Глава 1

***

      «Не входи в тёмную комнату» — предупреждение всё ещё звенело в голове, когда Гермиона нажала на блестящую латунную ручку и дёрнула дверь на себя.       «Не входи в тёмную комнату» — приказ, которого она ослушалась.       Она ступила внутрь, и на мгновение уши заложило от оглушительной тишины. Тусклые бра, освещающие дверь в противоположном конце комнаты, давали недостаточно света, чтобы можно было разглядеть хоть что-то. Ладони вспотели, сердце колотилось в груди слишком быстро, норовя сломать парочку рёбер. Гермиона медленно, стараясь не шуметь, подошла к двери. Дрожащей рукой подняла палочку и проверила наличие защитных чар.       Ничего.       Но если эта комната так важна, то почему она никак не защищена?       Облизнув пересохшие губы, она открыла дверь.

***

За неделю до этого.

Песня для настроения: Elley Duhé — Middle of the night.       — Хорошая девочка.       Она выгнулась от похвалы, теснее прижимаясь к мужскому телу позади неё.       Она чувствовала, как вставший член упирается ей в поясницу, но не смела оторвать руки от поверхности стола. Гермиона застыла в ожидании. Внизу живота всё затрепетало, когда он втиснул ногу между её ногами и пинком заставил расставить их шире. Большая тёплая ладонь заскользила по обнажённой коже, приближаясь к краю чёрного кружевного белья.       — Чего ты хочешь, Грейнджер? — вкрадчивый шёпот на ухо вызвал волну мурашек по всему телу. Каждый нерв был наэлектризован до предела.       Гермиона слегка повернула голову, сталкиваясь взглядом с серыми глазами, заполненными похотью. Желанием настолько диким и необузданным, что становилось страшно.       — Тебя на коленях, Малфой, — тяжело дыша, ответила она, продолжая эту битву взглядов.       Её глаза горели точно таким же огнём, как и его.       Его рука нежно откинула её волосы вперёд, оголяя шею. Гермиона вздохнула, когда губы Малфоя проследили дорожку поцелуев от плеча до шеи. Другой рукой он обхватил её горло и слегка сжал.       — Ты хочешь мои пальцы? — продолжая чередовать лёгкие укусы и поцелуи, пробормотал Драко. — Или мой язык?       — Язык, — вращая бёдрами, на выдохе ответила Гермиона.       Он резко крутанул её на месте, разворачивая лицом к себе. Крепко сжал бёдра и усадил на стол. Когда Гермиона уперлась ладонями в столешницу, несколько пергаментов полетели на пол. Что-то разбилось, разлетаясь на множество мелких осколков, но она смотрела только на Малфоя, который, не сводя с неё взгляда, плавно опустился на колени.       Его волосы были в полном беспорядке — результат страстных поцелуев и её пальцев, дёргающих платиновые пряди. Белая рубашка помялась, а верхние пуговицы теперь валялись где-то на полу её кабинета.       — Ты поставил заглушающее? — широко разводя ноги, спросила Гермиона.       — Нет, — озорная улыбка тронула губы Малфоя.       Он провёл руками по её бёдрам, а затем повторил этот путь губами, воспламеняя Гермиону до предела. Всё тело гудело от ожидания. Внизу всё сжалось, когда Драко дразняще провёл костяшками пальцев по тонкому влажному кружеву.       — Это всё для меня?       — Возможно, — она изогнула губы в порочной усмешке.       Гермиона закинула одну ногу ему на плечо и, упираясь каблуком в лопатку Малфоя, заставила его буквально уткнуться носом в промежность.       — Я не люблю ждать… — её голос дрогнул, когда он провёл языком по трусам.       