Глава 2. Расширение базы

     Ночью библиотека института запирается автоматически, но замки рассчитаны на людей, а не на тех, кто может различать напряжение в металле на слух и сдвинуть защёлку так, чтобы утром никто ничего не заметил.      Я прихожу после полуночи. Камеры в коридорах пишут в штатном режиме — я не трогаю их, просто двигаюсь быстрее, чем система успевает собрать кадр в осмысленную последовательность. Для неё я — шум.      В читальном зале темно. Лунный свет ложится на длинные столы, на ряды стеллажей, уходящих в глубину, как аккуратно выстроенные роты. Бумага пахнет одинаково во всех странах — сухо и немного сладко.      Я начинаю с генетики, потому что она ближе всего к моим текущим задачам. Книга за книгой. Я не листаю — я перелистываю страницы с такой скоростью, что для стороннего наблюдателя это выглядело бы как размытие. Для меня же каждая строка остаётся чёткой, как выгравированная.      Я не просто читаю — я структурирую. Понятия складываются в разделы, разделы — в блоки, блоки — в сеть. Я сразу отмечаю повторяющиеся фрагменты, спорные допущения, нестыковки между школами.      Через несколько минут — субъективно часов — я перехожу к нейрофизиологии. Потом к кибернетике. Потом к старым сборникам по системной инженерии, которые редко берут студенты, потому что они написаны сухо и без примеров из популярной культуры.      Я работаю не по принципу «что интересно», а по принципу «что пригодится».      Человеческая наука медленна, но она последовательна. В ней много осторожности, но эта осторожность — фундамент.      Я двигаюсь по библиотеке, как по складу инструментов, выбирая не красивые, а полезные.      К утру я возвращаю всё на места. Ни один том не лежит иначе, чем лежал. Если библиотекарь завтра посмотрит отчёт, она увидит обычную статистику посещений.      Я выхожу на крышу и на секунду задерживаюсь, глядя на город. Ночь подходит к концу. Для людей она была короткой. Для меня — насыщенной.

***

     С серверами всё сложнее.      Я не могу подключиться к сети напрямую. Я не поток данных, я — биология, пусть и очень быстрая. Чтобы получить статью, мне нужен экран, клавиатура, ограничение в виде скорости передачи.      Это раздражает, но в этом есть и дисциплина.      Днём я сижу в компьютерном классе, как любой студент. Монитор светится бледным голубым, страницы загружаются с паузами. Иногда я жду несколько секунд, пока откроется PDF, и это время кажется почти комичным.      Я не ускоряюсь здесь. Если я буду двигаться быстрее, клавиатура не выдержит, пластик оплавится, да и окружающие заметят странности.      Поэтому я читаю в темпе машины.      Это другое ощущение. Не поток, а ступени. Открыть. Прочитать. Закрыть. Скачать. Сохранить. Систематизировать.      Вечером я забираю накопленные статьи на свой терминал в квартире — защищённый, изолированный, без лишних подключений. Лекс настоял на этом, и он был прав.      Я сижу перед экраном, листаю публикации по искусственным нейросетям, по распределённым вычислениям, по автономным системам управления. Многие идеи сырые. Многие повторяют старые концепции другими словами.      Но в них есть зерно.      Я отмечаю принципы, которые можно масштабировать. Архитектура ИИ, способного не просто анализировать, а прогнозировать. Система спутников, которая не просто передаёт сигнал, а строит модель поля угроз. Роботизированные платформы — не для демонстрации, а для замещения человеческого фактора там, где человек слишком медлителен или слишком эмоционален.      Иногда я ловлю себя на том, что слишком быстро перехожу к следующему шагу. Тогда я возвращаюсь и перечитываю статью уже медленно, позволяя ей сопротивляться.      Человеческие ограничения — это не только слабость. Это фильтр.

***

     Ночью я снова ускоряюсь.      Сажусь на пол, выключаю свет, позволяю внутреннему ритму замедлиться до той точки, где внешний мир перестаёт быть обязательным.      Внутри разрастается структура. Книги, статьи, схемы — они больше не лежат стопками, они становятся узлами.      Я запускаю проект.      Не в железе — в теории.      ИИ с распределённой архитектурой, способный обрабатывать данные с орбиты, с наземных станций, с лабораторий. Он должен быть быстрее существующих моделей на порядки, но при этом — управляемым. Не автономным в смысле независимости, а автономным в смысле скорости реакции.      Я перебираю варианты: централизованная модель — уязвима. Полностью распределённая — трудно контролируема. Нужен гибрид.      Следом — роботы. Не эффектные, не человекоподобные. Функциональные. Сменные модули, дистанционное управление, автономные боевые режимы. Материалы — композиты, усиленные сплавы. Я оцениваю нагрузку, просчитываю точки отказа.      Потом — суперсолдаты.      Не на уровне мифов, а на уровне генетики. Усиленная регенерация, улучшенная плотность мышечных волокон, ускоренная передача импульса. Проблема — стабильность. Человеческое тело не рассчитано на скачкообразные изменения.      Я прогоняю миллионы моделей. Варианты, где усиление приводит к раку. Где психика не выдерживает. Где иммунная система начинает атаковать собственные ткани.      Отбрасываю. Корректирую. Снова запускаю.      В ускорении проходят часы, дни, недели расчётов. В реальности — едва ли больше часа.      В какой-то момент я останавливаюсь.      Есть граница.      Вся эта конструкция — ИИ, спутники, роботы, генетические улучшения — укладывается в физику. Она сложна, но понятна. Я могу построить её по частям, отдать Лексу чертежи, дать задачи, распределить ресурсы.      Но есть слой, который не подчиняется этой логике.      Я вспоминаю редкие случаи, которые не объясняются статистикой. Энергетические всплески, аномальные явления, люди, чьи способности не выводятся из ДНК.     Я пытаюсь встроить это в модель.      Не получается.      Можно описать магию как неизвестную форму энергии. Можно ввести переменную «воля» и присвоить ей коэффициент. Можно даже построить гипотезу о поле, которое взаимодействует с сознанием.      Но это не делает её управляемой.      Я открываю глаза.      В комнате темно, только монитор в углу мигает индикатором ожидания. За стеклом медленно движутся огни машин.      Я не раздражён. Я не удивлён.      Просто фиксирую: человеческая наука даёт мне инструменты для контроля материи и информации. Для магии мне потребуется другой слой защиты.      Значит, его придётся создать.