1+1=3

Утро в замке Вольтерра началось не с торжественных фанфар, а со звонкого «Бум!» и последующего за ним девичьего хихиканья. Ася, которая во сне металась, как заведенный магнит, в какой-то момент слишком резво перевернулась на бок. Не рассчитав траекторию (и всё ещё находясь под влиянием остаточной статики), она соскользнула с шелковых простыней и мягко, но ощутимо приземлилась на ковер. — Ой... заземлилась! — пробормотала она, потирая ушибленный бок. Прохладный утренний воздух подземелий тут же напомнил о себе. Без одежды и без теплых объятий Маркуса стало ужасно зябко — из открытого окна на балконе тянуло сыростью итальянского утра, и по коже Аси тут же побежали мурашки. — Холодно-холодно-холодно! — запричитала она шепотом, быстро, как бельчонок, карабкаясь обратно на высокую кровать. Маркус даже не шелохнулся, но его глаза открылись в ту же секунду, как только Ася коснулась края матраса. Он наблюдал за её маневрами с едва заметной, сонной улыбкой. Ася, не теряя времени, нырнула обратно под тяжелое бархатное одеяло и буквально ввинтилась под бок к мужу, прижимаясь к его ледяной, но такой надежной коже. — Маркусик, спасай, я замерзла! — выдохнула она, уткнувшись носом в его плечо и обхватывая его руками и ногами, как маленькая обезьянка. — У тебя тут сквозняки гуляют, как у себя дома! Маркус издал низкий, вибрирующий звук, похожий на мурлыканье, и крепко прижал её к себе, накрывая их обоих одеялом до самого подбородка. Его холодная кожа для Аси сейчас была лучше любой грелки, потому что от него исходило то самое внутреннее спокойствие, которое согревало её изнутри. — Моё рыжее сокровище... — прошептал он, целуя её в макушку, где волосы всё ещё смешно пушились от вчерашней бури. — Ты решила проверить на прочность пол в нашей спальне? — Нет, я просто проверяла, работает ли гравитация без магнитов! — хихикнула Ася, уютно устраиваясь у него на груди. — Работает, зараза. Больше не буду падать, обещаю. Давай еще пять минуточек полежим, а то там, за дверью, наверняка уже Кай с Калленами в очереди стоят, чтобы спросить, где их ложки... Маркус только крепче сжал объятия, давая понять, что пока он здесь, ни один Кай в мире не посмеет прервать их утренний покой.Утро в Вольтерре началось не с кофе, а с того, что замок задрожал до самого фундамента. Ася, обычно веселая и «магнитная», превратилась в настоящую стихийную катастрофу, но на этот раз ее штормило не от электричества, а от эмоций.Сначала под горячую руку попал Кай. Он имел неосторожность заметить, что сегодня волосы Аси выглядят подозрительно аккуратно и не стоят дыбом, как обычно. — Что?! — взвизгнула Ася, запуская в него серебряным подносом, который тут же примагнитился к его плащу. — Тебе не нравится моя прическа?! Ты хочешь сказать, что я скучная?! Да я тебя сейчас саму в одуванчик превращу! Затем досталось Джейн. Маленькая вампирша попыталась вежливо (насколько она умела) забрать золотой браслет, который Ася случайно «увела» вчера, но наткнулась на такой яростный рык, что даже её дар «Боли» застрял где-то в горле. — Моё! — отрезала Ася, прижимая побрякушку к груди. — Иди свои книжки читай, мелюзга, а то искрой щелкну! Финальным аккордом стало то, что Ася встала посреди тронного зала, уперла руки в бока и заявила, что главный трон Вольтури стоит «как-то криво и вообще не по фэн-шую», требуя немедленно его переставить на три миллиметра левее.Маркус, глядя на всё это безумие, почувствовал, что его вековое спокойствие дает трещину. Он не понимал: это влияние Красной Луны? Магнитная аномалия? Или Аро из подземелья подсыпал ей чего-то в сок? Не став дожидаться, пока Ася решит перекрасить стены замка в розовый, Маркус на сверхскорости метнулся к поместью Калленов. — Карлайл! — выдохнул он, ворвавшись в их гостиную. — С моей женой что-то не так. Она орет на Джейн, передвигает троны и плачет из-за того, что у Кая «слишком ровный нос». Это Луна? Это вирус? Она ломается?!Карлайл, который в это время мирно читал книгу, сначала замер, а потом... начал тихо смеяться. Смех становился всё громче, пока доктор не согнулся пополам, вытирая выступившие слезы. — Маркус... о, древний правитель... — выдавил из себя Карлайл сквозь хохот. — Ты три тысячи лет прожил, а простых вещей не видишь. — Карлайл, это не смешно! Она примагнитила к себе все вилки в столовой и рыдает над ними! — в панике воскликнул Маркус. Карлайл наконец выпрямился, всё еще похихикивая, и положил руку на плечо другу. — Друг мой, дело не в магнетизме и не в Луне. Судя по перепадам настроения, капризам и тому, как она защищает «свои» вещи... поздравляю. Похоже, Ася беременна. У вас будет маленький «магнитный импульс». Маркус застыл. Его глаза округлились так, как не округлялись даже при виде летящего «Мерседеса». — Беременна? — прошептал он. — Но... как? Я же... она же... — Природа всегда найдет путь, особенно когда в деле замешана такая стихия, как твоя Ася, — подмигнул Карлайл. — Иди обратно, папочка. И мой тебе совет: не спорь про трон. Если она скажет, что он должен стоять на потолке — значит, он будет стоять на потолке.