Глава 1 - Начни свой путь скорей!

— Да сколько я уже… торчу в этой… грёбанной железяке?! Мальчик огляделся и слегка тряхнул головой, пытаясь поправить волосы. Попытки вырваться были бесполезны – он был намертво прикован к странному креслу. Толстые ремни были туго затянуты на его ногах и теле, железные кандалы и непонятные наручи намертво сковали его движения руками. Единственная часть тела, что могла спокойно двигаться, была его голова. — Грррр… Надо выбираться… - тихо сказал тот. – Не прощу… Никого и никогда… Прикрыв глаза, он попытался на чем-то сосредоточиться. Однако, любые попытки выбраться из плена Бомбарды души были бесполезны. Раз за разом, он продолжал пытаться выбраться из ее невидимых оков, но раз за разом терпел поражение за поражением. Но парень не желал сдаваться. Его попытки прерывались лишь на сон. Это было похоже на какой-то жуткий цикл – каждый раз он просыпался, пытался выбраться, спустя какое-то время уставал и снова погружался в сон. Мальчик не знал, сколько прошло времени с момента его первого пробуждения, однако, спустя множество попыток, он, наконец, вырвался. Оказавшись в небольшой тусклой комнате, он улыбнулся. Обернувшись, он посмотрел на железную коробку, от которой в стены уходило множество толстых проводов и шлангов. Мальчик начал искренне смеяться. Несмотря на то, что в нем теплился страх и ужас из-за необычайно жуткой ауры этого места, он все смеялся и смеялся. Его переполняла радость – чувство, которое уже позабыл за все то время, что пробыл в этом отсеке. Он уже сто раз терял счет времени, то просыпаясь, то опять падая в сладкое забытье. Наконец, когда его кресло поднялось в воздух, он полетел прочь из этой комнаты. Радость от побега все не пропадала, и это его забавляло. Поднявшись на лифте на этаж выше, парень снова осмотрелся. Его левитирующее кресло медленно куда-то плыло по воздуху, своеобразная экскурсия по гигантскому стальному зверю продолжилась. Пролетев мимо столовой и мастерской, мальчик добрался до второго лифта и поднялся еще выше. Когда он вышел из лифта, его внимание привлекла комната впереди по коридору. Без лишних раздумий, он полетел в её сторону. Это оказалась комната управления Таранисом. Без лишних раздумий, мальчик попытался её запустить. Однако, какие бы кнопки ни нажимались, что бы он не делал своим телекинезом – ничего не происходило. Ему удалось активировать лишь пару систем, но не более того. Раздосадованный, тот рашил исследовать то, что ему удалось открыть. Это были непонятные архивы местного ИИ Жанны и… — Это еще что? – задался вопросом ребёнок в кресле, открыв непонятные записи. Там лежали какие-то фотографии, записи камер и всякие отчеты. Больше всего его удивило то, что было на фотографиях – на них были изображены неизвестные существа, по всей видимости, дети. Кто-то из них был примерно одного с ним возраста, кто-то был помладше, были и вовсе совсем маленькие дети. Их вид привел мальчика в отвращение – они были похожи на мутировавших кошек и собак, домашних питомцев, которых он когда-то видел в книжках. И нигде, ни на одной фотографии, ни на одной записи – нигде не было людей. Он застыл в недоумении. Он вскрыл архивы Жанны, пытаясь найти хоть какие-то ответы. Прочтя эти записи, он снова улыбнулся. Сначала мальчик издал легкий смешок, затем – еще один, и еще, и еще… довольно быстро он залился диким гоготом. — Они сдохли! Они сдохли! Они сдохли! – радостно вопил тот , не сводя глаз с заветной записи. Довольный паренек начал шерстить остальные записи в архивах Жанны, однако больше