Глава 7. Решение

      Подземный уровень под башней Лекса не предназначался для гостей, но я не делал из этого тайны. Артур вошёл в лабораторию без комментариев, оглядываясь не как турист, а как человек, оценивающий возможные угрозы.      Свет здесь был ровный, без теней. Воздух сухой. На центральной платформе медленно вращалась модель Атлантики.      — Это не военная карта, — сказал я. — Это геология, давление и магические узлы.      NG вывела дополнительный слой. Океан стал не просто глубиной, а структурой. Течения обозначились как артерии. Разломы — как шрамы.      — Выделяю зону повышенной аномалии, — произнесла NG.      В южной части Атлантики вспыхнула точка. Не яркая — плотная. Вокруг неё линии искажались.      — Впадина, — сказал Артур.      Он не спрашивал.      — Да, — ответил я.      NG увеличила сектор. Показатели давления уходили за пределы обычных значений. Электромагнитные помехи фиксировались нестабильно. Но главное — другой график.      — Магическая активность, — произнесла NG. — Не коррелирует с физическими параметрами среды. Узел устойчив, но нестабилен по периферии.      Я добавил ещё один слой — исторические данные.      — За последние двадцать лет, — сказал я, — из Впадины зафиксированы редкие всплески. Каждый совпадал с периодами внутренней нестабильности Атлантиды.      Артур смотрел молча.      — Это не просто тюрьма, — продолжил я. — Это место, где давление среды и магический фон усиливают друг друга. Изгнание туда — не казнь. Это медленное стирание.      Его челюсть напряглась.      — И ты утверждаешь, что она там, — сказал он.      — Вероятность — выше шестидесяти процентов. Орм не объявлял о её смерти. Он объявил об изгнании.      Артур отвёл взгляд к вращающейся модели. Несколько секунд он просто смотрел на тёмную зону в океане.      — Шестьдесят процентов — это не факт, — произнёс он.      — Это достаточно, чтобы проверить.      NG замолчала. Голограмма продолжала вращаться.

***

     Вечером я не сопровождал его.      Артур вернулся в свой город. В старый дом у края воды. Небольшой, деревянный, с облупившейся краской и аккуратно сложенными сетями у стены.      Я не входил внутрь. Просто слушал.      Голос старика был хриплым, но устойчивым. Его отец не задавал лишних вопросов. Он слушал.      — Он сказал, что она жива, — произнёс Артур.      Долгая пауза.      — Я говорил тебе, что тело не нашли, — ответил отец. — Но это не значит…      Он не договорил.      — Ты верил, что её изгнали? — спросил Артур.      — Я верил, что правду нам не сказали.      Тишина в доме была плотнее, чем под водой.      — Если это правда, — произнёс Артур медленно, — я не могу остаться здесь.      Старик не повысил голос.      — И если это ложь?      — Тогда я вернусь.      Скрип стула. Шаги по деревянному полу.      — Она бы не хотела, чтобы ты погиб, — сказал отец.      — Она бы не хотела, чтобы я жил, делая вид, что ничего не случилось.      Пауза.      — Ты уже давно не просто рыбак, сын, — тихо ответил старик.      Я отвёл слух. Этого было достаточно.

***

     Ночью он вышел к воде.      Я ждал у кромки пирса.      Артур подошёл без лишних слов.      — Я говорил с ним, — сказал он.      — Понимаю.      Он смотрел на тёмную линию горизонта.      — Если она там, — произнёс он, — это не твоя проблема.      — Нет, — ответил я. — Это твоя.      Он перевёл взгляд на меня.      — Тогда зачем ты вмешиваешься?      Я выдержал паузу.      — Потому что Орм ведёт Атлантиду к войне с поверхностью. И потому что легитимность важнее силы.      Он усмехнулся коротко.      — Легитимность? Ты говоришь как политик.      — Я говорю как человек, который видел падение государств.      Он изучал меня несколько секунд.      — Ты хочешь заменить одного короля другим, — сказал он.      — Я хочу восстановить законную структуру власти.      — И что получишь взамен?      — Стабильность.      Это не было метафорой.      Артур сделал шаг ближе.      — Если я соглашусь, — сказал он, — ты не будешь решать за меня.      — Нет.      — Ты не вмешаешься в бой, если дело дойдёт до вызова?      — Только если это будет означать гибель вне правил.      Он кивнул.      — Это моя война, — сказал он.      — Да, — ответил я. — Я — поддержка.      Ветер усилился, но волны вокруг нас оставались ровными.

***

     Он стоял долго, глядя на воду.      В этом взгляде не было жажды власти.      Было понимание, что выбора больше нет.      — Если она жива, — произнёс он наконец, — я вытащу её.      Он посмотрел на меня.      — И если Орм стоит между нами, я брошу ему вызов.      Я кивнул.      — Тогда нам нужно подготовиться к Впадине.      Он не спросил как.      — Когда? — сказал он.      — Скоро. Давление растёт.      Артур сделал глубокий вдох. Не как перед прыжком. Как перед решением, которое не отменить.      — Хорошо, — произнёс он.      Это было не согласие с моим планом.      Это было принятие собственного.      Океан перед нами оставался тёмным.      Но теперь в нём появилась траектория.