только ты | [яндере] оккоцу юта

вы с ютой были вместе уже очень давно. и, если честно, до встречи с тобой юта даже представить не мог, что способен любить кого-то настолько сильно. но в последнее время это чувство начало меняться. оно не угасало. наоборот – с каждым днем становилось только сильнее, превращаясь из тихого, почти нежного желания заботиться о тебе во что-то… переполняющее. становилось хуже. потому что юта начал замечать абсолютно все. каждую мелочь, взгляд, улыбку. он знал, что тебе нравится, что нет, что возможно понравится еще до того, как ты сама это поймешь. он прекрасно помнил, как каждое утро ты, едва проснувшись, сонно терла глаза ровно два раза, прежде чем выбраться из кровати и босиком направиться в ванную. помнил, что проводила там ровно семь минут, а потом возвращалась, встречая его теми сияющими глазами, от одного взгляда которых у него болезненно сжималось сердце. а когда ты целовала его в щеку, и пряди твоих волос касались его шеи… юта забывал, как дышать. буквально. лицо заливало жаром. он задерживал дыхание еще на секунду, лишь бы ты не отстранялась. лишь бы продлить ощущение твоей кожи на его. и почему-то… всего этого все равно было недостаточно. юта всегда хотел знать о тебе больше. он помнил, как удивленно распахивались твои глаза, когда он приносил тебе очередной маленький подарок. как ты сразу закрывала рот обеими ладонями, безуспешно пытаясь спрятать улыбку. в последнее время браслеты, кольца, заколки, парные футболки, цветы, заполнили едва ли не каждый уголок твоей комнаты. хотя иногда, по какой-то странной закономерности, переставали появляться вовсе. обычно после того, как ты, по мнению юты, слишком долго разговаривала с баристой в любимой кофейне. или слишком тепло улыбалась девушке, которая сделала тебе комплимент на улице. юта ревновал тебя ко всем. но его ревность никогда не была громкой, и, наверное, именно поэтому она была гораздо страшнее. он совсем не мог признаться тебе в этом. что он вообще должен был сказать? «прости, милая. я постоянно думаю о том, как снести голову твоему другу только потому, что на той фотографии он стоял слишком близко к тебе.» «это ведь было бы так просто. один взмах руки с проклятой энергией. и… все. головы больше нет. просто и быстро.» нет. юта не был таким человеком. он умел себя контролировать. всегда умел. но однажды, наблюдая, как ты смеешься над какой-то глупой шуткой другого мужчины в торговом центре, он вдруг поймал себя на мысли… а что, если этого мужчины просто… не станет? смог бы он действительно причинить боль невиновному человеку? юта не отвел взгляда. …и был ли тот мужчина таким уж невиновным, если смотрел на тебя вот так? — милая. его голос прозвучал прямо за твоей спиной. прежде чем ты успела обернуться, он уже стоял совсем рядом. вдруг, отчаянно, ему захотелось прикоснуться к тебе. к твои волосам, к шее, к талии. хоть к чему-нибудь. ему хотелось, чтобы каждый вокруг знал, кому принадлежит твой смех, твоя нежность, твои прикосновения, губы, запах. его ладонь крепко легла на твою талию, а губы коснулись шеи сзади. — ю-юта… — ты смущенно улыбнулась. — мы же в общественном месте… нахмурившись, ты неловко посмотрела на него через плечо. мужчина, с которым ты разговаривала, понимающе улыбнулся, коротко кивнул и молча ушел. …почему он улыбнулся? неужели решил, что юта ему не ровня? что такой, как он, не заслуживает быть рядом с такой, как ты? да, точно. скорее всего, именно так он и подумал. скорее всего, увидел перед собой лишь обычного худощавого парня, которому невероятно повезло оказаться рядом с такой идеальной девушкой. если честно… иногда юта и сам думал так же. но одно дело – думать об этом самому. и совсем другое – представить, что так думает кто-то еще. думает о тебе. это было по-настоящему невыносимо. — и что. почти неслышно произнес он. его пальцы на твоей талии сжались еще сильнее, почти до боли. — и что? повторил он спокойно, хмурясь так, словно что-то глубоко внутри наконец начало болезненно прорываться наружу. он поцеловал твое плечо, ухо, и вернулся к шее. — пожалуйста… еще один поцелуй. — пожалуйста, милая. еще. — пойдем домой. его голос предательски дрогнул. — пожалуйста… пойдем домой. его пальцы едва заметно дрожали у тебя на талии. — пока я… он на мгновение зажмурился. — пока я еще могу себя сдерживать. твои щеки тут же вспыхнули. ты лишь решила, что его внезапно переполнили чувства. но мысли юты были уже совсем далеко. и не только о тебе. он думал о том, что тот мужчина, чья фигура уже почти исчезла вдали… скорее всего, даже не успел бы уловить момент, когда катана пронзила его грудь ровно по центру. юта ничего ему не сделал. пока. но кто знает, во что однажды может превратиться это странное, странное чувство.