ничего интересного он не нашел. — В любом случае, одной заразой меньше, - он явно не скрывал своего удовольствия. Он решил просмотреть все записи еще раз, надеясь найти нужную ему информацию, однако, там ничего нашлось. — Ничего по Беленусу… - мальчик недовольно фыркнул. – И как мне его найти?! Попытки активировать остальные системы Тараниса ни к чему не привели. Все, что у него осталось в распоряжении, так это старые архивы Жанны и эти отчеты с мутантами. Попытки найти какую-то косвенную информацию тоже ни к чему не привели – он ненадолго опечалился. Но, вспомнив о смерти людей, мальчик снова начал радоваться и злорадствовать. — Как же давно я так не смеялся! Хочу еще… На его лице расплылась полубезумная улыбка. Кресло снова взмыло вверх, и он продолжил исследовать Таранис. Однако, больше ничего интересного он так и не нашел. Вернувшись к пульту управления, он завис в воздухе, обдумывая свои дальнейшие шаги. — Я должен как-то активировать эту… штуку… - сказал тот вполголоса, снова всматриваясь в панель управления Таранисом. Его глаза медленно слипались, за сегодняшний день он сильно устал. Тот решил вздремнуть, понадеявшись, что когда он проснется, решение будет найдено. Устроившись поудобнее в кресле, он быстро уснул. Во сне он оказался в какой-то белой комнате, заставленной непонятными приборами. Перед ним стояла какая-та женщина в шлеме с ушками. Она смотрела на мальчика взволнованным взглядом, её губы все больше и больше дрожали с каждым произнесенным словом. — Джил… не надо, Джил… Прошу тебя… — Мама?! – паренек резко двинулся вперед и почти сразу же проснулся. Тяжело дыша, он огляделся. Белая комната, непонятные приборы с датчиками, женщина – все это мгновенно исчезло. Джил выдохнул - он все еще находился в Таранисе, — Какого черта… тебя мне еще не хватало… чертова женщина… как же я тебя ненавижу… - начал бормотать тот себе под нос. – Как же прекрасно, что ты сдохла, вместе с остальными. Неизвестно, сколько времени еще прошло. Для Джила это была мучительная вечность. Он снова вернулся к тому неприятному циклу: сон, попытка активировать Таранис, провал и снова сон. Но, через какое-то время, в этой жуткой рутине произошло что-то необычное – один раз краем уха он уловил непонятный писк, идущий от панели управления Тараниса. — Это еще что? – спросил мальчишка, прищурившись. – Похоже на… кто-то пытается связаться? Что за бред! Нехотя, он все же ответил на неизвестный звонок. В голове Джила уже созрели некоторые мысли на этот счет, и ему они не нравились. — Эй, кто это?! – сразу же начал говорить тот, едва открыв канал связи. — Здравствуй, Джил, - из динамиков раздался басистый мужской голос. – Вижу, ты уже пришел в себя. — Ты кто такой?! Чего тебе надо?! И… и откуда ты знаешь моё имя?! Ты что, из Крестоносцев?! - Джил незамедлительно начал осыпать мужчину вопросами. Тот лишь раздраженно вздохнул. — Я всего лишь скромный доброжелатель, который хочет тебе помочь, - мягко сказал мужчина. Почти сразу же на одном из экранов монитора Тараниса появилась неизвестная карта со множеством крупных и мелких островов. На одном из них была выделена красная точка с координатами. К ним были приложены непонятные фотографии. Джил сразу же узнал их содержимое. — Это же… — Это координаты Беленуса. У меня также есть информация о местонахождении его четырех генераторов. Это то, что ты ищешь, не так ли? Джил ненадолго притих, словно раздумывая о чем-то. — Тебе это вообще зачем? — Все просто – как и ты, я жажду мести. Наши интересы схожи. Джил усмехнулся. Этот ответ его