Глава 12. Взрыв

Дорога обратно показалась короче, чем путь к озеру. Когда они остановились у её корпуса, Гермиона не спешила выходить из машины, словно пыталась растянуть последние секунды их уединения. Они смотрели друг на друга совершенно иначе. Из их взглядов исчезли вызов и игра, уступив место знанию того, кем они становятся друг для друга в те мгновения, когда мир вокруг перестает существовать. Поцелуй на прощание вышел долгим и тягучим. Гермиона покинула машину с лёгким головокружением, чувствуя, как осенний воздух кажется слишком холодным после тепла его рук. В комнате царило привычное спокойствие. Соседка Анна сидела на своей кровати, полностью погружённая в чтение, и лишь мельком взглянула на Гермиону, которая зашла с дорожной сумкой. — О, ты сегодня раньше обычного, — заметила Анна, даже не опуская книгу. — Как съездила? — Ага, так получилось, съездила хорошо, — Гермиона постаралась, чтобы голос звучал максимально буднично. Она прошла к шкафу, чтобы разложить вещи, чувствуя себя пришельцем из другого измерения. Анна ничего не заметила, ведь для неё Гермиона просто, как обычно, уехала в пятницу с дорожной сумкой и вернулась в воскресенье. Никто не знал, что за эти сорок восемь часов её личная вселенная перевернулась. В это же время Драко, едва отъехав, наконец включил телефон. Экран мгновенно вспыхнул от уведомлений, среди которых выделялся десяток пропущенных от родителей. Он тяжело вздохнул и набрал номер матери. — Драко, слава богу! Где ты был? — голос Нарциссы вибрировал от плохо скрываемой тревоги и гнева. — Твой отец уже подумывал о том, чтобы начать поиски. — Мам, всё хорошо. Я был за городом, и там просто не ловилась связь, — максимально буднично отозвался он, паркуя машину у своего общежития. — Один? В такой глуши? — в её тоне послышалось отчётливое недоверие. — Нет, с девушкой. На том конце провода повисла пауза. Драко ждал вопроса «с какой?», готовый впервые в жизни произнести её имя вслух родителям. Но Нарцисса не собиралась давать этой теме продолжение. Она резко сменила тон на ледяной. — Понятно. Очередное твоё увлечение. Пожалуйста, в следующий раз предупреждай заранее, чтобы мы не тратили время на беспокойство из-за твоих… приключений. В четверг у нас семейный ужин, ждём тебя к семи. Она сбросила вызов. Драко зашёл в свою комнату и швырнул телефон на покрывало. «Увлечение». Если бы она только знала, что эта девушка заставляет его чувствовать себя живым впервые за много лет.

