Часть 2: Стычка с «Ангелом»

Когда Лили пришла в свой уютный домик, она первым делом подошла к окну, положив руку под голову, согнув локоть и смотря паническим взглядом на некоторые места фабрики. Её покой резко перебила Мисс Грейси, её злая личность. Она и вправду хотя бы на минуту ушла из головы Ли, но снова вернулась. «Ты опять ушла в себя, Лили?» — раздался в голове голос Грейси, уже не такой насмешливый, но все еще полный любопытства. — «Неужели тебе не хочется поговорить?» Лили вздохнула. Разговоры с Грейси всегда были своего рода игрой: попыткой разобраться в себе, понять свои истинные желания и страхи. Грейси была ее тенью, ее совестью, ее самой худшей критикой и самым лучшим другом одновременно. — Я просто думаю, Грейс..— ответила Лили, присаживаясь на подоконник. — Думаю о том, что происходит. И о том, кто я на самом деле. Лили зажмурилась, пытаясь прогнать неприятные видения. Но образы фабричных труб, вечно дымящих черным, едким дымом, словно въелись в ее сознание. Внутри что-то скручивалось от тревоги. Она знала, что мисс Грейси не просто плод ее воображения, а темная сторона ее самой, способная на самые ужасные поступки. И сейчас эта сторона вернулась, как хищник, учуявший запах легкой добычи. «Странные мысли для такой прекрасной девушки, как ты», — промурлыкала Грейси, ее голос теперь звучал почти ласково, но в нем слышались стальные нотки. «Может, ты просто скучаешь? Или тебе не хватает внимания?» Лили покачала головой, ее взгляд скользнул по серой, унылой улице внизу. Мрачные здания, спешащие прохожие – все казалось частью какого-то уродливого, бездушного механизма. — Мне не всего хватает, Грейс. Мне не хватает… свободы. Чувства, что я не просто винтик в чьей-то игре. «Свободы? — Грейси рассмеялась, но смех этот был похож на скрежет железа. — «Милая моя, свобода – это иллюзия. Все мы рабы своих желаний, своих страхов, своих обстоятельств. А ты, Лили, раба обстоятельств больше, чем кто-либо другой». Слова Грейси, как всегда, били в самую больную точку. Лили чувствовала, как внутри нее нарастает знакомое чувство беспомощности. Фабричные трубы снова возникли перед глазами, еще более зловещие, еще более реальнее. Она знала, что Грейси права. И именно поэтому ей хотелось бороться. — Но ведь можно попытаться изменить обстоятельства, верно? — прошептала Лили, больше себе, чем Грейси. — «Даже если это кажется невозможным». «О, милая», — прозвучал в голове голос Грейси, полный насмешки. — Ты наивна. Наивна, как ребенок. И я здесь, чтобы напомнить тебе, кем ты можешь стать, если перестанешь себя обманывать. Я могу дать тебе силу, Лили. Силу, чтобы изменить все. Нужно только… позволить мне». — ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ!.. — крикнула Лили голосу в своей голове, со слезами на глазах и тревогой на лице. Грейси громко рассмеялась над ней, смеялась и смеялась над её беспомощностью. Вдруг, она увидела Игрока, который надвигался к «сладкой улице». И нет, не думайте, что там всё как шоколадом намазано. Это было единственное место, где Лили чувствовала себя лучше, но силы туда идти её покидали. «Какой красивый паренёк… может, приманим его и убьём в качестве трофея?» — вонзился голос в сознание Лили с ухмылкой и радостным, кровожадным голосом. — Не буду я его убивать…— прошептала Ли, спрыгнув с подоконника и отряхнув правое плечо. «АРГХ… Не умеешь ты развлекаться, Лили!» — крикнула Грейси со злым лицом и голосом, полным ярости. Лили собралась с духом и пошла встречать гостя, который был сильно растерян в этом месте. — Да где, твою мать… — прошептал Игрок, прищуриваясь и пытаясь найти свой фонарь — «электро-звёздочку». Лили выглянула из стены, и прямо под её ногами лежала эта звезда. Она аккуратно взяла её, разглядывая как какой-то артефакт. Несмотря на это, Лили подошла к Игроку, который уже хотел взорваться от мучительных поисков. Но вдруг он обернулся, и в его глазах загорелись звёзды. — О мой бог, нашёлся… — Игрок взял его и нацепил на левую руку ГрэдПака. Игрок собирался уходить, но вдруг понял, что звезду, которую он взял, держал не некий воздух, а, по его мнению, монстр в виде обычной куклы. Игрок обернулся и с испуганным взглядом посмотрел на Лили, которая просто стояла, болтая сама с собой. — Эм…— Игрок немного сделал шаг вперёд. —Ты ведь та кукла с плаката, верно?