вполне устраивал. — Как скажешь. Я не в том положении, чтобы отказываться от помощи. Но… каким образом я должен добраться до Беленуса? Этот чертов Таранис не запускается, а выйти отсюда я не могу! — Можешь не волноваться насчет этого. Я все предусмотрел… Скоро ты выберешься из его плена. — И как же? *** — Ты тоже получила письмо? – спросил молодой канину в синем армейском кителе. — Да, - ответила сидевшая рядом с ним девочка фелинеко. Поправив свои персиковые волосы и закрыв книгу, она посмотрела в сторону маленькой девочки, резвящейся в траве на лугу впереди. — Прошел ровно год с окончания войны, - сказал мальчик, оперевшись спиной о ствол дерева. – И нас позвали на торжество… — Знаешь, Молт… я бы хотела забыть, обо всем этом… - сказала девочка, глубоко вздохнув. – О войне, о Таранисе, о берманцах… Я не хочу снова воевать, я просто хочу жить, как раньше… — Я тоже, - кивнул мальчик. – Никто из нас этого не хотел, Ханна. Еще с самого начала. Но тогда у нас просто не было выбора. А сейчас… Сейчас он у нас есть. И я уж лучше выберу пасти му-овец и жить в Пти Моне, чем снова воевать. Молт снова притих. Его взгляд остановился на его младшей сестре, Мэй. Маленькая девчушка все еще резвилась в траве, гоняясь за бабочками. На её голове виднелась старая кепка Молта – мальчик отдал её свой сестре на пятилетие. Девочка была очень рада этому подарку – она носила его, почти что не снимая. А её невинные попытки повторять движения брата с поправлением кепки лишь умиляли. Она даже пыталась повторять его решительный взгляд, что еще больше прибавляло милоты к её невинной натуры. — О? – Мэй неожиданно остановилась. Она снова исчезала в траве, и вскоре появилась вновь. Девочка побежала обратно к дереву, под тенью которого сидели Молт и Ханна. — Ханна! Ханна! Смотри, что я нашла! – радостно кричала Мэй, несясь вприпрыжку через луг. В ее маленьких ручонках виднелись несколько белых цветов. — Цветочки! Цветочки! – искренне радовалась девочка. Добежав, она протянула их Ханне. — Я их тебе нарвала! Смотри, какие они такие красивые! — Очень красивые, золотце, - на лице Ханны расплылась добрая улыбка. – Спасибо, Мэй. Они мне нравятся. Маленькая девочка широко улыбнулась и начала хихикать. Сидевший рядом Молт тоже улыбнулся. — Ты уже теперь совсем большая, да, Мэй? – Молт похлопал сестру по голове. — Ага! Я хочу стать такой же большой, как ты! – почти сразу же ответила девчушка. – И… И хочу помогать всем, как Ханна! — Обязательно, - ответила Ханна. Улыбка все никак не сползала с её лица – настолько милой была эта малышка. — И я хочу, чтобы вы оба были со мной! – Мей села между Молтом и Ханной и посмотрела на них своими большими глазами. – Мы же всегда будем вместе, правда? — Обязательно, - сказала Ханна. — Всегда-всегда? Прямо как бабуля с дедулей? Молт и Ханна быстро переглянулись и тут же рассмеялись. — Конечно. Все же возможно, не так ли? – быстро встав на ноги, Молт подхватил Мэй и усадил её к себе на плечи. Та почти сразу же захихикала. — Я лечу! Лечу! — Ух, а ты уже стала тяжелее! Ну-ка, держись крепче! – крикнул Молт, крепко схватив Мей за ноги, чтобы та не упала. Мальчик побежал в сторону проселочной дороги, пока маленькая девочка на его плечах визжала от радости. Ханна тоже легонько рассмеялась, наблюдая за братом и сестрой. — Какие же они все-таки милые, - прошептала Ханна. Накинув на бирюзовое платье свою коричневую куртку она пошла следом, ни на секунду не сводя с них глаз. В руках она держала толстую книгу и несколько белых цветков. Добежав до дороги, запыхавшийся