Суд над Парой (глава 5)

Когда Глава (Ояката-сама) начал говорить, Столпы замерли в почтении. Но Санеми Шинадзугава, чей гнев на демонов был сравним только с его шрамами, не собирался слушать оправдания. — Хватит этой чуши! — Санеми резко выхватил корзину у Неро (тот намеренно позволил это, чтобы посмотреть, что будет). — Демон остается демоном. Сейчас я покажу вам её истинную рожу! Санеми обнажил свой клинок и с жестокой ухмылкой трижды проткнул корзину насквозь. Изнутри раздался тихий, болезненный стон Кириэ: «М-м-м...!» Воздух в саду мгновенно похолодел. Улыбка Гриффона исчезла, он только каркнул: «О-о-о, ты зря это сделал, шрамированный... КАР-Р-Р!» Неро не стал пафосно вставать в стойку. Он просто сделал шаг вперед. Его лицо было абсолютно спокойным, но глаза горели тем самым желтым светом, который означал только одно: Берегись. — Слышь, ты, любитель резать мебель... — голос Неро прозвучал как хруст костей. — Я ведь предупреждал. Санеми только успел обернуться: — Че ты там вякнул, щено... Он не успел договорить. Неро вложил в удар не технику истребителей, а всю свою «колхозную» мощь и ярость за Кириэ. Это был чудовищный правый хук, усиленный демонической массой Buster arm, которая на долю секунды проявилась под рукавом. БА-БААААМ! Звук удара был такой силы, будто столкнулись два поезда. Кулак Неро впечатался точно в челюсть Санеми. Столп Ветра, который до этого считался воплощением скорости и агрессии, просто... исчез. Санеми пролетел через весь тренировочный двор, снося на своем пути декоративные фонари. Его тело, как тряпичная кукла, пробило деревянный забор-стену в дальнем конце поместья и скрылось в облаке щепок и пыли. В саду воцарилась гробовая тишина. Даже Гёмей перестал перебирать четки. — Ой... — Шинобу первой нарушила молчание, прикрыв рот ладонью. — Кажется, Шинадзугава-сан уснул раньше времени. Неро спокойно подошел, забрал корзину из рук застывшего от шока Обаная, и бережно прижал её к себе. — Так, — Неро сплюнул кровь (от напряжения лопнула губа) и обвел взглядом остальных Столпов. — Кто следующий хочет проверить «реакцию демона»? Очередь занимайте, я сегодня в ударе.

Реакция Столпов:

Обанай: Замер на месте, не в силах вымолвить ни слова. Его змея испуганно спряталась в хаори. Тенген: — Это было... НЕВЕРОЯТНО БЛЕСТЯЩЕ! Хотя и совершенно не по правилам! Мицури: (густо покраснела) — Боже, какой он сильный и страшный... и как он защищает свою девушку... Муичиро: (смотрит на облако пыли, где лежит Санеми) — А какая была форма у того забора? Квадратная? Гёмей: (плачет) — Бедное дитя, столько гнева в одной руке... Амида Будда. Глава поместья, Ояката-сама, слегка улыбнулся, хотя его глаза оставались незрячими. — Кажется, Неро-кун только что внес свои правки в наш протокол. Сакондзи был прав — этот юноша не признает иных аргументов, кроме силы. Сделка на условиях Неро — Неро-кун, — мягко произнес Ояката-сама, — твоя сила столь же велика, сколь и твоя преданность. Я не стану просить тебя о подчинении. В этом мире мало тех, кто может ударить Столпа так, чтобы тот забыл свое имя. Неро, поудобнее перехватив корзину с Кириэ, прищурился. — Слышь, дед. Давай без этого пафоса. Мне не нужны ваши медали и поклоны. Мои условия просты: Никто не смеет трогать Кириэ. Если я увижу хоть одну царапину — я разнесу это поместье по щепкам. Ваши врачи ищут способ вернуть ей человеческий вид. Все ресурсы, все знания — я хочу результат. Я буду убивать демонов. Не потому, что я «защитник справедливости», а потому что эти твари испортили мне жизнь. Но я выбираю цели сам. Столпы зашептались. Тенген Узуй даже присвистнул: «Какая блестящая наглость!» — Я принимаю твои условия, — спокойно ответил Кагая. — Ты станешь «Свободным Клинком» Корпуса. Мы обеспечим тебя информацией и поддержкой. Взамен, когда придет время сразиться с Высшими Лунами или самим Музаном... ты будешь на нашей стороне. — По рукам, — буркнул Неро, разворачиваясь. — Гриффон, сваливаем. Здесь слишком много пафоса, у меня уже изжога. Тренировки в Поместье Бабочки Пока Кириэ находилась под присмотром Шинобу (которая быстро поняла, что лучше исследовать кровь Кириэ мирно, чем спорить с её «телохранителем»), Неро устроил в Поместье настоящий хаос. Он наотрез отказался учить формы дыхания. — Зачем мне дышать как вода или огонь, если я могу просто бить сильнее? — заявлял он Аой, когда та пыталась заставить его заниматься растяжкой. Вместо этого он тренировался с Иноске. Это выглядело как стихийное бедствие: Иноске пытался резать Неро своими зазубренными мечами. Неро в ответ использовал Иноске как тренировочный манекен для отработки Snatch (притягивания призрачной рукой). Весь двор был усеян кратерами и обломками тренировочных мечей... Сад поместья Кочо дышал ночной прохладой. Стрекотали цикады, а в небольшом пруду лениво плескались карпы. Неро сидел на деревянном помосте энгава, закинув голову и глядя на огромную серебряную луну. В эпоху Тайсё небо казалось чертовски глубоким — не то что в его родном мире. Рядом послышался тихий шорох. Дверь-сёдзи мягко отъехала в сторону, и из темноты комнаты вышла Кириэ. На ней было простое нежно-розовое кимоно, а в волосах — та самая заколка, которую Неро чудом сохранил во время их перемещения. Она выглядела почти так же, как дома... если не считать бамбуковой палочки, стянутой красным шнуром у неё во рту, и расширенных демонических зрачков, которые теперь светились в темноте мягким розовым светом. — Эй, — негромко позвал Неро, протягивая левую руку. — Опять не спится? Кириэ послушно подошла и опустилась рядом на колени. Она прижалась к его плечу, тихо промычав что-то неразборчивое через бамбук. Её кожа была непривычно холодной, но для Неро она всё равно оставалась самым теплым существом во вселенной. — Знаешь, — Неро аккуратно коснулся её щеки тыльной стороной ладони, — Ренгоку... тот парень с волосами как пламя... он сказал, что верит в нас... Кириэ подняла на него взгляд. В её глазах не было жажды крови — только бесконечная преданность и та капля человечности, которую Неро защищал яростнее, чем собственную жизнь. Она осторожно взяла его правую, чешуйчатую руку своими маленькими ладонями. Она не боялась когтей. Она начала медленно прослеживать пальцами узоры на его локте, словно успокаивая разбушевавшегося внутри него зверя. — Прости, что затащил тебя сюда, — выдохнул Неро, притягивая её ближе к себе. — я обещаю тебе... я найду способ вернуть тебя. Даже если мне придется вытрясти душу из этого Мудзана. Кириэ вдруг отстранилась на пару сантиметров и, издав нежное "мм-м!", уткнулась лбом в его лоб. Это был их безмолвный уговор. Ей не нужны были лекарства или возвращение человечности, если это означало потерять его. Ей нужен был он — живой, пусть и ворчливый, с его тяжелым мечом и добрым сердцем. Неро не выдержал и коротко рассмеялся, чувствуя, как напряжение последних дней уходит. Он осторожно приобнял её за талию, чувствуя аромат глицинии, который исходил от её волос (Синобу явно постаралась с цветочными ваннами). — Ладно, ладно. Мы справимся. Завтра нас ждут какие-то дела, — он хмыкнул, вспоминая рассказы охотников. Он мягко поцеловал её в лоб, прямо над бамбуковой палочкой. Кириэ закрыла глаза и довольно зажмурилась, тихо заурчав, как кошка. В этот момент, под светом равнодушной луны, они были не демоном и полукровкой, а просто двумя влюбленными, которые нашли друг друга на краю света. — Посидим еще немного? — спросил он. Кириэ ответила коротким кивком и крепче сжала его руку. Ночь была долгой, но пока они были вместе, тьма не казалась такой уж беспросветной...