31. Тень победы

      Солнце робко высовывало золотые лучи из-за гор, словно стеснялось напомнить, что любая тьма рано или поздно рассеивается. Сакуре пришлось прищуриться, когда яркий свет разрезал бледно-серое пространство. Приятное тепло ласкало её лицо, а едва заметный ветерок играючи трепал спутанные волосы.       Хагоромо вновь витиевато растолковывал парням очередную вековую мудрость. Наруто увлечённо кивал, а Саске лишь внимательно слушал. Всё казалось таким правильным, что даже прощание Наруто с Минато выглядело не трагичным, а лишь с оттенком лёгкой грусти. Хоть Сакуре и было жаль товарища, она понимала — он счастлив, что смог сразиться с отцом плечом к плечу в, вероятно, самой главной битве в своей жизни.       Распустив воскрешённых Каге, Мудрец лишь по-стариковски прокряхтел что-то напутственное и растворился в предрассветной дымке. Наруто и Саске сложили нужную печать, и в один миг белёсые коконы начали отваливаться с огромных уродливых ветвей Божественного древа, освобождая всех от своих пут.              Сакура не могла сдержать улыбку. Она бегала от одного кокона к другому, помогая срывать эти мерзкие ленты и выискивая знакомые лица. Как же хотелось сейчас увидеть старых друзей и обнять их. Ино, Цунаде-сама, Шизуне — Сакура лихорадочно высматривала их в толпе кашляющих и разминающих мышцы шиноби. И когда, наконец, заметила вдалеке знакомые белокурые волосы, собранные в высокий хвост, помчалась к лучшей подруге что есть сил.              — Наруто!              Голос Саске прогремел так отчётливо, что Сакуре пришлось замереть на месте. Она метнула взгляд в ту сторону, где должны были стоять её мальчишки, и ахнула от удивления. Наруто лежал возле присевшего на корточки Саске, который грубо хлопал того по щекам и тряс за плечи.              — Что случилось? — обеспокоенно выкрикнула она на бегу, расталкивая обнимающихся шиноби.              — Не знаю, — спешно бросил Саске, — он стоял и просто упал. Перед этим смотрел на свою правую руку, — Саске озадаченно взглянул на свою левую ладонь, и Сакура обратила внимание, что серое изображение полумесяца пропало с его кожи.              Она схватила Наруто за руку, проверяя пульс, и мимоходом взглянула на его ладонь — то же самое. Они развеяли Вечное Цукуёми, запечатали Кагую, и сила Мудреца Шести Путей испарилась, как он и предупреждал. Но что в таком случае с Наруто? Неужели чудовищные нагрузки последних дней настолько вымотали его, и он банально переутомился? Сакура отлично видела, что его состояние совсем не такое, каким было в момент их встречи. Наруто дышит, его сердце бьётся, просто сознания нет…              Она направила лечебную чакру в его грудь, чтобы убедиться в своих выводах. И снова ничего не обнаружила.              — Что? — нервно выпалил Саске.              — Не понимаю. Все показатели в норме. Он здоров, просто обессилел, — Сакура прикусила губу и нахмурилась. Возможно, стоит попытаться послать стимулирующий импульс чакры? И тогда Наруто очнётся и бодро прохрипит, что с ним всё в порядке?       