Молт почти сразу же спустил Мэй обратно на землю. — Нет, все-таки мои плечи тебя не выдержат, - сказал тот, оперевшись на деревянный забор, чтобы перевести дух. Мэй же ничуть не расстроилась. Наоборот, она даже оказалась очень рада, что она снова на ногах. Подошедшей Ханне ничего не оставалась, кроме как умиляться еще больше. Втроем, они пошли в сторону Пти Моны, а конкретнее – к дому Ханны. Её мама, Йона Фондан, или же просто тётя Йона, уже почти закончила приготовление стола к обеду. Ей оставалось лишь дождаться ребят и уже наконец-то разложить им по тарелкам её главное блюдо – вкуснейшее овощное рагу. В качестве десерта к чаю она испекла мягкие булочки в виде лапы с джемом внутри. — Тётя Йона, мы пришли! – крикнул Молт, войдя в дом. Каждый раз, заходя в гости к Ханне, он всегда чувствовал себя как дома. И он даже никогда об этом не задумывался, словно так оно и должно было быть. — Привет, Молт, - женщина фелинеко добродушно улыбнулась. – Я вас как раз жду. Обед готов. Раздевайтесь, мойте руки и за стол. — Тётя Йона! Тётя Йона! – Мэй стремглав промчалась мимо Молта и Ханны и протянула несколько белых цветков Йоне. – Это тебе! — Ах, какие красивые, - женщина присела на колено перед Мэй и взяла в руки цветы – Спасибо. Мэй. Давай их в вазочку поставим? У меня как раз есть одна свободная, как раз подойдет под твои цветочки. — Давай! – Мэй радостно закивала головой. — Ну, только руки помой, хорошо? Мэй почти что вприпрыжку ринулась в ванную комнату. Ханна и Молт снова переглянулись и хихикнули. Сдерживаться было почти что невозможно - маленькая девочка была ну слишком милой и такой невинной. — Ты тоже получил письмо из Фараона? – спросила Молта обеспокоенная Йона, когда все сели за стол и принялись обедать. Молт с набитым ртом не стал отвечал вслух, а потому просто кивнул. — Ох, не нравится мне это, - Йона охнула и покачала головой. – Зачем им выдергивать детишек из деревни? Что же творится то… — Мама, все будет хорошо, - Ханна попыталась успокоить взволнованную женщину. – Это просто приглашение. — Я очень сильно надеюсь на это, Ханна, - вздохнула женщина. Когда Ханна ненадолго вышла из-за стола, чтобы поправить свое бирюзовое платье, Йона снова обратилась к Молту. Беспокойство никак не могло уйти с её лица. — Молт, я могу тебя попросить кое-что для меня сделать? — Да, тётя Йона? — Пожалуйста, - женщина схватила его ладонь и крепко сжала. – Позаботься о Ханне. Что бы ни случилось, защити её. Она… она все, что у меня есть. Молт немного вздрогнул, почувствовав на себе необычайно крепкую хватку Йоны. Её просьба могла показаться немного странной, однако, раз его слова могли успокоить бедную женщину, он без колебаний решительно кивнул. — Хорошо, обещаю. Йона с облегчением выдохнула. Отпустив его руку, она снова улыбнулась и с теплотой посмотрела на Молта. — Спасибо тебе. — Не волнуйтесь, тётя Йона, - воодушевлено добавила Мэй. – Братик всех нас защитит. И я тоже! — Какая ты смелая, - женщина легонько рассмеялась, снова нежно погладив маленькую девочку по голове. – Ты так похожа на Молта, когда он был маленьким. Ах, помню, как… Йона быстро ушла глубоко в свои воспоминания. Она принялась рассказывать маленькой девочке, каким был Молт в её возрасте. Стоявшая за стенкой в коридоре Ханна прекрасно слышала этот разговор. Прильнув к стенке, она тяжело вздохнула. — Не мне нужна защита… а ему, - прошептала девочка, поправляя свои волосы. Бросив грустный взгляд на зеркало, она снова вздохнула. Закончив, она вернулась на кухню и села обратно за стол. Доев свою