Глава 13. Под прицелом

Ледяной ноябрьский дождь вперемешку со снегом превратил город в серую жижу. Гермиона шла на семинар, заранее зная, как сгустится воздух, стоит ей только переступить порог аудитории. Всё чаще она замечала, как при её появлении на секунду шум будто затихал, но затем разговоры возобновлялись с такой непринуждённостью, словно и до этого здесь болтали о всяких пустяках. Единственным безопасным местом была парта рядом с её соседкой Анной. Анна, хоть и живущая в своём уютном мирке, но прилежная и серьёзная, всегда была подчеркнуто равнодушна к университетским интригам. Ей было глубоко плевать на чужую личную жизнь, и эта невозмутимость обычно дарила Гермионе покой. Но сегодня Анна, проверяя телефон перед началом пары, вдруг тяжело вздохнула: — Ну и крысы, — негромко произнесла она, глядя в экран с явным отвращением. — Что такое? — севшим голосом спросила Гермиона, замирая с тетрадью в руках. Вместо ответа Анна повернула к ней экран. Кто-то из однокурсников добавил её в новый закрытый чат, в который саму Гермиону, разумеется, не позвали. Последнее сообщение, отправленное минуту назад, висело в самом низу ленты. На фото — Гермиона с Драко в холле, снятые со спины сегодня утром. Он обнимал её, а она смотрела на него снизу вверх с беззащитной нежностью. Подпись гласила: «Вся такая правильная, пока Малфой не свистнул. Смешно.» Гермиона почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Этот снимок превратил её чувства в насмешку. — Отправь мне это, — тихо сказала она. — Зачем тебе этот мусор? — Анна нахмурилась, занося палец над кнопкой «выйти из чата». — Просто отправь. Телефон в кармане коротко завибрировал. Ей было противно, но зачем-то нужно сохранить это у себя. Всю пару Гермиона не могла сосредоточиться: она трижды перечитывала одну и ту же страницу учебника, не понимая смысла. Впервые она отвечала невпопад, путая статьи кодекса, и видела, как профессор разочарованно поджимает губы. Её безупречная успеваемость, которая всегда была её опорой, начала трещать на глазах.

***

В перерыве Гермиона уже собиралась выходить из кабинки туалета, но резко замерла, услышав свою фамилию у самого входа в помещение. Спустя секунду туда влетела смеющаяся стайка девушек, разом заполнив пространство густым, удушливым шлейфом духов. Грейнджер затаила дыхание, медленно убирая руку от задвижки и боясь выдать себя малейшим звуком. — ...это как взять собаку из приюта, — раздался у раковин голос Марии. Эхо от кафеля сделало его еще более громким, режущим слух. Раздались щелчки пудреницы, кто-то с шумом включил воду. — Поиграет месяц и бросит, как обычно. Малфои не держат дома дворняг. Взрыв хохота ударил в уши. Гермиона не могла пошевелиться. Сердце колотилось где-то в самом горле, мешая вдохнуть. Ей казалось, что перегородка кабинки вот-вот станет прозрачной, оставив её беззащитной под этими насмешливыми взглядами. Её не просто обсуждали — её препарировали заживо, и она ничего не могла с этим сделать.

***

После лекций Драко ждал её у выхода, чтобы привычно подбросить до работы. Он выглядел вызывающе на фоне этой серости — воротник черного пальто поднят, взгляд сканирует толпу. Но когда он увидел её, его лицо осветилось, и он привычным жестом потянулся, чтобы переплести их пальцы. Гермиона дернулась, словно от удара током. Рука сама нырнула в карман. Она заметила, как двое парней из его компании, стоявших неподалеку, обменялись красноречивыми взглядами. — Не надо, — сорвалось с её губ прежде, чем она успела подумать. Драко замер. Его рука повисла в холодном воздухе. Глаза мгновенно превратились в две ледяные щелочки. — Что «не надо», Грейнджер? Мы в прятки играем? — Для тебя это может и игра, — она заговорила быстро, глотая холодный воздух. — А на меня постоянно пялятся. — И ты решила поддаться? — он зло усмехнулся, и в этой усмешке было больше боли, чем он хотел показать. — Чуть прижало — и сразу в норку? — Считай, как хочешь. Гермиона отвернулась и почти побежала к автобусной остановке, не оборачиваясь. Она чувствовала его взгляд, прожигающий спину, а внутри всё горело от унижения и невысказанной злости. Ей хотелось как можно быстрее раствориться в потоке людей, став для всех невидимой.

