III. Туман постепенно рассеивается

Как ни странно, после встречи с Эриком, сон меня больше не тревожил. Однако браслет по прежнему болтался на руке. Может нужно было просто выговориться и всё прошло бы раньше? На этот вопрос, к сожалению, никто не знал ответа. Раз сна нет, значит и проблемы миновали. Облегчение мигом окрылило меня и дало мимолётное чувство свободы от оков навязчивых мыслей. Всё шло как надо. Очередной выматывающий день подошёл к концу. Время тянулось и превращало подсчёт каждой минуты до конца пары в пытку. Хорошо, что совсем скоро должны были наступить выходные. Удивительно, если раньше я замечала только всё самое плохое, то сейчас пришло умение находить что-то позитивное в любой ситуации. Будто само солнце поселилось во мне и разогнало тучи. Жаль, что моё душевное состояние не совпадало с погодой за окном. Эрик в последнее время почти не появлялся на занятиях, а если я его и встречала, то был абсолютно холоден и молчалив. На все мои попытки узнать о состоянии друга был ответ, что тот в полном порядке, и не о чем волноваться. Такой расклад совсем не устраивал. Не может человек так внезапно измениться. Нужно было поговорить. Догнать Эрика после занятий не получилось, он словно сигаретный дым испарился с поля зрения. Я не знала, где он живёт, никто не знал. К тому же, а что сделать, даже если найду его дом? Сказать, доставка пиццы? Бред. Вдруг мой взгляд перенëсся на сверкающий экранчик браслета. «Должно сработать». Дождавшись, пока мама окончательно уснёт, я отправилась в свою комнату. Сердце начало биться как пташка в клетке, руки слегка побледнели и намокли от волнения. Проглотив ком тревоги, я собрала всю волю в кулак и ритмично постучала по браслету. На дисплее замигала красная точка. Спустя несколько секунд она сменила свой цвет на зелёный, из устройства послышалось неясное шипение. – Кир..? – голос парня звучал очень тускло и безжизненно. В интонации не чувствовалось отторжения, наоборот, трепет и волнение. – Эрик, прости, что я так поздно, мы можем поговорить? Я запнулась раз пять пока пыталась произнести одно жалкое предложение. Переживать было не о чем, но всю меня колотило как перед прыжком в бездну. – Опять сон? – он выдержал небольшую паузу, чтобы прислушаться к обстановке на фоне, затем продолжил – Или что-то ещё? – Не знаю, как тебе объяснить, но мне кажется, что ты в последнее время сам не свой. После прогулки что-то изменилось. Ты будто стал холоднее и отстраненнее. Может, я могу сделать что-то взамен на твою помощь, оказанную мне? Немного помедлив, парень ответил: – Кира, ты уверена, что знаешь меня достаточно хорошо, чтобы делать выводы? Меня как ледяной водой окатило после этих слов. И это была абсолютная правда. Я ничего не знала об Эрике. Он никогда не говорил о себе, хоть и общался со мной достаточно. Я уже не видела смысла отвечать на вопрос, как вдруг из браслета послышалось: – Если хочешь отдать должок, можешь прийти ко мне прямо сейчас, я неподалёку от твоего дома – парень с дерзостью хмыкнул и снова занял выжидающую позицию. Неожиданно для самой себя я спросила: – Куда? Туман стоял гуще прежнего. В далеке слабым гулом приносились одиночные машины. Шелест листвы аккомпанировал симфонии тихого ночного ветра. Пройдя около четырёх жилых домов, я подметила мужскую фигуру. Парень еле покачивался на детской качели. Скрежет металла постепенно звучал громче с каждым шагом. Что было необычно, так это то, что ни в одной из квартир не горел свет. Не может быть, чтобы абсолютно все спали. Такая атмосфера нагоняла жути. Даже голову начало сжимать с боков тисками от тревожности или от усталости. Хорошо ещё, что городские фонари работали исправно. – А вот и ты... Неужели не побоялась идти сквозь такой густой туман? Рисковая. Не бойся, маме не скажу – Эрик оскалился в улыбке, но затем резко потускнел. Что-то в его поведении говорило о том, что это не обычная агрессия. – Теперь твоя часть сделки, если это можно так назвать. – я старалась вести себя как можно более решительно, так как знала, что разговор предстоит не из приятных. Что ожидать от парня я тоже не знала, поэтому решила отзеркалить его же метод выжидания. – Всё верно. Понимаешь, всё это ради тебя, но ты это поймёшь позже, не сейчас. Как может быть это связано с тем, что Эрик стал отстраненнее? Может моё первое впечатление о нём не подвело? Он действительно что-то знал, но молчал по личным причинам? Я всё больше и больше тонула в пучине догадок. – Отлично, теперь стало ещё больше вопросов, спасибо. Раздражение скрыть не получилось, как и то, что с каждой минутой нашего разговора, мне становилось хуже. Хвала богам, я ещё держалась на ногах изо всех сил. Эрик усмехнулся, а затем продолжил, нависнув надо мной. – Поверь мне, спешка может навредить естественному процессу «пробуждения». Тебе лучше не торопить события. Я тот, с кем тебе не стоит поддерживать связь. – О чем ты? Какое пробуждение? – Скоро ты всё поймёшь. Парень приблизился ко мне вплотную, посмотрел на меня тем добрым и искренним взглядом, что я подметила впервые, а затем резко метнулся к губам и поцеловал. Земля под ногами поплыла. Ноги подкосились. Поцелуй длился от силы секунду, но вокруг всё размазалось, растянулось во времени. В висках заныло так, словно голову насквозь прострелили из дробовика. Сердце колотилось в черезмерно учащенном темпе. В глазах потемнело и последнее, что я могла отчётливо вспомнить: холодный твердый асфальт и вычищенные до блеска кожаные ботинки.