Маркус влетел в замок так быстро, что сквозняком захлопнуло все открытые двери. В руках он сжимал огромную корзину с шоколадом, зефиром и какими-то экзотическими фруктами, которые Карлайл посоветовал «на всякий случай». В тронном зале творился хаос. Ася, раскрасневшаяся и взъерошенная, как раз пыталась открутить массивную золотую ручку от главной двери. — Да почему она так блестит?! — ворчала она. — Она вызывающе блестит! Она меня раздражает своим высокомерием!Маркус подошел к ней со спины и мягко перехватил её за плечи. — Ася... любовь моя, оставь ручку в покое. Она ни в чем не виновата. Ася резко обернулась, готовая выдать новую порцию возмущений, но, увидев лицо Маркуса — светящееся, растерянное и бесконечно нежное одновременно, — замерла. — Маркусик? Ты чего такой... пришибленный? Карлайл сказал, что я сломалась, да? Всё, вызывай ремонтников, я буду жить в гараже! Маркус поставил корзину на пол, взял её ладошки в свои и тихо, почти благоговейно произнес: — Карлайл сказал, что ты не сломалась. Он сказал... что у нас будет ребенок, Ася. Ты беременна.Ася замерла. Тишина в зале стала такой густой, что её можно было резать ножом. Она несколько раз хлопнула ресницами, глядя на мужа, а потом... громко и отчетливо икнула. — Ик! — Ася округлила глаза. — Чего? Ребенок? Маленький... магнитный... ик! От дикого стресса и шока её организм сработал по старой схеме. Ладонь Аси, которую Маркус бережно сжимал, мгновенно стала влажной — тот самый «эффект мыла», про который она всегда забывала в моменты паники. Рука предательски поскользнула в хватке Маркуса. — Ой! — пискнула она, теряя равновесие, потому что ноги в лосинах тоже решили стать ватными.Она начала заваливаться назад, но Маркус, обладающий реакцией хищника, тут же подхватил её за талию, не давая упасть на холодный мрамор. — Ик! Маркусик, подожди! — Ася вцепилась в его камзол, чувствуя, как от волнения её пальцы снова начинают искрить. — Это что получается? Я теперь не просто стихийное бедствие, я — инкубатор для маленького грозового облака? А если он примагнитит к себе весь замок еще до того, как родится?! Она снова икнула, и в этот момент от её макушки отскочила маленькая синяя искра, которая тут же притянула к её плечу золотую вилку, забытую на столе. — Видишь?! — в ужасе прошептала Ася, указывая на вилку. — Он уже требует столовое серебро! Аро точно сойдет с ума в своем подвале, когда узнает, что у него появится племянник, который будет воровать его клыки на расстоянии! Маркус просто прижал её к себе, зарываясь лицом в её волосы. — Пусть сходит, — прошептал он, не в силах сдержать счастливой улыбки. В замке Вольтерра наступили темные времена — точнее, времена «Великого Асиного Настроения». Если раньше вампиры боялись дара Джейн или гнева Аро, то теперь они в ужасе прижимались к стенам, едва заслышав шорох черных лосин в коридоре.Стоило Асе появиться на горизонте, как свита Вольтури испарялась быстрее, чем туман на солнце. — Доброе утро, Астрид! — рискнул как-то Феликс, проходя мимо с подносом. Ася замерла. Её нижняя губа задрожала, глаза наполнились слезами, а из волос вылетела такая мощная синяя искра, что у Феликса задымился воротник. — Доброе?! — всхлипнула она. — Ты посмотри на это небо! Оно серое! Как твоя совесть! Ты издеваешься надо мной?! Маркусик, он на меня давит своим оптимизмом! Феликс бросил поднос и дематериализовался в воздухе со скоростью звука.Кай, который раньше любил пафосно сидеть на своем троне, теперь предпочитал прятаться в самой высокой башне. Стоило ему зайти в зал, как Ася, сидевшая в куче примагниченных подушек, начинала на него орать: — Уйди! От тебя пахнет древностью! И вообще, почему ты так громко дышишь? У меня от твоего дыхания шторы вибрируют! — Я не дышу, я вампир! — пытался вставить слово Кай. — Вот именно! Ты даже не дышишь нормально! Это подозрительно! — кричала Ася, и в Кая тут же летела тяжелая золотая статуэтка, притянутая её гневом.Единственным, кто не бежал, был Маркус. Он превратился в живой щит между своей «магнитной бурей» и остальным миром. Маркус зашел в зал, неся в руках новую порцию шоколада и тот самый бархатный плащ Кая, который Ася вчера «конфисковала», потому что он «правильно шуршит». — Тише, маленькая молния, — прошептал он, обнимая её сзади. Ася мгновенно притихла, уткнулась носом в его холодную ладонь и... снова икнула. Её рука опять стала влажной от волнения, и она чуть не выскользнула из его объятий. — Маркусик... — пропищала она жалобно. — Скажи им всем, пусть не ходят мимо меня так... так «вампирски». Меня это бесит! Тем временем Калены, которые всё еще были в замке, устроили военный совет. — Эдвард, что она думает?! — шепотом спросил Эммет, прячась за колонной. — Друг, там сейчас такой микс из «хочу убить Кая», «хочу спать» и «почему этот алмаз такой невкусный», что у меня искры из глаз летят, — ответил Эдвард, потирая виски. — Бежим, пока она не решила, что твои джинсы — отличный материал для пеленок!