***

Гермиона осторожно положила на край стола папку с отчетом по новой директиве о прозрачности налогообложения. Она провела над этим документом последние несколько дней, выискивая несостыковки в актах. Руководитель отдела на мгновение отложил ручку и изучил документы. Его лицо смягчилось, когда он перелистнул страницу с её выводами. — Отличная работа, Грейнджер, — он одобрительно кивнул. — Вы нашли лазейку в пункте о репатриации прибыли, которую пропустили все остальные. Признаться, ваши успехи впечатляют. Гермиона выдавила в ответ улыбку и вышла в коридор, где остановилась у кофейного автомата. Ей нужно было выпить этот кофе, чтобы дотянуть до конца дня и не уронить голову на клавиатуру. Сделав глоток, она прижалась к стене, словно ища опору. В голове весь день крутились слова Марии и визгливый смех её подружек. Гермиона дрожащими пальцами достала телефон и открыла скриншот из того чата. «Пока Малфой не свистнул». Она судорожно выдохнула, зажмуриваясь, чтобы сдержать обидные слезы. Гермиона точно не была одной из тех, кто ждет, когда ей «свистнут» или «поманят пальцем». Пока Мария и ей подобные видели смысл жизни в том, чтобы найти парня побогаче и свесить ноги с его шеи, Гермиона сама, шаг за шагом строила свое будущее. Последние недели превратились в марафон. После университета она перекусывала на ходу, мчалась в офис и вгрызалась в документы, задерживаясь наравне со старшими коллегами. Возвращаясь в общежитие, она включала настольную лампу, корпела над учебниками и засыпала далеко за полночь. С Драко они почти не виделись. Оставались лишь мимолетные встречи в вузе и в выходные, когда они сбегали, чтобы побыть в объятиях друг друга подальше ото всех. И теперь из-за грязных сплетен её жизнь дала трещину. Чужой шепот за спиной отвлекал и выбивал почву из-под ног. Она не могла себе этого позволить. Цена ошибки для нее, девочки из небольшого города, была слишком велика. Вернувшись за свой рабочий стол, она уставилась в монитор невидящим взглядом. Гермиона знала, что фамилия Малфоев хорошо известна в финансовых кругах города. Стоит коллегам узнать, с кем она встречается, и её труд они обесценят в ту же секунду. В ней перестанут видеть юриста, подающего надежды. Её профессионализм растворится в лучах чужого влияния, оставив ей роль очередного трофея или интрижки богатого наследника. К этим мыслям примешивалось и чувство вины. Она чувствовала, что их отношения заставляют Драко раз за разом пачкаться в дешевых сплетнях, которые он всегда виртуозно игнорировал. Она лишала его привычного, холодного превосходства, заставляя выбирать её и тем самым становиться мишенью для тех, кого он раньше даже не замечал.

