2

— Здесь, судя по всему, принимали гостей, — говорила Гермиона, показывая все помещения по очереди, — А здесь была столовая. Драко снова не узнавал Гермиону. Как только она начинала говорить о замке, её глаза загорались, лицо наливалось светом, а голос становился глубже. — Ты фанатеешь от этого замка, верно? — Я же говорила. Я люблю замки. Пойдём, покажу тебе кухню. — Я люблю пиццу, но я не говорю о ней так, — не унимался Малфой. — Как? — Гермиона увела взгляд и… покраснела? — Так, что хочется оставить вас наедине. — Ой, перестань, Малфой! — Салазар, да он действительно тебя заводит, не так ли?! — Заткнись, Малфой! — Грейнджер, ты не перестаёшь удивлять! Это что, твоя сексуальная фантазия, да? На этот раз она смогла лишь открыть рот, но слова предательски застряли где-то внутри. — Чёрт побери, я опять угадал! — Малфой расхохотался и подошёл ближе. — Ну же, не дуйся. Молодец, Гриффиндор, я тебя зауважал. Я думал, что вы только книжки читать да мечом размахивать горазды. — Дальше у нас кухня, — Гермиона хотела сменить тему на любую другую, — Здесь чай и кофе, здесь запасы еды — мои и те, что были в замке, а здесь посуда. Я сделаю тебе кофе, но лишь один раз, не привыкай! — О, нет! Давай договоримся: за кухню отныне отвечаю только я. — Ты… — Извини, Грейнджер, но каждый раз, когда ты готовишь кофе в Министерстве, нам приходится спускаться в кофейню. — Что??? — закипела Гермиона, — Да что там готовить! У нас же кофеварка! — Вот именно! — ответил он шёпотом. Гермиона продолжала бурлить от гнева, а Малфой стал варить кофе. — Лично я предпочитаю по-турецки, — сказал он и зачерпнул щедрую горсть. — И давно ли ты стал таким изысканным кулинаром? — Я давно живу один, Грейнджер. Думаешь, я питаюсь одними шоколадными лягушками, как вы с Поттером? — Мы… — она хотела запротестовать, но ящик её стола действительно был набит лягушками, — Иногда мы ходим в столовую… Малфой посмотрел на неё снисходительно, словно родитель на ребёнка, когда знает, что тот врёт. — Вот, держи, — Малфой поставил перед ней чашку дымящегося напитка, а вторую взял сам. — Чёрт. — выругалась Гермиона после первого глотка. — Что? — спросил Малфой. — Ты прав. Эти три недели я пила не кофе. — Что ж. Рад помочь для начала в этом. — Рад? Помочь? — Что, всё ещё сомневаешься в том, что я не полный мудак? Гермиона неопределённо пошатала головой. — Людям свойственно удивлять. Твоя фантазия, например… — он выжидательно посмотрел ей в глаза. — Я думала мы закрыли эту тему! — снова вспыхнула Гермиона. — Хм… значит, тема всё-таки есть? — он поднял бровь. — Нет!.. Заткнись, Малфой! — Да ладно тебе, Гриффиндор! Ты же в курсе, что это нормально? — Ты когда-нибудь замолкаешь?! — Тебе непривычно это признавать лишь потому что ты провела время, предназначенное для сексуальных фантазий, в библиотеке! — О, Годрик… — Пока все нормальные студенты зажимались в нишах и за колоннами… — За что мне это?.. — Ты упускала что-то важное, Грейнджер. — Ты закончил? — Нет, но я готов сделать перерыв. — Малфой был доволен, словно кот, наевшийся сметаны. Гермиона с грохотом поставила опустевшую чашку и пошла прочь из кухни. Больше всего её ранило то, что Малфой был, разумеется, прав. Она не была синим чулком, встречалась с парнями любила секс, но ей действительно казалось, что она упускает нечто важное, что не использует возможности на полную. — Эй, ещё дуешься? Он стоял в дверном проёме, но не довольный собой, как она ожидала. На первый взгляд можно было даже подумать, что он раскаивается или чувствует вину за то, что переборщил. Разумеется, Гермиона не верила в это ни на секунду. Она знала чёртова Драко Малфоя лучше многих и была уверена, что он не делает ничего, что не принесло бы ему выгоды. — С чего бы… На правду не обижаются, так ведь? — она отвечала резко и отстранённо. — Ага. И ещё её не выпытывают, когда ты явно не хочешь делиться. Ей же показалось, верно? Он же не признавал, что вёл себя не лучшим образом? — Проехали. Давай покажу тебе список предметов, что есть в замке. Он ещё не полный, я начала с нижнего этажа. Может, если ты увидишь название, то… — Гермиона, — он мягко перебил её. Что это ещё за «Гермиона»? Она посмотрела на него округлившимися глазами. — Извини. — Малфой, ты чего… — Прости, что я на тебя давил. Моя репутация порой живёт отдельной жизнью, я иногда соответствую ей просто по привычке. — Уж не хочешь ли ты сказать, что на самом деле ты славный добрый парень? — с сарказмом спросила она. — Не перегибай палку, Грейнджер! Она расхохоталась. — Но я действительно не хочу, чтобы ты считала меня исключительно ушлёпком Малфоем, который только и знает что мучить людей. Я