Раздался щелчок, и белье исчезло, как и юбка, собравшаяся на талии. Шёлковая рубашка заскользила по коже, дразня нервные окончания.       Малфой обхватил её бёдра, больно впиваясь пальцами в нежную плоть, и дёрнул на себя, припадая к пульсирующему клитору. Гермиона откинула голову назад и прикрыла глаза, прикусила нижнюю губу, чтобы никто за пределами кабинета не узнал о том, чем они здесь занимались.       С каждым движением языка Драко дрожь усиливалась. Гермиона, теряя контроль, всадила каблук в его спину, вызывая низкий гортанный стон у Малфоя. Вибрация от этого звука усилила удовольствие.       — Ты заливаешь мне рот, Грейнджер, — пробормотал он, не переставая вылизывать её так, будто она была самым желанным десертом.       — Мерлин… — она выгнулась и вцепилась в его волосы так сильно, что наверняка причиняла боль, но желание усилить давление его искусного языка было нестерпимым.       Удовольствие скручивалось спиралью внутри, посылая импульсы к конечностям и заставляя её тело дрожать. Ей нужно было больше. И в этот самый момент, будто он прочёл её мысли, Драко ввёл в неё палец. Затем второй, растягивая её. Низкий утробный стон послал ещё одну волну наслаждения, приближая Гермиону к пику.       Он знал, как ей нравится. Знал каждый её вздох, стон и неконтролируемое подёргивание конечностей, когда оргазм был уже так близок. Движения его пальцев стали быстрее, язык усилил напор…       — Ещё… — выдохнула Гермиона, стискивая бёдрами его голову.       Дыхание спёрло. Она зажмурилась так сильно, что под веками вспыхнули звёзды. Каждая мышца в теле напряглась, а затем Гермиона вскрикнула и откинулась на локти, наслаждаясь разливающимся удовольствием. Малфой не останавливался, продлевая блаженную негу, расплавлявшую мозг Гермионы.       Он мягко постучал по её бедру, намекая на то, что пора отпустить его.       Приложив неимоверное усилие, Гермиона смогла развести отяжелевшие ноги и лениво взглянуть на Драко. Его рот и подбородок блестели от её возбуждения, и, как самый настоящий засранец, коим он и являлся, Малфой, пристально глядя на неё снизу вверх, облизал побывавшие в ней пальцы.       Гермиона выпрямилась. Она поманила его пальцем к себе и, обхватив челюсть Драко рукой, провела языком по его щеке, плавно перейдя к губам. Она ощущала собственный вкус, но это лишь поддразнило её либидо.       Рукой она потянулась к пряжке его ремня и ловко расстёгнула. Следом послышался звук молнии. Когда Гермиона коснулась его возбуждённого члена, Драко низко простонал и упёрся лбом в её ключицу, тяжело дыша. Его руки напряглись, тело задрожало.       — Ты сводишь меня с ума, ведьма, — прошептал он, обдавая горячим дыханием её шею.       — Трахни меня, Малфой, — она прекратила ласки и развела ноги шире, направляя в себя член.       — Чёрт возьми, Грейнджер, это же не поводок! — зашипел он, поднимая голову, когда она притянула его ближе.       — Учитывая, как он управляет тобой, я бы поспорила с этим утверждением, — лукаво улыбнулась Гермиона, смотря в горящие недобрым огнём серые глаза.       Малфой сдался. Капитулировал. Как и все предыдущие разы, стоило им оказаться в подобном положении. Он опустил взгляд вниз, где головка его члена упиралась в промежность. Драко упёрся ладонями в столешницу, его бёдра подались вперёд.       Гермиона любила наблюдать за ним в такие моменты. Он казался другим. Его напряжённое лицо разглаживалось, становясь более открытым. Он показывал свою уязвимость, и она считала это безумно сексуальным, потому Малфой бывал таким только с ней.       