Часть 55

Глава 55 Белое золото. Достигнутые соглашения были шикарными. Мало того что мы получали соль и бронзу в десятки раз дешевле, чем если бы вел дела даже на самых выгодных условиях с кланом Топоров, так еще и всё это планировалось с «доставкой на дом». Просто восхитительно. Торгрем, сам того не осознавая, брал на себя самые тяжелые логистические задачи. Пока его мастера возводили каменные стены поста и караваны тэннов тащили туда тяжелые мешки с солью и бронзу, наше племя могло сосредоточиться на производстве высокотехнологичного по тем временам товара. Мы превращались из простых собирателей и охотников в настоящих ремесленников и стратегических партнеров. Нужно было делать несколько дел сразу и срочно. В первую очередь — еще больше наращивать вылов рыбы. Для этого требовались плоты побольше, а возможно, и маленькие лодки — над их конструкцией стоило крепко подумать, чтобы они выдержали течение и вес улова. Но самое главное — сети. Делать их из растительного волокна не могли: просто не было возможности и времени заниматься сбором и обработкой подходящих трав. Поэтому основная надежда легла на верхний, грубый слой шерсти мамонтов. Провел несколько экспериментов: если замочить эти жесткие волокна в теплой воде с золой, они становятся мягче и вполне пригодны для плетения. Работать с такими сетями, конечно, можно было только в плотных перчатках из кожи, иначе руки в кровь раздерешь, но это был выход. Шерсти требовалось много, по-настоящему много. А чтобы получить её у великанов, позарез нужна была соль. Поэтому, не раздумывая, весь пеммикан, который оставался в запасах, обменяли на соль у тэннов. Это был риск — оставить племя без готового неприкосновенного запаса, но без соли и сетей дальнейшее наращивание производства было невозможно. После возвращения в племя отдых остался лишь в мечтах. Работа закипела сразу по нескольким направлениям: вырезали из дерева тяжелые биты для валки, чесалки и рамы, обустраивали просторные навесы, где шерсть могла сохнуть, не впитывая сырость камня. Однако всё это оборудование было лишь грудой дерева без сырья. Занялся разведкой с целью поиска мест стоянок семей и их стад. Патриарх той семьи, что встретилась нам первой, обещал, что весть разнесется по равнине: охотников в желтых одеждах трогать нельзя, если они не замахиваются на крупную дичь. Это была наша охранная грамота, но для настоящего дела одной знакомой семьи мамонтов было мало. Чтобы полностью загрузить племя работой на всю зиму, требовалось согласие как минимум трех-четырех семей. Когда обнаружил стоянки ближайших семей, к ним отправились переговорщики. Задача стояла непростая: не просто выменять шерсть, а убедить этих гигантов самих доставить груз к нашему плато. Племя сейчас было физически не способно перетащить на себе те горы сырой шерсти, что могли дать великаны. Но ожидания были хорошими. Великанам для производства их странного сыра нужна была соль — они считали сыр настоящим лакомством. Думается, успех обеспечен: они придут хотя бы для того, чтобы забрать соль. Главное, чтобы не поубивали охотников, приняв их за чужаков до того, как те успеют показать белые кристаллы. Надежды на оборонительные стены в это лето были пустыми. Даже если бы бросили все свободные силы на строительство, ничего бы не вышло. На плато работы лет на пять, не меньше, — и это только из дерева и земли. Рассчитывать на стены сейчас было гибельным делом, поэтому просто забил на них до лучших времен. Расчет строился на другом — на страхе. Все окрестные племена до дрожи боятся великанов. Если они увидят, что к стоянке в большом количестве приходят эти исполины, страх погонит их прочь. Чем больше концентрация великанов вокруг плато, тем выше вероятность быть убитым для любого чужака. Мое поселение должно было стать местом, которое обходят стороной. Охотникам удалось договориться. Их не убили, хотя в одном случае всё едва не закончилось кровью — то семейство великанов просто не знало о соглашении. Только то, что охотники, как я и учил, вовремя пали на колени и вопили о даре соли, спасло им жизни. Уже потом, когда первичная ярость утихла, они смогли рассказать о договоре. Как выяснилось, семьи великанов общаются между собой крайне редко. Но теперь великаны стали приходить для обмена, одна семья за другой. Неожиданно наше плато стало для них поводом для встреч и разговоров. Благодаря этому даже появилась новая семья: один из молодых великанов, сын патриарха с большим стадом, взял женщину из другого рода, а отец выделил ему часть своих животных. Как я понял, новые семьи у них формируются только тогда, когда численность мамонтов позволяет отделить жизнеспособное стадо. Если же этого не происходит, великаны по достижении определенного возраста просто уходят из семьи «на вольную охоту». По сути, это означало смерть: в одиночку, без своего стада, великан не способен прокормить себя на равнинах, там ему нет места. Такие изгои уходят на юг, и именно о них потом рассказывают жуткие вещи как пришел голодный исполин и сожрал всё живое в и людей в том числе. И это ни разу не сказки братьев Гримм, а суровая реальность. Так продолжается до тех пор, пока люди не соберутся большой толпой и не завалят проблему. Благо, великаны не так часто покидают семьи, предпочитая держаться своих мамонтов. Великаны меняли шерсть на соль, совершенно не понимая истинной ценности своего товара. Для них эти горы лишнего продукта от которого стада избавлялись каждое лето. Обмен был сказочно выгодным — конечно, не бусы на Манхэттен, но сделка определенно из разряда тех, что приносит огромную пользу нам. Впрочем, и великаны считали, что им невероятно повезло. Чистую, искрящуюся соль в таких объемах им было брать просто негде. Редкие солончаки на равнинах давали лишь горькую, перемешанную с грязью корку, а здесь — настоящие кристаллы из недр гор. В итоге все остались довольны, и это было главным залогом долгого сотрудничества. Лето неумолимо подходило к концу. Воздух становился прозрачнее и холоднее, а тени на скалах плато — длиннее. Глядя с высоты на равнины, оставалось только надеяться, что принятых мер хватит, чтобы избежать конфликтов этой зимой. Следя за окрестными племенами диких людей, признаков голода пока не находил. Но что будет с ними, когда ударят первые настоящие морозы и земля скроется под снегом — непонятно. Хотелось верить, что им удалось сделать хоть какие-то запасы и отчаяние не погонит их к нашим границам.