***

Вторник. Общая утренняя лекция по административному праву. Аудитория привычно гудела: студенты двух факультетов медленно занимали места, перебрасываясь шутками и шурша тетрадями. Но стоило дверям распахнуться снова, как гул начал убавляться, словно кто-то медленно поворачивал регулятор громкости. Драко и Гермиона зашли вместе. Они держались за руку, переплетя пальцы. Драко шёл с высоко поднятой головой, расправив плечи. В его взгляде была спокойная, непоколебимая уверенность. Он не смотрел по сторонам, полностью сосредоточенный на девушке рядом, и по тому, как бережно он сжимал её ладонь, всё стало ясно без слов. Гермиона сияла, её щеки горели румянцем, но она не опускала глаз, хотя кожа руки слегка увлажнилась от волнения. Они не пошли наверх, на «галерку», где обычно сидел Драко со своей компанией. Вместо этого они направились к средним рядам, к группе Гермионы. Тишина среди тех, кто там сидел, стала гробовой. Мария сидела недалеко от входа и буквально окаменела, когда они проходили мимо. От неожиданности она выпустила из пальцев ручку, и та с глухим стуком упала на пол. Когда Драко пропустил Гермиону вперёд и сел следом на узкую скамью, он вежливо кивнул её подругам. Девочки были настолько шокированы подобным жестом от «ледяного принца», что смогли лишь синхронно заулыбаться и закивать ему в ответ. Как только они заняли свои места, по аудитории прокатилась новая волна шума. Прежний ленивый гул сменился лихорадочным, приглушённым шёпотом. Шум в аудитории начал затихать лишь тогда, когда в дверях показался преподаватель. Зашедший в зал пожилой профессор привычно обвел взглядом студентов и на мгновение осекся. Он обычно видел платиновую макушку Малфоя на самом последнем ряду, в «зоне отчуждения» для мажоров и прогульщиков. Увидеть его здесь, на передовой, в окружении лучших студенток другого факультета, было выше его понимания. Профессор лишь демонстративно поправил очки и начал лекцию, но всё занятие периодически бросал озадаченные взгляды на их ряд. Сама лекция прошла как в тумане. Гермиона обычно не пропускала ни единого слова, но на этот раз она с трудом фокусировалась на записях. Драко сидел слишком близко, и в тесноте ряда их бедра постоянно соприкасались. Он не делал ничего вызывающего, но его присутствие полностью заполняло всё её личное пространство. Ближе к концу лекции, когда профессор в очередной раз отвернулся к доске, Драко накрыл её колено ладонью под столом. Его пальцы начали медленно и почти гипнотически подниматься выше под плотную ткань юбки. Этот скрытый от чужих глаз жест лишал Гермиону последних сил. Она отчаянно пыталась продолжать записывать тезисы, но кончик ручки то и дело замирал над бумагой, а строчки выходили ломаными и неровными. Она боялась даже вздохнуть слишком громко, потому что всё её внимание сузилось до дразнящих движений его руки. Они почти не переглядывались, но электричество между ними было настолько плотным, что казалось: протяни руку — и проскочит разряд. На выходе из аудитории, когда толпа студентов хлынула в коридор, Драко на мгновение притормозил Гермиону. Притянув её к себе за талию, он на глазах у всех коротко, но властно чмокнул её в щёку, почти касаясь уголка губ. — Увидимся на обеде, — негромко сказал он, и этот открытый жест поставил финальную точку в любых сомнениях окружающих.

