Глава 3. Предел защиты

      Я начинаю не с книг и не с приборов, а с себя.      Вечером, когда город постепенно выравнивает шум до фонового гудения, я выключаю свет и оставляю только слабую подсветку от экрана в дальнем углу комнаты. Она мне не нужна — это скорее привычка, напоминание, что я всё ещё в материальном мире.      Я ложусь на пол, на спину, руки вдоль тела. Закрываю глаза.      Дыхание замедляется само — без счёта, без ритуала. Сердце сбрасывает ритм до экономичного. Тело уходит на задний план.      Я строю пространство.      Не образ — структуру.      Внутренний коридор, длинный, без дверей, без окон. Стены не из камня и не из металла — они состоят из слоёв воспоминаний, упорядоченных и сжатых. Каждый шаг вперёд — это не движение, а переход к следующему уровню доступа.      Я открываю первый «замок» — воспоминания текущей недели. Лекции, лица одногруппников, формулы на доске. Они доступны свободно. Я позволяю им течь, наблюдаю, нет ли паразитных вставок, чужих фрагментов, нехарактерных ассоциаций.      Ничего.      Я двигаюсь глубже.      Шахта в Миссури. Свинец, бетон, слои изоляции. Схемы, которые я держу в памяти без записи на бумаге. Эти данные защищены плотнее — я мысленно добавляю к ним дополнительный слой, как если бы заливал бетон поверх уже готовой плиты.      Дальше — Лекс. Разговоры, расчёты, первые прототипы систем. Я прохожу по ним медленно, проверяя, не оставил ли где-то эмоциональной привязки, которую можно было бы использовать как точку входа.      Я не нахожу слабых мест, но это не повод расслабляться.      Я ускоряюсь.      Внутренний коридор превращается в лабиринт — не хаотичный, а спроектированный. Несколько ложных ходов, несколько циклов, где мысль возвращается к исходной точке, если попытаться пройти напрямую. Я закладываю их намеренно. Если кто-то попробует проникнуть, он упрётся в зеркала и отражения.      Я создаю три уровня защиты.      Первый — поверхностный: шум. Образы, случайные мысли, не связанные между собой. Поток, в котором трудно выделить значимое.      Второй — структурный: логические замки. Доступ к ключевым блокам памяти только через определённую последовательность ассоциаций, известную мне одному.      Третий — аварийный: отсечение. Если давление извне превысит порог, часть данных будет изолирована, отрезана от текущего сознания, как отсек корабля при разгерметизации.      Я тестирую систему сам.      Пытаюсь обойти первый уровень, как если бы я был не собой, а сторонним наблюдателем. Пытаюсь «вскрыть» второй, нарушая последовательность. Ввожу ошибочные ассоциации, смотрю, не откроется ли что-то случайно.      Ничего не открывается.      Внутренний лабиринт держит форму.      Я выхожу из ускорения.      Комната возвращается. Тело остаётся спокойным. Пот на коже отсутствует — это не физическая работа.      Я сажусь, опираюсь спиной о стену.      Для человеческого телепата среднего уровня это будет непростой задачей. Для сильного — лишь вопрос времени.

***

     Я поднимаюсь, наливаю себе воды, смотрю, как прозрачная струя заполняет стакан. Простые действия возвращают масштаб.      Ментал — это взаимодействие сознаний. Воля против воли. Концентрация против концентрации.      Здесь я могу расти.      Я могу усилить дисциплину, увеличить плотность внимания, сократить внутренний шум до минимума. Мой разум уже работает быстрее большинства, и ускорение — лишь инструмент, а не костыль.      С магией иначе.      Я возвращаюсь к столу, открываю тетрадь, где в нескольких строках обозначены попытки встроить «аномальный фактор» в физическую модель. Рядом — аккуратные пометки: «неустойчиво», «противоречие», «нет повторяемости».      Я не злюсь. Я просто фиксирую: магия не обязана быть рациональной.      На секунду я позволяю себе подумать о Криптоне.      Там были архивы. Закрытые слои знаний, к которым я не прикасался намеренно. Технологии, способные моделировать поля, которые здесь назвали бы магическими. Теоретические разработки по взаимодействию сознания и энергии. Я знаю, что они существуют. Я знаю, что могу попытаться до них добраться.      И я знаю, к чему это может привести.      Каждое серьёзное вмешательство в криптонские системы — это сигнал. Потенциальный маяк. Я не собираюсь раньше времени напоминать о себе тому, кто может его уловить.      Зод.      Его имя я не произношу вслух, но он присутствуют в расчётах.      Эти знания были бы полезны. Они могли бы закрыть часть пробелов. Возможно — даже полностью.      Но сейчас я выбрал другое.      Спокойствие важнее.      Я не касаюсь тех слоёв. Не потому, что боюсь. Потому что стратегически это преждевременно.      Я возвращаюсь к себе.      Ментальную защиту я могу усилить до уровня, при котором слабые атаки не будут даже замечены. Средние — встретят сопротивление. Сильные… сильные потребуют иных решений.

***

     Я подхожу к окну. Метрополис светится ровно, без всплесков. Машины двигаются по магистралям, как кровь по сосудам.      Внутренний лабиринт — это хорошо.      Но если противник не входит через дверь, а проламывает стену?      Я разворачиваю в голове новую задачу.      Не усиливать только себя — создать слой помех вокруг себя. Искусственный шум, который искажает попытки проникновения. Поле, в котором ментальный импульс рассеивается, как свет в тумане.      Это уже не чистая психотехника.      Это техника.      Значит, мне нужен Лекс. Нужен ИИ, который мы создаём. Нужны приборы, способные работать на границе физики и неизвестного.      Я возвращаюсь к столу, открываю терминал. Пальцы ложатся на клавиатуру.      Сообщение Лексу короткое:      Нужен новый проект. Приоритет — высокий. Обсудим завтра.      Я не объясняю деталей. Он всё равно спросит.      Я закрываю ноутбук и снова на секунду задерживаюсь в тишине комнаты.      Внутренний лабиринт стоит.      Но этого недостаточно.      Следующий шаг — вынести защиту наружу.