Часть 2 обещание в вечной любви

Ночной госпиталь Конохи был погружен в тревожное ожидание. Ханаби была похищена, а Хината, раненная и морально подавленная, сидела на краю больничной койки, прижимая к груди тот самый красный шарф. Он был разорван в клочья во время схватки с марионетками Тонери. Аяма вошла в палату тихо, неся с собой аромат свежего чая и спокойствие своего Ветра. Она знала: сейчас Хинате не нужны медицинские ниндзюцу, ей нужно лекарство для души. Разговор в госпитале: Шарф и надежда Аяма присела рядом и мягко коснулась дрожащих пальцев Хинаты. — Он починит его, Хината-тян. Или ты свяжешь новый. Этот шарф — не просто шерсть, это твоё упрямство. То самое, которое заставляло тебя вставать после каждого удара на тренировках. — Но Аяма-сан... — Хината подняла глаза, полные слез. — Тонери... он сказал, что Луна упадет. Он хочет забрать меня. А Наруто-кун... он такой добрый, он спасает меня, потому что он герой. Он не понимает, что в каждой петле этого шарфа — моё признание, которое я не смею произнести. Аяма обняла её за плечи, чувствуя, как Хината дрожит. — Знаешь, Хината, Ирука тоже долго «не понимал». Мужчины иногда бывают слепы к очевидному, пока мир не начнет рушиться. Наруто сейчас в пути. И он ищет не просто сестру своего товарища. Он ищет ту, кто кормила его мазью на экзамене, когда весь мир от него отвернулся. Не сдавайся. Даже если тебе придется уйти с Тонери, чтобы спасти сестру — помни, что Наруто всегда догоняет тех, кто ему дорог. Теневая сторона Луны: Жертва Хинаты Когда миссия на Луне перешла в решающую фазу, Хината приняла тяжелое решение. Чтобы уничтожить Сосуд Энергии и спасти Ханаби, она сделала вид, что соглашается стать женой Тонери. В замке на Луне, облаченная в черное свадебное кимоно, она выглядела как прекрасная пленница. Тонери верил, что победил. Но он не учел одного — связи, которую невозможно разорвать даже на расстоянии тысяч километров. Каноничный момент: Осознание Наруто В это время Наруто, оправляясь от ранения в пещере, погрузился в гендзюцу воспоминаний. Он видел всё: как Хината наблюдала за ним в Академии, как она плакала, когда его ненавидели, как она защищала его от Пейна. И вдруг... он увидел их встречу в доме Умино. Он вспомнил слова Аямы: «Разгляди это сердцем». — Она... она всегда была рядом, — прошептал Наруто, открывая глаза. — Шарф... она вязала его для меня всё это время. Не потому что я герой. А потому что это я. Когда он ворвался в замок Тонери, прервав церемонию, его крик сотряс своды: — ХИНАТА! Я ПРИШЕЛ ЗА ТОБОЙ! Признание среди звезд После битвы, когда Сосуд был разрушен, а Тонери повержен, они летели сквозь светящийся туннель обратно к Земле. Вокруг кружились обрывки того самого красного шарфа, который Хината всё-таки довязала. Наруто поймал её за руку, притягивая к себе. — Хината... я понял. Я такой идиот. Я думал, что любить кого-то — это как любить рамен. Но это другое. Это когда я хочу быть с тобой всегда. Когда я хочу, чтобы ты сидела рядом со мной в доме Ируки и Аямы... как моя жена. Хината замерла, не веря своим ушам. — Наруто-кун... — Хината, я люблю тебя! — выкрикнул он на весь мир, и их первый поцелуй случился в открытом космосе, на фоне сияющей Луны и падающих звезд. После возвращения с Луны Наруто и Хината стали неразлучны. Но Наруто, который всю жизнь прожил один, совершенно не понимал, как вести себя на свиданиях. Он притащил Хинату в дом к Ируке и Аяме на «семейный совет». Пока Ирука возился с трехлетним Казуми на ковре, Аяма отвела раскрасневшуюся Хинату на кухню. — Он всё еще ведет себя как гиперактивный шиноби? — с улыбкой спросила Аяма, разливая чай. — Он... он вчера пытался впечатлить меня, съев десять порций рамена на скорость, — прошептала Хината, теребя край своего фиолетового свитера. — А потом уснул прямо за