***

Они встретились в кафетерии, когда обеденный зал был забит до отказа. Если раньше Гермиона искала бы укромный угол, то сегодня они не раздумывая выбрали ближайший свободный стол, почти в самом центре зала. Драко лениво помешивал остывший чай, не сводя с неё глаз и совершенно игнорируя всё, что происходило вокруг. — Пойдём сегодня куда-нибудь? — предложил он, потянувшись через стол и коснувшись кончиками пальцев её запястья. — Сегодня не могу, — Гермиона виновато улыбнулась, прикусывая губу. — Давай завтра? — Завтра у меня баскетбол, тренировка перед игрой, — Драко нахмурился. — А в четверг я «забронирован» семьей на ужин. А что у тебя за дела? Опять библиотека? — Нет, я еду на собеседование. Драко замер с ложкой в руке, медленно подняв бровь. — Собеседование? На работу? — Ага. Помнишь, ты подвозил меня к офисному центру в ливень? Вот там. Драко прекрасно помнил тот день. Именно тогда, глядя на неё, промокшую и решительную, он увидел в ней девушку с уникальным, непокорным характером. Она была умной, сложной и совершенно не похожей на всех, кого он знал до сих пор. — И на какую роль ты претендуешь? — спросил он, и в его голосе послышалось неподдельное любопытство. Гермиона поправила воротник блузки, и в этом жесте проскользнула некая деловая уверенность. — Сначала я ездила просто узнать насчёт летней стажировки, но сестра сказала, что у них сейчас завал в отделе международного налогового планирования. Им нужен кто-то, кто будет помогать анализировать отчёты, искать лазейки в новых актах и готовить материалы для старших юристов. Она подалась чуть ближе к Драко, и в её глазах зажёгся тот самый азартный огонёк, который он успел полюбить. — Помнишь, я говорила про своё исследование офшорных зон? Оказалось, что эта тема у них сейчас самая горячая. Они не успевают отслеживать изменения в законодательстве островов. Она сделала глоток остывшего чая, не сводя с него сияющих глаз. — Понимаешь, Драко, для них это возможность передать кому-то рутину, а для меня шанс увидеть теорию в действии. И это не будет мешать учёбе, ведь я смогу приезжать в офис в свободное время после пар. Она откинулась на спинку стула и мечтательно посмотрела вдаль, словно уже видела перед собой те самые документы. — Это как решать сложнейшую головоломку, где за каждой цифрой стоят реальные миллионы. И пусть я буду всего лишь на подхвате, я увижу своими глазами, как эта машина устроена изнутри. Драко смотрел на неё, чувствуя, как внутри нарастает странная смесь гордости и азарта. Он знал, что его отец тратит огромные деньги на консультантов именно в этой области, чтобы удерживать семейные активы в тени. Видеть Грейнджер, которая с таким восторгом говорит о вещах, составляющих основу могущества его семьи, было непривычно и в то же время невероятно притягательно. Пока его знакомые девушки ходили на шопинг или обсуждали последние новости из мира селебрити, Гермиона всерьёз собиралась тратить свободные часы на скучные юридические отчёты. Самое поразительное заключалось в том, что она ловила от этого настоящий кайф. Её амбиции и упрямое желание погрузиться в тему заводили его сильнее любого глубокого декольте. — Я подвезу тебя, — добавил он, не дожидаясь возражений. — А после погуляем. — Драко, это может занять пару часов. Там тесты, знакомство с руководителем… — Я найду чем заняться, — отрезал он. — Тем более я хочу быть первым, кому ты расскажешь, что тебя взяли. Если они тебя не наймут, значит, они смыслят в этом меньше, чем я в балете.

