размахивал руками. — Этого вот от смерти спас, — он громко икнул и уставился осоловевшим взглядом на притихшего в уголке волка, который уложил голову на передние лапы и лениво наблюдал за «хозяином». — Собираю всякое интересное, а эти, вишь, боятся меня! Ссутся от страха, что я херню какую-то сделаю! А я не собираюсь, я наоборот, помочь хотел… Выперли меня за что, а, блохастый? — он треснул донышком бутылки об стол так, что несколько желтоватых капель выплеснулось на него.              — Зря это они, зря… ты бы успокоился, испугаешь гостью, — пропищало чудовище.              — Мне ничего от них не надо, мне до смерти скучно, понимаешь? — теперь Кабуто обратил внимание на побледневшую Сакуру и упёр локти в стол, наклонившись к её лицу почти впритык. — Когда ты такой всемогущий, как я, тебе не нужна власть, или деньги, или сила… Ты просто на стену лезешь от скуки и тоски, — гневно прошипел он, опаляя Сакуру блеском своих остекленевших глаз. — Я бы мог быть полезным, но они вишь думают, что я опасен, и закрыли меня тут с этим пушистым мешком дерьма! Не хочу я служить, хочу отдыхать и познавать мир, а эти… Охранник! Я охранник теперь, дожили! А сколько я редкостей нашёл в этих мирах и сохранил? Сколько всего полезного? Я мог бы мир захватить — а вот зачем, скажи? Что с ним делать потом? Лучше же придержать всё это у себя… и не покажу теперь никому, раз такие бесстыжие…              Сакура с трудом продиралась сквозь эти вязкие пьяные бредни, тщательно выискивая полезные для себя факты. Границы между мирами — мало того, что они существуют, так он их ещё и видит? И может перемещаться? А насколько это сложно? Или что — это как открыть дверь и перейти из одной комнаты в другую? Тогда неудивительно, что люди опасаются таких страшных способностей! Но какова цена подобных прогулок? И почему Орочимару не сказал совершенно ничего об этом «незначительном» факте?              Пугающая свалка, которую Кабуто любя называл «коллекцией», теперь не казалась Сакуре складом антиквариата. Куча свитков, стеклянные шары с дымом внутри, горсть амулетов в виде скалящегося волка, медведя и кота, оружие, о назначении которого Сакура могла лишь догадываться — мечи с двумя лезвиями, огромные золотистые щиты, рогатые шлемы… Зачем он хранит всё это? Ведь, судя по толстому слою пыли и нитям паутины, он даже не берёт свою добычу в руки. И это лишний раз доказывало большие проблемы с психикой у хозяина всех этих штуковин.              Нужно как можно аккуратнее выудить всё, что можно, ведь очевидно — Кабуто настроен недружелюбно, за что-то обижен на непонятных Сакуре «них», а его рассказ повернулся совсем не в ту сторону!              — Так мы охраняем эти проходы, потому что ты их и организовал. Негоже прибедняться, — сквозь зубы пробормотал странный волк, прикидываясь дремлющим.              — А я знал, чё будет, когда открывал их? Подумаешь, пробралось несколько дураков оттуда — поймали, придушили, и дело с концом. Устроили тут трагедию! Ничего страшного ведь не случилось! А вдруг бы я полезное чего там нашёл? — не прекращал распаляться Кабуто. — А я нашёл, видала мою коллекцию? — Кабуто закатил глаза и цокнул от восхищения, словно минуту назад уже не хватался своими находками.              — Вы можете сейчас провести меня туда? — выпалила Сакура, пытаясь вернуть беседу в нужное себе русло.              — Куда? — Кабуто рыгнул и нахмурился.              — Дама хотела бы вернуться в свой мир, ты бы прекращал пи…              — А! В свой мир! Точно же… Мир твой, я тебе скажу, идиотский. Ненормальный! Я смотрю на вас и охреневаю, — с усмешкой процедил он и снова отхлебнул из бутылки. — А копия моя? Он же неудачник! Полный дебил! Позорище! Сидит там в пещере, змею отрастил на жопе, хернёй всякой занимается…              Частично Сакура была солидарна с подобным отвращением к оригинальному Кабуто, но её причины были совсем иные. Она не могла забыть всех злодеяний этого человека. Его лицемерие во время экзамена на чуунина, попытку убийства Саске в тот же период и с презрением брошенные через пару лет слова, что Саске теперь изменился и принадлежит Орочимару. Она изо всех сил старалась расклеить два образа в чём-то похожих, но одновременно противоположных людей из разных миров, благо опыт у неё уже имелся и обширный.              — Воскрешать давно померших людей — ну где это видано? Зачем? Экспериментатор, я бы встретил его, морду бы расквасил за такие приколы! — не унимался Кабуто, явно задетый за живое и больно получивший по самолюбию подвигами своего двойника. — Начудил он будь здоров — вот ты как тут оказалась? И Итачи твой? Знаешь? А я знаю, это всё опыты его дебильные! Воскрешает кого ни попадя, заставляет показать свои способности, а я разгребай… Но мне лень, я хочу давать мозгам работать, а не приказы выполнять, ясно?              — Ты ничего не разгребаешь, прекрати…              — Всё-таки, ковёр мне тут лишним не будет. Белый такой и пушистый! — рявкнул Кабуто и неуклюже подскочил с места, но врезался бёдрами в стол, чуть не опрокинув его, отчего плюхнулся обратно.              — Орочимару-сама ничего мне не сказал о ваших способностях, — потупившись прохрипела Сакура и приложила руки к голове, словно пыталась стряхнуть груду рваных фактов, вываленных на неё сейчас.              — Так он не посмеет болтать, он уважает меня, — деловито крякнул Кабуто, вызвав едва заметный смешок со стороны своего лохматого питомца, который, к счастью, слышала лишь Сакура.              — А причём тут ваш двойник? — дружелюбно уточнила она.              — Это не он мой двойник, это я его двойник! — злобно выплюнул Кабуто и вздёрнул брови. — А хотя правильно, я — оригинал, он — двойник… Точно… Запутала ты меня совсем! Так и вот, чё я говорю-то? Нельзя такой дурью маяться. Если не наделила природа способностями как меня, так и сидел бы в лаборатории своей, резал разных отбросов на опыты да и всё, но нет же… Надо запретные техники изучать, играть со смертью, а мозгов-то как у курицы! Тщеславие штука страшная… Куда разум переносить? С кем меняться? У него разум-то этот есть вообще, если мозгов нет?              — Перенос разума? — Сакура подскочила на месте и жалобно уставилась на Кабуто, отчаянно хватаясь за вскользь брошенную фразу.              — Так я чё тебе уже час объясняю, женщина? Обмен разумом. Ты тоже безмозглая, что ли? Кабуто ваш притащил из загробного мира разных крутых шиноби, особенно давно погибшие Яманака его цепляли, и чё? А обосрался жидко, вот что! Куда разум-то перенесли ему и чей? Поменялся? Идиот бестолковый, как есть…              — Главное, что ты никогда не ошибался, — щёлкнул зубами волк и фыркнул.              — У всех есть право на ошибку, но я учусь на своих и по чужим мирам не шастаю без надобности, а этот придурок… — Кабуто устало вздохнул, сцепил руки в замок и устроил на них подбородок. Он так пристально вонзился взглядом в Сакуру, что у той снова перехватило дыхание, вынуждая прочистить горло, опустить глаза и сесть на место.              — Из-за того, что ты бегаешь по мирам, границы истончаются. Сам ведь знаешь. Из-за тебя и перемешиваются реальности. Ты сам…              — Да поняли мы уже, спасибо, — ядовито пропел Кабуто, натянув на губы приторно-вежливую улыбку. — Это не точно, но может, так оно и есть… Косякнул, бывает. Может, и Итачи твой сюда пролез из-за меня. До Чистого Мира не долетел, а сюда вот залетел, когда я порталы открывал, — он громко и заливисто хохотнул, затем вытер губы кулаком. — А вообще, не хер меня обвинять, пока не доказано! Чё я сразу? Кто знает, как там это всё работает? Это тонкие материи, — он пошатнулся в сторону Сакуры, съехав локтем с заляпанной чем-то жирным столешнице, чуть не приложившись о неё подбородком. — А про Рэйка но Дзюцу вы забыли? Можно вынуть себе душу и летать туда-сюда, туда-сюда… Так что неизвестно ещё, кто виноват. А то сразу все шишки на меня, вас послушать, так все беды в мире из-за меня!              — То есть тот, другой Кабуто воскрешает погибших шиноби… и пользуется их способностями… — рассуждала Сакура вслух.              Она в панике укладывала разрозненные детали в свою картину произошедшего. Однако половина этих кусочков была настолько кривой, что не вставлялась никуда и никак. И после слов о жутких техниках Кабуто из её мира, нестыковки в личной истории Сакуры казались пустяковыми. Ведь какая, по сути, разница, как она застряла здесь? Главное — вернуться.              — Зачем? Я имею в виду, какая у него цель? — первостепенные вопросы полностью захватили внимание Сакуры.              — Так у вас там война ведь, ты что — не в курсе? Вот он собирает себе армию солдат, бессмертных и самых мощных, — скептически бросил Кабуто. Он снова приподнял бутылку на вытянутой руке и покрутил остатки жидкости, хитро прищурившись.              «Опустошил половину за какие-то десять минут, а состояние не особо изменилось с момента встречи. Сколько же он выхлебал до этого?» — Сакура с омерзением огляделась по сторонам в попытке успокоиться и всё обдумать. Волк старательно делал вид, что спит, однако по ходящим ходуном ушам было ясно — он начеку и в нужный момент готов подковырнуть или поправить разбушевавшегося Кабуто.              «Война. Ещё одна?» Но ведь Мадара уже объявил войну, неужели им придётся сражаться на два фронта? И для чего Кабуто устраивать подобную гнусность? Его господин давно погиб, а эта шпионская задница никогда не действовала по своей воле. Он вечно пресмыкался перед сильными, шёл у них на поводу и беспрекословно слушался. Разве этот человек способен проявлять инициативу — у него ведь совсем не тот тип личности, он трусоват, лидерских качеств Сакура в нём не замечала… Да, он болтал о том, что хочет стать новым Орочимару — но Сакура считала, что это касалось лишь способностей, но никак не амбиций! Хотя кто она такая, чтобы судить? Она видела Кабуто и общалась с ним считанные разы, быть может, он всегда лишь ловко притворялся ведомым? Или же… Стоп! Быть может, этот негодяй нашёл себе нового хозяина?              Леденящие кровь догадки упрямо вгрызались в мозги, и от ужаса кожа Сакуры стала гусиной. Животный страх сковал все органы, пусть лишь на мгновение, пока хладнокровное сознание шиноби не перехватило контроль. Сакура старалась как могла, чтобы не сорваться ещё раз.              «Война… с ожившими мертвецами? Под предводительством престарелого главы клана Учиха и обиженной правой руки опального Саннина-предателя?» Не укладывалось в голове…              — Тебе чё там плохо? — задумчиво промямлил Кабуто. Он всё же сумел отскрести своё пьяное тело от стены и шаткой походкой двинулся к мистическому пузырю, который сейчас был подёрнут голубоватой мутной плёнкой. — Идём, — он подозвал Сакуру ближе, поманив четырьмя пальцами, и она послушно встала рядом, с трудом давя желание зажмурить глаза. Ей вовсе не хотелось видеть Итачи ещё раз в такой форме, оскорбляющей само существование человека.              Между тем Кабуто молниеносно сложил несколько ручных печатей, и поверхность шара начала проясняться. Изображение дрожало, медленно фокусируясь, словно в старом телевизоре.              