столом. Аяма-сан, я люблю его любого, но иногда мне хочется... просто подержать его за руку подольше. Аяма рассмеялась и мягко коснулась плеча девушки. — Хината, он просто боится испортить то, что у него наконец-то появилось. Дай ему время. И не бойся брать инициативу в свои руки. Он привык сражаться, но он не знает, как сдаваться любви. «Проникновение в резиденцию Хьюга» Наруто быстро понял, что строгие правила клана Хьюга и грозный взгляд Хиаши-самы мешают его планам. Однажды ночью, используя свои навыки шиноби, он пробрался по крышам к балкону Хинаты. — Хината! Псс! — прошептал он, свисая вниз головой с карниза. Хината вскрикнула, прижимая руки к губам. — Наруто-кун! Тебя же убьют охранники! — Не поймают! — он ловко спрыгнул в комнату и тут же притянул её к себе. — Я соскучился. Весь день на миссиях... я просто хотел увидеть тебя без всех этих «Хьюга-сама» вокруг. В ту ночь они долго сидели на её кровати, шепотом обсуждая будущее. Первый настоящий поцелуй — долгий, со вкусом мяты и ночного воздуха — случился именно тогда. Наруто был непривычно нежным, а Хината больше не теряла сознание, она просто крепко сжимала его куртку, чувствуя, как внутри всё замирает от восторга. Подготовка ко дню х. Наруто подкараулил Ханаби после её тренировки. Младшая Хьюга, заметив его таинственный вид, хитро прищурилась. — Наруто-кун? Ты выглядишь так, будто собрался украсть свитки из архива Хокаге. — Хуже, Ханаби, — прошептал он. — Мне нужно кольцо. Самое лучшее. Для Хинаты. Глаза Ханаби расширились, и она буквально подпрыгнула на месте, едва не сбив Наруто с ног объятиями. — Наконец-то, братец Наруто! Я уж думала, мне придется самой тебя подталкивать! Пошли, я знаю одно место, где мастер делает украшения специально для нашего клана. В ювелирной лавке, скрытой в тихом переулке Конохи, они провели не один час. Наконец, Ханаби указала на изящный комплект. — Смотри! Нежно-сиреневый аметист. Цвет клана Хьюга, но в серебре, которое любит Хината. Кольцо было тонким, с камнем, который при свете ламп напоминал цвет глаз Хинаты в моменты счастья. В комплекте шел такой же кулон. — Беру! — Наруто решительно выложил деньги. — Ханаби, только одно условие: ни слова сестре. Ты должна привести её на нашу поляну в пятницу, на закате. Скажи, что это срочно, что я попал в беду — что угодно! — Положись на меня, — Ханаби подмигнула. — Я буду самой скрытной куноичи в истории, ради такого дела. Семейный совет в доме Умино Вечером Наруто пришел к Ируке и Аяме. Он был на взводе, постоянно поправляя коробочку в кармане. Когда Казуми наконец угомонился и уснул, Наруто выложил комплект на стол. — Я решил, — твердо сказал он. — Я хочу сделать Хинату Узумаки. Я хочу, чтобы она была со мной официально, перед всей деревней. Ирука взял кольцо, и его глаза увлажнились. Он посмотрел на Наруто — уже не на того мальчишку, что красил скалы, а на мужчину. — Наруто... Минато и Кушина гордились бы тобой. Это прекрасный выбор. Быть Узумаки — значит быть сильным в любви. Аяма тепло улыбнулась, любуясь игрой света на камне. — Ты готов к этому, Наруто. Ты прошел через войну, но это — самая важная битва в твоей жизни. Битва за счастье другого человека. Мужские и женские секреты Когда Ирука отошел на кухню, Наруто нерешительно потянул Аяму за рукав, отводя её в сторону. Его лицо стало пунцовым, а голос — совсем тихим. — Аяма-ни-сан... я... я хочу, чтобы эта ночь после предложения была... особенной. Мы с Хинатой никогда... ну, ты понимаешь. Я боюсь всё испортить. Как мне правильно подступиться? Что сказать, чтобы она не испугалась? Я ведь... я не знаю, как сделать её своей по-настоящему. Аяма серьезно посмотрела на него. Она видела в его глазах тот же страх и трепет, который когда-то видела у Ируки. — Послушай меня, Наруто, — она взяла его за руки. — Главный секрет не