***

Вечером дождь окончательно превратился в непрекращающийся мокрый снег. Драко всё равно заехал за ней после работы, припарковавшись у самого входа без лишних вопросов. Стоило ей выйти из здания, как он коротко бибикнул. Гермиона замерла, глядя сквозь метель на знакомый силуэт машины. Сначала она колебалась, но всё же села в салон. Внутри было тепло. Салон заполнял его привычный парфюм: обволакивающий аромат яблочного бренди и кардамона, но сейчас он казался слишком тяжелым. Они ехали в сторону кампуса в полном молчании. Ритмичный звук работающих дворников только подчеркивал тишину в салоне. Гермиона глядела в окно на размытые огни города, лишь бы не встретиться с ним взглядом. Когда они почти приехали, Драко первым нарушил тишину: — Что с тобой сегодня? Гермиона продолжала смотреть на стекло, наблюдая, как хлопья снега превращаются в капли и стекают вниз. — Просто… у меня ощущение, что это не то, Драко. — Что «не то»? — он на мгновение повернул к ней голову. — Мы вдвоем, всё нормально. Я приехал за тобой, а ты весь день ведешь себя… странно. — Все спорят, на сколько тебя хватит! — она резко развернулась к нему, и её голос сорвался. — Понимаешь? А я стою и слушаю это в туалете как последняя дура. — Гермиона, что ты… — Я сегодня на семинаре несла чушь. На работе не могла сосредоточиться. Я думаю не о делах, а о том дерьме, которое про меня говорят. Ты это понимаешь?! Драко замолчал. Он нахмурился, и его пальцы побелели, сильнее сжимая руль. — Тебя-то не тронут, — она горько усмехнулась. — А я учусь с этими людьми. Я вижу их лица каждый божий день. Она на мгновение замолчала, пытаясь унять дрожь в руках, и добавила совсем тихо: — И твои друзья... они наверняка тоже смеются надо мной. — Гермиона, нет. Даже не думай об этом. В нем закипала злость. Он не понимал, как она может позволять чужим словам разрушать их мир. Но Гермиону уже было не остановить. — Давай… — она сглотнула тяжелый ком. — Давай закончим с этим сейчас. Нам лучше разойтись, пока не стало совсем плохо. Драко резко ударил по тормозам. Колеса взвизгнули по грязному асфальту, машину качнуло, и она замерла на въезде в кампус. — Ты серьезно? — он смотрел на неё с яростной растерянностью. — Ты хочешь расстаться, потому что пара идиотов что-то вякнула? Ты сейчас это серьезно говоришь?! Его голос дрожал. Он выглядел так, будто его ударили под дых. Гермиона не ответила. Она рванула ручку двери и выскочила на улицу, бросаясь прочь в сторону общежития. Холодный снег мгновенно ударил в лицо. Она поскользнулась в грязной каше, едва не упав. Драко вылетел следом, хлопнув дверью так, что машина качнулась. — Грейнджер, стой! — он схватил её за рукав, силой разворачивая к себе. — Ты никуда не пойдешь, пока не объяснишь… — Что объяснять?! — закричала она ему в лицо со слезами в голосе. — Что я боюсь?! Что я не такая крутая, как ты?! Драко вдруг замолчал. Его пальцы, вцепившиеся в неё, ослабили хватку. Раньше он считал, что его броня подходит и ей, но сейчас увидел, как она задыхается под тяжестью чужих сплетен. — Я… — он почти шептал, голос был надломленным. — Но без тебя… Гермиона, без тебя у меня ничего нет. Ты единственная, кто… Он не договорил. Просто притянул её к себе, сжимая в объятиях почти до боли в ребрах и уткнулся лицом в изгиб её шеи. Его кажется трясло. — Плевать на них. Плевать на всех. Только не уходи вот так. Пожалуйста… Решимость Гермионы рассыпалась, превратившись в горячие, неконтролируемые слезы. Она крепко обняла его в ответ, зарываясь пальцами в тяжелую, влажную от снега шерсть пальто. Всхлипы вырывались из груди, болезненные и рваные, и вместе с ними будто выходил чужой яд, что копился в ней с самого утра.

***

Они вернулись в машину. Драко включил обогрев на максимум, и по салону поплыл сухой и горячий воздух. Гермиону всё еще мелко лихорадило — то ли от холода, то ли от пережитого. Драко, заметив это, молча взял её холодные ладони в свои. Он начал медленно и методично растирать её пальцы, согревая их дыханием и теплом кожи. Гермиона смотрела на его руки и чувствовала, как внутри окончательно отпускает. От его бережных прикосновений комок в горле исчез. Осталось только желание закрыть глаза и больше никогда не отпускать его руки. Когда она успокоилась, Гермиона все таки высвободила одну руку, вздохнула и достала из кармана телефон. Экран вспыхнул, на мгновение осветив её лицо. Она открыла тот самый скриншот и молча протянула его Драко. Он замер, вчитываясь. В свете дисплея было видно, как он сжал челюсти, а глаза потемнели, наливаясь мрачным гневом. — Удали этот бред, — наконец глухо произнес он. Его ладонь накрыла её руку, заставляя опустить телефон. — Не трави себе душу. Он притянул её к себе, на этот раз мягко, позволяя спрятаться у него на груди. Гермиона закрыла глаза, прижавшись к нему щекой. Их мир не стал проще, и сплетни не исчезли по щелчку пальцев, но теперь они вдвоем словно спрятались от бури. Стекла окончательно затянуло пеленой, отрезая их от реальности. Снаружи бесновался снег, а в салоне виднелись лишь два тесно сплетенных силуэта. Споры затихли, уступив место доверительной тишине. Драко крепче сжал объятия, словно пытаясь сохранить то тепло, которое они только что чуть не потеряли.