Ужасная правда

Аса ненадолго отошла в сад за каким-то цветком.Маркус даже не успел поправить вортник как дверь в его покои вылетела с петель (или просто очень громко хлопнула), и рыжий вихрь в черном платье врезался в него. — Маркусик! Уходим! Быстро! — выдохнула она, хватая его за холодную руку. Она тянула его за собой с такой силой, что древнему вампиру пришлось подчиниться, чтобы не снести плечом косяк. Они пролетели через черные ходы, мимо ошарашенных стражников, и остановились только в самой чаще леса, под огромным вековым дубом, чьи ветви надежно скрывали их от подзорных труб замка.Ася прижалась спиной к шершавой коре дуба, её грудь часто вздымалась, а лосины были все в колючках и том самом золотом мхе, который она искала. Она смотрела на Маркуса широко раскрытыми глазами, в которых плескался неподдельный ужас. — Маркусик... — она всхлипнула, и её магнитное поле в этот момент выдало такую вспышку, что все пуговицы на его камзоле жалобно звякнули. — Я слышала... я слышала их. Там, под окном... Кай и Аро. Она замялась, её губы задрожали, но она заставила себя продолжить: — Они говорили о Дидиме. Аро... он сказал, что она была «дурная и смешная», как я. И что она... она мешала его планам на тебя. Маркусик, он признался! Он сказал Каю, что убил её! Свою собственную сестру! И он... он сказал, что если я буду «выводить тебя из игры», он убьет и меня тоже! Ася закрыла лицо руками, и из-под пальцев брызнули слезы. — Он монстр, Маркусик! Он сидит там, улыбается, называет тебя братом, а сам... он же тебя сломал тогда! Специально! Чтобы ты никуда не ушел! Я боюсь... не за себя, я за тебя боюсь! Он же тебя запер в этой грусти на три тысячи лет!Маркус застыл. Его лицо превратилось в маску из белейшего мрамора. В лесу внезапно стало очень тихо — даже птицы перестали щебетать, чувствуя, как воздух вокруг древнего вампира начинает вибрировать от сдерживаемой мощи. Золотые очки на его лице треснули, не выдержав напряжения его взгляда. — Он... сказал это? — голос Маркуса был похож на хруст ломающегося льда. Ася кивнула, шмыгая носом и прижимаясь к его груди, ища защиты от той правды, которую она только что принесла. — Он сказал: «Посмотрим... если она будет выводить Маркуса из игры, я её убью». Он не шутил, Маркусик. У него глаза были... как у пустой куклы.Руки Маркуса, обычно такие нежные и осторожные, сжались на талии Аси с силой стального капкана. Она почувствовала, как его пальцы впились в плотную ткань лосин и пышные оборки платья, но это была не грубость — это была яростная, собственническая защита. Его взгляд, который тысячи лет был подернут пеленой бесконечной печали, внезапно прояснился. В глубине его зрачков вспыхнуло древнее, холодное пламя, от которого задрожали даже листья на дубе. — Значит, «игра на выбывание», Аро? — голос Маркуса прозвучал так тихо, что Асе стало по-настоящему страшно. Это был голос правителя, который проснулся после долгого сна. — Что ж, у нас будет своя игра. И в ней правила буду диктовать я. Он притянул Асю еще ближе, заставляя её посмотреть ему прямо в глаза. — Послушай меня внимательно, моё рыжее бедствие, — чеканно произнес он. — Аро считает тебя пешкой, которую можно смахнуть с доски, как только я «выйду из игры». Но он забыл, что я — не часть его коллекции. Чтобы он не посмел коснуться тебя пальцем, чтобы ни один страж из любого клана мира не посмел даже косо посмотреть в твою сторону, ты должна стать неприкосновенной. Ася шмыгнула носом, перестав хныкать. Магнитная ложка на её плече мелко задрожала от его тона. — Как это... неприкосновенной? — прошептала она. — Я же и так... ну... магнитная. Ко мне и так фиг подберешься, пришибет сковородкой! Маркус едва заметно усмехнулся, но глаза его оставались серьезными. — Нет, Ася. Ты станешь моей законной женой. Перед лицом всех законов нашего мира. Как только ты наденешь кольцо правящего дома Вольтури, любой выпад против тебя будет считаться объявлением войны лично мне. А я больше не собираюсь сидеть в тени и грустить, пока мой «брат» строит планы на твою жизнь. Ася округлила глаза. Из «стихийного бедствия» в лосинах — сразу в королевы вампиров? — Маркусик... ты серьезно? — она нервно хихикнула, и от избытка чувств к её локтю тут же примагнитилась чья-то потерянная в лесу старая подкова. — Это типа... свадьба? С фатой, тортом и горой металлолома, который я на себя соберу? Аро же лопнет от злости! — Пусть лопается, — отрезал Маркус. — Мы сделаем это так, чтобы у него не было шанса возразить. Это будет наш первый ход в его игре. И поверь, он его не забудет. Он коснулся её губ коротким, властным поцелуем, в котором больше не было печали — только решимость. — А теперь собирай свои цветы и пошли обратно. Нам нужно подготовиться. Если Аро хочет партию в шахматы, он её получит. Но королева на этой доске — ты.