хочу… чтобы мы стали друзьями. — он заглянул ей в глаза из-под светлых бровей. — Друзьями? — Не сразу, конечно, со временем. Я не жду, что ты… — Было бы неплохо. — ответила Гермиона, глядя прямо на него. — Серьёзно? — Хотелось бы тратить поменьше ресурсов на все эти перепалки. Думаю, эффективность отдела увеличится сразу вдвое. — парировала она. На этот раз рассмеялся он. — Да, пожалуй… Прости ещё раз. — Извинения приняты. В качестве первого шага к дружбе приглашаю тебя в каминную на бокал огневиски. — Что?! К твоим кухонным запасам прибавился ещё и Огден? Как, чёрт побери? У тебя же там баранья нога! Откуда ты всё это берёшь? — Магия! — она изобразила движения фокусника, — А нога свиная. Ты идёшь? Они зашли в зал, в котором уже были, но Драко с трудом его узнал. На стенах горели факелы, на подоконниках — свечи. На маленьком столике у камина стоял графин с виски и столько мяса и сыра, сколько могло уместиться на небольшом блюде. — Впечатляет. Ты, значит, решила прочувствовать опыт средневековой жизни по полной? — Как ты верно заметил, я обожаю замки. Поэтому, раз уж мне пришлось застрять здесь на целых три недели и Мерлин знает на сколько ещё, я намерена насладиться этим временем аутентично. Присаживайся. Гермиона разлила виски по бокалам и села в кресло напротив. — Что ж, за дружбу? — За дружбу. — поддержал Малфой. — Я ужасно голодная. Мы же весь день ничего не ели. — она положила в рот кусок сыра. — У тебя каждый вечер так проходит? — спросил Малфой, оглядывая комнату. — Осуждаешь меня? — Восхищаюсь. Оба улыбнулись. — Честно говоря… Я всё хотела сказать, но в этой суете… Я очень… эм… Малфой уже набрал воздуха в грудь, чтобы сказать что-то типа: «Смелее, Гриффиндор!», но передумал. — Хорошо, что ты здесь. — она выдохнула эти слова еле слышно. — Честно говоря, эти три недели здесь в одиночку дались мне… Спасибо, что ты пришёл. — Грейнджер, ты ведь не думала, что мы тебя бросим, а? — Нет, разумеется, не бросите, но… обстоятельства бывают разными… — Гермиона! Опять эта «Гермиона». — Да весь отдел все эти три недели на ушах стоял! Поттер вообще перевернул всё министерство, чтобы найти, как тебе помочь. Сам рвался сюда, хоть не смыслит в артефактах ни… — Ладно, ладно, я поняла. — Но одна вещь улучшилась за эти три недели. — Какая? — спросила волшебница грустно. — Кофе. — Малфой! — она несильно ударила его по предплечью ладонью. Они помолчали. Виски разливался приятным теплом, огонь в камине уютно потрескивал и бросал отблески на их лица. — Можно вопрос? Она кивнула. — Мы ведь теперь друзья, но если не хочешь, ты конечно не должна… — Малфой, задавай свой вопрос! — она улыбнулась и сделала глоток. Он тоже улыбнулся и на секунду потупил взгляд. — Почему ты так любишь замки? — Хочешь спросить, почему они меня возбуждают? — с укоризной переспросила она. Он снова опустил взгляд. — Хочу. Но спрашиваю о другом. Не хочу больше лезть в то, чем ты не готова делиться. — Когда ты слишком вежлив, тебе не идёт. Оставь хоть немного Малфоя в Малфое. — она хихикнула и откинулась на спинку. В его глазах блеснули хитрые искры. — Когда мне было лет двадцать, я впервые побывала в замке. Кроме Хогвартса, разумеется, но там я и правда занималась не тем. И знаешь, что меня впечатлило больше всего? Окна. У окон обычно можно разглядеть толщину стен. И там часто устроены такие уютные места отдыха, похожие на купе поезда. Не знаю почему, но я вдруг представила сколько людей зажимались в этих углах, скрытые от случайно зашедших в комнату… сколько измен, сколько безумных влюблённостей, сколько безудержной похоти… Ведьма посмотрела на Драко — он слушал, не отрывая взгляд. Тогда она продолжила. Виски расковал её, а новая сторона Малфоя добавила открытости. — Когда я дошла до спальни, то поразилась красоте кровати. Деревянная, с балдахином и алыми покрывалами. На ней было несчётное количество перин, возможно, она была ужасно неудобной, но так и хотелось в неё упасть. Я стала представлять, как эта парочка 400 лет назад не смогла сдержать страсть и ублажала друг друга у того самого окна — она трогала его через бриджи, а он целовал ей декольте, но им было этого мало. Им хотелось прижаться друг к другу обнажёнными телами — и тогда они, не прерывая объятий и поцелуев, медленно идут в спальню. Малфой сидел уже на пушистом ковре и слушал с приоткрытым ртом. — Он с нетерпением расшнуровывает её платье и корсет, срывает нижние юбки, разрушает причёску. Она валит его на кровать с балдахином, залезает на него верхом и расстёгивает его жакет, рубашку и брюки и… Гермиона засмущалась собственной смелости и посмотрела на Драко. — И? — он был уже у самых её ног.