Часть 54

Глава 54 Выгодная сделка Торгрем взял предложенный брусок пеммикана, повертел его в заскорузлых пальцах и, отломив кусок, начал медленно жевать. Его взгляд, не отрываясь, сверлил лицо Златоуста. Я знаю, что совет изгнал тебя, произнес он, проглотив еду. Но я не знаю, что именно там произошло. Рассказывай. Почему ты здесь, у моих границ, а не за горами на равнинах? Златоуст понимал: врать Торгрему — значит погубить всё дело. Скоро состоится ежегодный обмен меди на олово, и там вождю тэннов всё равно расскажут свою версию событий. Нужно было осветить историю под нужным углом прямо сейчас. Хотел блага для всех племен союза, начал Златоуст, глядя прямо в глаза вождю. Но прежде всего думал о тех, кто идет за мной. Мой народ не должен был голодать зимой. Он указал на пеммикан в руках вождя. Это — не просто еда. Это долгие переходы без огня и сытый воин там, где другие падают от слабости. Здесь жир, мясо и сила рыбы. Оно хранится годами и весит втрое меньше обычного мяса. Мы научились заготавливать много еды, сытной и легкой. Затем Златоуст достал и разложил на коленях лоскут плотного, качественно свалянного войлока. А это — войлок. С ним юрта держит тепло в любой мороз, а человек не мерзнет в суровую зиму. Менял эти вещи на бронзу. Мое влияние росло, и я решил создать отряд из охотников всех племен для заготовки большого количества мяса. Сильный, вооруженный бронзовым оружием, способный защитить всех, а не только свой род. Торгрем прищурился, и в его глазах блеснул холодный интерес. Но старейшины и вожди испугались, продолжал Златоуст. Они увидели силу подготовленных людей, угрозу своей власти. Им было проще изгнать меня, чем принять перемены. Теперь нашел новый дом на плато, за перевалом смерти. И пришел к тебе, Торгрем, чтобы предложить дружбу и товары, которые сделают твой клан еще сильнее. Торгрем долго молчал, переваривая услышанное. Наконец он криво усмехнулся. Они побоялись копья, которое ты ковал для них, пробасил он. Глупцы. Но должен понимать: поставить дом на пути каннибалов, на пути голода и смерти — это очень опасно. Торгрем был опытным вождем и сразу увидел за словами Златоуста выгоду, которую нельзя было упускать. В его глазах это племя на плато становилось живым щитом. Ему было плевать, что там произошло в союзе и почему их изгнали — главное, что сейчас они будут жить за перевалом, и никакой угрозы его власти нет. В голодный год или когда наступит обещанная долгая зима, каннибалы неизбежно попытаются прорваться туда, где есть еда. И даже если в конечном итоге людей Златоуста перебьют, они успеют ослабить поток безумцев, задержать их и дать тэннам время подготовиться. К тому же Златоуст не просил защиты или помощи. Он предлагал обмен, а это означало, что тэнны получат не только военный заслон, но и ценные товары, а также передовую информацию обо всем, что происходит на равнинах. Ты не просишь меня кормить твоих людей или защищать твоих женщин, произнес Торгрем, и его голос стал чуть мягче. Ты предлагаешь мне сытых воинов и вещи, которые спасут моих охотников от обморожения. Это хороший разговор. Мои люди умеют добывать соль в пещерах, и у нас достаточно бронзы, чтобы платить за то, что действительно имеет цену. Он снова взглянул на войлок, прикидывая, сколько таких кусков нужно, чтобы укрыть его лучших людей. Мы будем меняться. Твоя еда и твой войлок в обмен на нашу соль и бронза. Но помни: если ты не удержишь плато, соль тебе не понадобится, а каннибалы не будут торговаться. Златоуст кивнул. Понимал, что Торгрем видит в нем прежде всего полезный инструмент, но именно это и было основой для крепкого договора. Никакой жалости, только сухой расчет. Вождю выгодно такое положение вещей, ему всё равно с кем торговать, а со мной даже выгоднее: буду давать не просто еду, а товары передела — более сытные и долгого хранения. Рыбы было много, ресурс позволял. Конечно, была проблема с войлоком — его просто не было в наличии для обмена прямо сейчас. Но это задача решаемая: будет соль — будет и войлок, ведь предварительное соглашение с великанами о шерсти уже есть. Оставалось запустить производство на полную мощность. Сидя напротив Торгрема, невольно обращал внимание на детали, которые ускользали от простого взора, но были очевидны для того, кто привык считать и созидать. У тэннов было много бронзы. Намного больше, чем на равнинах, и дорожили они ею куда меньше. Это не было сокровищем, спрятанным в закромах, — металл жил в их быту: в массивных застежках плащей, в тяжелых браслетах, в вычурных элементах рукоятей, которые уже несли в себе не только пользу, но и