в технике. Главный секрет — в доверии. Ты должен показать ей, что её тело для тебя так же священно, как её душа. Не торопись. Говори ей, какая она красивая — не только в кимоно, но и без него. Твои слова должны быть нежнее ветра. Она сделала паузу, мягко добавив: — Сделай её своей через ласку. Спрашивай её, что ей нравится. Ваша первая близость — это не финишная черта, это начало новой глубины. И помни: если ты будешь действовать из любви, а не из страсти, ты никогда не ошибешься. Ты герой мира, Наруто, но в ту ночь ты должен быть просто её Наруто. Наруто глубоко выдохнул, чувствуя, как гора свалилась с его плеч. Советы Аямы всегда попадали прямо в цель. Лавка Яманака в этот вечер была наполнена ароматами свежих лилий и весенней хвои. Ино как раз подрезала стебли роз, когда колокольчик над дверью неистово зазвенел, и на пороге появился Наруто. Он выглядел так, будто только что сразился с десятком врагов: растрепанный, раскрасневшийся и непривычно серьезный. Ино отложила секатор и оперлась локтями о прилавок, хитро прищурившись. — Ну что, герой Конохи, пришел за кактусом для Саске или всё-таки созрел для чего-то серьезного для Хинаты? Наруто подошел к прилавку, замялся и почесал затылок. — Ино... мне нужна твоя помощь. Самая важная помощь в мире, даттебайо! У нас завтра годовщина. И я... я собираюсь сделать ей предложение. Ино замерла, а потом радостно взвизгнула, едва не сбив вазу с прилавка. — Наконец-то! Ну, выкладывай, Узумаки. Что ты хочешь ей сказать? Какие чувства мы запечатаем в этот букет? Наруто набрал в легкие побольше воздуха, его взгляд стал мягким и немного грустным. — Я хочу сказать ей... Прости, что я был таким слепым. Прости, что столько лет не замечал её любви, пока она отдавала мне всю себя. Я хочу извиниться за то, что я такой дурак, Ино. И пообещать... пообещать, что теперь я буду вечно любить её. Искренне, честно, до самого последнего вздоха. Как-то так... даттебайо. Ино замерла с секатором в руке, и на мгновение в лавке повисла абсолютная тишина. Она во все глаза смотрела на Наруто, который только что выдал самую искреннюю и зрелую речь, которую она когда-либо слышала от мужчины. — Наруто... — выдохнула она, и её голос дрогнул. — Тот самый дуралей, который путал свитки и не мог связать двух слов, стал настоящим мужчиной. И, кажется, самым большим романтиком в этой деревне. Она приложила руку к груди, чувствуя, как внутри что-то сладко сжалось от восхищения. Но вслед за этим на её лицо легла тень. Ино тяжело вздохнула, отводя взгляд к вазе с увядающими астрами. — Везет же Хинате, — тихо произнесла она, и в её голосе проскользнула непривычная грусть. — Она дождалась. А некоторые... некоторые до сих пор читают книжки про «человеческие отношения» и не видят того, что у них под самым носом. Она резко обернулась к Наруто, прищурив свои пронзительные бирюзовые глаза: — Слушай, Наруто... ты ведь с Саем в одной команде. Ты не знаешь... у него есть кто-нибудь? Ну, кто-то, в кого он влюблен? Наруто, который обычно соображал в таких делах как черепаха, на этот раз — благодаря урокам Аямы и собственному пылающему сердцу — считал всё мгновенно. Он увидел этот затаенный блеск в глазах Ино и понял: «Купидон сегодня работает сверхурочно». — У Сая? — Наруто уверенно качнул головой. — Нет, Ино. Точно нет. Он всё еще пытается понять, почему люди улыбаются, когда им весело. Он сделал шаг ближе и добавил уже серьезно: — Знаешь, Сай закрыт в себе похлеще, чем я когда-то. До него доходит еще труднее. Если ты будешь ждать, пока он «прочитает» твои чувства — вы оба состаритесь раньше, чем Какаши-сенсей дочитает свою книжку. Скажи ему напрямую, Ино. Будь честной, как ты умеешь. Он это оценит больше, чем любые намеки. Ино удивленно моргнула, пораженная такой проницательностью. — Ого... Наруто, ты меня