порцию рагу и выпив чай, она поблагодарила маму за обед и принялась за мытье посуды. — Ханна! Ханна! – Мэй подбежала к Ханне со своей грязной миской и чашкой. – Давай помогу! — Конечно, - Ханна улыбнулась. Еще на Таранисе Мэй всегда помогала Ханне во всем, будь то в готовке, уборке или мытье. Иногда возникало ощущение, что эта маленькая девочка никогда не унывала, несмотря на то, через что им всем пришлось пройти. К сожалению, это не касалось брата Мэй. В какой-то момент Ханна начала замечать, как Молт становится мрачнее и мрачнее, все больше погружаюсь в уныние и апатию. Это было связано с тем, через что всем ребятам пришлось пройти год назад – они побывали на самой настоящей войне. Ужасы, которые творили берманцы на территории Гаско, отчетливо отпечатались в их неокрепших умах. И, как оказалось, сильнее всего это сказалось на Молте, из-за чего беспокойство Ханны за его здоровье росло все больше и больше. «Я должна с ним поговорить об этом» - решила для себя Ханна, убирая посуду в шкафчик. - «Я не хочу… Чтобы у него вскрылись старые раны» На короткий миг Ханна перевала взгляд на Молта. Тот все еще о чем-то болтал с её мамой с улыбкой на лице. Это немного успокоило девочку, и она вернулась к мытью посуды. Стоявшая рядом Мэй усердно ей в этом помогала – она уже помыла свою миску и теперь принялась за чашку, радостно хихикая. — Я всё, мам, - сказала Ханна, закончив мыть посуду. – Я видела, что у тебя белье не развешено. Я пойду им займусь. — Хорошо, - кивнула женщина. – Спасибо, доча. — Погоди, Ханна, - вмешался Молт, откусывая еще кусочек булочки. – Не начинай без меня. Я сейчас доем и помогу тебе. — И я хочу! И я! – радостно запрыгала Мэй. — Ты уже сегодня мне много помогала, золотце, - сказала Ханна, нагнувшись и взяв маленькую девочку на руки. – Тебе стоит отдохнуть. — Ну сестричка! – Мэй слегка насупилась. Ханна в ответ легонько рассмеялась. Иногда она ловила себя на мысли, что еще не привыкла к тому, что Мэй считает её своей старшей сестрой. — Мэй, а давай ты мне поможешь? – Йона встала из-за стола и, взяв Мэй с рук Ханны, игриво тыкнула ей в носик. Женщина быстро поняла, чего хотела её дочь и решила ей в этом немного помочь. — Я сейчас хочу сходить к твоему дедушке и взять у него немного молока. Лишняя пара таких милых лап в помощь мне бы не помешала! Мэй хихикнула и согласилась с предложением тёти Йоны. Женщина повернулась к дочери и подмигнула ей. — Не разнесите мне тут все, - сказала она, слегка поддразнивая Ханну. – А то знаю я вас. — Мама… - та ненадолго отвернулась и тихо хихикнула. Молт лишь слегка улыбнулся. Когда Йона и Мэй ушли за молоком, Ханна и Молт принялись за развешивание белья. На Таранисе стирка в целом была одним из самых странных занятий. Пусть оно было по большей части муторным, но во время него дети больше разговаривали, чтобы хоть как-то скоротать время. Это была идеальная возможность, чтобы поговорить по душам. И Ханна собиралась повторить этот трюк. Вскоре, Молт и Ханна вышли на небольшой задний двор дома и направились к сушилке. Вдвоем они несли корзину, полную мокрого белья. Сушилка состояла из нескольких длинных веревок, подвешенными между домом и забором. Поставив корзину на землю, Ханна прислонилась к забору и перевела дух. Молт же почти сразу же принялся развешивать белье. Затем, за работу принялась и Ханна. — Молт… нам надо серьезно поговорить… - наконец, собравшись с духом, произнесла девочка, повесив на веревку мокрое одеяло. — А? – Молт ненадолго впал в замешательство - О чём? Ханна некоторое время молчала, будто бы снова собираясь с мыслями. Как оказалось, сложнее не столько начать разговор на чувствительную тему, сколько найти в себе смелости его продолжить. — Молт… в последнее время, ты какой-то… не такой. — Не такой? – Молт поднял бровь. — С тобой… все хорошо? Ты же знаешь, я могу помочь, – девочка повернулась к другу детства и посмотрела ему в глаза. — Помощь?