Его губы приоткрылись, когда он наконец сдался и продвинулся дальше.       Гермиона застонала, откинув голову назад. Она знала, что эта медлительность скоро прекратится, и он полностью потеряет контроль. Но эти мгновения затишья создавали какую-то особую связь, наполняя грудную клетку каким-то непонятным чувством собственничества.       Она откинулась на локти. Одной рукой Драко обхватил заднюю часть её шеи, заставляя смотреть на него, и сделал первый мощный толчок, заполняя её до конца.       — Смотри на меня, когда я в тебе, Грейнджер, — отведя бёдра назад, а затем резко подавшись вперёд, прошипел он.       — Да! — вопреки её воле глаза закатились, а с губ сорвался рваный стон.       Больше не было нежности. Тихих стонов или рваных вздохов. Только страсть и похоть.       Звуки шлепков тела об тело заполнили кабинет.       — Смотри на меня! — приказал Драко, усиливая хватку на её горле и прекращая двигаться.       Гермиона затуманенным взором взглянула на него. И, Мерлин, помоги ей, но она практически кончила от одного вида растрёпанного и дикого Малфоя. Расстёгнутый верх рубашки открывал вид на покрытую потом грудь. Волосы торчали в разные стороны, несколько влажных прядей прилипли ко лбу.       Она нетерпеливо дёрнула бёдрами, и Драко рвано выдохнул. Гермиона умела играть в эту игру. Он любил дразнить, приказывать, но лишь она обладала реальной властью. Хищно ухмыльнувшись, она напрягла мышцы влагалища, зная, что это окончательно сведёт его с ума.       — Блять! — он уронил голову на грудь, выглядя поверженным, но затем переместил руки на её талию и задвигался с удвоенной силой.       «1:0, мистер Малфой».       Он наблюдал за тем, как его член врывается внутрь. Гермиона не могла оторвать взгляд от него. Собственное удовольствие подбиралось неумолимо. Она полностью легла на поверхность стола, предоставляя лучший угол проникновения, и скользнула рукой к клитору. Движения Малфоя стали хаотичными, он обхватил её грудь, дразня пальцами возбуждённый сосок сквозь тонкую кружевную ткань бюстгальтера.       Пальцы её ног поджались, по телу прокатилась волна жара. Гермиона усилила давление на клитор, двигаясь в одном ритме с Драко. Она ощущала, что он уже на грани.       Одно движение — и её тело задрожало, мышцы свело судорогой, а затем всё успокоилось, посылая импульсы наслаждения. Спина выгнулась, толчки Драко стали ощущаться сильнее, пока она стискивала его член в мёртвой хватке оргазма. Его низкий стон стал усладой для её ушей. Малфой замер. Согнулся и прислонился мокрым лбом к её животу, пока переживал собственную разрядку. Гермиона тяжело дышала, пока его член пульсировал внутри неё.       Их сбивчивое дыхание было единственным звуком.       — Мерлин, — Гермиона резко открыла глаза, — ты ведь не наложил заглушающее!       — Наложил, — тихонько посмеиваясь, заверил её Драко.       Гермиона закатила глаза, хмыкнув. Её пальцы скользнули в его волосы. Она лениво перебирала мокрые пряди, глядя в потолок.       Но затем Драко выпрямился и вытащил член. Она села. Их взгляды столкнулись, но никто из них ничего не сделал. Гермиона видела бурю эмоций, видела его борьбу, но лишь молча наблюдала за тем, как он призвал свою палочку, привёл в порядок их обоих и, кинув напоследок задумчивый взгляд, вышел из кабинета.

