Часть 81

Глава 81 Окно в новый мир Прошло больше месяца с тех пор, как холод сковал реку а на наших землях бушевала самая настоящая война. Именно в это время, когда суровые ветры уже несли предвестие настоящих морозов, в наши поселения вернулась экспедиция, отправленная вниз по реке. Вернулись не все. Из одиннадцати, ушедших в путь, на этот берег ступили лишь семь человек. Потери были велики, но судьба тех, кто не вернулся, оказалась не столь трагична, сколь закономерна для такого рискованного предприятия. Двое заболели, когда экспедиция начала обратный путь, уже истощив запасы провизии. Пришлось охотиться, и на обратном пути, на тонком льду, один из охотников провалился и утонул. банально, но такое случается. Болезнь же, которая свалила двоих, оказалась общей напастью, прокатившейся по всей группе. Переболели все, но двое не смогли перенести её, оставив свой след в этой экспедиции. Причины болезни, впрочем, станут ясны чуть позже. Сама экспедиция, несмотря на печальные потери, **удалась**. Придя на место назначения, парни, следуя инструкциям, заняли один из самых высоких островов в дельте реки. Там, где можно было безопасно разбить лагерь и где, по местным обычаям, разжигали сигнальные костры для привлечения внимания торговых кораблей. Выбор острова был неслучаен: он служил естественной преградой от прибрежных племен, которые могли бы попытаться обокрасть или убить путников, когда те были уязвимы. К тому моменту, как лёд на реке начал таять и начался ледоход, местные племена были отсечены водой, а команда Златоуста получала время. Главным риском оставалось то, что прибывшие на кораблях могли просто не заметить их скромный лагерь. Но остров был выбран не зря – самый высокий, самый видный. И корабль появился. Не сразу, как планировалось, а лишь ближе к середине лета, когда вода наконец успокоилась. Он подошёл именно к их острову, следуя на свет костра. Это был небольшой одномачтовый корабль, в основном шедший на вёслах, но с одним парусом. Судя по рассказам, на борту находилось около сорока моряков. Они торговали всякой всячиной, которая для людей Златоуста казалась диковинной, но для местных прибрежных и соседних племён была поистине бесценной. Горшки, тёплые ткани, немного еды долгого хранения – то, что было трудно достать или произвести самостоятельно. Но главным товаром были железные изделия: настоящие стальные ножи, наконечники для копий, да и просто хорошие, прочные инструменты. Товары, привезённые охотниками – искусно выделанные меховые шкурки, отобранные специально для обмена, и бивни мамонтов, которые на юге как и думал ценились – были взяты сразу и без разговоров. Обмен, конечно, был "папуасским", как всегда: им дали взамен жалкие крохи, но, как говорили моряки, "иди ищи в другом месте". Главным было не это. Самое важное стало ясно, когда стало известно, что половина экипажа корабля больна. К тому же, на борту были двое моряков, чьё состояние было настолько критическим, что они едва ли пережили бы дальнейшее плавание. По сути, они были уже почти живыми покойниками. Охотники, чувствуя это, сделали предложение: они готовы ухаживать за больными, а взамен, если те выздоровеют, пойдут с ними. Люди с корабля, видя мало шансов на спасение для своих товарищей, а на берегу – чуть больше, с радостью согласились. Началось лечение теми самыми травами, что дали экспедиции в дорогу. Один из моряков всё же был вылечен, но цена этого спасения оказалась высокой – двое из экспедиции, фактически заболели и умерли, им не хватило лекарств. Выжившего морякаморяк звали Лорат. Ему было около сорока пяти лет, а может и больше – сам он точно не знал, да и не помнил. Время стёрло для него чёткие рамки. Он выглядел как крепкий, но изрядно побитый жизнью старик, с лицом, изрезанным морщинами, и руками, знавшими нелёгкий труд моряка. Как только выдалась свободная минута, начались расспросы. Родился он на **Большом Втки**, самом крупном острове архипелага, где, казалось, каждый второй был моряком или имел дело с морем. Жизнь помотала его знатно: он сменил не один десяток кораблей и капитанов, исходил всё побережье мира за Стеной. Торговал, пиратствовал, грабил прибрежные посёлки, был наёмником. Его жизнь была бурной, но, как это часто бывает, за долгие годы он так ничего толком и не скопил. Был у него свой дом, семья, жена и