эстетику развитой культуры. Мысли невольно превращались в расчет. Если тэнны активно торгуют с Озерными жителями и получают медь и олово по обмену один к одному, это делало их положение сказочно выгодным. Для создания крепкой бронзы требуется всего десять процентов олова на девяносто процентов меди. Обменивая один условный килограмм меди на такой же килограмм олова, они получали избыток ценнейшего ресурса, который позволял им буквально заливать долину металлом. Этот горный клан сидел на золотой жиле распределения ресурсов, даже не осознавая до конца, насколько их богатство обусловлено простой математикой сплава. Пока вожди на равнинах дрожали над каждым сломанным наконечником, здесь бронза была обыденностью. Златоуст понимал: если тэнны хотят иметь надежный щит у своего порога, этот щит должен быть острым и прочным. Торгрем, произнес , обводя взглядом его богатое бронзовое убранство, твой клан богат металлом, но металл в сундуках не остановит голодную орду. Мы станем для вас не просто торговыми партнерами, а опорной точкой. Местом, где ваши охотники найдут кров, еду и поддержку в самый лютый мороз. Но чтобы этот щит выстоял, нам нужно много оружия и инструментов. Мы должны строить укрепления и вооружать каждого, кто способен держать копье. Сделал паузу, давая вождю прочувствовать вес моих слов. Для нас бронза — это жизнь. Для вас — привычный ресурс, которого в избытке. Дай нам возможность защитить этот перевал достойно, и ты получишь союзника, который никогда не отступит нам некуда отступать. Пеммикан наполнит животы твоих людей, но наши общие враги должны встречать только бронзу, а не голые руки. Торгрем хмыкнул, оценив напор. Он видел, что я не прошу подачек, а предлагаю стратегическое усиление его собственных границ. В его понимании, вооружить племя, которое стоит между ним и каннибалами, было самым разумным вложением излишков металла. Торгрем, будучи расчетливым вождем, быстро сложил в уме все составляющие новой сделки. Сейчас тэнны выменивали излишки своего металла на обычную еду, рыбу и шкуры у лесных и озерных племен. Но этот обмен был честным лишь на первый взгляд. С племенем Златоуста всё менялось. Товар, который предлагал, стоял на голову выше привычного. Вместо сырых или плохо выделанных шкур — войлок, который был легче, теплее и не боялся сырости так, как мех. Вместо обычной сушеной рыбы, которая быстро портилась или приедалась, — пеммикан, концентрат силы и жизни. В этом сезоне обмен бронзы с озерными и лесными кланами обещал быть скудным. Только выгода, ничего личного: они пытались обменивать еду, которая нам так нужна, лишь к своей пользе, но в этом году они получат «обратку». Твои слова имеют вес, Златоуст, произнес Торгрем, широко улыбаясь. Озерные люди в последнее время приносят всё меньше, а просят всё больше. Их шкуры лезут, а рыба пахнет тиной. Если твой войлок так хорош, как ты говоришь, а пеммикан позволит моим разведчикам уходить в горы на семь дней вместо трех — это будет лучший обмен за многие зимы. Он коротко хохотнул, глядя на свои бронзовые браслеты. Забирай излишки металла. Мне выгоднее видеть крепкую стену из твоих щитов на перевале, чем смотреть, как мои кузнецы переводят медь на безделушки для женщин, пока в долину крадется голод. Мы начнем обмен немедленно. Ты можешь приносить в мою долину столько пеммикана и войлока, сколько сможешь — всё обменяю на соль и бронзу. Сейчас у меня нет столько пеммикана и войлока, сколько хотелось бы предложить, произнес, сохраняя спокойствие и уверенность. Но это лишь вопрос времени. Мои люди уже выходят на охоту, морды полны рыбы, а мастера готовятся к работе с шерстью. Чтобы не терять драгоценные дни на долгие переходы через всю долину, предложил Торгрему дело, которое закрепило бы наш союз: Нам стоит поставить торговый перевалочный пост неподалеку от выхода на равнины. Это позволит обмениваться товарами в разы быстрее. Но главное — мы сможем мгновенно передавать разведданные. Если мои дозоры заметят движение каннибалов или чужаков на равнине, ты узнаешь об этом раньше, чем они успеют подойти к твоим горам. Вождь Торгрем задумчиво потер бритую голову. Глаза его блеснули — он оценил не только торговую выгоду, но и военную хитрость. Иметь «глаза» за пределами своих скал, да еще и склад с провизией прямо у перевала, было подарком судьбы. Мне нравится эта мысль, Златоуст, прогудел он, хлопнув ладонью по колену. Выход на равнины всегда был нашей слабой жилой, там слишком легко спрятаться врагу. Мастера построят здание из камня, там поселятся охотники для охраны. Будем складывать там соль и изделия из бронзы.