Глава 1. Моя работа не каторга

Чисто тест-глава, если вам понравится, то продолжу) Пальцы летают над клавиатурой, чуть изменяя настройки для наблюдения. Так, тут надо чуть увеличить контраст, чтобы заметить малейший сбой в системе костюма. На экране отображаются силуэты участников боя. Все в относительно стабильном состоянии, да и кайдзю сегодня несильный — фортитуда 3.3. Наверняка все вернутся без особых травм, замечательно. Да, я работаю лаборантом и оператором на полставки. Ставят меня только на незначительные угрозы, как сейчас, да и образцы тканей выше фортитуды 5 я в жизни не держала! С другого конца зала раздается голос Кономи Оконоги: — Не волнуйтесь — просто синяк. — должно быть, успокаивает кого-то из молодых бойцов, не насмехается, просто констатирует факт, вот бы все такими были… Она движется намного увереннее и быстрее меня, хотелось бы мне быть похожей… Но да ладно — мое место тоже вполне устраивает. На изображении костюма одного из бойцов появляется красный очаг. Травмирован, а если точнее — сломана плечевая кость. — Тринадцатый, отступите, я доложу поддержке. — говорю в динамик, затем переключаю линию и докладываю о местонахождении пострадавшего. Это не самая опасная зона, да и сателлиты почти все убиты, так что нет необходимости выжимать оперативников до предела. В экране что-то меняется. Сторонний наблюдатель бы и не заметил, но я чувствую неладное. Как смутное беспокойство, когда кто-то зашел в твою комнату без твоего ведома и слегка задел несколько вещей… Напряженно всматриваюсь в экран. Радар изменил оттенок. Это не четкая точка, а просто будто… облако что-ли… — Что-то не так: радар сбоит. — произношу скорее для себя, но Кономи не оставляет это без внимания. — Первый, будте осторожны. — Оденьте маски. — тут же подключается еще один оператор и приказывает уже всей группе.

***

Ничего страшного бойцы не обнаружили. Странно, обычно техника не врет, особенно на слабых кайдзю. В любом случае моя работа еще не окончена и надо собрать образцы. Работа не самая приятная, но мне нравится. Надеваю защитные костюмы вместе с еще парочкой ученых и запоздавших чистильщиков. До начала уборки Кономи чуть ли не загнала насмерть нескольких оперативников, для того чтобы прошерстить всю зону и это все из-за странного сигнала на радарах. Видимо, ее мучает плохое предчувствие. Винить ее никак не получается — подобное поведение не раз спасало обычных работяг и лаборантов. Прямо-таки чутье. Надо быть поосторожней сегодня. Никто не разговаривает — летняя жара делает свое дело, даже шевелить языком лень. Пока обхожу разрушенные территории, здороваюсь с парочкой старых знакомых, улыбаюсь и машу Кафке, рядом с ним, кажется, кто-то новенький. Машу и ему тоже, но он лишь заносчиво отворачивается, Кафка извиняющеюся пожимает плечами. Ну и ладно. Поднимаюсь по этажам бизнес-комплекса, осматривая ряды мини-кабинок для клерков. Ничего необычного, разве что множество ошметков туш кайдзю, но и это уже давно вписывается в «обычное». Надо собрать несколько емкостей. С основным телом работают сотрудники повыше рангом, меня пока не допускают, но когда-нибудь я и до них доберусь. Поднимаюсь на следующий этаж. Тут разрушений значительно больше: почти ни одной целой перегородки. Надо быть осторожной. Двигаюсь вдоль стены, стараясь не шуметь и внимательно оглядываюсь. Вроде все тихо, смущает разве что гора обломков в углу. Будто их кто-то специально сгреб. Еще несколько минут осматриваю обломки и следы. Ничего. Я все еще жива, так что скорее всего опасности нет… Приближаюсь к груде гипсокартона, перешагивая через осколки, и начинаю аккуратно разрывать, вдруг найду мертвого сателлита, все же даже для личного исследования очень хочется их раздобыть… Отгребаю очередную кучку мелких обломков и рука проваливается вглубь, нащупывая что-то мягкое и… теплое. Господи… Я уже хочу рвануть назад, но мое запястье зажали челюсти. Больно. Я визжу, как маленькая девочка. Именно поэтому я отказалась от идеи карьеры в СО: ненавижу боль. Рация трещит и из нее доносится обеспокоенный голос: — Итачи! Что случилось? — я не отвечаю, лишь продолжаю трепыхаться, пытаясь разжать челюсти. Через несколько секунд мышцы создания разжимаются и я вырываю руку. Острые зубы умудрились порвать особо прочный костюм. Стараюсь не смотреть на разорванные мышцы, а неповрежденной рукой зажимаю рацию для ответа. — М-м-меня укусили… я сейчас… — колени подгибаются и я падаю на пол. Еще несколько осколков гипсокартона осыпаются с кучи и я вижу глаз. Ярко-голубой, с вертикальным черной щелью. Он чуть прищуривается, будто в улыбке, а через мгновение расслабляется и зрачок становится идеально круглым.