***

      Секс с Малфоем напоминал американские горки — аттракцион, который одновременно и пугал Гермиону, и восхищал. Их взаимодействие точно повторяло замысловатую трассу: взлёты и падения, но никогда спокойная прямая. Они боролись за власть, и пусть Драко этого не признавал, но постепенно он уступал ей. Открывался с новых сторон. Делился чем-то личным, когда позволял себе остаться дольше, чем на пару минут после того, как оба получили то, что хотели.       Но их отношения ограничивались лишь тесным кабинетом Гермионы. Они не ходили на свидания. Даже не знали адресов друг друга.       Стянув мокрое полотенце с волос, Гермиона взглянула на себя в зеркало. Её глаза блестели предвкушением, и ей нравилось, когда она так выглядит. Сегодняшний вечер должен был изменить динамику их отношений.       Гермиона не была наивной. Не верила в то, что Малфой после полугода страстного секса поведёт её под венец. Она и не хотела этого. Её устраивало то, что они создали сейчас. У неё не было времени на отношения, а Малфой два года назад развёлся с Асторией Гринграсс, и он полностью сосредоточился на карьере.       Драко работал в Министерстве в отделе международного сотрудничества, и Гермиона, не стесняясь этого, пользовалась его лояльностью. Если её отделу магических популяций нужно было пресечь незаконную контрабанду существ, не привлекая к этому других, то она обращалась к нему. Это много раз спасало от международного скандала.       Бросив взгляд на часы, Гермиона подошла к платью, висящему на дверце шкафа.       Днём она получила неожиданное приглашение от Драко. В поместье Нотта будет проходить вечеринка. Не помпезный приём, которые так любили устраивать чистокровные, а именно вечеринка. Неформальная атмосфера, реки алкоголя и возможность вздохнуть полной грудью без косых взглядов подкупили Гермиону. Она согласилась.       А теперь стояла и не могла решиться собраться.       Она волновалась, потому что сегодня Драко впервые переступит порог её квартиры, откуда они вместе отправятся к Нотту по каминной сети. Это был тот рубеж, который переведёт их отношения на новый уровень. И Гермиона не знала, нравится ли ей это.       Проверять границы Малфоя за пределами личного пространства было легко. Но увидеть его здесь, в любовно обставленной собственной квартире, пугало её до чёртиков.       Стараясь подавить первые приступы паники, Гермиона сняла платье с вешалки и оделась.       Изумрудное платье подчёркивало каждый изгиб её фигуры. Корсет плотно сжимал талию, приподнимая грудь. Линия декольте была опасно низкой — тонкая серебристая кромка лишь подчёркивала, как много остаётся открытым, притягивая взгляд и не оставляя ему шанса оторваться.       Ткань скользила по бёдрам, повторяя каждое движение, каждое едва уловимое напряжение мышц. Разрез поднимался достаточно высоко, чтобы при малейшем шаге или повороте открывать больше, чем следовало бы. Длинные рукава обнимали руки, создавая иллюзию сдержанности — почти невинной, если не считать того, как платье буквально провоцировало прикосновения.       Ему понравится. Гермиона точно знала, что даже выбор цвета заставит Малфоя весь вечер смотреть только на неё.       Палочка на туалетном столике в гардеробной завибрировала, оповещая о посетителе. Гермиона глубоко вдохнула, насколько позволял корсет, и взяла древко. Пара движений — и мокрые кудри превратились в небрежный низкий пучок, открывавший длинную шею.       Гермиона бросила последний критический взгляд на себя в зеркало и направилась в гостиную.       Малфой стоял, прислонившись плечом к кирпичной кладке камина, совершенно не беспокоясь о пыли, которая уже отпечаталась на его чёрной рубашке. Он сразу же повернул голову в её сторону, стоило ей появиться на пороге.       Уголок губ дрогнул в улыбке, пока его взгляд сканировал каждый дюйм её тела. Гермиона не стушевалась, отвечая ему не менее заинтересованным взглядом. Она наслаждалась тем, как брюки облегают его мощные бёдра, как сидит на нём рубашка, как длинные пальцы поглаживают подбородок, пока он, не отрываясь, продолжал смотреть на неё. Они не виделись неделю, слишком занятые на работе, и теперь это напряжение между ними искрило в воздухе. Гермиона не хотела никуда идти. Она хотела сорвать с него всю одежду и оседлать, и его внимательный взгляд лишь сильнее разжигал это желание.       — Ты выбрала этот цвет для меня? — хищно улыбнувшись, он приблизился. Коснулся подушечкой указательного пальца серебряной окантовки на декольте. — Знаешь, Грейнджер…       Он замолчал, наблюдая за своим пальцем, скользящим по округлой груди. От его прикосновения под тонкой шёлковой тканью появилось очертание возбуждённого соска.       — Если ты захочешь поставить меня на колени, — понизив голос до шёпота, хрипло произнёс он, — то просто надевай это платье почаще.       — А если ты захочешь поставить меня на колени, — сладко пропела Гермиона, обхватывая рукой уже налившийся кровью член, — то просто сними всё лишнее с себя.       — Ведьма, — простонал Драко, откинув голову назад и тяжело вздохнув. — Как бы мне ни хотелось отшлёпать эту хорошенькую попку, — его рука скользнула на талию, и он подтолкнул её к камину, — но мы опаздываем.       Гермиона призвала сумочку и на ходу засунула в неё палочку. Когда они дошли до камина, Драко зачерпнул летучий порох и ступил внутрь, а затем повернулся и протянул ей ладонь. Она не могла не улыбнуться. Этот мужчина был полон противоречий: галантный, но в то же время не стыдился тянуть её волосы и вбивать свой член ей в рот, стоило им остаться наедине.