пугаешь. Ладно, подготовим твой букет к завтрашнему вечеру. Он будет лучшим в Конохе, обещаю. Операция: «Сближение №2» Выйдя из лавки, Наруто чувствовал себя окрыленным. Но на повороте к главной улице он едва не врезался в бледную фигуру в темной одежде. — О, Сай! — Наруто расплылся в своей фирменной лисьей улыбке. Сай замер, доставая свой блокнот: — Привет, Наруто. Согласно моим наблюдениям, когда люди так улыбаются, они либо что-то замышляют, либо у них случилось кишечное расстройство. Что из этого применимо к тебе? Наруто хлопнул его по плечу так, что Сай пошатнулся. — Забудь про блокноты! Послушай, я только что от Ино. У неё там в лавке... беда. Тяжелые коробки, завядшие цветы, она совсем не справляется одна. И, кажется, ей очень нужен кто-то... ну, такой же внимательный к деталям, как ты. Сходи, помоги ей, а? Она просила передать, что ей очень одиноко работать в такой вечер. Сай склонил голову набок, анализируя информацию. — Одиночество — это негативная эмоция, вызванная отсутствием социальных контактов. Если Ино-сан страдает от этого, я, как сокомандник её близкого друга, обязан вмешаться. Спасибо за информацию, Наруто. Наруто довольно потер руки, глядя вслед уходящему Саю. — Ну вот, Аяма-ни-сан бы мной гордилась. Одним махом две свадьбы готовлю, даттебайо! Сай вошел тихо, как и подобает бывшему оперативнику «Корня». Ино стояла спиной к двери, собирая тот самый букет для Наруто, и её плечи едва заметно дрожали. — Наруто сказал, что тебе нужна помощь с тяжестями и… одиночеством, — произнес Сай своим обычным ровным голосом. Ино резко обернулась, чуть не выронив белую лилию. Её глаза расширились, а на щеках вспыхнул румянец. — Этот придурок… — прошептала она, но тут же взяла себя в руки. — Сай? Да, работы много. Но раз уж ты здесь… Она медленно подошла к вазе с яркими красными тюльпанами. Её пальцы коснулись лепестков. — Знаешь, Сай, я всю жизнь учу людей говорить на языке цветов. Потому что иногда слова слишком грубые. Она вытянула один цветок и протянула его Саю. Тот осторожно взял его, рассматривая так, будто это был редкий артефакт. — Красный тюльпан, — тихо сказала Ино, глядя ему прямо в глаза. — На моем языке это означает… «Я тебя люблю. Ты мне очень нравишься, и я хочу подарить тебе свое сердце». Осознание Сая Сай замер. В его голове пронеслись сотни прочитанных страниц из книг по психологии, но ни одна из них не могла объяснить того странного тепла, которое сейчас разливалось в его груди. Он вспомнил, как всегда непроизвольно искал взглядом яркие волосы Ино на собраниях, как её звонкий смех заставлял его сердце биться чуть быстрее — то, что он раньше списывал на «аномальную физиологическую реакцию». — Любовь… — прошептал Сай. Его бледное лицо смягчилось. — Я читал, что это иррациональное чувство. Но сейчас… глядя на тебя, я понимаю, что книги ошибались. Это не иррационально. Это… необходимо. Как дыхание. Он сделал шаг вперед, и вместо того, чтобы просто кивнуть, он сделал то, чего Ино никак не ожидала. Сай осторожно перехватил её ладонь своими тонкими пальцами. Он медленно поднес её руку к своим губам и запечатлел на тыльной стороне ладони долгий, благоговейный поцелуй. — Если язык цветов прав, — его голос стал глубже, — то этот жест на моем языке означает: «Ты мне очень дорога. Ты для меня особенная, и я больше не позволю тебе быть одинокой». Ино ахнула, и слезы счастья блеснули в её глазах. Она шагнула к нему, и Сай, впервые без всяких учебников, просто обнял её, прижимая к себе так, будто нашел сокровище, которое искал всю жизнь. За кулисами Наруто, подглядывающий в щелочку между листьями, довольно зажал себе рот ладонью, чтобы не закричать «Даттебайо!» на всю улицу. Его глаза сияли. «Ого… Сай, ну ты даешь! Целовать руку — это даже круче, чем мои тренировки перед зеркалом!» — подумал