***

Драко высадил её у строгого здания из стекла и бетона, дождался, пока Гермиона скроется за вращающимися дверями, и только тогда тронулся с места. Ожидание в машине его не прельщало, поэтому он нашел поблизости кофейню, где взял два больших латте и коробку свежих пончиков. Грейнджер наверняка проголодается после интеллектуального штурма. Прошло почти полтора часа, когда она наконец показалась на крыльце. Гермиона выглядела непривычно взрослой в расстёгнутом тёмном пальто, под которым виднелась строгая светлая блузка, заправленная в юбку-карандаш. Волосы были собраны в аккуратный узел на затылке, открывая изящную линию шеи. Она шла уверенно, и её лицо буквально светилось от торжества. Драко почувствовал, как внутри всё сжимается от внезапного и дикого желания. Она выглядела такой профессиональной и одновременно недоступной в этом деловом образе, что это распаляло его воображение гораздо сильнее любой открытой одежды. В её уверенности чувствовалась особенная власть, которую ему нестерпимо хотелось обуздать. Она запрыгнула в машину, обдав его осенним холодом. — У меня получилось! — выдохнула она, откидываясь на сиденье и прикрывая глаза. — Меня берут. С понедельника я зачислена помощником в отдел. — Кто бы сомневался, — Драко протянул ей стакан с горячим кофе. — И как ты планируешь всё это совмещать? — Придётся меньше бездельничать или спать, — она сделала жадный глоток и довольно зажмурилась. — Но это того стоит, Драко. Он потянулся к заднему сиденью за коробкой с пончиками, глядя на неё так, будто она предложила отменить законы физики. — «Бездельничать»? Грейнджер, ты и безделье — это настоящий оксюморон, — он скептически выгнул бровь. Он протянул ей коробку, едва заметно улыбнувшись уголком губ. — Держи. Твоему мозгу нужны углеводы. Если собираешься ворочать чужими миллионами, тебе точно понадобятся силы. Гермиона взяла коробку, кончиками пальцев случайно задев его ладонь, и положила её на колени. Она достала один пончик и откусила кусочек, чувствуя приятную сладость. — Знаешь… — голос Драко стал низким, почти вибрирующим. — Этот твой деловой вид… Я едва держусь и весь вечер представляю, как снимаю с тебя это пальто. И всё остальное тоже. Гермиона медленно повернула голову. В её глазах, обычно таких рациональных и спокойных, сейчас плясали опасные тёмные искорки. Она проглотила кусочек и, не отрывая взгляда от его лица, прошептала: — А зачем держаться? В тишине салона её голос прозвучал как прямой вызов. Драко сильнее сжал руль, так что на его скулах проступили желваки. — Ты предлагаешь сделать это в машине, Гермиона? — он бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида, оценивая обстановку. — Это как-то совсем не по-грейнджеровски. — А ты боишься, что здесь слишком мало места? — она чуть прикусила губу, не сводя с него вызывающего взгляда. — Или просто боишься не справиться? Драко ничего не ответил. Вместо этого он завел автомобиль, и мотор взревел, послушно набирая обороты. Его молчание было красноречивее любых слов, ведь он собирался наглядно доказать ей, как сильно она ошибается. Они мчались через город, пока асфальт не сменился разбитой дорогой старой набережной. Драко припарковал машину на самой кромке, там, где бетонная коса уходила глубоко в реку. Здесь было темно и тихо. Город наверху уже зажигал свои огни, отражаясь в воде тысячами искр, а здесь их скрывала густая тень старого причала. Драко заглушил двигатель и повернулся к ней. В отражённом от воды свете глаза Гермионы казались почти чёрными. — Здесь, — его голос стал хриплым, — нам точно никто не помешает. Повторишь свой вопрос, Грейнджер? Гермиона не стала повторять. Она молча переставила коробку с пончиками на заднее сиденье, чтобы та больше не мешала, и подалась вперёд, сокращая те жалкие сантиметры, что разделяли их. В её взгляде больше не осталось рациональности, только тот же дикий азарт, что и у него. Он перехватил её за затылок, притягивая к себе. Его губы накрыли её в жадном поцелуе. Свободная ладонь нашла путь под пальто, бесцеремонно сминая тонкую ткань блузки. Гермиона выдохнула ему в губы, и в ней не осталось ничего от той сдержанной девушки, которая полчаса назад обсуждала офшоры. Когда её пальцы скользнули по его бедру и начали расстегивать ремень, Драко перетянул её к себе. Её строгое пальто мешало, и он с яростным нетерпением помог ей избавиться от него, отбрасывая одежду на заднее сиденье. — Гермиона… — выдохнул он ей в шею, чувствуя, как она дрожит под его пальцами от нетерпения. Его руки теперь жадно исследовали её. Он расстегнул верхние пуговицы блузки, впиваясь поцелуями в обнаженную кожу и Гермиона запрокинула голову. Её аккуратная причёска окончательно распалась, и каштановые пряди рассыпались по плечам. Она действовала смело, словно весь контроль, который она демонстрировала на собеседовании, теперь требовал немедленного разрушения. Её ладони скользили под его рубашку, обжигая кожу холодом пальцев. — Ты слишком много говорила о работе, — прохрипел он, когда его губы коснулись пульсирующей жилки на её шее. — Давай проверим, насколько ты ещё способна думать о налогах. Гермиона ответила ему тем же и подалась вперёд, прижимаясь к нему всем телом. В этом тесном пространстве, наполненном её теплом, Драко окончательно потерял связь с реальностью. Стёкла машины начали медленно запотевать, скрывая их от тусклого света фонарей. Машина казалась крошечной капсулой, за пределами которой оставался холодный город, до которого им не было никакого дела.

***

Тем вечером, когда они наконец покинули набережную, в салоне всё ещё витал запах их близости, смешанный с ароматом остывшего кофе. Драко вел машину одной рукой, вторую удерживая на бедре Гермионы, словно не желая отпускать её обратно в реальный мир. После их публичного выхода, когда больше не нужно было прятаться, жажда накрывала их в самых неподходящих местах. В пустом спортивном зале после тренировки он прижимал её к стене, не в силах оторваться от её губ. В библиотеке, в самом дальнем углу между стеллажами со старыми кодексами, его руки бесстыдно скользили под её одежду, заставляя её прикусывать губу, чтобы не издать ни звука. Но за пределами этого наэлектризованного мирка уже начали сгущаться тени. Внимание всего потока было приковано к ним, и эта слава была далека от доброжелательной. Если друзья Драко ещё хранили молчание, то чужие взгляды с каждым днём становились всё более колючими. Триумф был ярким, но он слишком сильно нарушил привычный порядок вещей. Шёпот в коридорах больше не был просто любопытным — он становился ядовитым и липким. Становилось ясно: за право быть вместе им скоро придётся поплатиться. И первой в этой очереди за расплатой стояла Гермиона, которую уже начали методично разбирать на части.