… - растерянный Молт посмотрел куда-то в сторону и почесал затылок. – Да нет, со мной все хор… — Не ври мне, - Ханна быстро приблизилась к мальчику, не сводя с него своего обеспокоенного взгляда. – Я слишком хорошо тебя знаю, Молт. Слишком… Молт промолчал. Повернув голову обратно к Ханне, он вздохнул. — Ханна… все в порядке, - мальчик продолжал гнуть свою линию. – Я серьёзно. И я же самый… — Хватит, - девочка решительно оборвала его на полуслове. – Я знаю, ты самый старший и ты всех защитишь. Но… Ханна ненадолго замолчала и отвела взгляд от мальчика, снова собирая волю в кулак. — Ты когда-нибудь задумывался, кто защитит… тебя? В воздухе ненадолго повисло молчание. Молт немного нахмурился из-за такого вопроса. Его лицо стало тверже, радостная улыбка исчезала. Ханна же решила продолжить. — Ты много раз говорил, что защитишь нас. Что ты самый старший, и что это твоя обязанность, твоя ответственность. Ты говорил, что будешь меня защищать. И мне, и моей маме. Но... что насчет тебя самого? — Я… Я могу позаботиться о себе сам, - наконец, ответил Молт. – Я смогу… Я же самый… — Нет, это так не работает, - Ханна продолжила настаивать. Она схватила его руки и крепко сжала их. – И ты это прекрасно знаешь. Девочка тяжело вздохнула, переведя дух. — Я попрошу тебя лишь об одном, Молт. Пожалуйста… если мы снова во что-то ввяжемся, если с тобой что-то случится… дай мне защитить тебя. Между ними снова повисла тишина. Подувший ветер на короткое мгновение поднял в воздух развешенное белье. Они ненадолго окутали ребят, словно отделяя их от внешнего мира. Ханна не сводила с Молта глаз, все еще крепко сжимая его руки. Она ждала лишь его ответа. Мальчик ненадолго прикрыл глаза, словно что-то обдумывая. — Хорошо, - наконец, он кивнул. - Если это тебя успокоит, я… Девочка снова не дала ему договорить. Быстрым движением Ханна заключила его в крепкие объятия. Молт охнул от неожиданности. — Просто… помолчи, - сказала девочка вполголоса. В этот раз Молт решил никак не сопротивляться или словесно противостоять. Было очевидно, что это бесполезно – необычная настырность Ханны была несгибаемой. И Молт уж точно никак не мог ей сопротивляться. Всё, что ему оставалось, так тоже обнять её и побыть в тишине, обдумывая её слова. Спустя некоторое время, нехотя, Ханна всё-таки отпустила Молта. Её искренняя обеспокоенность ушла на второй план, уступив место её обыкновенно заботливой и нежной натуре. Вернувшись к развешиванию белья, они начали обсуждать какие-то отстраненные темы или же придаваться воспоминаниям о их приключениях на Таранисе и о других детях, стараясь не вспоминать о самой войне. Закончив развешивать белье, они вернулись обратно в дом. Ханна ненадолго ушла в свою комнату, Молт решил подождать её на улице. Выйдя на крыльцо, мальчик прислонился к стене дома, облокотившись о нее спиной. Прикрыв глаза, он ненадолго углубился в свои мысли. В его голове всё ещё эхом звучали слова Ханны - «Дай мне защитить тебя». По непонятной причине, эти слова наполнили его необычной теплотой. Что-то подобное он испытывал лишь однажды, когда… Молт быстро тряхнул головой. Невидимая рука его разума попыталась что-то вскрыть за задворками