— — - — -

             Сакура медленно опустилась на стул, и противный скрип металлических ножек резанул по ушам. Она ласково взяла Наруто за прохладную ладонь и мягко сжала. Не хотелось верить в происходящее. Всего несколько дней назад он фонтанировал энергией, носился по полю боя как заведённый и подбадривал остальных, а теперь лежит, облепленный датчиками, приходя в сознание лишь на пару часов в сутки.              — О, Сакура-чан, как чё? — Наруто приоткрыл один глаз и попытался улыбнуться, но вышло вяло и безрадостно.              — Привет. Как ты? — тихо поздоровалась Сакура, машинально поправляя и без того идеально лежащую подушку.              — Хреново, Сакура-чан, — без тени сомнений выдохнул он. — Я пока спал, Курама объяснил мне всё, — Наруто закашлялся и приложил ладонь ко лбу.              Растрёпанный внешний вид, потускневшие глаза, обычно радующие всех своей искрящейся синевой, и непривычное для Наруто признание своей слабости выбивали из головы все мысли. Лучшие медики Конохи обследовали его вдоль и поперёк, выясняя причину такого состояния и прикидывая варианты лечения. Обширные изменения в мозге, вызванные длительной гипоксией — сухие строчки диагноза словно гвоздями были прибиты в памяти Сакуры.              — Короче, что-то там с головой случилось, пока я в отключке был, тебайо, — устало признался Наруто.              — А Кьюби почему не лечит тебя? Уже столько дней прошло, — пробормотала Сакура, еле сдерживая злость от раздирающей сердце несправедливости. Не хотелось расстраивать Наруто ещё больше — ему и так тяжело, даже без её мрачных выводов о его здоровье.              Все были уверены, что чакра Девятихвостого снова залатает все раны Наруто, как обычно и бывало, но отчего-то Лис этого не делал. Похоже, что демон либо упорствует по неизвестным причинам, либо просто не способен восстановить повреждённый мозг. И как бы Сакура ни отбрыкивалась от второй мысли, она с каждым днём становилась всё чётче и очевиднее.              — Вот он говорил чё-то, но я не до конца понял. Говорит, пока в мозгах нету воздуха, там отсыхает что-то. А такое он не умеет лечить. «Думаешь, я могу восстановить что угодно? Если тебе оторвёт руку или ногу, я тоже не смогу помочь!» — вот как он психанул, — Наруто всё же выдавил улыбку, от которой Сакуре стало ещё больнее.              — Мы что-нибудь придумаем, — как можно естественнее прошептала она, еле сдерживаясь от слёз, которых уже точно не осталось за эту сумасшедшую неделю.              Неотпускающая тревога за жизнь лучшего друга, переживания за судьбу Саске, которого заключили под стражу сразу по окончании войны, бесконечный круговорот раненых — больница была забита ими… Сакура приползала домой практически на четвереньках, отключаясь от усталости прямо на диване, но и во сне сознание отказывалось расслабляться. Кошмары, в которых постоянно кто-то умирал, а она не успевала помочь, перемешивались с обрывочными сновидениями о деревянном домике, залитой солнцем поляне и стареньком камине, возле которого хотелось свернуться в клубочек и заснуть.              — Мы обязательно придумаем, как помочь тебе, Наруто, — Сакура сморгнула выступившие слезинки и натянула на лицо ободряющую улыбку.              — Ты уж поторопись там, даттебайо, — весело поддразнил её Наруто, ухмыльнувшись. — Пост Хокаге ждёт меня, и я не собираюсь валяться здесь до старости! Да и бабуля хочет отдохнуть! — он деловито задрал нос и в этот момент был похож на того, прежнего Наруто — игривого и наполненного оптимизмом под самую макушку. И Сакура была бы даже рада таким проблескам уверенности, если бы не тот факт, что вчера она уже рассказала Наруто, что Цунаде больше не Хокаге.              Уже не первый звоночек о ментальных проблемах напарника звучал в голове Сакуры. Вчера он удивлялся и был возмущён тем, что Саске отправили в тюрьму, хотя об этом Сакура сообщила почти сразу, как только Наруто пришёл в себя.              