— заинтересованно спросил Игрок, показав плакат, на котором была в точности она, но с широкой улыбкой на своём лице. Лили, немного постояв в ступоре, отвела взгляд с неуверенным лицом, поправляя волосы. — Этот жалкий плакат не так меня описывает…— произнёсся довольно грубый голос Ли, обернув взгляд на Игрока, что заставило его замереть и задуматься, посмотрев ещё раз на плакат. — Твои ж святые иголки… Но ты ведь и есть она… — произнёс Игрок, положив свою руку на её плечо, что заставило Лили вздрогнуть, ведь она никогда не чувствовала прикосновений, кроме воздуха и своей злой личности. — Да, но этой улыбки, как видишь, на мне НЕТ! — Лили убрала руку игрока, и когда она сказала про её улыбку, её глаза наполнились обидой и недовольством. Игрок долго стоял в недоумении, пока до него не донеслось, что иногда эмоции легко изменяются. — Ох… Эм… Прости…? — неуверенно сказал Игрок, тянув руку к Лили, но она лишь холодным взглядом посмотрела на него. — Тебе что, руку отгрызть?— спросила Лили, обернувшись, встав напротив Игрока и сложив руки одна на другую, сделав серьёзный вид. — А… Да… — сказал Игрок, но потом понял, что накосячил в своей же речи, что заставило Лили ещё более заинтересованно посмотреть на него с небольшой улыбкой. — Стой, нет, подожди, я не это имел в виду…— сказал Игрок, махая руками с неуверенным лицом и тоном в своём голосе. Лили лишь усмехнулась, отвернув от него взгляд, посмотрев на плакат, который висел вдалеке. Пока она смотрела на плакат, Игрок пытался настроить свой фонарь-звезду, ведь всё сбросилось моментально, когда он спал с его синей руки от ГрэдПака. — Ну же, работай…— произнёс Игрок, пытаясь восстановить фонарик. Игрок всеми силами пытался починить фонарь, но у него не получалось. Игрок уже отчаялся, но как вдруг почувствовал какие-то скрипы. Он обернул взгляд и увидел, что Лили начала чинить его, ведь видела, что у Игрока руки не с того места растут. Игрок застыл, он не знал, что делать, пока она чинит его любимый фонарик, «Звезду». — И как у тебя руки росли… — шепнула себе Лили, переводя взгляд с «Звезды» на Игрока. Игрок отвёл взгляд на бетонную стену, почесав затылок от неуверенности и стыда. Когда Лили закончила, она прикрепила его на часть синей руки ГрэдПака. — Готово… — произнесла Лили с улыбкой и, отойдя от Игрока на два шага. Игрок, немного постояв, обернулся и не мог поверить своим глазам — впервые ему хоть кто-то по-настоящему помог из «экспериментов». — Спасибо, — сказал Игрок с довольным лицом, подойдя к Лили, обняв её. Лили вздрогнула, ведь особо никогда не чувствовала прикосновений, но она немного улыбнулась. Девчонка на мгновение замерла, не зная, куда деть руки, но затем медленно и осторожно приобняла Игрока в ответ. Её движения были неуверенными, словно она боялась, что этот момент тепла может внезапно рассеяться, как туман. — Ну всё, всё... затискаешь же, — негромко пробормотала она, хотя в её голосе не было ни капли ворчливости, только непривычная мягкость. Игрок отстранился, всё ещё сияя от радости, и первым же делом включил «Звезду». Яркий, чистый луч света прорезал густую темноту коридора, отразившись в глазах Лили крошечными искрами. Фонарик работал даже лучше, чем раньше — луч перестал мерцать и бил точно в цель. Лили поправила его крепление на синей руке ГрэбПака, ещё раз проверяя, плотно ли оно сидит. — Смотри не сломай в первые пять минут, — добавила она, пытаясь вернуть себе прежний строгий вид, но уголки её губ всё равно предательски подрагивали в улыбке. — А то запчасти в этом месте на дороге не валяются. Игрок кивнул, преданно глядя на свою спасительницу, и в этот момент бетонные стены старой фабрики уже не казались такими холодными и враждебными.