Аро сидел на своем троне, задумчиво вертя в руках ту самую подзорную трубу, когда двери распахнулись. Маркус вошел неспешной, тяжелой походкой истинного правителя, а рядом с ним, крепко держа его за руку, вышагивала Ася. На ней было то самое черное платье, но теперь на её шее поблескивал древний медальон династии, который Маркус достал из самых глубин своего личного сейфа. — Брат мой, — голос Маркуса прозвучал так звонко, что пыль веков посыпалась с карнизов. — У меня есть короткое объявление, которое не требует обсуждений. Через час в малой часовне состоится церемония. Астрид становится моей законной женой.В зале повисла такая тишина, что было слышно, как в подземельях капает вода. Аро: Его подзорная труба с глухим стуком выпала из пальцев и покатилась по мрамору. Он застыл с полуоткрытым ртом, а его вечная фальшивая улыбка сползла куда-то в район подбородка. Он переводил взгляд с Маркуса на Асю, не в силах вымолвить ни слова. Его «пешка» внезапно превратилась в ферзя, которого нельзя убрать с доски. Кай: Сидевший с вечно недовольным видом, Кай так резко дернулся, что его челюсть действительно, казалось, клацнула о воротник мантии. Он вытаращил глаза, в которых читалось: «Как?! Эта девчонка, которая падает в фонтаны?!» Джейн: Маленькая и грозная Джейн, стоявшая у стены, впервые в жизни потеряла свое ледяное самообладание. Её глаза стали размером с чайные блюдца, а книга, которую она держала, с тяжелым хлопком упала ей на ноги. Она даже забыла сказать свое коронное «Боль», настолько шокирующей была новость.Ася, чувствуя, как от волнения её магнетизм усиливается, нечаянно притянула к себе золотую застежку с мантии Кая, которая со звоном приклеилась к её локтю. — Ой, пардон, Кай, это на память! — хихикнула она, поудобнее перехватывая руку Маркуса. — И не надо так на меня смотреть, Джейн, подними книжку, а то споткнешься! Аро, ты чего застыл? Свадьба будет маленькая, семейная, так что не надейся на банкет с хором. Маркус лишь крепче сжал её ладонь, бросив на Аро такой холодный и предупреждающий взгляд, что тот сразу понял: любая попытка «несчастного случая» для Аси обернется для него личной войной с самым древним из них. — Мы ждем вас в часовне через сорок минут, — отрезал Маркус и, развернувшись, повел свою будущую жену прочь, оставив трех застывших вампиров собирать свои челюсти с пола.Малая часовня Вольтерры, обычно пыльная и забытая, сегодня сияла от статического электричества. Маркус стоял у алтаря, облаченный в свой самый торжественный черный камзол, и его лицо больше не напоминало посмертную маску. В нем проснулась жизнь — опасная, холодная и решительная.Ася шла к нему, стараясь не бежать (чтобы не превратиться в торпеду). На ней было то самое черное платье, дополненное фатой из тончайшего древнего кружева, которую она умудрилась прикрепить к волосам с помощью... двух алюминиевых вилок, потому что заколки просто выстреливали из её наэлектризованной головы. Когда пришло время обмениваться кольцами, произошел технический сбой. Стоило Маркусу открыть коробочку, как тяжелый кованый подсвечник, стоявший в метре от них, сорвался с места и со звоном «Клэнг!» примагнитился прямо к локтю Аси. — Ой! — пискнула невеста, пытаясь отодрать полуметровое железо. — Маркусик, подожди, я сейчас... он просто очень хотел поприсутствовать! Маркус посмотрел на Асю, на подсвечник, на её фату на вилках и... внезапно ухмильнулся.Аро стоял в первом ряду, и его лицо было бледнее обычного. Он не смеялся. В его голове, быстрой и расчетливой, шестеренки крутились с бешеной скоростью. Внутренний монолог Аро: «Это не просто интрижка. Это возрождение. Маркус... он больше не смотрит в пол. Он смотрит на меня так, будто я — досадное недоразумение на его пути. Если эта девчонка даст ему достаточно сил, чтобы он захотел единоличной власти... или, что еще хуже, если он решит уйти из Вольтури и забрать её с собой... клан падет». Аро почувствовал настоящий, липкий страх. Он понял, что его угроза «убить Асю» теперь стала практически невыполнимой. Маркус не просто полюбил её — он сделал её своей частью. Любой удар по Асе теперь означал мгновенную смерть для самого Аро. Маркус взял Асю за руку, игнорируя летящие к ней мелкие монетки из карманов стражников, и надел ей на палец кольцо с огромным черным бриллиантом. — Теперь ты — леди Вольтури, — тихо сказал он, целуя её в лоб. — И пусть весь мир попробует нам возразить. Ася победно посмотрела на Аро, который пытался выдавить из себя поздравительную улыбку, но у него только дергался глаз. — Ну что, «братец» Аро? — хихикнула Ася, поправляя подсвечник на локте. — Теперь я официально в семье! Надеюсь, у тебя в замке хватит вилок для моей магнитной бури?