Она уже выгребла из библиотеки всю медицинскую литературу по нужной теме, какую смогла отыскать. Всё свободное время, которого практически и не было, она тратила на то, чтобы выяснить нюансы и найти решение. Проблемы с памятью, снижение концентрации внимания, замедленность мышления, нарушение исполнительных функций — это была лишь первая группа очевидных проблем, которым подвергались люди после подобной «временной смерти».              Пока Наруто не разрешалось вставать и уж тем более ходить, других серьёзных осложнений Сакура не замечала. Но она видела, что он с трудом справляется с палочками для еды или не может взять стакан с первого раза — промахивается. Длительная реабилитация без конкретных прогнозов на положительный результат — вот и всё, что ему предрекали.              — Хорошо, Наруто. Отдыхай, спи, набирайся сил, — улыбнулась Сакура и поднялась со стула.              Как бы не хотелось притащить свой потрёпанный диван из кабинета и поселиться прямо в этой же палате, остальным была нужна её помощь. Война здорово проехалась по огромной части шиноби, оставив многим на память тяжёлые увечья, и Сакура не могла их бросить.              — Пусть Саске в следующий раз тоже приходит, — промямлил засыпающий Наруто. — Я бы ему задницу надрал, как в детстве… И Хинату приводи… можно и с Неджи, если одна стесняется…              Сакура лишь шумно вздохнула сквозь зубы, дёрнула подбородком и вышла из палаты.              День снова прошёл как в тумане. Бесконечные перевязки, обходы, операции — уже не такие экстренные, как в первые дни — и постоянное вливание чакры тем, кому точно можно было помочь. Сакура выкладывалась как могла, пока не начинала понимать, что расходует неприкосновенный запас и вредит самой себе. И останавливалась, только когда начинало темнеть в глазах. Таким изнуряющим трудом она поражала две цели сразу — возвращала людям здоровье и не оставляла себе сил думать о том, как же печально всё обернулось.              Ночь опустилась на деревню, сжимая нервы Сакуры в свои тёмные тиски. Пока было светло, пока она была занята и вокруг бегали люди, удавалось освободиться от этого гнетущего чувства безысходности, разъедающего изнутри. Но ночь и тишина беспощадно давили на неё, возвращая к постыдному, но до боли правдивому потоку мыслей.              Да, они выиграли войну, но какой ценой? Погибли десятки тысяч шиноби, дети остались сиротами, города разрушены… И это лишь общие итоги. Личные итоги Сакуры тоже были безрадостными. Погибли близкие ей люди. Наруто, вероятно, упустил свою мечту стать Хокаге, да и его карьера шиноби под вопросом. Саске собираются судить и, возможно, вообще казнят, а она…              О собственной горькой судьбе Сакура не хотела даже думать. И когда размышляла, что идея Мадары подарить всем иллюзорное счастье была не так уж плоха, то чувствовала, что сходит с ума. Как ни старалась Сакура сравнить то, что творилось вокруг, с тем, что всем грозило, никак не получалось воткнуть в эту кучу из личных поражений флаг с надписью «Победа».       

— — - — -

             Сакура подскочила с постели от громкого стука в дверь. Ей удалось поспать лишь пару часов, и она медленно обвела глазами полутёмную комнату, собирая мысли в кучу и напряжённо моргая. Непослушной рукой потянулась к старому будильнику и развернула к себе — полпятого утра. В кои-то веки она спала крепко, безо всяких снов, и вот кто-то додумался нарушить её призрачный покой. Неужели случилось что-то?              Накинув старый халат и поёжившись от утренней прохлады в квартире, она быстрым шагом направилась к входной двери. Недовольство сбросило с Сакуры остатки сна, и она была готова обругать незваного гостя, кем бы он ни был.              — Кто? — рявкнула она, подходя вплотную.              — Открывай давай, Лобастая. У меня срочные новости! — встревоженный голос Ино раздался снаружи, и Сакура рывком открыла дверь.              — Что случилось? Ещё совсем рано, — недовольно проворчала Сакура и впустила подругу внутрь.              — Я не проверяла, мне просто рассказал Сай, он слышал разговоры там, у себя, — сбивчиво затараторила Ино, — Саске-куна выпускают сегодня. Это вообще-то не секрет, иначе Сай бы и не говорил. Просто, я подумала, может, ты хочешь узнать пораньше.              — В смысле, выпускают? — несмотря на то, что тело проснулось, разум до сих пор плавал в обрывках мыслей и напоминал кисель.              Сакура слышала от Какаши, что Саске решено было помиловать за заслуги в окончании войны. Но как она поняла — за это он должен был провести в тюрьме пару лет.              «Неужели что-то случилось и кому-то необходима сила его уникальных глаз?» — полусонное сознание выдало единственный скомканный и бредовый вывод.              — Ну вот так, — Ино упёрла руки в бока и смерила подругу строгим взглядом. — Вроде решили использовать его по полной, чтобы искупил свои поступки, — она сделала в воздухе воздушные кавычки и скривилась. — Харуно, ты давно смотрелась в зеркало? Ты похожа на моль, которую тапком размазали по стене!              Сакура провела рукой по спутанным волосам и мельком взглянула на свои шершавые ладони. Кожа совсем высохла и потрескалась от антисептика, а некогда мягкие волосы превратились в воронье гнездо. Ночью по пути из госпиталя Сакура попала под дождь, а сушиться и причёсываться не было сил. Но она ведь не всегда в таком виде? Просто сегодня так вышло. И вчера, кажется, тоже…              Сакура посмотрела на Ино и поджала губы. Подруга выглядела безупречно, несмотря на ранний час. Идеально уложенные волосы, здоровый румянец, оттеняющий чистую светлую кожу, и главное — лучистые голубые глаза, сияющие радостью и желанием жить.              — Я… я не успеваю ничего. В госпитале много работы. По вечерам читаю медицинские исследования, — сухо отчиталась Сакура.              Мерзкое чувство зависти, на которое Сакура не имела права, кольнуло её как ядовитая игла. Ино с головой погрузилась в свои отношения с Саем, купалась в его неуклюжем внимании и заражала окружающих бесконечным позитивом. Её самые близкие друзья были в порядке, их команда не распалась и даже умудрялась встречаться по выходным для вечерних посиделок в идзакая, куда назойливо пытались затащить и Сакуру тоже. Умом она понимала, что должна радоваться за подругу, ведь ей тоже пришлось нелегко. Её отец пожертвовал собой во время войны, но Ино сумела перебороть своё горе и двигаться дальше. И Сакуре нужно учиться у неё, а не завидовать!              — Сакура, — голос Ино приобрёл нежные оттенки, а в глазах угадывалось сочувствие. — Ты никому не поможешь, если будешь так изматывать себя. Я понимаю, тебе тяжело и больно, но разве ты сможешь найти решение, если загонишь себя до полусмерти?              — Он не заслужил такого, — Сакура вцепилась в подругу, как в спасательный круг, обвивая её талию и прижимаясь грудью. — Его мечта разрушилась из-за какой-то ерунды. Это так тупо и несправедливо, — прошипела Сакура. — Почему никто не смог помочь? Неужели не хватило ума, что нельзя оставлять человека в таком состоянии?              — Сакура, успокойся, — Ино отстранила Сакуру от себя и погладила по плечам. — Не поверю, что ты не сможешь найти выход, ну? Ты же лучший медик в Стране Огня! Да, я уверена, лучший в мире! Где же та Сакура, которая одной левой ломала челюсти врагам, пёрла напролом сквозь любые препятствия и побеждала?              «И правда — где?» Зыбкий ответ сам собой вырисовывался в тумане из спутанных мыслей, пульсируя и приобретая чёткость с каждым ударом сердца. «Она осталась там, в деревянном лесном домике…»              — Пока вариантов нет, ему только хуже. Необратимые повреждения мозга и сопутствующее… — бесцветным голосом ответила Сакура и опустила голову. — Так и что там про Саске-куна? — она попыталась переключиться, дабы не разреветься при упоминании Наруто.              — Как я услышала, — Ино ткнула себя пальцем в грудь, — сегодня утром его и отправляют, через пару часов. Пока все спят, чтобы не поднимать шума, понимаешь… Так что, если хочешь, можем проводить.              — Хорошо, я подумаю. Спасибо тебе. Мне нужно ещё поспать, — Сакура неуклюже покосилась в сторону двери, на что Ино лишь пожала плечами и вышла.              О сне не могло быть и речи. Сакуре только и оставалось, что подойти к окну и наблюдать, как ветер срывает с деревьев последние листья и волочит их по земле, словно мусор.       

