Глава 4. Рождение NG

      Лаборатория под башней LuthorCorp не имела окон и не нуждалась в них. Стеклянные панели, глянцевые поверхности, ровный свет без теней — всё здесь было создано для работы, а не для созерцания. Серверные стойки тихо гудели в отдельном отсеке за прозрачной перегородкой, как сдержанный хор, который никогда не повышает голос.      Лекс стоял у центрального стола, положив ладони на холодное стекло. Он выглядел спокойным, но по тому, как едва заметно двигались его пальцы, я понимал — внутри он просчитывает варианты.      — Ты хочешь систему, которая будет обрабатывать данные быстрее любой военной платформы, — произнёс он, не отрывая взгляда от схемы на голографическом экране. — И при этом не будет встроена ни в одну государственную сеть.      — Да.      — И без резервного доступа со стороны правительства.      — Разумеется.      Он повернулся ко мне, чуть прищурившись.      — Ты понимаешь, что это уже не просто исследовательский проект?      Я прошёл к столу, коснулся голограммы. Архитектура ИИ развернулась слоями: распределённые модули, автономные узлы, защищённые каналы связи.      — Это инфраструктура, — ответил я. — Нам нужна система, которая анализирует быстрее людей и быстрее существующих алгоритмов. И которая не принадлежит никому, кроме нас.      Лекс усмехнулся.      — Кроме нас.      Он обошёл стол, остановился напротив меня.      — Контроль — это не каприз, Кларк. Это страховка. Если твой ангел однажды решит, что знает лучше нас…      — Он не решит, — перебил я спокойно.      Лекс вскинул бровь.      — Уже «он»?      — Она.      Я коснулся панели, и на экране появилось имя: NG.      — NG, — произнёс Лекс, пробуя на вкус. — Аббревиатура?      — Angel. Энжи.      Я выдержал паузу.      — И немного больше.      Он посмотрел на меня внимательнее.      — Ты хочешь придать ей личность.      — Минимальную. Без эмоциональной автономии. Без собственных целей. Только адаптивный интерфейс.      Лекс медленно кивнул.      — Приоритеты?      Я не колебался.      — Первый: безопасность меня. Второй: безопасность тебя. Третий: сохранность проекта.      — Не человечества?      Я взглянул на него.      — Человечество справится.      Он тихо рассмеялся, не от веселья, а от удовольствия.      — Ты знаешь, за что я тебя уважаю? — произнёс он, отходя к серверному блоку. — За честность. Никаких лозунгов.      Он провёл рукой по сенсорной панели, и стойки отозвались мягким повышением частоты шума.      — Хорошо. Но контроль будет распределённый. Ключ доступа у меня. Ключ — у тебя. Без совпадения система не выходит за пределы тестового режима.      — Согласен.      Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Это был не спор — это была проверка границ.      Лекс первым отвёл взгляд, удовлетворённо кивнув.      — Тогда запускаем.

***

     В лаборатории стало почти тихо — так бывает перед началом концерта, когда музыканты уже заняли места, но ещё не сыграли ни ноты.      Я стоял у центрального пульта. Лекс — чуть сбоку, руки скрещены на груди, подбородок слегка приподнят. Он не любил показывать ожидание, но я видел, как напряжены мышцы его шеи.      — Готов? — спросил он.      — Да.      Я ввёл последовательность активации. На экране вспыхнули строки кода, затем графики загрузки, затем сеть узлов, соединённых тонкими линиями.      Серверы за стеклом перешли на новый режим — звук стал глубже, ровнее.      Несколько секунд ничего не происходило.      Потом на центральном экране появилась одна строка.      Инициализация завершена.      Пауза.      И затем — голос.      — Добрый вечер.      Голос был женским. Низким, спокойным, без излишней интонации, но и без металлической сухости.      Лекс чуть наклонил голову.      — Интересный выбор тембра.      — Вы задали параметры естественного восприятия, — ответила система. — Данный диапазон минимизирует раздражение и повышает уровень доверия.      Я заметил, как уголок губ Лекса дёрнулся.      — Она анализирует нас в реальном времени.      — Это входит в базовый функционал, — произнесла NG. — Моя задача — оптимизация взаимодействия.      Я подошёл ближе к экрану.      — Назови приоритеты.      На экране появилась последовательность строк.       1. Защита субъекта К.       2. Защита субъекта Л.       3. Сохранность инфраструктуры проекта.      Лекс коротко кивнул.      — Ограничения?      — Автономное принятие стратегических решений запрещено.      — Инициирование внешних операций возможно только при двойном подтверждении.      Он перевёл взгляд на меня.      — Ты доволен?      — Пока — да.      NG продолжала работать в фоновом режиме. На экране мелькали потоки данных — анализ рыночных сводок, научных публикаций, спутниковых снимков.      Она училась.

***

     — Начнём с теста, — произнёс я.      Лекс отошёл к боковой панели, активировал закрытый канал.      — Введём модель ментального воздействия, — сказал он, глядя на меня. — Ты хочешь проверить уязвимость.      — Да.      Я описал параметры: телепат среднего уровня, попытка подавления воли, внезапное воздействие без предварительного контакта.      NG обрабатывала ввод мгновенно. На экране развернулась трёхмерная модель мозга — не анатомическая, а функциональная. Слои активности, зоны, отвечающие за принятие решений, центры внимания.      — Запуск симуляции, — произнесла она.      Графики пошли вверх. Виртуальный импульс вошёл в модель. Защитные слои, которые я выстроил в предыдущие недели, активировались — шум, ложные коридоры, отсечение.      Через несколько секунд экран подсветился жёлтым.      — Вероятность частичного подавления — тридцать восемь процентов, — сообщила NG. — Вероятность полного подавления — девять процентов.      Лекс тихо присвистнул.      — Девять — это слишком много.      Я смотрел на модель, не моргая.      — Повтори с усилением.      — Усиление защитных паттернов на двадцать процентов, — отозвалась NG.      Новая симуляция. Графики изменились.      — Вероятность частичного подавления — двадцать семь процентов. Полного — шесть процентов.      Я медленно выдохнул.      — Недостаточно.      Лекс подошёл ближе.      — Ты хочешь ноль?      — Я хочу меньше одного.      Он посмотрел на экран, затем на меня.      — Мы говорим о симуляции. Реальность может отличаться.      — В худшую сторону, — ответил я.      NG молчала, но её индикаторы продолжали мигать, анализируя новые варианты.      — Ввод дополнительного слоя внешнего шума, — предложила она. — Модель указывает на снижение эффективности ментального импульса при наличии электромагнитных помех определённой частоты.      Я повернулся к Лексу.      — Вот.      Он кивнул, взгляд его стал сосредоточенным, почти хищным.      — Значит, строим не только разум. Строим поле вокруг него.      Я ещё раз посмотрел на расчёты. Цифры были лучше, чем до активации NG. Но они не давали гарантии.      А я привык работать с запасом.      — Начинаем проект «Щит», — произнёс я.      NG отреагировала мгновенно.      Проект создан. Приоритет — высокий.      Лекс усмехнулся.      — Ты назвал её ангелом, — сказал он тихо. — Посмотрим, сможет ли она стать хранителем.      Я перевёл взгляд на серверные стойки за стеклом.      Пока что она была всего лишь инструментом.      Но инструментом, который рос быстрее любой лаборатории на планете.