Часть 4

Шиничиро сидел в своей комнате. Где-то на кухне слышалась возня Эмы. На улице — Манджиро со своими друзьями. Дедовский телевизор в зале играл громко, так, что Сано слышал, как на Мансаку кричит Эма. Глаза устремлены в потолок. Сигарета меж пальцев медленно тлела? а горячий пепел сыпылся на пол. Сано затушил сигарету о край стола и встал, выходя из комнаты. — Шиничиро, помоги мне! — вскрикнула девочка. Эма была еще совсем малышкой — он недавно забрал её. Сано подошёл и достал крупу из шкафчика, на который она указала пальцем. Лидер Черных Драконов давно заметил, что Эма — очень хозяйственная для своих лет. Умеет готовить, хорошо убирается, держит дисциплину в доме. Не без помощи, конечно. Раньше он не замечал этого. — Что ты будешь готовить, Эма? — спросил Шиничиро, глядя на блондинку. — Я буду делать карри. — ответила Эма, не глядя на старшего брата. Шиничиро улыбнулся. В голове проскочила мысль, что Эма могла быть бы отличной домохозяйкой. — Эма, а кем ты хочешь быть в будущем? — спросил Шиничиро, потрепав младшую по голове. Эма помолчала секунду, краснея. Она отмахнулась от брата. — Не твое дело! Шиничиро лишь посмеялся, поторепав сестренку по голове. Шиничтро ойкает, когда в него прилетает газета. — Опять над младшими издеваешься, засранец?! — крикнул Мансаку из зала. Шиничиро потер затылок. Его дед всегда отличался меткостью, в своем то возрасте. — Да не издевался я! — громко крикнул Шиничиро, чтобы дед его точно услышал. Он быстро сбежал из кухни под смех Эмы и угрозы деда. Сано выбежал на улицу, доставая из кармана пачку сигарет, где сбоку лежала зажигалка. Шиничиро всунул табачное изделие в рот и медленно зажег кончик, выдыхая дым в воздух. На заднем дворе крики Майки и его друзей. Сано усмехнулся, слыша радостный смех брата. Совсем не тот, который был в "прошлые" разы. Шиничиро зашёл за дом, где и были дети. Шиничиро встал, смотря на них. Кидаются землёй, которую он вырыл для Эмы. В данный момент, ему не хотелось ругать их. Они прогуливают школу в данный момент, пачкаются, но это лучше, чем видеть родного брата в инвалидной коляске. Лучше, чем Кейске, забросивший школу. Лучше, чем Харучие, отсидевший в колонии. Лучше, чем сбежавшая из дома Эма. Лучше, чем суицид. Да. Это определённо лучше. — Хахаха! А у Баджи какашка на лице! — радостно крикнул Манджиро, кидаясь землёй: они смешали ее с водой, из-за чего та была липкой. — А ты просто какашка, придурок! — ответил Баджи, попутно кидая в Дракена кусок большой земли. Где-то рядом смеялись Такаши с Кадзуторой, за что им тоже прилетело. Весь задний двор залился громким смехом и криком детей. Шиничиро посмеялся и ушёл обратно, потушив сигарету ногой. Потом, его опять будут ругать за окурки сигарет... Но ему всё равно.

***

Вакаса как обычно зашёл купить сосательных конфет на палочке. Он возвращался с тренировки и как раз вспомнил, что конфет у него осталось не так уж и много... С учетом того, с каким жалобным взглядом на него смотрят младшие Акаши и младшие Сано, когда он приходит в гости. Проходя мимо рядов он искал свои любимые конфеты, которых не оказалось в наличии, поэтому пришлось брать какие есть. Он не был привередлив, но когда дело касалось конфет — он был другим. — Здравствуйте. — бросил Имауши. Он обычно не отличался культурой, не здоровался ни с соседями, ни с кассирами. Но мисс Ханагаки была другой. — Привет, Вакаса, — сказала в ответ женщина, пробивая конфеты, — с тебя ¥300. Парень достал из кармана монеты по ¥100 и отдал женщине. Она передала ему пачку конфет и чек. — Не видел вашего сынка сегодня. — бросил Имауши, забирая конфеты. Он раскрыл упаковку и быстро сняв обертку, закинул конфету в рот. Каждый день он и Такемичи выходили в одно время. Имауши — на работу, Ханагаки — в школу. — Ему болит голова, решила оставить его дома сегодня. — улыбнулась ему Ханагаки. Вакаса распрятал конфеты по карманам, и выкинул пачку в мусорку, стоящую за кассой. — Ладно, удачи. — Вакаса помахал рукой и вышел из магазина, возвращаясь домой. В голове пронеслось много мыслей. Одна из них — Шиничиро и Такемичи.

***

Такемичи лежал в своей кровати, ворочаясь. Тело будто жгло огнем. Голова раскалывалась. Создавалось ощущение, что его жгут заживо. Его тело всегда было чувствительным. По щекам слезы. На телефоне — звонки. От друзей, от матери. Но он не берет трубку. Спустя пару часов, его начало отпускать. Стало лучше. Тело не горело, но голова всё ещё болела. Он решил не перезванивать на звонки, отключил телефон. Он хотел открыть окно, чтобы пустить свежий воздух. Он заметил, что внизу стоит четверка Драконов. Ханагаки быстро открыл окно и лег обратно в постель. Разговор не удалось услышать. До ушей доносились лишь отдельные слова или фразы. Да и слушать не особо хотелось. Такемичи закрыл глаза, откинув одеяло в сторону. Теплое тело омывал холодный воздух, что несомненно нравилось ему. Он решил не думать сегодня. Лишь закрыл глаза и крепко уснул, не думая о том, что будет дальше.