— — - — -

      Весна отогрела продрогшую деревню, и мягкий дождь из розовых лепестков наполнял всё вокруг привкусом сказки и тонкой, едва различимой сладостью. Сакура только что закончила совещание по поводу открытия нового крыла в госпитале и направлялась на ежедневный осмотр Наруто.              За прошедшие месяцы она сумела неплохо подлатать собственные трещины и даже умудрялась брать выходные. Хотя и тратила их на решение главной проблемы, которая не отпускала её взбудораженный разум даже по ночам. Сакура вела переписку с лучшими иръёнинами всех стран, обмениваясь опытом и разрабатывая стратегии восстановления здоровья напарника.              — Доброе утро, Наруто, — тепло улыбнулась Сакура, проходя в палату. — Как ты сегодня?              — Доброе, — устало улыбнулся он в ответ. — Спал нормально, даже гулять выходил.              — Ну ты молодец, прямо! — чуть наигранно изумилась Сакура и присела на кровать, отогнув хрустящую от чистоты простынь. — Наруто, я получила письмо сегодня…              — Сакура-чан, — Наруто мгновенно помрачнел и уставился на неё тяжёлым взглядом. — Скажи мне честно, я чё — дурачок теперь какой-то? Я так и буду забывать всё подряд и спотыкаться на каждой кочке?              — Наруто, послушай, у тебя были серьёзные повреждения. Но мозг очень пластичный орган. Просто нужно постоянно его тренировать, и тогда функции вернутся в норму.              — Чего-то медленно как-то они возвращаются, даттебайо, — насупился Наруто, сложив руки на груди. В его взгляде и голосе не было ни капли привычной лёгкости, лишь горькая обида. — Вечно мой организм выкидывает какую-то хрень! Вчера вот захотелось плакать, будто я младенец. А позавчера потерялся в коридоре! Ну чё за дела такие? Никаких таблеток что ли не придумали? — отчаянно выпалил он.              — Я же объясняю, Наруто, нужно потерпеть и потрудиться, — чуть строже повторила Сакура.              — Сколько? До старости? Я Хокаге стану на сколько? На пару лет? Сакура-чан, мы ведь друзья. Скажи честно — я вообще смогу быть хотя бы шиноби? — серьёзно спросил он.              — Я… я уже ответила. Но если честно, я не знаю, Наруто, — прошептала она, чуть не плача. — Сегодня я получила письмо от иръёнинов Облака, и они описали мне одну технику, которая может помочь.              — Опять техника какая-то, — пробурчал Наруто и отвернулся. — Сколько уже их перепробовали, а толку нет. Они ей вылечили хоть кого-нибудь?              — Прости, я делаю, что могу…              — Да ты тоже прости, Сакура-чан, — вздохнул он. — Просто достало сидеть тут в четырёх стенах! Я устаю как собака от любой прогулки, даже самой короткой. А вчера я попробовал свою фирменную технику выполнить и отрубился! Да со мной с детства такой хрени не было! — Наруто сверкнул глазами и сжал челюсти.              — Вот ты уже переволновался, — Сакура вновь заговорила заботливо и погладила напарника по дрожащей ладони. — А это вредно и лечение провести не выйдет. Ты должен быть расслаблен, помнишь?              — Помню. Это я пока ещё помню, — язвительно хохотнул Наруто. — Сакура-чан, я ведь реально устал, — простонал он и улёгся на кровать, натянув простынь до подбородка. — Я посплю, а ты вечером приходи лечить меня.              — Хорошо, отдыхай, — Сакура поднялась и вышла из палаты, взглянув через плечо на человека, который всегда поддерживал её. А теперь она видела, как из него по капле улетучивается надежда, а на её место приходит лишь гнев.              Болезнь ли виновата в том, что Наруто стал капризным и вспыльчивым? Сакура читала о подобном эффекте от его недуга. Либо он и вправду смертельно устал от собственного бессилия и сдался? Ответов не было, но Сакура настроилась бросить все силы на его исцеление, пока есть хоть призрачный шанс на успех.              Вечером Сакура стояла на энгаве поместья Нара и ждала, когда Шикамару откроет. Пару месяцев назад она приходила, чтобы вылечить перелом ноги у его матери. И каким-то образом этим двоим удалось уговорить Сакуру остаться на вечерний чай. Тихие разговоры оказались настолько непохожими на её вечера с литрами кофе и горой медицинской литературы, что здорово прочистили мысли и отвлекли от проблем. А после размеренных бесед с самым гениальным человеком Конохи Сакура чувствовала себя резко поумневшей. С тех пор они с Шикамару завели небольшую дружескую традицию — вечером пятницы она приходила учиться играть в сёги и просто поболтать.              — Ну и вот, если воздействовать на определённые зоны короткими импульсами чакры, можно заставить нейроны выстраивать новые связи. Главное — точный контроль, иначе можно спечь ему мозги, — задумчиво пробормотала Сакура и переставила фигуру в центр поля с характерным щелчком.              — И как успехи? — лениво протянул Шикамару, подперев щёку кулаком и нехотя разглядывая простейшую комбинацию Сакуры.              — Пока не особо получается. Работа кропотливая, а клеток миллиарды. Но я стараюсь. К тому же, из Облака мне прислали отчёт — они проводили похожие эксперименты…              — Сакура, — недовольно процедил Шикамару. — Ты правда думаешь, что они тебе помогут?              — Почему бы и нет, нужно испробовать все способы, — сердито фыркнула она и ещё сильнее щёлкнула по доске другой фигуркой.              — Да я не про это. Думаешь, другие деревни заинтересованы, чтобы вылечить чужого джинчуурики? — Шикамару выгнул бровь и расправил плечи.              — Конечно! Мы ведь друзья и союзники! Мы сражались плечом к плечу, и все распри теперь улажены. Мы помогаем им, меняемся опытом… — голос Сакуры становился тише с каждым словом, а на лице Шикамару расцветала снисходительная ухмылка. Он сидел с таким видом, будто перед ним маленький ребёнок, пытающийся поучать взрослого, как лепить онигири.              Сакура частенько чувствовала себя именно так в присутствии Шикамару, но его жёсткие слова никак не желали укладываться в голове. На что он так прозрачно намекает? Ведь она уверена — после войны деревни заключили крепкие союзы, а все обиды и интриги отброшены навсегда! Неужели люди не могут жить мирно? Неужели соперничество никак не искоренить, даже пролив тонны крови?              — Каге теперь прекрасно относятся друг к другу. Что ты хочешь сказать… — глухо просипела Сакура.              — Да ничего не хочу, просто размышляю. Скажу одно — всё не так спокойно, как кажется. Слухи ходят разные, вот и Рокудайме озадачен. Да и Каге не может навязать свою волю всем подчинённым, — задумчиво проворчал Шикамару. — Хотя забей! Может, это я такой циник, — он переменился в лице и криво улыбнулся. — Твой ход.              Сакура ползала взглядом по деревянной доске и резным фигуркам, но вся придуманная ею стратегия вылетела из головы. Несколько минут назад у неё было несколько вариантов, один казался даже изысканным. Хотя обхитрить Шикамару у неё точно не выйдет, но заслужить от него хотя бы похвалу — для Сакуры это было сродни победе. Она осторожно коснулась фигурки Конь и приложила палец к губам, выбирая, как же сходить. Затем смело подцепила её и переставила на свободную клетку, выше и левее.              — Ну вот, — вздохнул Шикамару. — А ведь интересная идея была, ты всё испортила и проиграешь. Чего испугалась?              — Я в любом случае проиграю. Так какая уже разница? — огрызнулась Сакура, сводя брови вместе. Она прекрасно осознавала причины своей раздражительности, и неудачный выбор хода в сёги был вовсе ни при чём. — Прости, — тихо добавила она, — объяснишь, что не так? Что особенного было в другом ходе?              — Партия пошла бы совсем по-другому, — хмыкнул Шикамару и повёл плечами. Он ухватил Коня с доски и зажал его между своих длинных пальцев, будто рассматривал на свету. — Каждый ход может оказаться решающим, даже если тебе кажется, что он ничего не изменит. И умея прогнозировать дальнейшие события, ты можешь влиять на исход игры и заставить противника ходить так, как нужно тебе.              Шикамару разглядывал деревянный квадратик так заворожённо, что Сакуре пришлось скромно кашлянуть, чтобы вывести своего гениального друга из транса.              — Но это и так всем известно, тут ничего нового. Устал я что-то играть, может по чайку? Советую купить сёги, потренируешься на досуге, а то совсем смешные ходы у тебя. Но голова соображает как надо, — в своей беззаботной манере предложил он, хотя Сакура чётко разглядела в его проницательных глазах тени тревоги.              — Да, давай, — шепнула она, погрузившись в свои мысли и отчаянно борясь с пониманием сказанного.              Мог ли Шикамару ляпнуть что-то, не подумав? Никогда. Умнейший человек из всех, кого она знала. Советник и правая рука Хокаге. Ленивый гений, умеющий из пары фактов выстроить целую теорию и почти не допускающий ошибок. Он не будет бросать слов на ветер. И осознание правдивости этих слов пугало Сакуру до одури.              Слухи о том, что в отношениях деревень не всё гладко, свалились на плечи дополнительным грузом, прижимая к земле ещё сильнее, и Сакуре показалось, что скоро эти обломки и вовсе раздавят её.