Наруто. Он тихонечко, на цыпочках, начал отходить от лавки, чувствуя, как его собственное сердце переполняется решимостью. Если даже Сай смог понять свои чувства, то завтра на поляне он, Наруто, выложится на все двести процентов. На следующее утро Наруто зашел в лавку Яманака с такой широкой и хитрой улыбкой, что Ино мгновенно залилась краской до самых корней волос. Она даже не пыталась делать вид, что вчера ничего не произошло. — Ну что, «Купидон» недоделанный... — проворчала она, бережно передавая ему великолепный букет. — Спасибо тебе. За всё. Но только попробуй обидеть Хинату! Если она прольет хоть одну слезинку по твоей вине, я и Сакура отделаем тебя так, что даже девятихвостый не узнает. — Понял-понял, даттебайо! — Наруто шутливо поднял руки, забирая цветы. — Сегодня всё будет идеально. Сборы в поместье Хьюга Тем временем Ханаби развернула целую спецоперацию. Она объявила сестре, что у них сегодня «девичник» на природе вместе с Сакурой и Ино. Хината немного удивилась: — Странно, девочки мне ничего не говорили... — Ой, сестренка, они просто хотели сделать сюрприз! — Ханаби затащила её в комнату. — Давай, надевай это. Оно тебе так идет! Она помогла Хинате выбрать потрясающее платье кремового цвета, по подолу которого рассыпались нежно-сиреневые цветы. В этом наряде Хината выглядела не просто как куноичи, а как лесная нимфа. Поляна на закате Когда Ханаби привела сестру к их памятной поляне, солнце уже начало тонуть в розовых облаках. Огромные деревья были украшены светящимися гирляндами, которые мягко переливались в сумерках. Ханаби хитро подмигнула и мгновенно исчезла в «Шуншине», оставив Хинату одну. Из тени деревьев вышел Наруто. Он был непривычно торжественным. — С годовщиной, Хината, — тихо сказал он, протягивая ей букет от Ино. — Это тебе. И... вот. Он достал маленькую коробочку с аметистовым кулоном. Хината ахнула, когда Наруто бережно застегнул цепочку на её шее. Камень сиял в свете гирлянд точно так же, как её глаза. Домик у озера и откровение — Пойдем, я хочу тебе кое-что показать, — Наруто взял её за руку и повел по тропинке к небольшому домику у озера. Друзья постарались на славу: весь путь был усыпан лепестками роз, а внутри домика горели сотни свечей, отражаясь в темной воде за окном. Воздух был наполнен ароматом хвои и воска. Они сели у камина, и Наруто, наконец, решился сказать то, что жгло его изнутри. — Хината... — он посмотрел ей прямо в глаза. — Прости меня. Прости, что я был таким слепым и глупым все эти годы. Прости, что не замечал, как ты отдавала мне всё свое тепло, пока я искал его где-то в другом месте. Я был дураком, который не видел сокровища прямо перед собой. Хината прижала ладонь к его щеке, но Наруто перехватил её руку, нежно целуя пальцы. — Аяма-ни-сан научила меня, что слова важны, но чувства важнее. Я обещаю тебе: я буду любить тебя искренне и честно до конца дней. Я больше никогда не заставлю тебя ждать. Та самая ночь В ту ночь в домике у озера время словно остановилось. Следуя советам Аямы о нежности и доверии, Наруто был невероятно чутким. Каждое его прикосновение было вопросом, на который Хината отвечала своим дыханием и робкими ласками. В сиянии свечей, среди лепестков роз, они стали по-настоящему близки — не как герои, а как мужчина и женщина, нашедшие друг друга. Когда мир вокруг затих, и они лежали, укрывшись одним одеялом, слушая плеск озерной волны, Наруто потянулся к своей куртке. Он достал то самое кольцо с аметистом. — Хината, — его голос был хриплым от волнения. — Я хочу просыпаться с тобой каждое утро. Я хочу, чтобы ты официально стала Узумаки. Ты выйдешь за меня? Хината, чье сердце всё еще бешено колотилось, посмотрела на сиреневый камень, а потом на Наруто. Она не просто кивнула — она притянула его к себе для поцелуя, который сказал больше любых слов.