Глава 6. Поверхностник

     Город стоял на границе суши и соли.      Невысокие дома, металлические крыши, выцветшие вывески. Воздух пах дизелем, водорослями и рыбой, которую разделывали прямо на пирсе.      Порт жил простыми циклами:      ночной выход — утренний возврат — ремонт сетей — снова выход.      Я не приземлялся в центре. Опустился за складом, где ветер с моря заглушал шаги. Биополе сгладило движение — воздух не дрогнул, пыль не поднялась.      Артур Карри стоял по колено в воде у края пирса. Лодка была старая, но ухоженная. Он вытаскивал сеть, не напрягаясь. Вес — значительный. Движения — экономные.      Плечи широкие. Центр тяжести устойчивый.      Тело привыкло к сопротивлению воды.      Он работал без показной силы.      Сила просто присутствовала.      Я подошёл на расстояние, которое позволяло говорить без крика.      Он почувствовал меня раньше, чем услышал. Обернулся резко, но без паники.      — Ты кто? — спросил он.      Голос низкий, сдержанный. Не агрессивный.      — Кларк Кент.      Он оглядел меня коротко. Не как прохожего — как возможную угрозу.      — Репортёр? — уточнил он.      — Нет.      Пауза.      Он выбросил сеть в лодку, закрепил её и вышел на пирс. Доски под его весом прогнулись, но не скрипнули — он двигался аккуратно.      — Тогда зачем ты здесь?      Я не стал заходить издалека.      — Ты знаешь, что происходит под водой.      Он прищурился.      — Рыба уходит глубже. Штормы стали странными. Военные лодки шумят чаще. Это ты про это?      — Частично.      Я выдержал паузу, позволяя ему решить — уйти или слушать.      Он остался.      — Ты не просто рыбак, — сказал я.      Он усмехнулся без улыбки.      — И ты не просто турист.      Я кивнул.      — Ты слышишь океан иначе.      Он ничего не ответил, но мышцы на шее напряглись на долю секунды.      — Я знаю, кто ты, — продолжил я. — И кто была твоя мать.      Ветер усилился. Флаг на мачте лодки дёрнулся.      — Аккуратнее, — сказал он тихо.      Я не менял интонацию.      — Атланна жива.      Это слово не вызвало вспышки.      Оно вызвало паузу.      Артур смотрел на меня дольше, чем прежде.      — Не произноси её имя просто так, — сказал он.      — Она не умерла, — добавил я. — Она изгнана.      Его дыхание стало глубже. Не чаще — глубже.      — Это слухи, — произнёс он.      — Это факт.      Он сделал шаг ближе. Не угрожающе. Проверяя.      — Допустим, — сказал он. — И дальше?      — Орм Мариус правит Атлантидой.      Он отвёл взгляд в сторону моря.      — Это тоже не новость.      — Он узурпировал власть после изгнания Атланны.      Артур сжал челюсть. Ненадолго.      — Ты слишком много знаешь для случайного человека, — сказал он.      — Я не случайный.      Пауза растянулась. Вдалеке гудел двигатель возвращающегося траулера.      — И что ты предлагаешь? — спросил он наконец.      — Правду.      Он усмехнулся снова, на этот раз чуть заметнее.      — Правду всегда кто-то предлагает, — сказал он. — Обычно перед тем, как втянуть в войну.      Я отметил формулировку.      — Я не предлагаю тебе воевать за поверхность, — произнёс я. — Я предлагаю тебе вернуть законную власть.      Он смотрел прямо.      — Ты считаешь меня наследником?      — Ты им являешься.      Он покачал головой.      — Наследники живут во дворцах. Я чиню моторы и вытаскиваю сети.      — Это не отменяет происхождения.      В его взгляде появилось раздражение — не на меня, на ситуацию.      — Если она жива, — сказал он, — где она?      — Впадина.      Слово повисло между нами.      Он знал это название.      Плечи слегка напряглись.      — Впадина — это приговор, — произнёс он.      — Для обычного человека — да.      — И ты хочешь, чтобы я поверил, что она выжила?      — Я не прошу верить, — ответил я. — Я предлагаю проверить.      Он молчал.      Ветер усилился, волны стали выше. Несколько чаек поднялись с пирса.      — Доказательства, — сказал он наконец. — Если ты хочешь, чтобы я слушал дальше, мне нужны доказательства.      Разумное требование.      — Я покажу тебе, — ответил я.      Он прищурился.      — И как?      — Не здесь.      Он посмотрел на город, на лодки, на людей, занятых своими делами.      — Если это ловушка, — сказал он спокойно, — ты не успеешь пожалеть.      Я кивнул.      — Если это ложь, ты сможешь уйти.      Пауза.      Он протянул руку, не для рукопожатия — проверяя дистанцию.      — Один шаг за грань — и я ухожу, — сказал он.      — Согласен.      Он ещё раз посмотрел на море. Долго.      В этом взгляде не было жажды трона.      Было что-то другое.      Ответственность, к которой он не готовился.      Он кивнул едва заметно.      — Показывай, — сказал он.      Океан за его спиной выглядел спокойным.      Но давление под ним росло.