его памяти, но Молт быстро остановил этот поток мыслей. Нет, лучше не вспоминать. Всё хорошо, Молт. Всё хорошо… — Молт! – до его слуха донесся чей-то радостный голос. Приоткрыв глаза, мальчик поднял голову и улыбнулся. Это была Мэй – маленькая девчушка неслась вприпрыжку к старшему брату, неся с собой в руках две стеклянные бутылки, в которых плескалось свежее молоко. За ней шла Йона. Мама Ханны несла с собой в двух небольших корзинах еще несколько бутылок. Молт мигом отпрянул от стены и пошел им навстречу. — Тётя Йона, я возьму! – женщина даже не успела моргнуть, прежде чем мальчик ловким движением рук выхватил корзины с бутылками из её рук и понес их в дом. — Спасибо, Молт, - зайдя в дом, Йона в очередной раз поблагодарила мальчика за помощь. – Вы с Ханной уже разобрали белье? — Ага, - ответил Молт, вместе с Мэй убирая бутылки в холодильник. – Она сейчас в своей комнате, я просто её жду. Мы потом снова пойдем на улицу. — Ну, хорошо, - женщина улыбнулась. – Идите гулять. — Мам? – из-за угла коридора показалась голова Ханны. – Ты уже пришла? Можешь мне помочь с платьем? — Такая большая, а никак не справишься с этим платьем… - Йона снова начала подкалывать и дразнить свою дочь. — Мам! – Ханна немного насупилась, но все равно рассмеялась. Она не могла на кого-то злиться, уж тем более – обижаться на подкол от матери. - Я просто еще к нему не привыкла. — Хорошо, сейчас, - выйдя из кухни, женщина пошла по коридору вперед и вошла в комнату Ханны. Она была обставлена довольно просто – обычный деревянный стол, стул, кровать, шкаф с одеждой и книжный стеллаж, в котором лежало множество книг. Некоторые из них были посвящены медицине и биологии – раз уж Ханна вознамерилась когда-нибудь стать доктором, то ей придется не только усердно учиться, но и изучать все то, что как-то с этим связано. Но, был у Ханны и еще один вид книг, который ей нравился – романы. Для девочки в её возрасте это было неудивительно. — Вот бы влюбиться, как в романе… - иногда проскальзывала мысль в голове Ханны, во время коротких минут спокойствия и отдыха. Но тогда, на Таранисе, ей уж точно было не до этого. Все же, когда ты ходишь по грани и находишься между жизнью и смертью, особо в голову не приходит мечтать о какой-то там любви. Сейчас же ее голова была занята совершенно другими вещами, а именно – её бирюзовым платьем. Она слишком туго затянула рукава на кистях, и теперь не могла их развязать. — Дай-ка мне, - сказала Йона, подойдя к Ханне и взяв её за руку. – Опять рукава? — Да. Я слишком туго завязала, - вздохнула девочка. – А развязать обратно не могу. Взяв руку дочери, Йона принялась возиться с рукавом её платья. Не без должного труда и усилий, но ей все же удалось развязать узел сначала на одном рукаве, а затем и на другом. Затем, женщина принялась обратно привязывать рукава платья к рукам её дочери. Из раза в раз, у нее получалось все идеально – не слишком туго, чтобы давило на кисть, и в то же время не слишком слабо, чтобы рукав не болтался. — Спасибо, - поблагодарила Ханна свою маму, когда та закончила. Женщина добродушно улыбнулась. — Всегда пожалуйста, - Йона протянула руку к волосам Ханны. - У тебя такие длинные волосы. Не хочешь подстричься? Я же знаю, тебе тяжело их расчесывать. — Нет, - Ханна покачала головой. – Мне так больше нравится. — Ну, хорошо. Мальчишкам нравятся девочки с длинными волосами. — Мам, ну ты опять за свое? — А что? Йона продолжила поддразнивать свою дочь, в ответ та только хихикала. Наконец, разобравшись со своим платьем и слегка поправив волосы, Ханна