Огромная толпа шиноби в зелёных жилетах… Мерзкие, бледные существа с болотно-зелёными глазами и огромными ртами… Крики, пожары и трупы… Куча трупов, переломанных, обгоревших и просто изодранных в клочья… Уставшая и измученная девушка с розовыми волосами, собранными в хвост — её полная копия — в едва освещённой палатке, сжав челюсти, неумело вправляла перелом молодому ниндзя с незнакомой повязкой на лбу. «Шиноби»? Никакого отличительного знака деревни — просто «Шиноби»? Да что там творится?!              Сакуру снова прошиб ледяной пот и она рефлекторно вцепилась в плечо Кабуто, который изредка шевелил рукой, словно смахивал одну картинку с пузыря, заменяя её на другую. Оказалось, так он показывал Сакуре разные части поля битвы. Но как так быстро её мир мог превратиться в залитое кровью пожарище? Когда она пропала, Коноха и остальные готовились к войне и только. Неужели за несколько недель всё вывернулось наизнанку? Или же…              Этот чудаковатый Кабуто сказал, что шастает между разными мирами. Быть может, Сакура сейчас видит и не свой родной мир вовсе, а какую-то иную реальность? Третью? Как бы гадко ни было на душе от осознания собственного лицемерия, но Сакуре очень хотелось, чтобы это было так. Чтобы все кошмары, которые она увидела за эти пару минут, обрушились на каких-нибудь других людей, но не на её близких… Похожие чувства обуревали Сакуру, когда она только-только прибыла сюда — все были ей чужими, и проблемы незнакомцев из параллельного мира её почти не трогали…              Внезапно яркая оранжевая вспышка, словно снующий по тёмному лесу светлячок, прорезала мутную картинку — Наруто! Это ведь Наруто, светящийся как фейерверк, с сосредоточенным лицом и сдвинутыми бровями, готовый действовать и навалять всем, кто посмел обидеть его товарищей! Но выглядел он до жути непривычно. Её Наруто так преображаться не умел, а значит, это точно не её мир. Сакура осторожно вздохнула и перевела взгляд на пошатывающегося Кабуто.              — Что это? Ещё одна реальность? — с надеждой прошептала она, не отпуская его плечо.              — С чего бы? Твой мир это, в который ты так рвёшься, — презрительно бросил Кабуто и попытался вывернуться из её цепкой хватки. — Ты руку мне так оторвёшь! Хочешь держаться — упрись вон в стену или этого лохматого попроси… Э, слышь! Поддержи её, а то грохнется ещё в обморок, — присвистнул он, глядя на прищурившегося в ожидании волка.              — Война началась так быстро… — Сакура выдохнула душащие её слова, словно ей необходимо было выплюнуть это мрачные мысли.              — Да прям, быстро! — хохотнул Кабуто. — Я постоянно смотрю в разные дырки, когда мне скучно… Эта вот интересная, а другие чушь полная! Хотя бывает и забавное. Есть тут у меня одно окошко, можно в прошлое посмотреть, и наше, и ваше, и… Но я не суюсь, кто его знает, как оно работает? Вот ты знала? Есть один мир, и там огромная пустыня. Вот ничего нет, только песок и жарища страшная, но там такие существа живут… Было бы у меня место, я припёр бы парочку гигантских скорпионов вместо этого писклявого… шерсть свою только сыпет, а толку ноль! Ну иди сюда, бака, слышь? — Кабуто снова по-хозяйски махнул рукой, подзывая зверюгу как комнатную болонку, на что тот скептически вздохнул, но не сдвинулся с места.              — Но как же… — начала было Сакура, однако Кабуто, похоже, вообще её не слушал. Он не прекращал своих сбивчивых речей, которые она тщательно просеивала в поисках крупиц полезной или хотя бы правдивой информации.              — Тут видишь, что происходит, время — оно по-разному бежит в разных мирах. Ты вот сколько тут паришься у нас? Недельку? — Сакура качнула головой в отрицании, но не решилась перебивать. — Ну, чуть больше, да и по хер! А у тебя там прошло огого! Уже и войну устроили, и двойник мой проклятый делов наделал… А теперь вот Итачи там. Нет, я Учиха уважаю, тут вопросов нет, но у вас там они совсем дурноголовые, наши-то поприятнее будут… А время оно разное везде. Где-то упругое как пружина, а где-то тянется как сопли или в обратную сторону скачет, тьфу, на хрен! Я сам не разобрался до конца…              — Мне нужно туда. Мне нужно вернуться, срочно! Вы же видите — та Сакура не умеет ничего, а я могу помочь раненным и спасти людей! Я должна помочь Наруто! — напоминание об Итачи и родной сердцу образ Наруто вышибли Сакуру из полуобморока, вскипятив кровь и наполнив вены яростью. — Переместите меня туда! — грозно выплюнула она, сжав руки в кулаки.              — Легко! Прям сейчас открою проход и швырну тебя туда пинком под жопу! — сурово отрезал Кабуто, будто протрезвев, ведь голос его не дрогнул ни капли. — И чё вы там вдвоём делать будете? Каждая в чужом теле, а? Подумала? — он наклонился, чтобы быть на уровне её лица из-за разницы в росте, и гневно раздувал ноздри. — Так что не ори мне тут, а слушай. Я Орочи не подведу, он всё ж вступился за меня, когда эти хотели меня укокошить. А он отбил меня, хотя… По-любому ему на меня насрать, а вот на коллекцию мою он давно облизывается. Сколько тут всякого — видела? Я ведь поначалу, когда увидел, чем ваш Кабуто промышляет, тоже заинтересовался и даже ходил к вам туда пару раз, но мне там плохо… Башка трещит, и ноги отказывают. Видать, нельзя двум копиям в одном мире сидеть. С тех пор туда не хожу. А там столько всего есть, что я хотел бы… позаимствовать… Хоть игрушку эту вашу с деревяшками, тот парень часами за ней сидит. Как в неё играть? У нас такого нет.              — И как быть? — Сакура нашла смелость оборвать это ворчание. Теперь, когда недостающие куски мозаики криво-косо, но воткнулись куда нужно, её голос звучал твёрдо, ведь жалеть себя и отвлекаться совершенно не было времени.              — Ох, знал бы я… Короче любые техники можно в свиток запечатать, видала мою коллекцию? — Сакура раздражённо закатила глаза, ведь восхищение этой пресловутой коллекцией начинало откровенно бесить. Кабуто напоминал ей буйно-помешанного человека, который тащит с помойки разный хлам и одержимо лелеет свои «сокровища». Но, по-видимому, в этой груде разномастных штуковин и правда могут скрываться настоящие бриллианты.              — Короче, суть вот в чём, — он снова преобразился по щелчку пальца и выглядел собранным серьёзным учёным, читающим лекцию несмышлёным обывателям. — Есть запечатанная в свиток техника обмена разумом. Не надо быть Яманака, чтобы её использовать. План такой — я открываю проход и активирую свиток, и ваши с Сакурой сознания меняются местами. Но из-за этой белиберды со временем я хрен знает, куда тебя швырнёт. Может, в то время пока ты была младенцем, а может в тело дряхлой бабки…              — Ты что пугаешь нашу гостью? — лениво пробурчал притихший до этого волк.              — Не пугаю, а предупреждаю! Забыл что ли, как мы встряли один раз? Когда пролезли в тот портал? Время штука опасная и дурная, и как оно там закручивается, даже я не смог вычислить. Хоть и гений! Но я с удовольствием поглядел бы, чё у тебя получится… — Кабуто мерзко хихикнул и потёр ладони друг о друга.              — Так позаботься о девушке. Ты неделю сидел, зарывшись в свитки, когда просьбу от Орочимару получил. Что интересного, если дама попадёт в себя в младенчестве? Что тогда ты будешь смотреть в своих пузырях? Сдохнешь ведь от скуки… — голос волка звучал также высоко, но теперь был приправлен нотками реального беспокойства.              