дети. Жена, правда, уже умерла при очередных родах, но чтобы жить достойно, нужны были деньги, а их не было. Ходить в море с той удалью, что требовалась для прежней жизни, он уже не мог. В поисках решения он вспомнил о капитанах, что плавали на север. Там, конечно, не заработать больших денег, условия жизни были дрянь, а смертность – велика, но брали туда всех, кто ещё мог вертеть веслом. Так, на своём первом же северном выходе за мехами, Лорат и попал к людям, которые привели его в эту крепость. Теперь, вылеченный и, как он сам говорил, "спасённый", он стал для нас ценным источником информации. Лорат знал много. Нет, реально много. О географии этого мира, о народах, культурах, которые я никогда не видел и о которых даже не слышал. То, что он мне рассказал, стало для меня настоящим открытием. Будто я сидел в запертой холодной комнате без дверей, и вдруг появилось окно, через которое стало видно пляж, на котором беззаботно купаются отдыхающие. Мир оказался гораздо больше и разнообразнее, чем мог себе представить, запертый здесь, за Стеной. ...Помимо ценного источника информации, Лорат знал и умел кое-что ещё. Пройдя по морям и океанам, он набрался не только опыта, но и ремесленных навыков. Самое главное – он **точно построит нам лодку**, по крайней мере, так он уверял, будучи абсолютно уверенным в своих словах. Нужна была только качественная древесина, инструменты и помощники. Всё это у нас есть или будет сделано. Нам нужны свои кораблики – это должно сильно ускорить передвижение по реке в летний период, да и просто открыть нам возможность торговать с теми, кто приплывает с юга. Конечно, в ближайшее время, да и не только в ближайшие, никакие корабли нам не понадобятся, ну если только дирижабли, – тут не удержался от шутки. Лорат разбирался в плотническом деле. Он умел обращаться с железом, что-то вроде палаша, хоть и не был воином в привычном понимании. Но главное – он был **моряком**. Единственным моряком, которого знал, на две тысячи километров вокруг. Деваться ему было особо некуда, и он это понимал. Работать он будет, но чувствовал, что он, как и любой человек, ценит своё усилие. В личном разговоре предложил ему сделку: если он доживёт до конца этой длинной зимы, заплачу за его труды мехом и бивнями мамонтов. Это было щедрое вознаграждение, и видел, как в его глазах мелькнул огонёк. Шансы были невелики, но теперь у него появился стимул. ...Лорат, как оказалось, был настоящим ходячим атласом мира. Его рассказы о юге были подобны глотку свежего воздуха после долгих месяцев заточения. Широкими мазками он рисовал картины южных земель, где властвовали лорды и рыцари, а над всем этим возвышался король. Сейчас, по его словам, на троне в столице, в Королевской Гавани, сидел некто Эйгон II Таргариен, правящий уже девять лет. Информации о самом короле было мало – Лората, как и многих, больше интересовали местные шлюхи и то, как он развлекался в молодости. Но общий расклад он изложил. Самое же главное, самое важное для нас, было в другом. По версии всех южнее, Стена была построена против нас. Народы, живущие за ней, действительно, с определённой периодичностью пытались эту стену преодолеть. А те, кто живёт перед ней – северяне (смешно, да?!), героически нас сдерживали. Прекрасно понимал их позицию: живи там, тоже не захотел бы пускать дикие племена каннибалов. На Стене есть организация – Дозор. Люди в чёрном, пожизненно обязанные стоять там и не пропускать никого. То есть, меня и таких, как , за стену. Про этих парней мне уже было известно – лесные кланы ненавидели их и, если выпадала возможность, убивали с большим удовольствием. Впрочем, лесные кланы ненавидели и нас не меньше. Но главное для меня было осознать: даже если мы когда-нибудь преодолеем эту стену, нас там не будут рады. Как и думал, раньше и не собирался идти пешком до стены, а потом каким-то чудом перебираться через неё. Теперь же точно знал – этого делать не буду. Абсолютно точно и неоспоримо нужен был свой корабль, и команда, умеющая им управлять. Дело это небыстрое, но другого выхода не было. Кроме того, на море нам тоже рады не будут. Кусок моря к западу от континента и южнее стены делят между собой Железнорождённые и северяне. И совершенно точно ни те, ни другие нам не друзья. Железнорождённые просто ограбят ради наживы, а северяне убьют, узнав, кто мы.