вместе с мамой вышла из своей комнаты и вернулась на кухню. Молт и Мэй уже закончили раскладывать бутылки с молоком, и сейчас они ждали Ханну, чтобы снова пойти на улицу. — Ещё раз спасибо за обед, - сказал Молт, когда троица вышла из дома Ханны. — Не за что, Молт, - ответила Йона, – Ну, идите гуляйте, не буду вас задерживать. Попрощавшись с мамой Ханны, троица направилась через крохотные улочки Пти Моны за её пределы, где их уже заждались их друзья. Лежа на пледе у проселочной дороги на лугу у Пти Моны, Кайл, молодой фелинеко, задумчиво смотрел на шахматную доску, обдумывая свой следующий ход. Напротив него сидел его соперник – Сокс, канину. Поправив очки и белый халат, мальчик принялся тщательно анализировать свою позицию и просчитывать свои следующий ходы. Рядом с ними сидел Борон. Фелинеко ел вкусную булку в виде лапы и внимательно следил за игрой. Ему явно было интересно, кто же все-таки победит. — Хм… Давай сходим… вот так, - сказал Кайл, передвинув своего ферзя. – Мат тебе, Сокс. — Какой ход! – воскликнул Борон. — Как?! – Сокс встрепенулся и начал пристально разглядывать доску. – Месье Баваруа, Что я упустил?! Где?! — Опять ты со своим месье… - пробурчал Кайл. Несмотря на это, довольный фелинеко усмехнулся и потянулся. Он начал объяснять Соксу некоторые свои ходы и тактики. Тот, в свою очередь, внимательно его слушал и даже стал что-то записывать в своем блокнотике. Однако, в середине своей речи Кайл осекся, услышав знакомые голоса за своей спиной. Обернувшись, тот бросил взгляд на дорогу. — Явились наконец-таки, - сказал паренек, вставая на ноги и потягиваясь. — Привет, Кайл, - сказал Молт, улыбнувшись. – Немного припозднились. — Немного? – Кайл поднял бровь. – Ладно, чёрт с ним. Взгляд мальчика быстро соскользнул с Молта и перешел на Ханну. Выражение его лица никак не изменилось, однако в душе от вида девочки ему стало намного теплее. Обменявшись приветствиями, дети принялись обсуждать последние события, в частности – письма из Фараона. — Они пришли только нам, - сказал Молт, доставая из кармана своей армейской куртки письмо. – Лейтенант Мускат написала, что это связано с подготовкой торжества в Фараоне по случаю годовщины победы над берманцами. — Ощущение, что это даже не приглашение, - Кайл скрестил руки. – Такое чувство, будто бы у нас другого варианта, кроме как поехать, нету. Тем более, зачем армии вообще нам писать? Приглашение мог бы и кто-то другой отправить, а тут – эта лейтенант. — По статистическим расчетам, шанс того, что мы во что-то ввяжемся, низок, - заметил Сокс. — Но он не ноль, - парировал Кайл. Молт хотел что-то сказать, но его перебила Ханна. — Ребята, это просто приглашение, - сказала девочка. – Не думаю, что с нами что-то случится. Мы просто съездим в Фараон и вернемся домой. — Я хочу там погулять! – сказала Мэй. – Кайл, Фараон же тоже большой город, да? Прямо как Паресия? — Как Паресия?… - Кайл ненадолго задумался и грустно вздохнул. – Сомневаюсь. Может, он и большой, но уж точно не как Паресия. — Дирижабль прибудет в Пти Мону через неделю, чтобы забрать нас, - сказал Молт. – У нас достаточно времени, чтобы собраться в дорогу. Хотя… я вообще сомневаюсь, что нам что-то может там понадобиться. — Как думаете, мы увидим там остальных ребят? – спросил Борон. — Я хочу встретиться с Чикой и Геком, – сказала Мэй. – Я по ним соскучилась. — Будет замечательно, если мы их встретим, - сказал Молт. Мальчик повернул голову и посмотрел в сторону деревни. «Однако… почему у меня такое чувство, что мы опять во что-то ввяжемся?»