Сакура мысленно поблагодарила чудище, ведь без этих колких и своевременных вставок вряд ли сумела бы прорваться сквозь дебри пьяного бреда этого психа. Очевидно, волку также до смерти скучно сидеть здесь и, как она поняла, охранять проходы между мирами, которые Кабуто наделал по собственной глупости. И также очевидно, что они оба заперты здесь по странной причине, и теперь Кабуто с жадностью подглядывает за чужими жизнями, вспоминая былые свободные времена. В особенности за жизнью её родного мира.              И он совсем не такой безбашенный, каким выглядит, и способен мыслить трезво и оценивать реальную опасность. К тому же он помешан на своей коллекции и очень обижен на родную деревню. Но и вреда причинять ей вроде не планирует… Странный, загнанный в угол человек, и правда неприлично умный, до жути ленивый… Но способный фанатично увлекаться чем-то, что ему искренне интересно. Не зря же волк выболтал, что Кабуто неделю корпел над решением проблемы Сакуры…              — Так путешествия во времени возможны? Как же обезопасить себя? — Сакура сухо сглотнула, понимая, что её разум снова начинает превращаться в кашу. Слишком много новостей за один короткий период, слишком много разных вариантов, слишком большой риск…              — Чё это отдать? Черепаху? Не дам! Ещё начнёт баловаться и дурить, эта женщина, похоже, не шибко умная, — по-детски скуксился Кабуто, бросив взгляд на своего питомца.              Кулаки Сакуры начали наливаться привычной тяжестью — как часто бывало, когда кто-то выматывал ей нервы. И лишь то, что этот человек был ей сейчас необходим как кислород, останавливало, чтобы не съездить по его полупьяной самодовольной роже.              — Ты ведь наворовал кучу техник, и порталов наоткрывал. Неужели нет ничего подходящего?              — Ты вот трепло поганое, понял! — яростно выплюнул Кабуто, раздражённо сморщившись. — Хер с вами, объясню. Можно из нашего мира к вам прогуляться и обратно, но только в этом месте. Стенки миров тут тонкие или чего, я не разбираюсь… У вас такая же пещера должна быть, ты ж место это запомнила? Но если твоё сознание швырнёт в тело ребёнка, ты ж испугаешься. Я вот за что переживаю…              — Ты умеешь переживать? — сквозь зубы выдохнул волк, словно говорил сам с собой.              — Ты исчерпал лимит на этот месяц, ясно? Жрать теперь будешь пакеты из-под еды, — равнодушно отозвался Кабуто, резко отвернувшись от животного. — А ваще, ты прав, это ведь будет ещё интереснее. Если ты накосячишь… Ладно, слушай. Как эти техники работают я не проверял, я ж не идиот. Но если вдруг перенос сбойнёт, можешь вернуться сюда, если вообще жива останешься. Плохо тут двоим сразу, я ж сказал. Я ведь обещался помочь — я помог, а за результат я не в ответе. Нам надо тело нашей Сакуры в покое оставить и от тебя отвязать, как меня и просили, за остальное не ручаюсь! Я вам не какой-то всемогущий бог, совсем сдурели на меня столько навешивать? — Кабуто с мерзким хлюпаньем всосал в себя остатки алкоголя и швырнул бутылку в угол, подозрительно метко и очень близко к месту лежанки своего языкастого питомца.              — Как это работает? Нужно как-то зайти в этот шар? — уточнила Сакура со всей серьёзностью. Она старалась отмахнуться от самого мрачного варианта, который Кабуто ей в красках расписал.              — Ну блин, ну ты чего? — Кабуто посмотрел на Сакуру, будто у неё выросла третья нога. — Этот шар просто показывает, а порталы они там у меня, — он махнул рукой в сторону тёмного каменного коридора так небрежно, словно показывал кладовку в новом доме. — Короче, если станешь ребёнком, мозги-то у тебя будут эти, хотя не должны промазать… по-быстрому рванёшь сюда и найдёшь меня, а там решим, чё делать. Наверно…              — Но как это будет? Прыгнет тело или…              — Тело. Именно, что тело! Нельзя два тела в одном мире, сдохнут оба очень быстро! Я тебе ведь объяснил про Рэйка но Дзюцу, да? Вот мы две техники и склеим, значит, выход души из тела и скачок во времени через портал, — его взгляд снова остекленел, а плутоватая улыбка превратилась в пугающий оскал.              — Ты не перемудрил? Ты же никогда не делал подобного! Да и не попала она ещё в своё детское тело, зачем нагнетать? — ощетинился волк и в пару прыжков оказался возле Кабуто.              — А чё делать? Я гений или что? Раз я не делал так, значит, и никто не делал! Это вызов… Все вы ещё узнаете, какой я… не ровня вы мне… Хотя кто мешает просто устроить всё, как и сейчас, просто возле другого портала… — Кабуто в сотый раз рыгнул и осел на земляной пол в позу лотоса. — Кажись, я всё…              — Погодите! Вы обещали помочь! — потребовала Сакура и потрясла начинающего дремать Кабуто за плечо. — Эй! Он что, отключился? — она взглянула на белого волка полными паники глазами, ведь уже была готова броситься в омут с головой, а теперь её будто тормознули прямо в прыжке ударом под дых.              — Не пугайтесь, милая девушка. Он врать не станет. Просто мысли путаются иногда, вот и наговорил разного. Нельзя ему пить… Главное он вам сказал — скоро вы вернётесь, в нужное время, а остальное просто его догадки и страхи. Не был бы уверен в успехе, ни за что бы не согласился. Он если уцепился за что-то, пока загадку не разгадает, не уймётся, — голос волка стал таким шёлковым, что Сакура против воли поверила — всё и правда очень просто, и успех неизбежен.              Тревога попасть в неправильное время угасала, и ей начало казаться, что пьяный Кабуто лишь выплеснул на неё свои потаённые мысли, а не говорил всерьёз. Что ж, довольно знакомо. Если бы Сакура хоть раз вывалила на кого-то всё, что у неё в голове, её бы точно сочли ненормальной. Пожалуй, она так и не делала никогда, выпуская истинные чувства наружу через Внутреннюю Сакуру, отставляя их при этом запертыми внутри черепной коробки. Хотя вот с Итачи она умудрялась говорить чересчур откровенно…              И вот теперь, оставшись с единственным сомнительным вариантом на руках, фактически припёртая к стенке, Сакура поняла, что размышлять и сомневаться нет сил. Она спалила все мосты, атаковав Менму. Решение действовать стремительно было принято уже тогда. Её близкие и друзья втянуты в ужасную войну. И либо она вернётся и поможет им, либо «промажет со временем», как опасался Кабуто, либо погибнет.              Вполне привычный ход для шиноби — жертвовать собой ради цели. К подобным вещам их готовят с детства. С любой миссии можно не вернуться, задача ниндзя — выполнить её, а уж сохранение своей жизни хоть и важно, но не обязательно. А сколько из них и погибло и не достигло цели, Сакура и вспоминать не хотела. Каким бы отчаянным ни казался такой шаг, но другого она придумать не могла.              Сакура вопросительно уставилась на шуршащего ушами волка и улыбнулась, едва заметно и впервые за этот вечер. Лохматый облизнул пасть и нарочито нежно взял предплечье хозяина между зубов. Затем громко выдохнул через нос, прикрыл глаза и сжал челюсти, довольно резко, но совсем не сильно, тем самым разбудив Кабуто.              Тот взвился с места, недовольно потирая руку и вытирая звериные слюни о штаны, и вроде бы с него даже слетела половина опьянения!              — Совсем стыд потерял, — проворчал Кабуто, вставая на ноги и грубо растирая сонное лицо ладонями. Он шлёпнул Сакуру по спине так неожиданно, что у неё клацнули зубы. — Готовься, чё встала, надо затолкать тебя обратно! — Кабуто снова ехидно хохотнул и быстрым шагом двинулся к полкам, а вернулся, удерживая подбородком кучку свитков на согнутых руках.